Я пришла сюда с предубеждением и с мыслью, что очень наскучили мне старики-модернисты, из года в год тиражирующие одни и те же приемы и мифы, которые когда-то давно, лет 50 назад конечно были провокационными и острыми, но теперь кажутся заученными наизусть, наскучившими и безнадежно отжившими. Они сосредоточены на себе. Что они могут сообщить мне? Я не ждала сюрпризов от Базилица. В White Cube он показал работы созданные в течение последнего года. Как и положено 80-летней европейской звезде, работ много и они очень большие. И все-таки его выставка оказалась неожиданно личной. Перевернутые фигуры кажутся беспомощными, потерявшими равновесие, парящими в черной бесконечности или идущими на дно. В них есть ощущение потери и прощания: это взгляд назад и подведение черты. Последний и самый большой зал похож на рай: здесь перевернутые кони и быки напоминают одновременно об архаике и о Пикассо, а олени - о царе Давиде. Почти у всех здесь есть пара, одиночества нет, а вместо потери равновесия - свободное парение в сияющей лазури из размашистых базелицких мазков. Последняя работа, финальная точка - лежащая на земле фигура, безжизненная, почти бесплотная как будто увиденная сверху. Кажется, что мы взлетаем над ней, а она остается внизу и становится все дальше и меньше вместе со своей пережитой и завершившейся историей.

3.5 миллиона лет назад в Африке двое - взрослый и ребенок - проходили по земле усыпанной вулканическим пеплом. Мы не знаем ни кто они были такие, ни куда они шли, но отпечатки их ног остались запечатленными навсегда. В музее естественной истории время измеряется не столетиями а миллионами и сотнями миллионов лет. Здесь вырываешься за пределы привычной и обжитой сетки эпох (античность-средневековье-новое время) в пространство непостижимого времени, в мир гипотез и тайн, и каждое материальное свидетельство о жизни, происходившей до начала истории, будоражит воображение. В последнюю неделю я провожу в этом музее много времени, потому что готовлю новую экскурсию по экспозиции и про науку в 19 веке. Это помогает мне прийти в себя после очень напряженного года в Оксфорде, сменить фокус внимания и заодно посмотреть на мои дедлайны - прошлые и будущие - в более широкой временной перспективе.