Существует стереотип, что немцы - очень основательный народ и любят все планировать. Обрадуем вас - он вполне верен. И иногда принимает весьма курьёзные для русского глаза формы. Например, позаботиться о собственном погребении лучше заранее - хорошо, что в этом такого. А ещё классно увековечить свою память - тоже отличное дело. Но некоторые особенно стратегические планировщики обеспечивают себе посмертное упоминание ещё до смерти. На этой колонне в бетховенской церкви в Бонне можно купить памятную табличку. Но она необязательно похоронная (что типично для церквей). Смотрите, у некоторых фамилий стоят только даты рождения. А дату смерти поставят, well, когда дата смерти придёт. Все оплачено вперёд

В широких латиноомериканских кругах хорошо известно, что аргентинцев никто не любит. Европейцам они объясняют это так: аргентинцы - латиноамериканские французы. Наглые, высокомерные, считающие себя лучше других снобы (а Буэнос-Айрес - очень красивый город, ну прямо как Париж). Россияне могли наблдать это во время ЧМ: неуспехам сборной Аргентины красочные бразильские болельщики радовались чуть ли не больше, чем успехам своей собственной сборной, распевая на улицах города Messi, ciao (нет, не белла). Почему же аргентинцы считают себя такими классными? Они гордятся тем, что они самая белая, самая европейская из латиноамериканских наций. Скорее всего, это правда, - многие бразильцы, колумбийцы, венесуэльцы, мексиканцы, не говоря уж о перуанцах, довольно темнокожи и имеют черты, характерные для коренного населения Америки, с детства известного нам как индейцы. Но почему же аргентинцы такие белые? Потому что в Аргентине местное население не интегрировали методом крещения в католичество и обучения языку, а попросту убивали, на манер английских поселенцев в США. Сомнительный повод для гордости, о самые белые в Латинской Америке люди.

Не могу не поделиться продолжением истории про пять евро на бутерброды. Приходишь в гости. Смотришь оперу на большом экране, потом пьешь чай с бутербродами. Их много, все честно. А потом перед уходом гости начинают заворачивать их с собой, приговаривая: "Да, как раз что-то нужно было завтра на обед на работу". Пытаешься срулить без этой процедуры, но хозяйка тебя останавливает и говорит: "Да ты возьми обязательно, что им пропадать!" деньгижеплочены (зачеркнуто). Идешь домой с бутербродами. Занавес.

В среднем по больнице русский язык (как и немецкий, например) позволяет выразиться гораздо точнее, чем английской. Для каждого предмета существует именно его обозначающее слово, а если понятие новое и слова не было, его занимают из иностранного языка. Например, словом lock называют и замок, и затвор, и локон, и велосипедный замок, и шлюз, и плотину, и охапку и бог ещё знает что, для чего в русском будут использоваться редкие технические термины. А на английском предполагается, что поймёшь из контекста - глядя на шлюзы, обычно локоны не обсуждают.

Однако русский внезапно уступает в точности описания абстрактных понятий. Ещё в школе всех учат разнице между possibility и opportunity, она совершенно очевидная и понятна интуитивно, однако в русском это одно и то же слово.

Но есть и менее очевидные терминологически важные слова-потеряшки. Например, у мероприятия есть output и outcome - это его результаты (и не говорите даже о result - это, скорее, итог, а не результат). Но output - это число пришедших, количество докладов и прочее материально наблюдаемое. Тогда как outcome - это принятые решения, изменение мнения, коллективные заявления. Принципиально разные типы результатов.

PRIVATE PROPERTY
NO TRESPASSING
И описание возможной кары за нарушение - такие таблички встречаются на британских островах чуть чаще, чем на каждом шагу. Поэтому хорошо запоминаешь довольно редкое слово trespassing - незаконное проникновение, нарушение границ частной собственности. И с удивлением обнаруживаешь его уже в совсем неожиданном месте - в молитве «Отче наш». И на католических, и на англиканских службах я услышала trespasses там, где ожидала услышать debts (строка «остави нам долги наши). Перед глазами сразу возник перелезающий через забор во время Великого голода ирландец как главный грешник. Я полезла в словарь и обнаружила, что trespass в общем-то может означать любое посягательство, что более понятно.
Однако недавно я выяснила, что мысли о заборах во время Отче наш - не плод воображения меня как неносителя языка. Над этим радостно потешается Дара О’Брин, один из самых известных ирландских комиков. Послушайте - про Отче наш в исполнении католиков и англикан и другие горести и радости столкновения религий на изумрудном острове.

https://youtu.be/FdolFXcNAH4

Про правильное произношение. Спрашиваю я как-то у своей коллеги-канадки: "Робин, а как сказать по-английски ноты". Она отвечает: "Sheet music". Я за ней повторяю, а она говорит: "Ты знаешь, можно говорить и просто music, так тоже правильно". А ржать не стала, потому что Робин канадка и очень вежливая.

Слово дня:
НЕ-ЗА-ВИС-ИМ-ОСТЬ
По-немецки это
Un-ab-häng-ig-keit
И то, и другое - прямой перевод с латинского in-de-pend-ent-iae: что мы больше ни на ком не висим, объясняет наш прекрасный преподаватель на немецком, а потом говорит мне по-русски - ну независимость - это же такой же перевод! Сколько раз я ни говорила по-русски это слово, происхождение никогда не приходило в голову.
В английском и итальянском это копия: independence-indipendenza. Висеть - это pend и pendere, соответственно (нам знакомо слово маятник - это pendulum, он висит). Так все встало на свои места - и даже длинное немецкое незапоминаемое слово.

Чуть раньше меня подобным образом впечатлила (простите за каламбур) компания В-ПЕЧАТ-ЛЕНИЕ - IM-PRESS-ION(E)-EIN-DRUCK, но не так сильно, все-таки связь более очевидна.

Ненужный факт номер n. Как вы знаете, твёрдые и мягкие согласные в большинстве европейских языков отсутствуют, что доставляет определённые проблемы европейцам при изучении русского. Внезапно существуют они ... в гэльском. Так называется исторический язык Ирландии до английской оккупации, немного живой и сейчас. Это язык кельтской группы, очень древний, не имеющий ничего общего ни с английским/немецким/французским, ни с русским (окей, он индоевропейский, но это все). Однако при прочих равных среди изучающих гэльский немногочисленные русскоязычные достигают лучшего произношения, чем многочисленные англоязычные. Потому что Ь!

В Голландии, говорит мне мой добрый коллега, нужно быть доброжелательным к людям. Если ты не вежлив, ничего у тебя не получится. Вежливым нужно быть со всеми - от начальника до официанта. Кроме того, не стоит особенно сильно выделяться, быть слишком успешным или слишком что угодно. "Торчащую из травы голову отрежет коса, - произносит он важную местную пословицу. - Мы не прославляем своих героев. Самая лучшая похвала тому, кто много добился, это "и несмотря на все это он остался совершенно нормальным человеком!"
Отношения, связи между людьми важнее личных эгоистических интересов. "Наверное, это потому, что нам всегда нужно было строить дамбы, чтобы иметь землю. - продолжает он. - Конечно, если хочешь только дом себе, можно насыпать холм и жить на нем. Но еще нужно поле, чтобы растить хлеб, так что нужно уметь кооперироваться с соседями".
И торговые кампании в Новый Свет были кооперациями, это вообще первые в истории акционерные общества. Не государство или сверхбогатые одиночки построили Голландскую империю, а сообщества, "сбросившиеся" на дальнюю морскую экспедицию за дорогими товарами. А потом эти товары надо продать, так что вежливость пригождается тоже - в торговле хамством и криками не сильно преуспеешь.
Как-то так и сформировалось одно из самых эгалитарных обществ современной Европы. Где все от фермера до премьер-министра - на велосипедах (это правда).
Все люди равны.

Московские фитнес-тренеры прекрасны и олицетворяют собой идеал. Девушки - стройны и высокогруды, а у некоторых даже накаченные губы - идеал для определенного класса людей, которым не чужд фитнес. Молодые люди - широкоплечи и блистают развитыми бицепсами и икрами. Большая часть - еще и красивы лицом, много блондинов и блондинок, все молоды или выглядят такими. Рядом с такими людьми просто невозможно быть так себе, видимо, это и есть маркетинговый ход - видеть идеал, к которому надо стремиться. В принципе, со мной это сработало - двух лет в фитнесе хватило, чтобы привить желание "пусть так будет всегда", это до сих пор гонит меня заниматься - даже дома в одиночестве, - и бегать.
Все это казалось само собой разумеющимся, пока я не попала в фитнесы вне России - в Германии и Великобритании. Разные - и дорогие частные, и государственные или университетские спортзалы. Везде много тренеров, которые а) не молоды б) не очень-то и красивы в) не очень-то и стройны. Ведь, да, можно быть физически развитым - сильным, растянутым, прекрасно танцующим, - но не стройным. Речь не идет о патологической полноте, конечно, - скорее о размерах, более соответсвующих средней женщине - 48-50. Красивых тренеров что ли набрать не могли, подумала я.

Или не хотели? Небесно красивый тренер сильно сужает аудиторию - у него сложно удержаться тем, кто точно по исходным данным не сможет достичь идеала. Например, пожилые люди. Или те, кому состояние здоровья не позволяет заниматься в полную силу. Да хотя бы те, кто хочет и может поддерживать здоровый уровень физической активности, но не особенно хочет или не может - меньше есть, чтобы вес и правда упал до модельного. Невозможно же ходить в спортзал только ради того, чтобы себя ненавидеть. Масса исследований показали, что ЗОЖ на ненависти к себе - хоть спорт, хоть ограничивающие диеты, - не работает и заканчивается фразой "а плевать" и формой даже хуже первоначальной.

Тогда я стала обращать внимание и на другие особенности маркетинга фитнесов и поняла, что они, в целом, позиционируются совсем по-другому, не как World Class. Нет никакого "победительства", нет даже соревнования и часто нет слова "спорт". Потому что спорт - это спорт, это достижения, это сложно и для избранных. Вместо этого - fit, то есть форма. И слоганы вроде Fun, fit and healthy; fit, free and happy; fit for life и прочие wellness идеи. То есть "пойти в фитнес, чтоб тебе было хорошо". А не чтобы убиться и стать прекрасным. Для такого позиционирования тренеры, похожие на среднестатистического человека, подходят гораздо лучше. Как-то так видится мне эта разница

Пять фактов о Болгарии
1. В болгарском языке нет падежей, зато все понятно: это как 80% русского и 20% итальянского (на самом деле, румынского)
2. У них нет мягких согласных – только твердые
3. Шутки про кивок-«нет» и мотание головой – «да» - это легенда. На самом деле, да – это да, а вот нет – есть такое второе нет, кивок головой, только назад, а не вперед.
4. Одесские интонации – это, на самом деле, болгарские интонации!
5. А еще тут самые чудесные завораживающе славянские имена: Людмил, Любомир, Лачезар. Люди с такими именами сразу кажутся симпатичными! (и оказываются правда хорошими)

Как я работала хостес на ЧМ

Часть 1. Про болельщиков

Когда меня спрашивали, что я делаю на стадионе, я, чтоб не вдаваться в подробности, говорила, что я работаю нимфой со знанием английского. Хостес – штат программы гостеприимства (hospitality programme). Это вежливое название дорогих билетов, когда ты сидишь в ложе, можешь обедать, пить анлимитед коньяк и всякое такое, и встречают тебя не волонтеры со стюардами, а нимфы (подробнее об организации программы расскажу постом про FIFA).
Я сама работала на ресепшн, так что в глаза не видела ложи. В мои обязанности входило поприветствовать пришедших, проверить билет и правильность местонахождения (если нет – переправить на другой вход), дать браслет, который дальше им будет пропуском, подарить подарок и отправить на свое место. Вот и все – только несколько сот раз за день на трех языках.

Пойти на эту работу меня сподвиг, конечно, не финансовый, а антропологический интерес. Хотелось побыть на стадионе не гостем, а частью процесса. Повзаимодействовать с иностранцами, которые приеду в Самару, помочь им в условиях самарской языковой среды. А заодно – посмотреть на самарских девушек и трудовую культуру (про девушек и самарских болельщиков – во второй части).
Еще на стадии собеседований стало понятно, что с языками в городе большие проблемы (точнее не с языками – с тем самым одним языком). Забегая вперед, скажу, что даже не вполне вменяемые по самарским меркам деньги найти 60 человек на дни матча не удалось, и многие были мну-тпру-ну. Last but not least, мне честно хотелось попробовать поработать в сфере услуг: а смогу ли я дать людям то, что требую как клиент и про что так люблю поумничать в фб (см. посты про авиалинии))


Я в итоге поработала на трех из шести самарских матчей: Дания-Австралия, Колумбия-Сенегал, Мексика-Бразилия. Про этих болельщиков и расскажу. (disclaimer: осторожно, дальше вас ждет много обобщений. А все обобщения, как мы знаем, являются упрощением и не соответствуют действительности в ее многообразии).

Австралийцы – это такие англичане, которые долго жили под солнцем. Вполне в духе стереотипов – они обеспеченные, расслабленные, улыбчивые и доброжелательные. Но при этом лишенные надрыва и сердечности изначально южных народов. С точки зрения скромного сотрудника ресепшн – идеальные гости. Приятные и терпеливые, но не пытающиеся тебя обнять, пока ты проверяешь билет.

Датчане, которых было мало, – очень датчане. Они очень приятные, но максимально сдержанные и держащие дистанцию. И очень красивые – этой типичной северной красотой – посмотрите на Каспера Шмейхеля и папу его Петера. Я помню это ощущение еще с Копенгагена – идешь по городу и чувствуешь себя немножко карликом и немножко квазимодо: 70% женщин вокруг – идеально модельного вида. Высокие, с немного неестественно вытянутой стройной фигурой, пластически идеальными лицам и носами (!): ни русской курносости, ни южной горбоносости. Только уж слишком они все одинаковы, не хватает индивидуальности, - но это если искать, к чему придраться.

Завоевали сердца Самары колумбийцы. Колумбийцы испаноязычные, но внешность многих из них, скорее, не латинская, а индейская. Общее ощущение я бы так и описала – сочетание латинской сердечности со свойственной малым народам немного детской непосредственностью. Надеваешь на человеку на руку браслет, а он берет твою руку в свою и показывает: «Blanca!» (белая), а на свою “Negra!» (черная) и дальше причитает по-своему что-то, видимо, на тему того, живые ли эти небесные создания или это куколки или мираж. Их поведение (конечно, это и повсеместное желание сфотографироваться), впрочем, не вызывает дискомфорта, если есть готовность его адекватно воспринимать, как и латиноамериканское поведение вообще. Неуемное и плохо сдерживаемое восхищение не эквивалентно отсутствию уважения. Колумбийцы этот матч выиграли, вышли в плей-офф с первого места в группе и выходили страшно счастливые, говоря нам e-spasibo со свойственным испаноязычным неумением начать слово с сочетания sp или st. Это было невозможно трогательно. Знакомые рассказывали, как в этот день в два часа ночи на центральной улице

несколько сот колумбийцев стояли и хором скандировали «Самара, эспасибо за все». Жаль, что они потом проиграли англичанам – Самара их очень ждала и на четвертьфинал. А наши личные hospitality-симпатии выиграл товарищ, который десять минут стоял на коленях, упрашивая дать ему кубок-сувенир с этого матча. Не дали (про FIFA - отдельным постом).


Сенегальцев, конечно, было очень мало, поэтому что-то сказать сложно. Запомнилась женщина, видимо, переводчик. Говорила она на идеальном русском языке, была ростом выше 180 см, одета в яркий национальный костюм и красоты совершенно инопланетной, как огромная кошка в стиле древнеегипетских статуй. Меня такая внешность завораживает (посмотрите на французскую фигуристку Ванессу Джеймс, чтобы понять, о чем я).

А Мексика-Бразилия был лучший вечер чемпионата и, возможно, истории города Самары. И мексиканцы, и бразильцы – настолько солнечные люди, что рядом с ними веселые испанцы с итальянцами покажутся финнами. Перед матчем, надо сказать, и те, и те были несколько напряжены. Бразилия выступала неважно, что дало мексиканцам напряженную надежду, а бразильцам – напряженное волнение, ненормальное при встрече с таким несерьезным противником. Зато после матча счастливы были и те, и другие. Счастливы – это значит поют, обнимают и целуют незнакомых людей, пытаются дарить подарки (безуспешно, см. пост про FIFA). Когда мы попытались подбодрить мексиканцев своим lo siento, нам ответили: «Да ладно! Мы не очень-то и расстроились, мы так и думали, что проиграем, зато матч какой классный, погода какая отличная, вы такие красивые, город ваш замечательный, - чего расстраиваться!» Собственно, праздник вылился за пределы стадиона: в автобусе-шаттле пели русские, мексиканцы и бразильцы по очереди, бразильцы еще и танцевали. В центре навстречу мне прошла толпа бразильцев, распевавшая «spasibo» (без буквы e в начале) на мотив «volare», на летних верандах мексиканцы устроили серенады под гитару, и это я еще на танцах не была. Да, я думаю, это был самый яркий вечер в 432-летней истории города Самары.

У "Арзамаса" есть отличный подкаст про русский (да и не только русский) язык - Я.Русский. Я его всем решительно рекомендую, в нем прекрасно все, кроме того, что является полной чушью. Чтобы вам было интересно слушать, я буду спойлить чушь.
Обсуждают они оканье. Во-первых, это очень смешной снобизм - говорить, что по-настоящему окают только в каких-то деревнях на севере Архангельской области, куда можно долететь только на вертолете. Вполне нормально окают в городах, вот вОлОгда восхитительно окает в полном составе, и этим прононсом можно насладиться, попросив любого уроженца вологодчины и в Москве (например, чудесно окает Парфенов, он из Череповца).
Во-вторых, они категорически утверждают, что окающие люди произносят О только там, где она написана. И говорят, как пример, что не будет же никто говорить колбосо. Конечно, это не так, а пример - негодный. Для того, чтобы это понять, достаточно вспомнить, где мы акаем. Акаем мы в любой безударный слог, то есть там, где мы не знаем, пишется ли А или О. Вот и окающие люди совершенно такие же. Они произносят О там, где им непонятно, что написано. мОлОкО они говорят так, но и распотрошить они скажут рОсОтрОшить. Утверждать, что они говорят О только там, где написано, - это наделять окающих людей сверхспособностью! Как будто они с рождения естественным образом знают, как и что пишется
https://arzamas.academy/likbez/ruslang

Подкаст я.русский рассказывает, в частности, о мате в русском и вне его. А тут и новость в тему подоспела - итальянского футболиста дисквалифицировали за богохульство.
В подкасте кто-то из филологов употребляет не очень привычный слуху термин бласфемия, а означает оно именно это: в итальянском языке роль обсценной/табуированной лексики выполняет богохульство. То есть произнесение вслух терминов «бог-свиная», «бог-собака» и аналогичных величаний богоматери. Так что дисквалификация Мандрагоры не имеет религиозного подтекста - просто это слова, которые не говорят по телевизору, что и закреплено в правилах серии А.
В итальянской ругательной (не матерной!) лексике есть ещё несколько милых культурных особенностей.
- все слова, образованные от корня cazzo (мужской половой орган) имеют отрицательную коннотацию. Che cazzo (что за хрень/что за нахрен), cazzate (хрень, чушь), incazzato (злой, недовольный), testa di cazzo (вместо головы - нну, член). Аналогов слова «охрененный) - нет. Вывод: мужик - зло!
- все слова, образованные от корня figa (женский половой орган) имеют положительную коннотацию. Che figata (как п*дато), sei figo/-a (ты п*датый/-ая - значит крутой, классный, также сексуально привлекательный). Аналогов слова «п*дец» - нет. Вывод: женщина - это прекрасно!
- а вот слова culo - жопа - страдает некоторой дихотомией. Vaffanculo (иди в жопу) означает именно это. А вот che culo! (Вот жопа!) внезапно означает ... «какая удача!» Для себя я объясняю это следующим образом: посылают к мужчине, а удачу чувствуют от женщины:)) (*шутка*)

Метафорические пассажи, связанные с испражнениями, по употреблению аналогичны русским, поэтому разбора не заслуживают.

https://m.gazeta.ru/sport/news/2018/08/29/n_11965777.shtml

А ещё подкаст Я.русский рассуждает о диалектах. В духе «как хорошо европейское разнообразие» и «как плоха российская унификация». Приравнивая унификацию к уравниловке в ее негативной коннотации. И это, я вам скажу, ну такое.
Во-первых, «в Европе» (где именно? В Люксембурге или Швеции) диалекты точно также исчезают и лингвисты с ревнителями древнего благочестия стонут не менее безутешно. Виновата не советская власть, а телевизор и мобильность населения. Почти полностью исчезли североитальянские диалекты, платт северо-западной Германии, погибает зорбский в Саксонии. Да что там говорить: англичане почти истребили на подконтрольных землях гэльский ещё до того, как это стало трендом (а это не диалект, а целый язык).
Во-вторых, если за вами признают право на ваше цветущее разнообразие, это ещё не значит, что вас им не будут попрекать. Потешно звучит баварское произношение, южноитальянские акценты вызывают ровно те же эмоции, как и суржик. И это не просто хихоньки. Это значит, что вам по рождению закрыт или затруднён доступ к массе занятий и профессий, а в некоторых особенно сложных случаях - вообще доступ в университет. И это не стеклянный, а вполне бетонный потолок, - матанализ можно выучить, орфографию, но как «переучить» родной язык?

Глава самой большой в Италии парламентской фракции «5 звёзд» (сейчас - в ранге министра) Луиджи ди Майо - неаполитанец. Он почти отучился от типичного акцента, но не может правильно употреблять сложную грамматическую конструкцию - конъюнктив. Такого рода ошибки в речи у рядового итальянца ассоциируются с необразованностью, поэтому редкая птица пролетит мимо Луиджи, не пнув. И никого не интересует, что вообще его родной язык - это неаполитанский, а не итальянский.
В Англии же вообще акцент является свойством не столько территории, сколько класса. И обеспечивает довольно плотную герметичность этих классов (можете вспомнить про свиное рыло и калашный ряд).
Конечно, в более эгалитарных обществах вроде Голландии и Швеции это как-то сглаживается развитием местных культур и СМИ, в Германии и общественное ТВ и радио имеет региональные отделения, говорящие с местными акцентами. Но по большей части это движение за сохранение диалектов не вместо, а в дополнение к повсеместно преподаваемой литературной норме.
Конечно, языковая дискриминация не подходила как конструкция ультраэгалитарному советскому обществу, которое проповедовало все типы социальных лифтов. Чтобы выходцы из небольших городов и деревень могли выступать на эстраде, делать ракеты и летать в космос, их в школе учили той самой литературной норме. Чтобы по возможности дать каждому равные стартовые возможности.
Что не отменяет грусти от потери диалектов с их неповторимым местным очарованием.

Открытие дня: слово ocean женского рода. То есть «Today the Atlantic Ocean is very calm, but in winter she can produce great waves loved by surfers”.

А если вы все ещё сомневаетесь, что в английском есть роды, то напоминаю

- fish мужского рода, см бесконечные рыбацкие книги Хемингуэя
- ship женского рода, см любые истории британского флота - Her majesty ship всегда в женском.

Если знаете ещё роды у важных слов в английском, не поленитесь, пожалуйста, поделиться в личку

Подумалось. Восхищение повсеместными аккуратными английскими газонами аналогично восхищению белизной российского снега. То есть если бы оппозиционно настроенные англичане съездили в отпуск зимой в Сибирь и, вернувшись, заломили бы руки и возопили:
— Россия - вот это страна! Там даже в глухих деревнях кипенно-белые дороги, даже в лесу, а у нас тут что такое, глина какая-то нечистая.

Белый снег и зелёная трава - одинаково прекрасны и одинаково не управляемы человеческими силами.
Погода, сэр.

Я написала для пиарщиков о своём самом мультикультурном в жизни опыте - стипендиальном годе на программе канцлера Германии. Мы с коллегами называли это «наша жизнь в семье из 40 человек пяти национальностей в чужой шестой стране». Да, мы - американцы, русские, китайцы, индийцы и бразильцы, - стали друг для друга семьей в чужой для нас Германии. Но для этого пришлось найти в себе много терпения, понимания, безусловного уважения и сил на большую работу над собой. Таковы, наверное, любые отношения с человеком, принадлежащим к совсем иной культуре, но если они удаются, то это самое благолепное дело на свете. От своих друзей я узнала о бразильской политике, индийских кастах, американской международной дипломатии и медицинском праве, архитектуре, китайском бизнесе в Германии и жизни в Мексике и ещё десятке разных вещей, о которых я иначе бы не узнала, наверное, никак. Ничто так не расширяет кругозор, как состоявшаяся кросс-культурная коммуникация (хоть и звучит как тост).

http://mediabitch.ru/5-veshhej-kotoryh-vy-ne-zhdete-ot-issledovatelskoj-stipendii/