Вивьен Ли и «биполярное расстройство», часть 3
Часть 1 часть 2
С того момента, как женщина подпала под медикализирующий взгляд, в «проявления расстройства» оказывается легко записать любое нежелательное для окружающих поведение. Как «эпизод», к примеру, подается то, что однажды Вивьен наорала на Оливье в гримерке (как он считал, «абсолютно без причины»). Все надежды, мечты, травмы, достижения и падения человеческой жизни низводятся до «триггеров». Человек, женщина лишается права на эмпатию, причем не щадят даже совершенно нормальные, понятные, естественные страдания от потери желанной беременности: «Вивьен впала в глубокую депрессию, на пике которой упала на пол в истерических рыданиях. Это был первый из множества ее крупных биполярных срывов».
Бросается в глаза разница между тотальной медикализацией поведения Ли и полным отсутствием не то что медикализации, но даже простой критики поведения ее звездного партнера. Его агрессия в адрес Вивьен повсеместно непрямо (или прямо) оправдывается ее диагнозом. То, что он в состоянии был ударить не только «больную» жену, но и постороннюю женщину (см история с Мегги Смит), при этом просто не обсуждается (я ни разу не видела отсылки к этому ни в одном материале об отношениях Оливье и Ли, более того, найти эту информацию в принципе не так легко). Диагноз Ли делает из Оливье чуть ли ни ангела с крыльями. Кендра Бин называет его (я чуть не поперхнулась) primary caregiver – «основное ухаживающее лицо». Он «страдал от абьюза», «рисковал жизнью» - но если так, то почему тогда с синяками на публику выходила его жена, а не он сам?
Ну что тут можно сказать: парадигма биологической психиатрии, с ее упором на индивидуальную биологию в ущерб социальному - идеальный способ замылить, увести наше внимание от несправедливости общества, от травм, насилия и унижений, с которыми сталкивается человек, и, конечно же, от эффектов патриархата. Самое грустное – что в эту веселую игру играют, в том числе, многие психопросветители и психоактивист_ки. По самой сути своей деятельности они должны были бы встать на сторону уязвимого человека, но выбирают встать на сторону диагноза.
Но и это, как ни удивительно, еще не все
Часть 1 часть 2
С того момента, как женщина подпала под медикализирующий взгляд, в «проявления расстройства» оказывается легко записать любое нежелательное для окружающих поведение. Как «эпизод», к примеру, подается то, что однажды Вивьен наорала на Оливье в гримерке (как он считал, «абсолютно без причины»). Все надежды, мечты, травмы, достижения и падения человеческой жизни низводятся до «триггеров». Человек, женщина лишается права на эмпатию, причем не щадят даже совершенно нормальные, понятные, естественные страдания от потери желанной беременности: «Вивьен впала в глубокую депрессию, на пике которой упала на пол в истерических рыданиях. Это был первый из множества ее крупных биполярных срывов».
Бросается в глаза разница между тотальной медикализацией поведения Ли и полным отсутствием не то что медикализации, но даже простой критики поведения ее звездного партнера. Его агрессия в адрес Вивьен повсеместно непрямо (или прямо) оправдывается ее диагнозом. То, что он в состоянии был ударить не только «больную» жену, но и постороннюю женщину (см история с Мегги Смит), при этом просто не обсуждается (я ни разу не видела отсылки к этому ни в одном материале об отношениях Оливье и Ли, более того, найти эту информацию в принципе не так легко). Диагноз Ли делает из Оливье чуть ли ни ангела с крыльями. Кендра Бин называет его (я чуть не поперхнулась) primary caregiver – «основное ухаживающее лицо». Он «страдал от абьюза», «рисковал жизнью» - но если так, то почему тогда с синяками на публику выходила его жена, а не он сам?
Ну что тут можно сказать: парадигма биологической психиатрии, с ее упором на индивидуальную биологию в ущерб социальному - идеальный способ замылить, увести наше внимание от несправедливости общества, от травм, насилия и унижений, с которыми сталкивается человек, и, конечно же, от эффектов патриархата. Самое грустное – что в эту веселую игру играют, в том числе, многие психопросветители и психоактивист_ки. По самой сути своей деятельности они должны были бы встать на сторону уязвимого человека, но выбирают встать на сторону диагноза.
Но и это, как ни удивительно, еще не все
❤35😢27🤬6💩1
Вивьен Ли и "биполярное расстройство", часть 4.
1 2 3
Итак, это еще не все. Несмотря на то, что историю Вивьен Ли повсюду используют как иллюстрацию "ужасов биполярки", по правде говоря, у нее вообще не было маниакально-депрессивного расстройства. Вернее, мы не можем сделать хоть какое-то осмысленное высказывание о том, было оно или нет, так как она принимала препарат от туберкулеза – изониазид, вызывающий манию, психоз и бред - те самые состояния, на основании которых ее диагностировали. Для тех, кому интересно – описание кейса психоза на изониазиде: «53-летняя женщина… госпитализирована с бредом преследования, бредом отношения возбуждением… нет истории психиатрических заболеваний… мужу был диагностирован туберкулез легких, и ей прописали 150 мг изониазида в день в качестве профилактического лечения… на десятой неделе лечения стала навязчиво думать о болезни мужа… появились мысли, что ее хотят отравить сын и невестка…(после отмены изониазида) симптомы исчезли в течение недели». И еще один: «54-летняя женщина, проходящая терапию от туберкулеза… развился психоз в течение трех дней после начала лечения изониазидом… характеризующийся возбуждением, скачкой ассоциаций, эхолалией с спонтанной ремиссией после того, как лекарство отменили». И то и другое, между прочим, уже 2010-е годы (лекарство эффективно от туберкулеза, поэтому его продолжают использовать).
Повсеместно можно прочитать, что Вивьен не становилось лучше, т.к. она недостаточно хорошо лечилась, не слушала врачей, «мешала лекарства с алкоголем», то есть – из-за ее собственной глубокой порочности и личной несостоятельности. В лучшем случае ее историю комментируют словами, что «психиатрия в ее время была не так хорошо развита, как сейчас». Но изониазид вызывает тяжелый психоз и без взаимодействия с алкоголем. Хуже Вивьен становилось именно потому, что она лечилась (от туберкулеза). А психиатрия, очевидно, так нормально и не развилась до наших дней, так как врачи до сих пор регулярно воспринимают негативные эффекты медикаментов как «проявления расстройства пациента» (чтобы убедиться в этом, достаточно зайти в какой-нибудь популярный психопаблик и прочитать, скольким подписчицам поставили диагноз БАР 2 и БАР 1 из-за гипомании или мании, возникших после начала приема антидепрессантов).
Вивьен была не "жертвой биполярного расстройства", а жертвой неправильной диагностики в психиатрии: от побочек изониазида ее лечили электрошоками, что не только причиняло ей страдания, но и, по мнению многих, ускорило ее раннюю смерть. Грустно и печально видеть, как ее история повсеместно используется для популяризации представления о «биполярке» - вместо того, чтобы начать с этой истории важный – актуальный не меньше, чем сто лет назад – разговор о ятрогенных (вызванных лечением) заболеваниях, о негативных эффектах медикаментов, о том, как легко может быть психиатру принять действие препарата или синдром его отмены за проявление болезни.
Вивьен Ли и «биполярное расстройство»: Часть 1 часть 2 часть 3
(Ссылки выложу в комментах)
#история #женщины
1 2 3
Итак, это еще не все. Несмотря на то, что историю Вивьен Ли повсюду используют как иллюстрацию "ужасов биполярки", по правде говоря, у нее вообще не было маниакально-депрессивного расстройства. Вернее, мы не можем сделать хоть какое-то осмысленное высказывание о том, было оно или нет, так как она принимала препарат от туберкулеза – изониазид, вызывающий манию, психоз и бред - те самые состояния, на основании которых ее диагностировали. Для тех, кому интересно – описание кейса психоза на изониазиде: «53-летняя женщина… госпитализирована с бредом преследования, бредом отношения возбуждением… нет истории психиатрических заболеваний… мужу был диагностирован туберкулез легких, и ей прописали 150 мг изониазида в день в качестве профилактического лечения… на десятой неделе лечения стала навязчиво думать о болезни мужа… появились мысли, что ее хотят отравить сын и невестка…(после отмены изониазида) симптомы исчезли в течение недели». И еще один: «54-летняя женщина, проходящая терапию от туберкулеза… развился психоз в течение трех дней после начала лечения изониазидом… характеризующийся возбуждением, скачкой ассоциаций, эхолалией с спонтанной ремиссией после того, как лекарство отменили». И то и другое, между прочим, уже 2010-е годы (лекарство эффективно от туберкулеза, поэтому его продолжают использовать).
Повсеместно можно прочитать, что Вивьен не становилось лучше, т.к. она недостаточно хорошо лечилась, не слушала врачей, «мешала лекарства с алкоголем», то есть – из-за ее собственной глубокой порочности и личной несостоятельности. В лучшем случае ее историю комментируют словами, что «психиатрия в ее время была не так хорошо развита, как сейчас». Но изониазид вызывает тяжелый психоз и без взаимодействия с алкоголем. Хуже Вивьен становилось именно потому, что она лечилась (от туберкулеза). А психиатрия, очевидно, так нормально и не развилась до наших дней, так как врачи до сих пор регулярно воспринимают негативные эффекты медикаментов как «проявления расстройства пациента» (чтобы убедиться в этом, достаточно зайти в какой-нибудь популярный психопаблик и прочитать, скольким подписчицам поставили диагноз БАР 2 и БАР 1 из-за гипомании или мании, возникших после начала приема антидепрессантов).
Вивьен была не "жертвой биполярного расстройства", а жертвой неправильной диагностики в психиатрии: от побочек изониазида ее лечили электрошоками, что не только причиняло ей страдания, но и, по мнению многих, ускорило ее раннюю смерть. Грустно и печально видеть, как ее история повсеместно используется для популяризации представления о «биполярке» - вместо того, чтобы начать с этой истории важный – актуальный не меньше, чем сто лет назад – разговор о ятрогенных (вызванных лечением) заболеваниях, о негативных эффектах медикаментов, о том, как легко может быть психиатру принять действие препарата или синдром его отмены за проявление болезни.
Вивьен Ли и «биполярное расстройство»: Часть 1 часть 2 часть 3
(Ссылки выложу в комментах)
#история #женщины
Telegram
Критическая психиатрия
😢32❤28💔13🔥3👍2💩1
Астрологи объявили неделю хейтвотчинга. На этот раз это будет «Психиатр онлайн» с постом, озаглавленным «Антидепрессанты - не костыль».
1, 2. На первый взгляд объяснение того, почему таблетки - «не костыль», выглядит очень научным, ведь в нем упоминаются рецепторы, клетки и даже великая и ужасная «экспрессия генов». Для пущей убедительности нам выдали смайлик с ДНК. Но по сути все, что сообщает нам автор – что антидепрессанты влияют на мозг. Как будто мы не знали этого и так.
Сам факт воздействия антидепрессантов на мозг приравнивается к тому, что они влияют на скрытые причины проблем человека. А как тогда должны были бы действовать таблетки, если бы только "маскировали симптомы" – мимо мозга, как активированный уголь?
3. Отдельное внимание стоит уделить подводке: «Антидепрессант отменишь – симптомы вернутся?» - спрашивает автор, как бы подразумевая, что нет. Смелая заявка на то, что АД не просто «работают по модели болезни», а еще и вылечивают депрессию перманентно (такого я не встречала даже в рекламных методичках фармкомпаний)
4. Кем «выяснено эмпирически?" Эти эмпирические доказательства сейчас с нами в одной комнате? Напротив, сейчас все больше говорится о том, что прежние представления об эффективности антидепрессантов былисфабрикованы очень сильно преувеличены.
5. "Вопросы остались?" Да, остались - потому что извините, конечно, но вы нам так ничего и не объяснили.
#генобред #инфополе #разбор #эффектымедикаментов
1, 2. На первый взгляд объяснение того, почему таблетки - «не костыль», выглядит очень научным, ведь в нем упоминаются рецепторы, клетки и даже великая и ужасная «экспрессия генов». Для пущей убедительности нам выдали смайлик с ДНК. Но по сути все, что сообщает нам автор – что антидепрессанты влияют на мозг. Как будто мы не знали этого и так.
Сам факт воздействия антидепрессантов на мозг приравнивается к тому, что они влияют на скрытые причины проблем человека. А как тогда должны были бы действовать таблетки, если бы только "маскировали симптомы" – мимо мозга, как активированный уголь?
3. Отдельное внимание стоит уделить подводке: «Антидепрессант отменишь – симптомы вернутся?» - спрашивает автор, как бы подразумевая, что нет. Смелая заявка на то, что АД не просто «работают по модели болезни», а еще и вылечивают депрессию перманентно (такого я не встречала даже в рекламных методичках фармкомпаний)
4. Кем «выяснено эмпирически?" Эти эмпирические доказательства сейчас с нами в одной комнате? Напротив, сейчас все больше говорится о том, что прежние представления об эффективности антидепрессантов были
5. "Вопросы остались?" Да, остались - потому что извините, конечно, но вы нам так ничего и не объяснили.
#генобред #инфополе #разбор #эффектымедикаментов
❤30🔥11👍4👏4❤🔥1👎1💩1
1971 год, одна из первых реклам «Риталина» как препарата для детей: изображение ребенка, который будто бы трясется так, что изображение становится размытым.
«Его родители говорят: с ним невозможно справиться, неуклюжий, все ломает… Его учителя говорят: слишком активный, легко отвлекается, импульсивный…Его врачи говорят: функциональные проблемы поведения, минимальная мозговая дисфункция, минимальная церебральная дисфункция или гиперкинез… Риталин помогает "проблемному ребенку" снова стать очаровательным *».
*В оригинале - loveable: «заслуживающий или вызывающий любовь», «имеющий качества, легко вызывающие любовь»
Обращает на себя внимание, что в качестве конечной точки действия препарата указана модификация нашего отношения к ребенку, чувств к нему - через модификацию его телесного состояния и поведения.
#история
«Его родители говорят: с ним невозможно справиться, неуклюжий, все ломает… Его учителя говорят: слишком активный, легко отвлекается, импульсивный…Его врачи говорят: функциональные проблемы поведения, минимальная мозговая дисфункция, минимальная церебральная дисфункция или гиперкинез… Риталин помогает "проблемному ребенку" снова стать очаровательным *».
*В оригинале - loveable: «заслуживающий или вызывающий любовь», «имеющий качества, легко вызывающие любовь»
Обращает на себя внимание, что в качестве конечной точки действия препарата указана модификация нашего отношения к ребенку, чувств к нему - через модификацию его телесного состояния и поведения.
#история
💔36🤬16😱2👍1👎1💩1
Недавно был день «осведомленности о шизофрении», выскажусь о стигме, вернее, о борьбе с ней и всяческом «развеивании мифов», на примере постов одной популярной клиники.
Ощущение такое, что борьбой со стигмой сейчас можно обозначить практически любое высказывание, которое специалист\психопросветитель помещает на карточку - включая такое, которое стигму напрямую усиливает. Речь, конечно, о биологических объяснениях шизофрении (вроде того, что на третьем скрине).
Во-первых, вопреки распространенному убеждению, биогенетическая теория шизофрении - это именно теория, а не доказанный факт. Что бы мы с вами ни читали на карточках и в популярных текстах, никаких биологических признаков, которые позволили бы достоверно отличить «человека с шизофренией» от «человека без нее» - не существует. Во вторых, биологический взгляд НЕ помогает создать у «нормальной» части населения мягкое и терпимое отношение к чужим отличиям – скорее наоборот. Как пишут Джон Рид и Ник Хаслам в книге «Модели безумия», целый ряд исследований показывает, что люди охотнее готовы проявить понимание, если объясняют проблемы человека с точки зрения социального подхода. Если они верят в «гены» и «нарушения химии мозга», то с большей вероятностью почувствуют отчуждение и страх. И это неудивительно. Биогенетические объяснения создают впечатление загадочной природной границы между «нормальным» человеком и человеком с диагнозом. Они воспринимаются, как нечто непонятное (чаще всего потому, что непонятны и самим объясняющим), нечто непредсказуемое и потенциально опасное, что обязательно нужно контролировать; нечто, готовое «выстрелить в любую секунду». Они делят людей, а не объединяют их. Связь между биогенетическими объяснениями и негативным отношением отмечена и у специалистов, и пациентов, которые, согласно некоторым исследованиям, меньше верят в возможность улучшения состояния и чаще испытывают депрессию, если объясняют свое состояние «генами» и «биохимией». Ну и вообще-то, сорри за аргумент Ad Hitlerum, давайте не будем забывать, что к массовому уничтожению людей в нацистской программе Т4 привели как раз биологические объяснения душевных расстройств, а вовсе не психосоциальные.
#биопсихиатрия #разбор #шз #инфополе
Ощущение такое, что борьбой со стигмой сейчас можно обозначить практически любое высказывание, которое специалист\психопросветитель помещает на карточку - включая такое, которое стигму напрямую усиливает. Речь, конечно, о биологических объяснениях шизофрении (вроде того, что на третьем скрине).
Во-первых, вопреки распространенному убеждению, биогенетическая теория шизофрении - это именно теория, а не доказанный факт. Что бы мы с вами ни читали на карточках и в популярных текстах, никаких биологических признаков, которые позволили бы достоверно отличить «человека с шизофренией» от «человека без нее» - не существует. Во вторых, биологический взгляд НЕ помогает создать у «нормальной» части населения мягкое и терпимое отношение к чужим отличиям – скорее наоборот. Как пишут Джон Рид и Ник Хаслам в книге «Модели безумия», целый ряд исследований показывает, что люди охотнее готовы проявить понимание, если объясняют проблемы человека с точки зрения социального подхода. Если они верят в «гены» и «нарушения химии мозга», то с большей вероятностью почувствуют отчуждение и страх. И это неудивительно. Биогенетические объяснения создают впечатление загадочной природной границы между «нормальным» человеком и человеком с диагнозом. Они воспринимаются, как нечто непонятное (чаще всего потому, что непонятны и самим объясняющим), нечто непредсказуемое и потенциально опасное, что обязательно нужно контролировать; нечто, готовое «выстрелить в любую секунду». Они делят людей, а не объединяют их. Связь между биогенетическими объяснениями и негативным отношением отмечена и у специалистов, и пациентов, которые, согласно некоторым исследованиям, меньше верят в возможность улучшения состояния и чаще испытывают депрессию, если объясняют свое состояние «генами» и «биохимией». Ну и вообще-то, сорри за аргумент Ad Hitlerum, давайте не будем забывать, что к массовому уничтожению людей в нацистской программе Т4 привели как раз биологические объяснения душевных расстройств, а вовсе не психосоциальные.
#биопсихиатрия #разбор #шз #инфополе
❤32👍7😢5👎3💔3💩1
Проблема не только в том, что биологические объяснения усиливают стигму вместо того, чтобы сблизить людей, но и в том, какую позицию на самом деле занимают сами психопросветители. Давайте посмотрим, как «Неформатная клиника» в принципе пишет о диагнозе. Пара постов психиатров о «с шизофренией не работаю», пост о сошедшем с ума некрополисте Москвине (о господи). Еще один начинается с сообщения, что 28 процентов россиян считают «людей с шизофренией» опасными. О да, лишний раз напомнить, что треть населения кого-то боится – лучший способ дестигматизировать эту группу, инфа сотка. А дальше мы читаем:
«В комментариях пишите, что вы сами слышали о шизофрении? Есть ли у вас знакомые или близкие с таким диагнозом?».
По сути, здесь специалисты НК проговариваются о своих реальных взаимоотношениях со стигмой. Пост обращен к «близким и знакомым», самих людей с диагнозом он не включает – как будто они не в состоянии ни читать, ни писать, ни зайти в интернет, ни уж тем более – поделиться опытом из жизни (разве что они – какие-нибудь далекие американские знаменитости).
Это и смешно, и грустно, и злит. Я не самый общительный человек, но у меня в кругу «близкие знакомые и их родственники» есть как минимум четыре человека, у которых стоит, стоял диагноз «шизофрения» или которым озвучивали его на приеме. Как минимум – ведь это только те люди, о диагнозе которых я знаю, так как мне доверяли достаточно, чтобы рассказать. Сама «Неформатная клиника» в карточках указывает, что людей с таким диагнозом много, очень много. Но сколько бы их ни было, «человек с шизофренией» все равно остается Другим в социологическом смысле: иным, отделенным от «нас» непроницаемой стеной, лишенным субьектности. С ней или ним нельзя вести прямой диалог, можно только обсуждать их диагноз и их самих как объект, одной рукой постить "развеиваем опасные мифы" и как бы бороться со стигмой, другой – выкладывать «горячие», ярко оформленные страшилки вроде текста о Москвине*, не задумываясь, что ИМЕННО такие тексты как раз усиливают и стигму, и страх.
И нет, все это вместе - не борьба со стигмой, потому что невозможно бороться с тем, из чего ты сам не вылезаешь.
*(к слову, у Москвина примерно столько же общего со средним человеком с диагнозом "шизофрения", сколько у среднего психиатра - с Радованом Караджичем. Или даже меньше)
#биопсихиатрия #разбор #шз #инфополе
«В комментариях пишите, что вы сами слышали о шизофрении? Есть ли у вас знакомые или близкие с таким диагнозом?».
По сути, здесь специалисты НК проговариваются о своих реальных взаимоотношениях со стигмой. Пост обращен к «близким и знакомым», самих людей с диагнозом он не включает – как будто они не в состоянии ни читать, ни писать, ни зайти в интернет, ни уж тем более – поделиться опытом из жизни (разве что они – какие-нибудь далекие американские знаменитости).
Это и смешно, и грустно, и злит. Я не самый общительный человек, но у меня в кругу «близкие знакомые и их родственники» есть как минимум четыре человека, у которых стоит, стоял диагноз «шизофрения» или которым озвучивали его на приеме. Как минимум – ведь это только те люди, о диагнозе которых я знаю, так как мне доверяли достаточно, чтобы рассказать. Сама «Неформатная клиника» в карточках указывает, что людей с таким диагнозом много, очень много. Но сколько бы их ни было, «человек с шизофренией» все равно остается Другим в социологическом смысле: иным, отделенным от «нас» непроницаемой стеной, лишенным субьектности. С ней или ним нельзя вести прямой диалог, можно только обсуждать их диагноз и их самих как объект, одной рукой постить "развеиваем опасные мифы" и как бы бороться со стигмой, другой – выкладывать «горячие», ярко оформленные страшилки вроде текста о Москвине*, не задумываясь, что ИМЕННО такие тексты как раз усиливают и стигму, и страх.
И нет, все это вместе - не борьба со стигмой, потому что невозможно бороться с тем, из чего ты сам не вылезаешь.
*(к слову, у Москвина примерно столько же общего со средним человеком с диагнозом "шизофрения", сколько у среднего психиатра - с Радованом Караджичем. Или даже меньше)
#биопсихиатрия #разбор #шз #инфополе
💔34👍8❤5💯5👏1💩1
Что такое биологическая психиатрия?
В психиатрии можно выделить два подхода: биологический и социально-психологический. Биологическая психиатрия помещает причины, источники человеческого дистресса внутрь человека, считая, что за психозы, депрессию, БАР, «шизофрению» и другие человеческие состояния отвечает индивидуальное тело: «гены», «биохимический дисбаланс», «врожденные предрасположенности». Социально-ориентированная психиатрия утверждает: проблема не в самих телах, а в том, что с ними (и нами) происходит на протяжении жизни во внешнем мире. Для нее причины дистресса – насилие, бедность, опыт миграции и боевых действий, несправедливость социального устройства, экологические факторы и так далее.
Биологическая психиатрия часто помещает тело во главу угла, даже обсуждая социальные вопросы. Например, утверждая, что если у женщины, пережившей сексуальное насилие, развился психоз, значит, у нее была к этому «генетическая предрасположенность». Или – исследуя вопрос того, влияют ли гены на то, будет ли у ветерана ПТСР после боевых действий. Как правило, она говорит «биосоциальной модели» (при этом всегда помещая биологию во главе угла), в крайнем своем выражении - сводит к «биохимии мозга» всю сложность человеческих отношений.
Психосоциальный подход не отрицает важность тела (это было бы абсурдно, ведь мы биологические существа), но рассматривает его в контексте обстоятельств и условий, в которых живет человек. К примеру, антропологиня Нэнси Шепер-Хьюджес в книге «Смерть без оплакивания» описывает nervoso – вызванное хроническим голодом состояние, которым страдали жители Северо-Восточной Бразилии. Она уделяет много внимания тому, как состояние тела влияет на психику, но подход ее социальный, ведь она анализирует внешний фактор – голод, его политические и экономические причины. Сами бразильцы, с которыми она общалась, при этом могли воспринимать ситуацию в духе биологической психиатрии: считать свои апатию, перепады настроения, раздражительность и злость «нервами», возникающими будто бы без причины и идущими изнутри, и лечиться "укрепляющими тониками" вместо того, чтобы купить побольше еды.
Методы биологической психиатрии, что логично, направлены на тело: фармакологическая терапия, ЭСТ, инсулиновые шоки, психохирургия и прочие телесные воздействия. Социально-ориентированные психиатры не обязательно выступают «против таблеток», но скорее будут воспринимать их через «модель вещества», чем через «модель болезни».
Мы живем в эпоху победы биологической психиатрии – начиная с 1950х ей удалось практически полностью вытеснить социальные объяснения (процесс вытеснения совпал с временем, когда психиатрия в США подружилась с фармацевтическим комплексом, и это не простое совпадение). Доминирование биологической модели – не чисто медицинский, а социальный и философский вопрос. Оно влияет не только на то, какие назначения мы получим на приеме у врача (и попадем ли туда вообще) – но и на то, как мы смотрим на человека и общество в целом, как видим друг друга и как трактуем свой опыт - так что тема эта касается далеко не только тех из нас, кто столкнулся с психологическим дистрессом.
#теория
В психиатрии можно выделить два подхода: биологический и социально-психологический. Биологическая психиатрия помещает причины, источники человеческого дистресса внутрь человека, считая, что за психозы, депрессию, БАР, «шизофрению» и другие человеческие состояния отвечает индивидуальное тело: «гены», «биохимический дисбаланс», «врожденные предрасположенности». Социально-ориентированная психиатрия утверждает: проблема не в самих телах, а в том, что с ними (и нами) происходит на протяжении жизни во внешнем мире. Для нее причины дистресса – насилие, бедность, опыт миграции и боевых действий, несправедливость социального устройства, экологические факторы и так далее.
Биологическая психиатрия часто помещает тело во главу угла, даже обсуждая социальные вопросы. Например, утверждая, что если у женщины, пережившей сексуальное насилие, развился психоз, значит, у нее была к этому «генетическая предрасположенность». Или – исследуя вопрос того, влияют ли гены на то, будет ли у ветерана ПТСР после боевых действий. Как правило, она говорит «биосоциальной модели» (при этом всегда помещая биологию во главе угла), в крайнем своем выражении - сводит к «биохимии мозга» всю сложность человеческих отношений.
Психосоциальный подход не отрицает важность тела (это было бы абсурдно, ведь мы биологические существа), но рассматривает его в контексте обстоятельств и условий, в которых живет человек. К примеру, антропологиня Нэнси Шепер-Хьюджес в книге «Смерть без оплакивания» описывает nervoso – вызванное хроническим голодом состояние, которым страдали жители Северо-Восточной Бразилии. Она уделяет много внимания тому, как состояние тела влияет на психику, но подход ее социальный, ведь она анализирует внешний фактор – голод, его политические и экономические причины. Сами бразильцы, с которыми она общалась, при этом могли воспринимать ситуацию в духе биологической психиатрии: считать свои апатию, перепады настроения, раздражительность и злость «нервами», возникающими будто бы без причины и идущими изнутри, и лечиться "укрепляющими тониками" вместо того, чтобы купить побольше еды.
Методы биологической психиатрии, что логично, направлены на тело: фармакологическая терапия, ЭСТ, инсулиновые шоки, психохирургия и прочие телесные воздействия. Социально-ориентированные психиатры не обязательно выступают «против таблеток», но скорее будут воспринимать их через «модель вещества», чем через «модель болезни».
Мы живем в эпоху победы биологической психиатрии – начиная с 1950х ей удалось практически полностью вытеснить социальные объяснения (процесс вытеснения совпал с временем, когда психиатрия в США подружилась с фармацевтическим комплексом, и это не простое совпадение). Доминирование биологической модели – не чисто медицинский, а социальный и философский вопрос. Оно влияет не только на то, какие назначения мы получим на приеме у врача (и попадем ли туда вообще) – но и на то, как мы смотрим на человека и общество в целом, как видим друг друга и как трактуем свой опыт - так что тема эта касается далеко не только тех из нас, кто столкнулся с психологическим дистрессом.
#теория
👍35🔥22❤16💩1🌭1💯1💊1
Критическая психиатрия pinned «О чем этот канал? Здесь я буду писать о медикализации общества и проблемах, которые она создает, о злоупотреблениях биологической психиатрии, об истории психиатрии (и евгеники, потому что они тесно связаны), пересказывать\переводить кусками книги из сферы…»
Критическая психиатрия pinned «Очень важная вещь, к которой я планирую возвращаться не раз - две модели восприятия психиатрических медикаментов, которые выделила английская психиаторка, исследовательница Джоанна Монкриф: «модель болезни» (disease-centered model) и «модель вещества» (drug…»
"35, не замужем и психоневротичка"
Начало 1970-х, реклама Валиума, которую перепечатал из другого издания феминистский журнал Everywoman в качестве яркого примера мизогинии, наложив поверху комментарий: «Валиум делает это снова!»
Реклама сообщает:
«Последнее фото Джен сделано казначеем на круизном корабле. Вы наверняка встречали множество таких Джен в своей практике. Безмужние, с низкой самооценкой. Джен так и не нашла мужчину, который мог бы сравниться с ее отцом.
Теперь она осознает, что у нее проблемы – и что она может никогда не выйти замуж.
Валиум (диазепам) может быть полезным дополнением к терапии напряженной, чересчур тревожной пациентки, ощущающей невротическое чувство неудачи, вину и потерю. За годы Валиум доказал свою ценность в терапии психоневротических состояний, выражающихся в тревоге, страхах и возбуждении, самих по себе или в сочетании с депрессивными симптомами».
#история
#женщины
Начало 1970-х, реклама Валиума, которую перепечатал из другого издания феминистский журнал Everywoman в качестве яркого примера мизогинии, наложив поверху комментарий: «Валиум делает это снова!»
Реклама сообщает:
«Последнее фото Джен сделано казначеем на круизном корабле. Вы наверняка встречали множество таких Джен в своей практике. Безмужние, с низкой самооценкой. Джен так и не нашла мужчину, который мог бы сравниться с ее отцом.
Теперь она осознает, что у нее проблемы – и что она может никогда не выйти замуж.
Валиум (диазепам) может быть полезным дополнением к терапии напряженной, чересчур тревожной пациентки, ощущающей невротическое чувство неудачи, вину и потерю. За годы Валиум доказал свою ценность в терапии психоневротических состояний, выражающихся в тревоге, страхах и возбуждении, самих по себе или в сочетании с депрессивными симптомами».
#история
#женщины
🙈26🤬13🍓3😱2💅2❤1💩1
Я прикрутила бусти.
Там я буду выкладывать подробные пересказы книг (важных) в сериализованной форме (потом, возможно, добавится что-то еще). Начну с «Пускай едят прозак» психиатра, историка психофармакологии Дэвида Хили – детективно-научный рассказ о том, как замалчивалась связь между приемом антидепрессантов, суицидальностью и убийствами, как ее пытались доказать, и о роли самого Хили в этой истории (из-за которой его в итоге стали «отменять» и лишили теньюра в канадском университете). Чем продолжить – можно будет выбрать вместе (например, «Самое горькое лекарство» Джоанны Монкриф об истории нейролептиков, ее же книга с разоблачением серотониновой гипотезы или еще что-то другое)
Остальные материалы, кроме книжек, будут здесь.
Выкладывать тексты в бусти я начну, предположительно, на следующей неделе. Появляться они будут, ориентировочно, два раза в месяц.
Бусти: https://boosty.to/critical_psy
Если вам нравятся материалы и вы хотите поддержать мою работу, но не связывать себя подпиской, разовый донат можно направить сюда: 5469550066280543
Там я буду выкладывать подробные пересказы книг (важных) в сериализованной форме (потом, возможно, добавится что-то еще). Начну с «Пускай едят прозак» психиатра, историка психофармакологии Дэвида Хили – детективно-научный рассказ о том, как замалчивалась связь между приемом антидепрессантов, суицидальностью и убийствами, как ее пытались доказать, и о роли самого Хили в этой истории (из-за которой его в итоге стали «отменять» и лишили теньюра в канадском университете). Чем продолжить – можно будет выбрать вместе (например, «Самое горькое лекарство» Джоанны Монкриф об истории нейролептиков, ее же книга с разоблачением серотониновой гипотезы или еще что-то другое)
Остальные материалы, кроме книжек, будут здесь.
Выкладывать тексты в бусти я начну, предположительно, на следующей неделе. Появляться они будут, ориентировочно, два раза в месяц.
Бусти: https://boosty.to/critical_psy
Если вам нравятся материалы и вы хотите поддержать мою работу, но не связывать себя подпиской, разовый донат можно направить сюда: 5469550066280543
boosty.to
Критическая психиатрия - Психиатрия, общество и социальная справедливость
Привет, я Марина, а это - бусти моего канала "Критическая психиатрия" в телеграм ( https://t.me/critical_psy )
В канале я пишу о медикализации общества и проблемах, которые она создает, о злоупотреблениях биологической психиатрии, об истории психиатрии…
В канале я пишу о медикализации общества и проблемах, которые она создает, о злоупотреблениях биологической психиатрии, об истории психиатрии…
❤28💔2💩1