Итак, само исследование (начало тут). Факт, не упоминаемый автором канала –проводилось оно на мышах. На них даже «физические» препараты не всегда можно испытывать (талидомид не создавал мышиным эмбрионам никаких проблем) ,что уж говорить о вопросах психики?

Половину статьи занимает рассказ об уникальной находке ученых: мыши, которые могли уйти из травмирующей ситуации, страдали меньше, чем те, кого заперли в ловушку; способность контролировать ситуацию уменьшает стресс. Удивительно! Вот для чего нам нужны эксперты - сами бы мы никогда до такого не додумались!

Мыши, которые не могли спастись от издевательств, предсказуемо становились тревожными, тихими и заторможенными. Но если заглушить в их мозгу клетки, регулирующие выработку глутамата, они переставали демонстрировать вышеуказанные «поведенческие последствия стресса» и вели себя «так, будто с ними вообще ничего не случилось».

Я не открою Америку, если замечу, что мыши не умеют говорить. Мы абсолютно не представляем, что творилось в их крохотных душах после того, как ученые с помощью «сверхсовременных технологий» подавили их естественную реакцию на издевательства. Продолжали ли они страдать? Может быть, им было еще хуже? Да пофигу же, главное – «поведенческих последствий» не было. К слову, лоботомия тоже отлично устраняла «поведенческие последствия» стресса - например,у женщин, переживших насилие, или у ветеранов второй мировой. Если человека довести до состояния, когда он(а) не помнит, что было пятнадцать минут назад,то и жаловаться он(а) не будет: профит.

В завершение статья об исследовании сообщает, что конечно, пока о«прививке о ПТСР» говорить еще рано, но авторы «с надеждой представляют» (envision) будущее, где их метод обращения с мышами будет перенесен на ветеранов и врачей скорой помощи (нет, я не шучу). Ну а что такого, почему бы не избавить их от страданий? Нет, конечно, обстоятельства жизни менять не надо - зачем? Лучше покопаемся в мозгах с помощью «сверхсовременных технологий».

Наш медийный психиатр полностью разделяет эту позицию:«до выхода такой прививки на рынок еще далековато, надо потерпеть», но «повосхищаться можно уже сейчас». Интересно, а если бы он прямо сейчас сидел в танке, или жил в зоне разлива токсичных химикатов, или работал хирургом в горячей точке, где не хватает медикаментов, или был женщиной, живущей в ситуации домашнего насилия и боящейся за свою жизнь (это я по списку травм ВОЗ прохожусь) – он бы с таким же удовольствием говорил об этой прививке? Или может, он предпочел бы, чтобы общество наконец-то повернулось к нему лицом и постаралось избавить от опасности?

В каком обществе мы хотим
жить – в таком, где друг о друге заботятся, стараясь спасти от бед, или где над людьми издеваются так же, как над лабораторными мышами?

Ресурсы у человечества ограничены, и те внимание и деньги, которые мы вкладываем в "молекулярную психиатрию", можно было бы вложить в элементарные действия, которые помогают сделать жизнь людей безопаснее. Но проблема в том, что меры социальной поддержки, в отличие от "прививки от ПТСР", нельзя выпустить на рынок, и денег на них тоже не заработаешь - только потратишь #разбор #инфополе #наука #птср #биологическаяпсихиатрия

Бонни Берстоу, «Психиатрия и бизнес безумия»:

«Если присмотреться внимательнее, мы увидим пропасть, которая начала открываться между психиатрией и медициной как таковой. Метафорический, импрессионистский подход, давно отброшенный общей медициной, в психиатрии продолжал доминировать. Но этот факт маскировало – все тщательнее и тщательнее – то, что психиатрия использовала язык медицины. Некоторые алиенисты использовали язык наблюдаемых физических признаков, хотя никаких подобных признаков не существовало. К примеру… Картрайт утверждал, что как драпетомания, так и «дизестезия эфиопов» (еще одно «психическое расстройство», поражавшее только чернокожих) сопровождаются «физическими очагами повреждения» (мозга)… Не существовало никаких подтверждений того, что хоть кто-либо когда-либо наблюдал эти «очаги», но этот факт полностью игнорировался. Коллег просто убеждали, что эти «повреждения» уже кто-то прежде нашел. Сложилась первая версия формулы, которую позже будут повторять раз за разом: 1) Объявить о новом открытии, 2) Описать «заболевание» в медицинских терминах и 3) Возвестить, что найдены надежные физические маркеры «заболевания».

Формула действительно крайне успешная - то, как ее используют, и сейчас можно наблюдать на каждом шагу. Пациент(ка) до сих пор может прочитать в популярной статье, пси-блоге или услышать на приеме у психиатра, что корни ее(его) состояния «биологические», связаны с «нарушениями в мозгу», что несмотря на «зонтичный обзор» Монкрифф и коллег, «серотонин все-таки наверняка играет роль», и так далее и тому подобное. При этом авторы высказываний, конечно же, забывают сообщить, что все эти «нарушения», «дисбалансы» и «биологические причины» - лишь гипотетические сущности, что это теории, предположения, реальность которых не удалось доказать, несмотря на десятилетия попыток и гигантские бюджеты исследований.

Сегодня (как и любой другой день) отличный день, чтобы напомнить: биомаркеров (объективно наблюдаемых, измеряемых индикаторов в мозгу или где бы то ни было еще) ни у одного из основных психиатрических расстройств НЕТ. #цитата #берстоу #феминистки #литература #биологическаяпсихиатрия

И снова об антидепрессантах – на этот раз не психиатр, а политолог. С одной стороны, читать тяжело, с другой - именно такие тексты ярче всего иллюстрируют, как фармпропаганда создает представления о препаратах в обществе. Разбор будет длинный и злобный, в двух частях, а может и в трех.

«Есть люди, для которых СИОЗС - базовые антидепрессанты "блокаторы обратного захвата серотонина" буквально спасители… Это факт. Есть другие, которые видят в СИОЗС квинтэссенцию большого мошенничества: фармкорпорации изобрели болезнь -"химический дисбаланс серотонина" - которой никогда не существовало в том виде, как её продавали…»

«...люди, для которых СИОЗС – спасители…Это факт». Стоп, а это точно «факт»? Откуда вы взяли информацию о том, что это «факт»? Людям, для которых "СИОЗС - буквально спасители", противопоставляются «другие». Но вовсе не те,кто столкнулись с негативными эффектами препаратов (мания, суицидальность, ПССД и так далее), не те, кто оплакивает совершенный на препаратах суицид близкого человека, а некие загадочные критики, которые что-то «видят в СИОЗС» (видимо, чисто абстрактно видят, издалека, в подзорную трубу).

Типичная ситуация:положительные эффекты антидепрессантов (реальные или вымышленные) как бы полностью сращиваются с людьми, принимающими таблетки. Само их существование (смотрите,они живы! ходят! работают!) риторически становится рекламой. Негативные эффекты, как правило, просто замалчиваются – а если о них и идет речь, то как о чем-то чисто умозрительном, оторванном от реальных людей, их переживаний и опыта, имеющем значение лишь идеологически и политически. Такой же механизм действует, когда критиков психиатрии и фармтерапии хейтят, что они якобы глухи к страданиям людей (с), упорно не замечая того факта, что эти самые критики, как правило, сами имеют опыт психиатрического лечения и негативный опыт приема таблеток.

Правы и те и другие.Тяжёлые антипсихотики лечат психоз — то есть человека, которого общество уже вынесло за скобки. Галоперидол существует на границе нормы и не-нормы, и эту границу он охраняет, не пересекая. СИОЗС сделали другое: они отменили границу.

Вот тут я, как говорится, аж заколдобилась. Как можно,будучи публичным интеллектуалом, настолько не отвечать за содержание того, что пишешь? Во-первых, не существует «тяжелых» и «не тяжелых» антипсихотиков. Просто не существует и все. Во-вторых, психоз абсолютно не означает, что человека «общество вынесло за скобки». В нашем обществе «выносят за скобки» скорее людей, находящихся в ПНИ из-за органических поражений мозга или старческой деменции. Кратковременный, преходящий психотический опыт может иметься у очень большого количества людей в популяции (что-то около 10 процентов), опыт выраженного психоза тоже есть умногих – и о том, что он у них есть, чаще всего абсолютно невозможно догадаться со стороны.

«Галоперидол охраняет границу, не пересекая».

Опять же, даже как-то странно комментировать такие высказывания, но сделаю это, т.к.человек известный и аудитория у него большая. Галоперидол – только один из огромного списка нейролептиков (антипсихотиков). И в последние десятилетия они стали «пересекать границу» точно так же, как антидепрессанты – а именно, начали рутинно использоваться для групп людей, которые в прежние времена никогда не попали бы на прием к психиатру. Да, Прозак был мощным драйвером медикализации повседневной жизни, «препаратом-блокбастером», но дело не в нем как таковом, а в изменении ситуации в обществе. Через «границу», о которой пишет Кузнецов, начиная с 1980-х поперли не только СИОЗС, но и нейролептики, «нормотимики»,стимуляторы… Да и до того «границу» в США спокойно пересекали бензодиазепины, риталин, декседрин, которые в гигантских масштабах выписывали истощенным бытом домохозяйкам и их непослушным детям (а у нас ее «пересекал» наш собственный препарат-блокбастер, феназепам). #разбор #инфополе

Спорим с политологами, начало выше.

Это препараты для людей, которые ходят на работу, платят ипотеку и в целом справляются. Именно поэтому Крамер назвал это "косметической психофармакологией", не лечение болезни, а апгрейд личности. СИОЗС не вытащили психиатрию избольницы в общество. Они вытащили её в офис, в спортзал, в средний класс.

Питер Крамер действительно написал целую книгу про Прозак, подавая его как способ формирования идеального неолиберального субьекта (кстати, позже, когда обстановка в обществе сменилась, от отказался от собственных слов и стал изо всех сил доказывать, что АД «личность не меняют»). Но дело, опять же, не конкретно в одних только СИОЗС, а в экспансии процессов медикализации, которые «вытащили в спортзал» сразу множество препаратов.

«Фармкомпаниизнали о побочных эффектах раньше, чем говорили. Клинические испытания с нейтральным результатом клались в ящик»

Стоп, стоп. Но ведь испытаний с «нейтральным результатом» физически быть не может, препарат либо показывает результат, либо нет. Так что «в ящик» клались не какие-то там «нейтральные» результаты, а явно отрицательные. Риторика сама по себе, на уровне отдельных слов, построена так, чтобы давать фору фармпрепаратам (типично для психиатров, но странно видеть у политолога).

«Одновременно:СИОЗС работают».

Судя по всему, автор абсолютно не в курсе проблемы эффективности антидепрессантов, которую обсуждают уже не первый десяток лет. Вероятно, он не знает, что бОльшую часть эффекта антидепрессантов составляет эффект плацебо (метаанализы последовательно показывают, что за вычетом эффекта плацебо эффект самих антидепрессантов составляет примерно 2 балла по шкале HAM-D - разница, не значимая клинически и как правило, абсолютно незаметная ни пациентам, ни врачам). Он наверняка не в курсе, что знаменитое исследование Star*D (положенное в основу идеи, что «если достаточно долго подбирать схему, то все точно будет хорошо») было по сути мошенническим , что результаты были искажены и что реальный уровень ремиссий после года приема АД в нем составлял около 3 процентов. И снова тот же вопрос: зачем, будучи уважаемым человеком, публичным интеллектуалом, писать на огромную аудиторию о том, в чем не разбираешься? Окончание ниже #разбор #инфополе #непсихиатры

Спорим с политологами, часть третья:)

Около 8% взрослого населения западных стран принимают антидепрессанты. В некоторых возрастных группах — 20%+. Это индикатор. Общество, в котором пятая часть людей нуждается в химической коррекции базового аффекта — это общество, у которого что-то структурно не так с тем, как оно организовано. СИОЗС не создали проблему. Они её измерили.

Конечно, с западными (и не только) обществами безусловно «что-то не так» (и я даже знаю, что - одно слово из десяти букв, начинается на букву к, кончается на м, второе тоже из десяти букв, начинается на п, заканчивается на т). Но говорить, что СИОЗС не создали проблему, а только измерили ее – очень странно читать такое от политолога. Что насчет рынка запрещенных ПАВ, оружия, секс-услуг, косметической хирургии, да хотя бы вредных завтраков с избытком сахара? Они тоже лишь «измеряют проблему»? Любой такой рынок не только является «следствием» ситуации в обществе, но и «причиной» изменений в нем.

Разница между "лечить симптом" и"лечить причину" — не медицинская. Она политическая. День осведомлённости об антидепрессантах —это, если угодно, праздник эпистемологической честности. Мы не знаем точно,почему они работают. Мы знаем, что нарратив, который их продавал, был ложью. Мы знаем, что миллионы людей были бы в кризисе без них, а многие бы физически умерли. Ложная теория. Реальный эффект. Мошеннический нарратив. Спасённые жизни. Жить в этом противоречии не очень комфортно. Вытерпеть это противоречие хорошо поможет сертралин.

Очень трудно (или, наоборот, легко?) быть эпистемологически честным, если все, что ты знаешь на определенную тему - это ложь если на одной чаше весов лежит информация о злоупотреблениях фармкомпаний, а на другой – идеи и высказывания, которые спонсированы теми же фармкомпаниями. «Мы знаем, что миллионы людей были бы в кризисе без них» - а эти люди сейчас с нами в одной комнате? Откуда мы «знаем», что они были бы в кризисе? Эпидемологические данные США – страны, где общество максимально насыщено психиатрическими препаратами – показывают скорее обратное: по мере распространения антидепрессантов (и других препаратов) в обществе люди становились все более (а не менее) несчастными и больными (на момент выхода книги Уитейкера «Анатомия эпидемии» на инвалидности по «менталке» там был уже каждый семьдесят шестой). Глядя на такие данные, логично предположить, что миллионы людей прямо сейчас находятся в кризисе из-за антидепрессантов, а не наоборот. «Спасенные жизни» - опять же, где доказательства? Ни один – ни один, подчеркиваю – антидепрессант не одобрен для контроля над суицидальностью или снижения суицидов в обществе. Напротив, на инструкции к каждому из них стоит информация о том, что они в состоянии провоцировать суицидальную идеацию и поведение.

"Жить в этом противоречии не очень комфортно". Но никакого противоречия нет, история очень простая. Фармкомпании использовали все свои гигантские ресурсы, чтобы завысить эффективность антидепрессантов и замолчать негативные эффекты. От таких «противоречий» отлично помогает – нет, не сертралин, а информирование: чтение независимых статей и литературы.

Ну и напоследок - насчет сертралина, так сказать, вишенка на торте: согласно одному из самых больших НЕ оплаченных фармкомпаниями исследований, PANDA, сертралин не показал разницы с плацебо в терапии депрессии на сроке в 6 недель(только небольшой эффект на тревожность). #разбор #инфополе #не_психиатры