По поводу уровня негативных эффектов. Говорить о «только 5 процентах» в принципе неверно, т.к. даже в официальных инструкциях к препаратам негативные эффекты делятся на частые (у от 1 до 10 процентов принимающих), менее частые (до 1 процента) и так далее.

При этом нужно помнить, что инструкции могут говорить далеко не всю правду. Во-первых, клинические испытания обычно длятся очень недолго (6-12 недель), а во-вторых, фармкомпании могут манипулировать дизайном исследования и его результатами, чтобы снизить уровень негативных эффектов для своего препарата. Роль могут сыграть используемые тесты (если они нечувствительные, то и негативный эффект не «отловят»), особенности кодировки (попытку суицида могут записывать как «госпитализацию»), своевременная остановка сбора информации и так далее. В итоге данные, полученные в результате клинических испытаний и попадающие в инструкцию перед запуском, могут сильно отличаться от того, что переживают сами пациенты.

В личной клинической практике психиатрам тоже может быть сложно оценить реальный уровень негативных эффектов – хотя бы потому, что они могут не распознавать проблему пациент(ки) как связанную с препаратом, вплоть до активного газлайтинга (и в какой-то момент наиболее недовольные таким обращением пациенты просто отваливаются и не приходят на следующий прием – так вокруг психиатра может создаваться пузырь позитивной информации).

Неудивительно, что в опросах пациентов уровень распространенности негативных эффектов может быть гораздо выше, чем в инструкциях и представлениях врачей. Ну, как Вы и написали.

Мне кажется важным также, что многие негативные эффекты препаратов вообще, по сути, не распознаются как таковые. Например, уплощение эмоций, снижение эмпатии, утрата чувства юмора или изменение внутреннего самоощущения – про такие вещи в инструкциях не пишут вообще, а ведь все это может сильно преображать опыт человека.
#эффектымедикаментов #анонимныевопросы

Девочки, девушки, женщины, поздравляю вас с наступающим праздником. Давайте жить и творить. На картинку влезли, конечно, далеко не все, кого хотелось бы (и нужно бы) туда поместить (просто я устала делать коллаж).

1. Сандра Стайнгард, Critical Psychiatry
2. Лора Делано, Unshrunk
3. Эвелин Фокс Келлер, The Mirage of a Space between Nature and Nurture
4.Мэри Бойль, Schizophrenia - a scientific delusion?
5. Джоанна Монкриф, Chemically Imbalanced
6. Бонни Берстоу, Psychiatry and the Business of Madness
7.Джуди Чемберлин, On Our Own
8. Пола Каплан, They say you're crazy
9. Чайна Миллс, Decolonizing Global Mental Health

С наступающим 8 марта🌺 🌷🪷

Но они никогда и не рассматривались "только как заболевания мозга" никем, кроме евгеников и людей, поддавшихся на пропаганду фармкомпаний биологических психиатров.

Почему? Ну может быть, потому, что никаких биомаркеров, связанных с диагнозами депрессии или БАР, как и с какими-либо другими основными диагнозами психиатрии, никто так и не нашел - их наличие просто "предполагали" с самого возникновения современной психиатрии, убеждая себя и окружающих, что "непременно найдут позже". #разбор #инфополе #биологическаяпсихиатрия

Я бы переформулировала так: Как увидеть невидимое и несуществующее? Ответ: легко, если очень хочется.

Диагностировали же когда-то в людях "анархию" (болезнь, выражающуюся в стремлении к свободе), "драпетоманию" (стремление черных рабов убежать с плантации) и многое, многое другое.

Если вам кажется, что я слишком строга к 'педиатрическому биполярному расстройству" почитайте список "симптомов" для диагностики. Я об этом писала несколько постов вот тут.

Пост на скрине - анонс лекции в Школе биполярного расстройства, я хочу послушать, хотя в принципе, и так хорошо представляю себе от этот дискурс (формируемый в основном экспертами имеющими финансовые связи с фармкомпаниями, типа Джозефа Бидермана)

#бар #биполярное #диагнозы #дети

Проблема не только в том, что в список "симптомов" "детского биполярного расстройства" (как, собственно, и СДВГ) входят обычные реакции детей на стресс. Не только в том, что как и другие основные диагнозы психиатрии, этот - просто описание жалоб и поведения, которое потом, в рамках циркулярной логики, выдаётся за их причину ("Маша часто орет и ругается, а потом плачет - значит, у нее биполярное расстройство. Почему Маша орет и ругается, а потом плачет? Потому что у нее биполярное расстройство"). Она ещё и в том, что к этому широкому и размытому описанию автоматически пристегивается идея о биологической сути "расстройства", его "генетической обусловленности" и "хронической" или "пожизненной" природе (с понятными выводами относительно фармтерапии)

Поняла, что редко тут пишу об источниках, которые читаю сама, в частности, о других каналах из нашей сферы. Решила пока написать про два из них (большую подборку сделаю позже).

Один - "Радикальные структуры безумия": анализ психиатрии с философской, социологической точки зрения. Мы с его автором не всегда во всем согласны, но его мысли мне кажутся очень интересными. Через неделю у него будет трансляция на ютубе, посвященная диагнозу ПРЛ.

Второй - "СИОЗС-Говно". Содержание ясно из названия. В основном - мемы и короткие сообщения, но бывают и развернутые посты, ссылки на просветительские видео и прочие материалы. Только что нашла там песню о СИОЗС (всюду в аптеках пропали таблетки
флуоксетин — препарат самый редкий).

Если вы знаете хорошие каналы, ресурсы по нашей теме, о которых хотелось бы рассказать - пишите в комменты.

#инфополе #другиеканалы

Техническое: у меня пока работает телеграм с телефона, проблемы только с отправкой медиа, которые сегодня удалось решить через веб-версию с помощью трех букв, написанных на заборе которые нельзя называть. В нацмессенджере канал я открывать не буду, сейчас раздумываю, сделать ли паблик ВК, чтобы дублировать там контент (комменты там тоже есть, есть и чаты, но работают так себе). Хочу понять, насколько это востребовано - тыкните, пожалуйста (мне бы, конечно, хотелось, чтобы мы все остались здесь, т.к. я не люблю вести по две площадки с одним контентом одновременно).

Продолжение вот этого поста - об ответственности.
Итак, «Вы платите за …ответственность и за риски, которые врач несёт за каждое своё решение». Но какие ответственность и риски имеются ввиду? Речь об эмоциях или все-таки формальной ответственности - юридической и репутационной? И в каких ситуациях эта юридическая ответственность вообще наступает?

В России психиатра могут привлечь к суду, если он(а) отпустили человека из больницы\не госпитализировал, а тот пошел и совершил преступление(как было с Александром Шишловым, которого осудили, но в итоге оправдали по аппеляции). Но это должен быть человек, уже имеющий тяжелый диагноз и\или историю насильственных преступлений (как было в случае с пациентом Шишлова), либо в очень плохом состоянии (как пенсионер Михаил Тимохин, про которого какое-то время думали, что он открыл газ в Зеленодольске, что привело к взрыву) – без этого совершенные действия просто никто не свяжет с предварительной психиатрической историей человека. Вероятность, что такой пациент придет в дорогую частную практику, стремится к нулю – это проблема государственных структур. Также психиатра могут привлечь к суду за недобровольную госпитализацию, для которой не было достаточных оснований – или наоборот, за то, что не госпитализировал(а) человека,а тот пошел и совершил суицид. Но первое – на мой взгляд, тоже скорее проблема госструктур, со вторым очень сложно доказать причинно-следственную связь. Недавно был случай в Подольске – психиаторку осудили за оказание услуг, несоответствующих требованиям безопасности (консультировала человека с депрессией онлайн, выписала антидепрессанты, спустя два месяца он покончил с собой) – в итоге приговор был отменен.

Возвращаясь к противоправным действиям пациентов. Даже если человек совершит тяжелое преступление, находясь под действием рецептурных психиатрических препаратов, никто может так и не поднять вопрос об ответственности психиатра\психиатрического сообщества. Александр Липатов убил жену и ребенка в психозе в состоянии острой передозировки феварином (после убийства он попытался покончить с собой, а потом впал в кому). Да, может быть, психоз у него развился«сам собой», а феварин, как утверждал один медийный психиатр, ни при чем, потому что «такого быть не может». Но вообще-то существует огромная, хорошо задокументированная история насильственных преступлений, совершенных под влиянием антидепрессантов, с судами, с досудебными выплатами корпораций. Есть данные с клинических испытаний, где антидепрессанты провоцировали в людях агрессию. Было ли, в истории с Липатовым, дело в препарате? Может, он купил феварин на черном рынке, но если нет – не проглядел ли психиатр опасность, выписывая стимулирующий препарат человеку с его историей проблем? Наблюдали ли Липатова после назначения препаратов? Предупреждали ли его и семью о связи между приемом антидепрессантов и ростом агрессии, о том, что они могут провоцировать суицидальность? Ответов на все эти вопросы мы уже не узнаем - Липатов в психушке с полученным уже после убийства диагнозом«шизофрения» (к разговору о том, как формируется статистика «насильственных преступлений, совершенных людьми с шизофренией»), вопрос о роли препарата никто не разбирает, и даже комментарии к тем статьям, что я читала о произошедшем, давали, почему-то, не психиатры, а врачи других отраслей медицины.
Продолжение ниже.

Техническое: случайно удалила последний пост, залью заново после отпуска от канала (пара недель). В отпуск вытягиваю себя за уши, тк все время кажется, что нужно написать вот это, а ещё вот то, пятое и десятое, а ещё прокомментировать какого-нибудь очередного психиатра-любимку, а посторонние каналу дела все копятся и копятся и копятся.

Бусти я в этом месяце обновляла пока мало, выложу побольше в конце марта либо начале апреля (обычно у меня получается около 30-40к знаков текста в месяц). Спасибо всем, кто меня там поддерживает, я это очень ценю и это действительно прибавляет энтузиазма.

После отпуска будут тексты о гиперболическом снижении, о Ребекке Райли, о слове лень, о прививке от ПТСР и ещё что-нибудь хорошее.

Выхожу из отпуска, всем привет. Сперва, как обещала, выложу пост, который случайно удалила, а потом уже будут новые.

Продолжение, начало тут.

В посте выше речь об ответственности в ситуациях преступлений, совершенных пациентам, и в вопросе недобровольных госпитализаций. А что насчет ситуации, когда в результате назначенной психиатром фармтерапии человеку стало хуже? Когда утяжелился диагноз, проявились ровно те физические и психоневрологические негативные эффекты, про которые врач говорил «не читайте инструкцию, там пишут все подряд»? Когда врач проигнорировал синдром отмены, появление акатизии? Когда назначения изначально были непропорциональными состоянию человека, избыточными, калечащими?

Все это остается в рамках нормы профессии. Об ухудшении всегда можно сказать, что у человека просто «проявилось» якобы уже имевшееся ранее «расстройство» (ни в одной другой отрасли медицины такой номер не пройдет, но в психиатрии он применяется постоянно - мания на антидепрессантах рутинно трактуется как признак якобы уже имевшегося БАР). Какие у психиатра риски здесь? Разве что негативный комментарий на сайте с отзывами. Как еще пациент(ка) сможет защитить свои права – для меня загадка.

Ситуация такова не только в России, Европе, но и в самой активно судящейся стране в мире – США. Даже вдова Криса Корнелла, несмотря на все ресурсы, так и не засудила психиатра, который пачками без осмотра и контроля состояния, по "оксиконтиновой схеме", выдавал ее мужу Ативан (семью стали травить, в конце концов они пошли на досудебное соглашение). До того, как станет возможно доказать ответственность психиатра за ухудшение состояния, нужно доказать ответственность вещества, которое он прописывал, а это задача, близкая к невозможной – за каждым патентованным препаратом стоит компания, которая будет биться за него, как львица за львенка (ведь в случае, если препарат снимут с рынка, она может обанкротиться).

Все девяностые годы корпорации с пеной у рта (нередко -самыми подлыми методами из возможных)доказывали, что антидепрессанты – не причина суицида молодых людей и детей.Сейчас то, что антидепрессанты могут вызывать суицид, указано в каждой инструкции. Перед людьми, которые потеряли детей спустя несколько дней или недель после начала приема «Прозака» или «Золофта», кто-нибудь извинился? Держите карман шире. Одну из таких людей, Марию Бредшоу, потерявшую единственного сына, напротив, попытались засудить за упоминания о его смерти.

Всего вышеперечисленного, думаю, вполне достаточно, чтобы подсветить вопрос «ответственности и рисков» и того, что они собой представляют на самом деле, но все-таки хочу еще написать про кейс Ребекки Райли (но это уже в следующий раз).

Итак, само исследование (начало тут). Факт, не упоминаемый автором канала –проводилось оно на мышах. На них даже «физические» препараты не всегда можно испытывать (талидомид не создавал мышиным эмбрионам никаких проблем) ,что уж говорить о вопросах психики?

Половину статьи занимает рассказ об уникальной находке ученых: мыши, которые могли уйти из травмирующей ситуации, страдали меньше, чем те, кого заперли в ловушку; способность контролировать ситуацию уменьшает стресс. Удивительно! Вот для чего нам нужны эксперты - сами бы мы никогда до такого не додумались!

Мыши, которые не могли спастись от издевательств, предсказуемо становились тревожными, тихими и заторможенными. Но если заглушить в их мозгу клетки, регулирующие выработку глутамата, они переставали демонстрировать вышеуказанные «поведенческие последствия стресса» и вели себя «так, будто с ними вообще ничего не случилось».

Я не открою Америку, если замечу, что мыши не умеют говорить. Мы абсолютно не представляем, что творилось в их крохотных душах после того, как ученые с помощью «сверхсовременных технологий» подавили их естественную реакцию на издевательства. Продолжали ли они страдать? Может быть, им было еще хуже? Да пофигу же, главное – «поведенческих последствий» не было. К слову, лоботомия тоже отлично устраняла «поведенческие последствия» стресса - например,у женщин, переживших насилие, или у ветеранов второй мировой. Если человека довести до состояния, когда он(а) не помнит, что было пятнадцать минут назад,то и жаловаться он(а) не будет: профит.

В завершение статья об исследовании сообщает, что конечно, пока о«прививке о ПТСР» говорить еще рано, но авторы «с надеждой представляют» (envision) будущее, где их метод обращения с мышами будет перенесен на ветеранов и врачей скорой помощи (нет, я не шучу). Ну а что такого, почему бы не избавить их от страданий? Нет, конечно, обстоятельства жизни менять не надо - зачем? Лучше покопаемся в мозгах с помощью «сверхсовременных технологий».

Наш медийный психиатр полностью разделяет эту позицию:«до выхода такой прививки на рынок еще далековато, надо потерпеть», но «повосхищаться можно уже сейчас». Интересно, а если бы он прямо сейчас сидел в танке, или жил в зоне разлива токсичных химикатов, или работал хирургом в горячей точке, где не хватает медикаментов, или был женщиной, живущей в ситуации домашнего насилия и боящейся за свою жизнь (это я по списку травм ВОЗ прохожусь) – он бы с таким же удовольствием говорил об этой прививке? Или может, он предпочел бы, чтобы общество наконец-то повернулось к нему лицом и постаралось избавить от опасности?

В каком обществе мы хотим
жить – в таком, где друг о друге заботятся, стараясь спасти от бед, или где над людьми издеваются так же, как над лабораторными мышами?

Ресурсы у человечества ограничены, и те внимание и деньги, которые мы вкладываем в "молекулярную психиатрию", можно было бы вложить в элементарные действия, которые помогают сделать жизнь людей безопаснее. Но проблема в том, что меры социальной поддержки, в отличие от "прививки от ПТСР", нельзя выпустить на рынок, и денег на них тоже не заработаешь - только потратишь #разбор #инфополе #наука #птср #биологическаяпсихиатрия

Бонни Берстоу, «Психиатрия и бизнес безумия»:

«Если присмотреться внимательнее, мы увидим пропасть, которая начала открываться между психиатрией и медициной как таковой. Метафорический, импрессионистский подход, давно отброшенный общей медициной, в психиатрии продолжал доминировать. Но этот факт маскировало – все тщательнее и тщательнее – то, что психиатрия использовала язык медицины. Некоторые алиенисты использовали язык наблюдаемых физических признаков, хотя никаких подобных признаков не существовало. К примеру… Картрайт утверждал, что как драпетомания, так и «дизестезия эфиопов» (еще одно «психическое расстройство», поражавшее только чернокожих) сопровождаются «физическими очагами повреждения» (мозга)… Не существовало никаких подтверждений того, что хоть кто-либо когда-либо наблюдал эти «очаги», но этот факт полностью игнорировался. Коллег просто убеждали, что эти «повреждения» уже кто-то прежде нашел. Сложилась первая версия формулы, которую позже будут повторять раз за разом: 1) Объявить о новом открытии, 2) Описать «заболевание» в медицинских терминах и 3) Возвестить, что найдены надежные физические маркеры «заболевания».

Формула действительно крайне успешная - то, как ее используют, и сейчас можно наблюдать на каждом шагу. Пациент(ка) до сих пор может прочитать в популярной статье, пси-блоге или услышать на приеме у психиатра, что корни ее(его) состояния «биологические», связаны с «нарушениями в мозгу», что несмотря на «зонтичный обзор» Монкрифф и коллег, «серотонин все-таки наверняка играет роль», и так далее и тому подобное. При этом авторы высказываний, конечно же, забывают сообщить, что все эти «нарушения», «дисбалансы» и «биологические причины» - лишь гипотетические сущности, что это теории, предположения, реальность которых не удалось доказать, несмотря на десятилетия попыток и гигантские бюджеты исследований.

Сегодня (как и любой другой день) отличный день, чтобы напомнить: биомаркеров (объективно наблюдаемых, измеряемых индикаторов в мозгу или где бы то ни было еще) ни у одного из основных психиатрических расстройств НЕТ. #цитата #берстоу #феминистки #литература #биологическаяпсихиатрия

И снова об антидепрессантах – на этот раз не психиатр, а политолог. С одной стороны, читать тяжело, с другой - именно такие тексты ярче всего иллюстрируют, как фармпропаганда создает представления о препаратах в обществе. Разбор будет длинный и злобный, в двух частях, а может и в трех.

«Есть люди, для которых СИОЗС - базовые антидепрессанты "блокаторы обратного захвата серотонина" буквально спасители… Это факт. Есть другие, которые видят в СИОЗС квинтэссенцию большого мошенничества: фармкорпорации изобрели болезнь -"химический дисбаланс серотонина" - которой никогда не существовало в том виде, как её продавали…»

«...люди, для которых СИОЗС – спасители…Это факт». Стоп, а это точно «факт»? Откуда вы взяли информацию о том, что это «факт»? Людям, для которых "СИОЗС - буквально спасители", противопоставляются «другие». Но вовсе не те,кто столкнулись с негативными эффектами препаратов (мания, суицидальность, ПССД и так далее), не те, кто оплакивает совершенный на препаратах суицид близкого человека, а некие загадочные критики, которые что-то «видят в СИОЗС» (видимо, чисто абстрактно видят, издалека, в подзорную трубу).

Типичная ситуация:положительные эффекты антидепрессантов (реальные или вымышленные) как бы полностью сращиваются с людьми, принимающими таблетки. Само их существование (смотрите,они живы! ходят! работают!) риторически становится рекламой. Негативные эффекты, как правило, просто замалчиваются – а если о них и идет речь, то как о чем-то чисто умозрительном, оторванном от реальных людей, их переживаний и опыта, имеющем значение лишь идеологически и политически. Такой же механизм действует, когда критиков психиатрии и фармтерапии хейтят, что они якобы глухи к страданиям людей (с), упорно не замечая того факта, что эти самые критики, как правило, сами имеют опыт психиатрического лечения и негативный опыт приема таблеток.

Правы и те и другие.Тяжёлые антипсихотики лечат психоз — то есть человека, которого общество уже вынесло за скобки. Галоперидол существует на границе нормы и не-нормы, и эту границу он охраняет, не пересекая. СИОЗС сделали другое: они отменили границу.

Вот тут я, как говорится, аж заколдобилась. Как можно,будучи публичным интеллектуалом, настолько не отвечать за содержание того, что пишешь? Во-первых, не существует «тяжелых» и «не тяжелых» антипсихотиков. Просто не существует и все. Во-вторых, психоз абсолютно не означает, что человека «общество вынесло за скобки». В нашем обществе «выносят за скобки» скорее людей, находящихся в ПНИ из-за органических поражений мозга или старческой деменции. Кратковременный, преходящий психотический опыт может иметься у очень большого количества людей в популяции (что-то около 10 процентов), опыт выраженного психоза тоже есть умногих – и о том, что он у них есть, чаще всего абсолютно невозможно догадаться со стороны.

«Галоперидол охраняет границу, не пересекая».

Опять же, даже как-то странно комментировать такие высказывания, но сделаю это, т.к.человек известный и аудитория у него большая. Галоперидол – только один из огромного списка нейролептиков (антипсихотиков). И в последние десятилетия они стали «пересекать границу» точно так же, как антидепрессанты – а именно, начали рутинно использоваться для групп людей, которые в прежние времена никогда не попали бы на прием к психиатру. Да, Прозак был мощным драйвером медикализации повседневной жизни, «препаратом-блокбастером», но дело не в нем как таковом, а в изменении ситуации в обществе. Через «границу», о которой пишет Кузнецов, начиная с 1980-х поперли не только СИОЗС, но и нейролептики, «нормотимики»,стимуляторы… Да и до того «границу» в США спокойно пересекали бензодиазепины, риталин, декседрин, которые в гигантских масштабах выписывали истощенным бытом домохозяйкам и их непослушным детям (а у нас ее «пересекал» наш собственный препарат-блокбастер, феназепам). #разбор #инфополе

Спорим с политологами, начало выше.

Это препараты для людей, которые ходят на работу, платят ипотеку и в целом справляются. Именно поэтому Крамер назвал это "косметической психофармакологией", не лечение болезни, а апгрейд личности. СИОЗС не вытащили психиатрию избольницы в общество. Они вытащили её в офис, в спортзал, в средний класс.

Питер Крамер действительно написал целую книгу про Прозак, подавая его как способ формирования идеального неолиберального субьекта (кстати, позже, когда обстановка в обществе сменилась, от отказался от собственных слов и стал изо всех сил доказывать, что АД «личность не меняют»). Но дело, опять же, не конкретно в одних только СИОЗС, а в экспансии процессов медикализации, которые «вытащили в спортзал» сразу множество препаратов.

«Фармкомпаниизнали о побочных эффектах раньше, чем говорили. Клинические испытания с нейтральным результатом клались в ящик»

Стоп, стоп. Но ведь испытаний с «нейтральным результатом» физически быть не может, препарат либо показывает результат, либо нет. Так что «в ящик» клались не какие-то там «нейтральные» результаты, а явно отрицательные. Риторика сама по себе, на уровне отдельных слов, построена так, чтобы давать фору фармпрепаратам (типично для психиатров, но странно видеть у политолога).

«Одновременно:СИОЗС работают».

Судя по всему, автор абсолютно не в курсе проблемы эффективности антидепрессантов, которую обсуждают уже не первый десяток лет. Вероятно, он не знает, что бОльшую часть эффекта антидепрессантов составляет эффект плацебо (метаанализы последовательно показывают, что за вычетом эффекта плацебо эффект самих антидепрессантов составляет примерно 2 балла по шкале HAM-D - разница, не значимая клинически и как правило, абсолютно незаметная ни пациентам, ни врачам). Он наверняка не в курсе, что знаменитое исследование Star*D (положенное в основу идеи, что «если достаточно долго подбирать схему, то все точно будет хорошо») было по сути мошенническим , что результаты были искажены и что реальный уровень ремиссий после года приема АД в нем составлял около 3 процентов. И снова тот же вопрос: зачем, будучи уважаемым человеком, публичным интеллектуалом, писать на огромную аудиторию о том, в чем не разбираешься? Окончание ниже #разбор #инфополе #непсихиатры