ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ ЗЛАТОУСТОВСКАЯ "ЗНАМЕНИЕ"

В 1848 году в Москве распространилась холера. В это время подвергся этой страшной болезни замоскворецкий купец, шестидесятилетний старец Иродион Воробьев, прихожанин Екатерининской церкви на Ордынке. Когда он лежал в болезни, ему представилось в сновидении, что он находится в Златоустовской обители возле паперти, и будто бы монах с послушником готовятся что-то освящать. Затем он увидел на стене образ «Знамение» Богоматери и подошел к нему приложиться. На иконе Богомладенец улыбался, а Богоматерь, произнеся имя Иродиона, дала ему из Своих рук хрустальный сосуд для передачи послушнику. Пробудившись от сна, Иродион почувствовал облегчение от своих страданий и вскоре совершенно выздоровел от опасного недуга. 17 февраля он отправился в Златоустовский монастырь к вечерне. В этом монастыре он не был уже лет тридцать. Увидев здесь над аркой паперти Троицкого храма икону «Знамение» Богоматери, Иродион признал в ней ту самую, которую он видел во сне. По просьбе исцеленного, образ этот 3 марта снят был с арки и внесен в Троицкую церковь. Перед иконой совершено было молебствие с водоосвящением и чтением акафиста Богородице. Затем ее поместили на аналое в приделе святителя Иннокентия Иркутского.

Благодарный купец украсил образ драгоценной ризой, а одна женщина, получившая у иконы исцеление, сделала список с нее и поставила в той же Троицкой церкви, где находилась и подлинная чудотворная икона, перенесенная в 1865 году в соборную монастырскую церковь во имя св. Иоанна Златоуста.

В монастырской летописи под 1848 годом описано восемь чудесных исцелений от этой иконы. Вот одно из них. Жена генерал-майора Екатерина Александровна Капля несколько лет страдала нервным расслаблением, соединенным с усиленными сердечными припадками и невыносимыми болями в животе. Она от страдания почти не могла говорить, и лучшие врачи отказывались лечить ее. Больная тогда решилась обратиться с горячей мольбой к Пречистой Владычице. Она отправилась в Златоустовский монастырь и здесь отслужила перед иконой «Знамение» Божией Матери молебен. Когда недужная с верой приложилась к образу, то внезапно почувствовала облегчение. Возвратившись домой, она начала поправляться и скоро выздоровела.

Икона Златоустовская написана на липовой доске и имеет 12 вершков в вышину и 10 в ширину. По сторонам Богоматери находятся изображения св. Николая Чудотворца и Иоанна, архиепископа Новгородского. Ежедневно в Златоустовском монастыре совершаются молебные пения перед иконой «Знамение» Божией Матери: после ранней литургии в Троицком храме, а после поздней — в соборной Златоустовской церкви. Каждую пятницу в этой обители перед чудотворной иконой читается также акафист Божией Матери.

Празднество в честь этого образа совершается еще 3 марта в воспоминание перенесения его в Троицкую церковь.

Евгений Поселянин "Сказания о чудотворных иконах Богоматери" (1919 г.).

ПАМЯТЬ 40 СЕВАСТИЙСКИХ МУЧЕНИКОВ (+320)

ПАМЯТЬ ПРП. ИОАННА ЛЕСТВИЧНИКА

А не взять ли нам интервью у преподобного Иоанна Лествичника?

***
- Святый отче, давайте начнем с терминов. Кто такой христианин?

- Христианин есть тот, кто, сколько возможно человеку, подражает Христу словами, делами и помышлениями, право и непорочно веруя во Святую Троицу.

- Вот Вы – монах. Кто такой монах?

- Монах есть всегдашнее понуждение естества и неослабное хранение чувств.

- Сильно. А как нам, мирянам, спасаться в миру? Это вообще возможно?

- Все доброе, что только можете делать, делайте; никого не укоряйте, не окрадывайте, никому не лгите, ни перед кем не возноситесь, ни к кому не имейте ненависти, не оставляйте церковных собраний, к нуждающимся будьте милосерды, никого не соблазняйте, не касайтесь чужой части, будьте довольны оброки жен ваших. Если так будете поступать, то не далеко будете от царствия небесного.

- Отче, как не грешить?

- Тех мест, которые подают тебе случай к падению, убегай как бича; ибо когда мы не видим запрещенного плода, то не так сильно его и желаем.

- Как научиться любить?

- Тогда всякий из нас познает, что в нем есть братолюбие, и истинная к ближнему любовь, когда увидит, что плачет о согрешениях брата и радуется о его преуспеянии и дарованиях.

- Как научиться молиться?

- На молитве стой с трепетом, как осужденный преступник стоит пред судиею, чтобы тебе и внешним видом и внутренним устроением угасить гнев Праведного Судии: ибо Он не может презреть душу-вдовицу, предстоящую Ему с болезненным чувством и утруждающую Неутруждаемого.

- Если человек оставил смертные грехи и теперь старается жить по-христиански, какие опасности его могут поджидать?

- Человекоубийцы бесы побуждают нас или согрешить, или, когда не грешим, осуждать согрешающих, чтобы вторым осквернить первое.

- В чем опасность осуждения?

- Послушайте, злые судии чужих деяний: если истинно то, как в самом деле истинно, что «имже судом судите, судят вам» (Мф.7:2); то, конечно, за какие грехи осудим ближнего, телесные или душевные, в те впадем сами; и иначе не бывает.

- Сейчас идет Великий Пост. В чем смысл поста?

- Когда чрево утесняется, тогда смиряется и сердце; если же оно упокоено пищею, то сердце возносится помыслами.

- Может ли чревоугодие порождать другие грехи?

Кто служит своему чреву, и между тем хочет победить дух блуда; тот подобен угашающему пожар маслом.

- Ого. А что вообще может испортить христианский путь мирянина?

- Видел я весьма многие и различные растения добродетелей, насаждаемые мирскими людьми, и как бы от подземного стока нечистоты напаяемые тщеславием, окапываемые самохвальством и утучняемые навозом похвал.

- Эх... Как все-таки быть настоящим христианином?

- Покусившимся с телом взойти на небо, поистинне потребны крайнее понуждение и непрестанные скорби, особенно в самом начале отречения, доколе сластолюбивый наш нрав и бесчувственное сердце истинным плачем не претворятся в боголюбие и чистоту.

- Святый отче, в нашем храме много молодежи. Что бы Вы могли посоветовать ребятам?

- Усердно приноси Христу труды юности твоей и возрадуешься о богатстве бесстрастия в старости: ибо собираемое в юности питает и утешает изнемогших в старости. Юные! Потрудимся ревностно, потечем трезвенно; ибо смерть неизвестна. Мы имеем врагов лукавых и злых, коварных, пронырливых, державших огонь в руках и желающих сжечь храм Божий тем самым пламенем, который в нем, врагов сильных и никогда не спящих, невещественных и невидимых. Итак никто из юных не должен слушать враждебных бесов, когда они внушают ему, говоря: «Не изнуряй своего тела, чтобы не впасть в болезнь и немощи».

- Благодарю за интервью! Святый преподобный отче Иоанне, моли Бога о нас!

Изучение письменных трудов святого человека не менее важно, чем богослужебное его почитание.

Лествица. Конечно же, полностью нам ее не охватить. Прп. Иоанн выразил в ней всю высоту и глубину своего духовного опыта. Эта книга дана нам для того, чтобы постепенно вникать в ее главы буквально по одному предложению, кусочками отламывать от этого благоуханного хлеба и очень медленно пережевывать. Работа на всю жизнь.

Понятно, что там есть специфические монашеские надстройки, которые нужно вводить в будни мирянина с рассуждением. Например, тема послушания (кого и в какой мере слушаться?), плача (как и о чем плакать?), безмолвия (что это вообще такое?). Все это нуждается в «переводе». На данную тему существует немало книг и лекций.

Но главное, что Лествица учит самому принципу борьбы с грехом, погружает в сердцевину аскетической брани. Что такое та или иная страсть, кто у нее «мать, отец, братья и сестры», какая добродетель служит средством изгнания страсти и какой инструментарий необходим.

Учебник жизни духовной. Настольная книга церковного христианина.

Если не обретет человек этих трех добродетелей: любви, воздержания и непрестанной Иисусовой молитвы, – не может ум всецело обратиться к Богу.
Ибо любовь укрощает гнев. Воздержание иссушает похоть.
А молитва Иисусова отрешает от всех помышлений.
Следует отгонять от себя всякое рвение, дела и заботы, всякую суету, смущения и самомнение.
И пребывать в Боге непрестанно.
И Он всему тебя научит и откроет Святым Духом и Небесное, и земное.

священноинок Дорофей

ПРЕПОДОБНЫЙ ИОАНН ЛЕСТВИЧНИК, ИГУМЕН СИНАЙСКИЙ

Сегодня мы вспоминаем Иоанна Лествичника, и не столько его, сколько книгу, которую он написал. Книга эта – «Лествица» — в полном своем виде пригодна только для монахов, потому что там есть такие вещи, и их довольно много, которые относятся исключительно к монахам. Но все же неспроста эта книга преподносится для всеобщего ознакомления, и даже установлен специальный праздник в честь нее. Потому что все основные представления о христианстве, которые там изложены, относятся ко всем православным христианам.

Многие люди сейчас говорят, что бесстрастие, отречение от мира – я этого всего не хочу, я хочу получать всякие удовольствия, хорошо прожить в мире. Да, я не хочу заниматься греховными делами какими-то, хотел бы подальше от этого держаться, но зачем весь этот экстрим? Что хорошего в том, чтобы все время молиться?

Люди так говорят, потому что, может быть, просто не понимают, что такое быть все время с Богом, а, может быть, потому что у них просто другие задачи в жизни. Действительно, если ты стал христианином просто потому, что «здесь все христиане», «здесь так принято», тебя так воспитали, потому что твои самые замечательные друзья стали христианами, и ты за компанию захотел тоже, или ты зашел в церковь, а там такая располагающая обстановка, что даже и думать не хочется, — то получается, что ты просто хочешь решить какие-то свои проблемы, придя в Церковь, а вместо этого она говорит, что давай не эти проблемы решай – они никому не важны и не нужны, даже тебе, — а занимайся тем, чтобы самому меняться. Это совершенно неуместное предложение в таких случаях. И люди говорят, что какие глупости там написаны — мол, надо обожиться, — а я хотел бы очеловечиться.

На это можно сказать вот что. Люди, которые так говорят по неведению, просто должны получше узнать про христианство, почитать о христианах, об их внутренней жизни, почитать, что говорят святые отцы. Очень может быть, что если они так сделают, то это их увлечет, они поймут, что именно это настоящая жизнь, а не то, что им представлялось и хотелось.

Если люди уже почитали и отвергли — такое ведь тоже бывает, — то тогда просто надо признать, что это люди неверующие. Может быть, они и хотели социально принадлежать к православным – православным себя называет кто угодно, а на вопрос «веришь ли ты в Бога», отвечают «нет». То есть это уже им чересчур, они хотят просто быть «православными». А те, кто отвечает, что они верят в Бога, могут также верить в переселение душ, потому что уж если верить, так верить во все сразу. И если дальше спросить, соблюдают ли они посты, то можно предвидеть, какие чаще будут даваться ответы.

Это все люди неверующие, нам это понятно, но надо понять и другое. Люди, которые хотят, чтобы Церковь улучшала их житейскую жизнь — тоже неверующие, хотя они могут быть довольно старательными прихожанами, по, крайней мере, в течение какого-то времени, пока они не поняли для себя, что им это все надоело. А, может быть, они поймут для себя, что им так полезнее, веселее, а дома сидеть скучно. Все это люди неверующие, и, конечно, им «Лествица» базово совершенно непонятна. Любой человек с плохой подготовкой что-нибудь да поймет, если он вообще к этому стремится, но если он стремится к чему-то другому, то ни с какой самой хорошей подготовкой он все равно ничего не поймет, и такие люди отторгают от себя православие.

Люди становятся верующими не потому, что они пришли за компанию. Может быть, им кто-то указал на Церковь, на Бога – как самаритянка указала самаритянам, но они стали верить не потому, что она им указала, а потому что они сами убедились. Человек становится верующим, когда он сам почувствовал и понял. Да, может быть, кто-то ему помог, показал, побудил и так далее, но уже неважно, как это произошло, а важно, что это произошло. Он сам хочет быть с Богом, потому что он понимает, как это. И когда он теряет Бога, то он это чувствует как потерю.

Вот когда романтические увлечения случаются с молодыми людьми, то они думают о предмете своего увлечения, им не надоедает, хотя, строго говоря, о чем там думать? Как это вообще начинать-то можно, а не то что продолжать? А с Богом все это гораздо интереснее, поэтому если ты имеешь свою собственную, пусть маленькую, слабенькую, но веру, то тогда ты хочешь узнать, как с ней быть дальше, как не отставать от Бога.

И вот люди знающие говорят, что делать, когда вера теряется, как ее опять найти. Вера может теряться от нашего взгляда по нашим грехам, но сама по себе она не теряется, не пропадает – ее можно и нужно найти. Это все становится самым главным для верующего, и об этом говорит наша аскетика.

Поэтому если человек считает, что православная аскетика ему чужда и неинтересна, то можно совершенно не сомневаться, что это человек неверующий в православном смысле слова. Может, он, конечно, верует в какое-то высшее существо, которое он называет богом – это пожалуйста, — но в православного Бога он не верит.

А вот если он верит в православного Бога, то тогда все эти вещи — понятные или непонятные, даже если они ему сейчас непригодны — все равно близкие и родные. Даже если он не может применить это в своей жизни, потому что у него сейчас такая жизнь — пока такая, — то все равно он это воспринимает как часть его собственной науки, то, что нужно для него лично.

И поэтому эти монашеские премудрости, которые вроде как изложены специально для монахов, в каком-то смысле полезны абсолютно для всех, даже для самых новоначальных. Они неполезны только для тех, кому вообще неинтересно святоотеческое христианство.

И поэтому будем сегодня вспоминать человека, о котором повествовало Евангелие, читавшееся в этот день еще раньше, чем была назначена на этот же день память Иоанна Лествичника. Этот человек просил исцелить своего ребенка, на что Христос его спросил: веруешь ли ты?

А он что ответил? — «Верую, Господи, помози моему неверию». Он не сказал, что не верит, но не сказал, что с верой у него все хорошо. С верой все плохо, но я верю — вот это и есть наше христианское состояние. Да, у меня с верой все плохо, но она у меня есть.

40 СЕВАСТИЙСКИХ МУЧЕНИКОВ

Сегодня мы совершаем память сорока мучеников, и это не просто одна из многочисленных групп мучеников в истории христианства, а это такие мученики, которые и пострадали далеко не самыми первыми, но, тем не менее, они стали иконой самого подвига мученичества – а это самое важное, что есть в Церкви, потому что и Христос этот подвиг взял на себя. Ведь нельзя сказать, что Христос жил в монастыре, но можно точно сказать, что Он стал мучеником, и подобно Ему и апостолы стали мучениками. Кровью мучеников стоит Церковь.

И дальше, почти триста лет, Церковь существовала с какими-то передышками, но все время были мученики и исповедники. И потом, когда дрогнула Римская империя, и она внешним образом приняла христианство, массовое мученичество прекратилось в пределах Римской Империи, но за ее пределами оно продолжалось, конечно. Возникли всякие другие искушения, связанные с ересью, с безбожной жизнью якобы христиан, и поэтому появился институт монашества.

Что очень характерно? Когда кончились христианские империи, то за это пришлось платить тем, что опять Церковь принесла мучеников еще больше, чем в то время, когда все только начиналось. В ΙV веке, и тем более в конце ΙΙΙ, христиан как таковых было очень мало. А в XVI-XIX веках их было уже много, и хотя многие из них уже отступали от христианства прямо или косвенно, но все равно было много тех, кто держались, и стали появляться мученики от турок – так называемые новомученики. Термин «новомученики» появился тогда, когда турки завоевали большую часть христианских земель – там возникали такие ситуации, и довольно часто, когда из-за необходимости сохранить верность христианству кто-то принимал мученичество.

Ну и наконец, когда самая большая и в этом смысле самая главная христианская империя завершила свое существование, количество новомучеников Российских превзошло общее количество мучеников за всю христианскую историю.

И вот опять Церковь вернулась к тому, чтобы особенно почитать мучеников, потому что сегодня Истинная Церковь – это, конечно, Церковь мучеников и исповедников. Катакомбная Церковь России другой просто и не могла быть, и мы в этой Церкви. Поэтому если мы хотим с ними действительно быть в одной Церкви, — а другой Церкви и нет, потому что мы либо мы с ними в Церкви, либо мы вообще вне Церкви, — то тогда для нас, конечно, главный подвиг, на который мы смотрим, через который они все проходили так или иначе, даже исповедники – это подвиг мученичества.
Что это означает? Конечно, когда какие-то житейские интересы привели нас в христианство, или вообще своих интересов у нас нет, а пришли мы за компанию – все это крайне неуместно. И мы сразу начинаем чувствовать, что возрастают ставки, которые нужно платить, мы хотим улучшить жизнь, а нам предлагают ее ухудшить, и тогда мы отпадаем. Таким людям нечего делать в Церкви Христовой, конечно.

А если мы принимаем наше собственное отношение с Богом, то тут уж надо принимать то, что получится. Может быть, более мирная жизнь, может быть, менее мирная, но совсем мирной жизни у нас не получилось уже. Как Бог даст, но главное, что мир надо иметь с Богом, а все остальное – это уже как получится. Не надо об этом особо думать и сосредотачиваться на этом.

Если мы хотим иметь жизнь с Богом, то, конечно, с кем-то другим у нас такого мира не получится. Насколько это приведет к брутальным последствиям – это совершенно не наше дело. Наше дело – держаться Бога. Ради этого мы пришли в истинную Церковь, ради этого мы не можем удовлетвориться просто какими-то церковными обрядами, пусть даже они неотличимы от настоящих, как часто пишут на продуктах – «идентичны натуральным».

Мы не можем удовлетвориться церковью, «идентичной натуральной», именно потому, что у нас есть единая истинная Церковь – Церковь новомучеников. И мы стали верующими людьми, потому что мы уверовали в того же самого Бога, который был и у новомучеников, и сегодняшних сорока мучеников севастийских. Поэтому мы должны быть с Богом, и должны делать то, что Христос показал.

Поэтому мы всегда молимся мученикам, причем в первую очередь из всех сонмов святых, и просим нас укрепить во всех тех испытаниях, очень маленьких, которые выпадают и на нашу долю.

ИКОНА БОЖИЕЙ МАТЕРИ ЗНАМЕНИЕ "АЛБАЗИНСКАЯ"

Албазинская икона Божией Матери "Слово плоть бысть" - великая святыня Приамурья, свое название получила от русской крепости Албазин (ныне село Албазино) на Амуре, основанной в 1650 году знаменитым русским землепроходцем атаманом Ерофеем Хабаровым на месте городка даурского князя Албазы.

Грозно возвышавшийся над Амуром Албазинский острог стал предметом ненависти китайского богдыхана и его воевод, уже тогда мечтавших распространить свои владения на всю русскую Сибирь. В канун праздника Благовещения, 24 марта 1652 года, произошло на Амуре первое военное столкновение русских с китайцами. Молитвами Пресвятой Богородицы язычники были разбиты и отброшены в свои пределы. Эта победа явилась для русских благим предзнаменованием. Но борьба только начиналась. Еще многим сынам Святой Руси предстояло испить смертную чашу в битве за Амур - за торжество Православия на Дальнем Востоке.
В июне 1658 года албазинский отряд, 270 казаков во главе с Онуфрием Степановым, попал в засаду и в геройском бою был полностью уничтожен китайцами.
Враги сожгли Албазин, опустошили русские земли, угнали в Китай местное население. Плодородный возделанный край они хотели превратить в пустыню.
В те трудные годы Пресвятая Богородица явила особое знамение Своей милости к Амурской земле. В 1665 году, когда русские вернулись и восстановили Албазин, пришел на Амур с духовенством старец Ермоген из Киренского Свято-Троицкого монастыря и принес с собою благословение возрожденному краю - чудотворную икону Божией Матери "Слово плоть бысть", именуемую с тех пор Албазинской. В 1671 году блаженный старец основал в урочище Брусяной Камень (полтора километра от Албазина вниз по Амуру) небольшую обитель, где и пребывала святая икона в последующие годы.

Албазин обстраивался. В двух храмах города - Вознесения Господня и Святителя Николая Чудотворца - возносили Бескровную Жертву албазинские священники. Невдалеке от города (вверх по Амуру) был основан еще один монастырь - Спасский. Плодородная земля кормила хлебом всю Восточную Сибирь. Местное население приобщалось к русской православной культуре, мирно входило в состав многонационального Русского государства, находило у русских защиту от набегов хищных китайских феодалов.

В Москве не забывали о нуждах далекой Амурской окраины: крепили военную оборону, улучшали управление краем. В 1682 году было образовано Албазинское воеводство. Заботились о духовном окормлении приамурских племен. Поместный Собор Русской Церкви в 1681 году принял решение о посылке в дальние города, на Лену и Амур, "в дауры", "людей духовных - архимандритов, игуменов или священников, добрых и учительных, для просвещения неверующих христианским законом". Дауры и тунгусы целыми родами приступали к святому Крещению, большое значение имело обращение в Православие даурского князя Гантимура, в крещении Петра, со старшим сыном Катанаем, в крещении Павлом.
Слуги богдыхана готовили, между тем, новое нападение. После нескольких безуспешных набегов 10 июля 1685 года они подошли к Албазину с 15-тысячной армией и окружили крепость. В ней находилось 450 русских воинов с 3 пушками. Первый штурм был отбит. Тогда китайцы со всех сторон обложили деревянные стены острога дровами и хворостом и подожгли. Дальнейшая оборона стала невозможной. Со знаменами и святынями, среди которых была чудотворная Албазинская икона, гарнизон в боевом порядке покинул крепость.

Но Божия Матерь не оставила Своим заступлением избранного Ею града. Разведчики вскоре донесли, что китайцы вдруг "наспех, днем и ночью" стали отступать от Албазина, не успев даже выполнить приказ богдыхана об уничтожении засеянных русских полей. Чудесным вмешательством Небесная Покровительница не только изгнала врагов из русских пределов, но и сохранила хлеб, которого хватило потом восстановленному городу на несколько зимовок. 20 августа 1685 года русские уже вновь были в Албазине.

Прошел год, крепость снова была осаждена китайцами. Началась героическая пятимесячная оборона Албазина - "Албазинское сидение", занимающее почетное место в истории Русской боевой славы. Трижды - в июле, сентябре, октябре - бросались войска богдыхана на штурм деревянных укреплений. Огненные стрелы и раскаленные ядра градом летели на город. Бой был такой, что ни города, ни его защитников не видно было в дыму и в огне. И все три раза незримый Покров Богородицы ограждал албазинцев от жестоких врагов.

К декабрю 1686 года, когда китайцы, признав свое бессилие, сняли осаду Албазина, в городе из 826 его защитников оставалось 150 человек.
Для продолжения войны с богдыханом этих сил было недостаточно. В августе 1690 года последние казаки во главе с Василием Смиренниковым, одним из героев албазинской обороны, ушли из Албазина. Ни крепость, ни ее святыня не достались врагу: укрепления были срыты и уничтожены казаками, Албазинская икона Божией Матери была перенесена в Сретенск, город на реке Шилке, впадающей в Амур.
Но и после гибели Албазина Бог судил его жителям выполнить еще одно служение на благо Церкви. Прекращение военных действий способствовало Божиим Промыслом усилению благодатного воздействия Православия на народы Дальнего Востока. За годы войны около сотни русских казаков и крестьян из Албазина и его окрестностей попали в плен и были отведены в Пекин. Богдыхан (император) приказал даже отдать одно из буддийских капищ для устроения в китайской столице православного храма во имя Софии, Премудрости Божией. В 1695 году митрополит Тобольский Игнатий отправил в Софийский храм антиминс , миро , богослужебные книги и церковные сосуды. В послании к пленному священнику Максиму, "проповеднику Святого Евангелия в Китайском царстве", митрополит Игнатий писал: "Да не смущается, ниже да оскорбляется душа твоя и всех пленных с тобою о вашем таковом бедствии, ибо воле Божией кто противиться может? А пленение ваше не без пользы китайским жителям, так как свет Христовой Православной веры вами им открывается".

Скоро проповедь Евангелия в китайской империи принесла плоды - появились первые крещенные китайцы. Русская Церковь ревностно заботилась о новой пастве. Митрополит Тобольский, Святитель Филофей, апостол Сибири (+ 1727), писал грамоты пекинскому духовенству и верующим, в 1715 году прибыла в Пекин Русская Духовная Миссия, непрерывно продолжавшая с тех пор дело христианского просвещения язычников в течение двух с половиной столетий до самого недавнего времени.

Прошли годы, наступила новая эпоха русского освоения Амура. В 1850 году, в праздник Всемилостивого Спаса, 1 августа, капитаном Г. И. Невельским был поднят русский Андреевский флаг в устье Амура и основан город Николаевск-на-Амуре. Трудами генерал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева-Амурского (+ 1881) и святого равноапостольного Иннокентия, архиепископа Камчатского (+ 1879, память 31 марта), в духовном окормлении которого находились Приамурье и Приморье, в несколько лет весь левый берег Амура был застроен русскими городами, селами и казачьими станицами. Каждый год становился важной ступенью в хозяйственном освоении края, его христианском просвещении и благоустроении. За одно лето 1857 года на берегу Амура было выстроено пятнадцать станиц и поселков (в том числе большие станицы - Албазинская на месте древней крепости и Иннокентиевская, названная так в честь Святителя Иннокентия), также за одно лето 1858 года - более тридцати поселений, среди них три города - Хабаровск, Благовещенск, Софийск.

В мае 1858 года, в день Святителя Николая Угодника, в Усть-Зейский казачий пост прибыли Н. Н. Муравьев-Амурский и архиепископ Камчатский Иннокентий. Святителем Иннокентием был здесь заложен храм в честь Благовещения Божией Матери - первое здание нового города. По имени храма и город был назван Благовещенском - в память о первой победе над китайцами в праздник Благовещения в 1652 году и в память о храме Благовещения в Иркутске, в котором начинал свое священнослужение Святитель Иннокентий, а также в ознаменование того, что "отсюда изойдет благая весть о воссоединении Приамурского края с Российскими владениями". Новые переселенцы на пути к Амуру, проезжая через Сретенск, усердно приносили моления Святой Защитнице Приамурья пред Ее чудотворной Албазинской иконой. Молитвы их были услышаны: Айгунский (1858 года) и Пекинский (1860 года) договоры окончательно закрепили за Россией левобережье Амура и Приморье.

В 1868 году епископ Камчатский Вениамин Благонравов, преемник святителя Иннокентия, перенес святую икону из Сретенска в Благовещенск, вернув Амурскому краю его славную святыню. Новый период в почитании Албазинской иконы Божией Матери начался с 1885 года и связан с именем епископа Камчатского Гурия, который установил ежегодное празднование ей 9 марта и еженедельное чтение акафиста с молебным пением.
... Летом 1900 года, во время "Боксерского" восстания в Китае, волна мятежа дошла и до русских рубежей. Китайские войска неожиданно появились на берегу Амура перед мирным Благовещенском. Девятнадцать дней враг стоял пред беззащитным городом, осыпая его артиллерийским огнем, угрожая вторжением на русский берег. Обмелевший Амур облегчал переправу противнику. Но в Благовещенском храме непрестанно шла служба, читались акафисты пред чудотворной Албазинской иконой. И Покров Божией Матери, как в давние времена албазинских сражений, был простерт над городом: не осмелившись перейти Амур, неприятель ушел от Благовещенска. По рассказам самих китайцев, они часто видели в те дни, как по берегу Амура проходила Светлая Женщина, внушавшая им необоримый страх и лишавшая их снаряды губительной силы.

Ложь сергианства.

Ложь, будто богоборческая власть "от Бога". Декларация митрополита Сергия (Страгородского).

Вступила на путь лжи учрежденная в СССР безбожными коммунистами советская патриархия, провозгласившая ложь, будто богоборческая большевицкая власть "от Бога", хотя святой апостол Павел, на слова которого она лживо ссылается, ясно говорит, что носитель законной власти "есть Божий слуга", поощряющий добро и наказывающий зло (Рим. 13, 3-4), а не безбожник, поступающий наоборот, как это мы видим у большевиков, власть которых эта патриархия лживо восхваляет и пропагандирует на весь мир, пытаясь ввести этим все человечество в заблуждение.

Архиепископ Аверкий (Таушев).
Современность в свете Слова Божия. Слова и речи. Том. I. Свято-Троицкий монастырь. Джорданвилль, Нью-Йорк. 1975 г. – Из проповеди "Храните веру Православную, завещанную нам святым князем Владимиром". С. 50.