МЫ ПАБЕДИЛИ

Уйду


Сиреневым светом
Глаза заливает
Сломанный светофор.

В сиреневом переулке
Глаза заливают
За воротник.

В сиреневой тишине
Скрип тормозов
О мягкий асфальт.

Сиреневой тенью
Скользит по мосту
Больной человек.

Сиреневой стужей
Берег обнимет
Большая река,

Сиреневым глазом
Небо на город
Глядит близоруко.

Сиреневым звоном
Меня провожают
Колокола.

Под нежной сиренью
Я сяду,
Когда вернусь.

"Дерево"

Дерево мое сгнило.
Дети бьются в зарешеченное окно, но пожар объедает их ноги, паника выкраивает разум из головы, а дым стелет на них мутное мрачное одеяло.
Дерево мое умирает.
Под покровом ночи неизвестные грабили магазин комиксов, но, презрительно оглядев витрины, забрали только деньги.
Дерево мое облетает местами.
Рядом с ним этажи и балконы вырастают как грибы после дождя, стены окрашиваются в ярко-серый, и окна собираются из осколков некогда целой хрустальной вазы с пеплом.
Дерево мое живёт полной жизнью.
Земля ещё не успела высохнуть после дождя, а по ней уже распластывается белая краска пешеходного перехода.
Дерево мое ещё молодо.
Я иду из школы, на улице май, солнечно, и на душе спокойно и радостно. Хочется сделать что-нибудь хорошее. Жёлудь на земле. Подбираю.
Я посадил дерево.

Вместе с Семёном (https://t.me/darkaprill) двигаем ЧиТаТь СтИхИ

Чё нить будет чё нить будет

Регистрируйтесь, приходите, располагайтесь, слушайте, авось и понравится что!

Мальчик, который долбил стену


Тихая улица, старенький дом.

Камень в худом кулаке
Пальцы обвили тугим лоскутом.

Тускло горят вдалеке
Созвездия окон, и в каждом - исток,
Что Родину мне создал.

Строится с запада на восток
Тысячевёрстный состав
В темном проулке, укрытый тряпьём,
Сияет на выцветшем фото.

Мальчик хватает камень и бьёт
Красно-кирпичные своды.
Жилые дома сотрясает удар.
В пекле рождается злоба.

Да возымеет силу кнута
Моё почерневшее слово!

В мире родных и бескрайних окраин
И настежь распахнутых ставень,
В мире, где каждый наказан Каин,
Сейчас умирает Авель,
Веной хватая гемоглобин,
Теряет уставшее тело.

Мальчик осколком упрямо долбил
Кривую, щербатую стену.

Дурак ты, боцман

Всем приготовиться в общем

Кажется, началось

Сегодня


Новые веки внезапно со скрипом открылись,
Новая вечность в границах старой кровати
Воплем диктует настойчиво новую бытность:
Новая книга да новый угрюмый приятель.

В новое утро приходит и хнычет тревога,
Каждое утро уныние, зависть и похоть,
Снова ныряю в набивший оскомину омут,
Уши закрыв, Я кричу и надеюсь оглохнуть,
Свою же пластинку до дыр и истерик заслушав,
С самим же собой от немощной скуки рассорюсь.

День обязательно станет легче и лучше.

День обязательно вылечит липкую совесть,
Тяжкая дума целые сутки проглотит,
Я оглянусь: ну что от меня осталось?

Только сегодня трижды тонула в болоте,
Всплывала и снова тонула несчастная радость,
Только сегодня - искренний промежуток,
Только сегодня в памяти сохранилось.

Медленно тлеет во тьме за минутой минута,
Медленно капает с крыши холодная сырость,
Медленно гнить под махровой незыблемой тучей
Я не желаю, и почва меня укроет.

День обязательно станет легче и лучше;

День обязательно кончится криком и кровью,
И снова завяжется день, больной и безумный,
И снова наступит сегодня, словно задаром
Я поседел и сточил до фундамента зубы,
Наклеил морщины и в комнате стал самым старым,
И снова младенец рыдает в декабрьской стуже,
И снова, и снова Я зачем-то рождаюсь.

День обязательно станет легче и лучше.

День обязательно сдохнет, живым на зависть.

Терпение

Терпим терпим

Потерпим

Я ещё не забыл, как складывать слова в чумодан

Кто щас подписался только что