Поздний Бёклин увлёкся традиционными аллегориями: вот «Чума» (1898) и две «Войны» (1896). Не знаю, отчего они «Война», если там все Всадники присутствуют.

На последней внизу очень детализированный пейзаж — итальянский, кипарисный. Видимо, Апокалипсис приходит прямо к Бёклину домой, в самые дорогие его сердцу места. Что заставляет как-то иначе взглянуть на пафосных и романтических Всадников.

«Чума», наверное, следующая по известности за «Островом мёртвых». Она прямолинейна, но в прямолинейности своей экспрессивна и жутка. Хотя у дракона по-прежнему потешная морда (из хвоста!), как на куда более ранних картинах.

Ну что ж поделать, если у Бёклина так легко выходили смешные зверушки

Корнел (показывает рандомное искусство)

Арнольд Бёклин умер в 1901 году, прожив 70 с лишним лет. Последние 20 лет жизни он был чрезвычайно знаменит — ему подражали, его бесконечно цитировали.

В 1902 году немецкий художник Фердинанд Келлер написал «Могилу Бёклина», отдал дань покойному.

Вторая картина в посте — оммаж Бёклину 1905 года от Карла Вильгельма Дифенбаха, несколько безумного символиста.

А дальше оммажей стало только больше

Корнел (показывает рандомное искусство)

А в 1904 году Бёклину посвятили шрифт. Будем честны, не слишком читаемый, но тогда — в самом расцвете модерна — такие шрифты были невероятно модными. Никто, конечно, не набирал ими тексты — это для заголовков, вывесок, плакатов, открыток, марок и прочих декоративных элементов.

У стиля модерн открылось второе дыхание в психоделике 60-х. Так стали возможны совсем уж забавные пересечения: 1968 год, шрифт Бёклин на обложке альбома группы T.Rex (в её первой инкарнации, со смешным длинным названием)

Корнел (показывает рандомное искусство)

Из сюрреалистов особенно одержим Бёклином был Сальвадор Дали.

Первым номером в посте самый известный его оммаж — «Истинное изображение „Острова мёртвых“ Арнольда Бёклина в час вечерней молитвы», 1932. Геометрия, срезы пространства, пустыня вместо моря, характерные для Дали текучие, плавящиеся линии. И тем не менее это «Остров мёртвых», что же ещё.

Номера два и три известны поменьше, а зря. Это «Центральный двор Острова мёртвых» и «Западный берег острова мёртвых», оба 1934 года. У них есть подзаголовок (Дали вообще был любитель названий, у него слова неотделимы от картин). Так вот, подзаголовок: «Реконструктивная одержимость „Бёклином“». Попытка заглянуть внутрь, разобрать тайну на элементы — в общем, любимые занятия Дали

Корнел (показывает рандомное искусство)

Сальвадор Дали продолжал использовать мотивы бёклиновского «Острова мёртвых» в своих поисках. Вот, к примеру, его наработки к декорациям балета «Лабиринт» (1941)

Балет он делал с Леонидом Мясиным, хореографом «Русского балета Монте-Карло». В мемуарах Мясина можно почитать, как это было: «…В эпизоде, когда Тесей убивает Минотавра, дали хотел использовать настоящую голову телёнка, затем должна была следовать сцена, в которой танцоры торжественно отрезали куски от головы и ели их. <…> Когда он заявил, что, символизируя гибель, мы должны уронить на сцену „Стенвей“, я наотрез отказался. Но одним из наших наиболее удачных решений был эпизод с девушкой в прозрачной тунике, лежавшей неподвижно на сцене. Над ней висело несколько танцовщиков, скрытые задником; видны были лишь их ноги, к которым мы привязали белых голубей. Таким образом мы создали иллюзию обнажённой девушки, над которой порхают голуби»

Корнел (показывает рандомное искусство)

А вот множество оммажей Бёклину от (относительно) современного художника, работающего в сюрреалистической манере, — Зигфрида Задемака. Все картины — вторая половина 80-х и 90-е. Меня они цепляют именно оптом, как бесконечное развитие темы.

Всё-таки идёт «Остров мёртвых» сюрреализму!

Корнел (показывает рандомное искусство)