Меня зовут Кориолан Сноу.
Тяжело забыть имя, когда оно постоянно мелькает в окружении. Мне достаточно знать, что спустя все годы Я достиг своей цели и вернул семье прежнюю славу. Род Сноу навека останется непоколебим даже после моей смерти, ведь из книг истории его не сотрешь. Им придется слышать его вновь и вновь, делать выводы из моих поступков.

Я не знаю своей смерти. Погиб ли Я вообще? Знаю лишь то, что у меня нет полноценных воспоминаний о своей жизни, лишь обрезанная версия, когда Я начал двигаться к цели, избавившись от лишнего груза. Это вовсе не делает меня неполноценным. Наоборот.
Удостоился ли кто-то такой же чести, что и Я, иметь несколько вариантов своей жизни? Маловероятно, даже затратно. Пожалуй, мне нужно объясниться перед самим собой: этот мир вечно меняется, мелькает чужими воспоминаниями. Однажды Я встретил плакат, на котором рассказывалось о последствиях непослушания командам Президента Сноу. Так и начались мои размышления.

Делать выводы о безопасности еще рано. Если это место мелькает воспоминаниями, то Я могу встретиться и с Ней, и с Ним. «Судьба вновь сведет нас вместе» – так бы Она сказала, Я же в знаки судьбы не верю.

Моя теория постепенно подтверждает себя. Это место и вправду считывает воспоминания, куда бы Я ни пошел, меня преследуют белые розы. Понимает ли это место значимость этих цветов? Или просто хочет посмотреть, как быстро у меня сдадут нервы от их вида? Имеет ли это место разум? У меня сомнения.
Я ходил по этому месту с того момента, как оно приняло вид Дистрикта 12. Столько воспоминаний... Даже помню Ее смех, когда Она впервые увидела меня с бритой головой. Словно Она рядом.

Как только Я вспомнил об этом, моя внешность изменилась. Снова форма Миротворца. Признаюсь, это было неожиданно, но безболезненно.

Мне вечно кажется, что за мной кто-то наблюдает. Птицы или другие люди? И тем, и тем Я не доверяю. Не хотелось бы их встретить с пустыми руками, неподготовленность – залог потери контроля над ситуацией. Я не собираюсь чувствовать себя в опасности.

Не думал, что когда-нибудь услышу эту музыку вновь не от соек-пересмешниц. Все Кови музыканты, это так, но у каждого индивидуальный подход к игре песен. Их легко можно узнать из толпы по тому, как они перебирают пальцами по струнам, с какой уверенностью и какой целью. Иногда по этому можно выяснить и их настроение. Эта музыка особенная, уставшая, играет для себя.
Она наверняка до сих пор обижается на меня, хотя Я ничего не сделал. Она первой попыталась убить меня, а теперь будет бегать кругами, как забившаяся в клетке птица. Жалкая судьба для жалкого человека, который строит из себя жертву, будто за Ней гонится хищник. Только отсюда Ей уже не сбежать, ни одна змея Ее не послушается, не защитит...

Люси Грей! Не хочешь поговорить о своем побеге? Или снова убежишь?

Не улетела. Люси Грей, можешь перестать делать вид, что Я тебе враг. Я пока не могу объяснить, что происходит... Но ты ведь тоже не можешь этого понять. Так давай отложим наши разногласия.

Понимаю, видеть меня таким тебе неприятно. Лучше вспомни старое, белую розу, которую Я тебе тогда подарил, красный пиджак. Мой внешний вид меняется, когда Я слишком долго задумываюсь о каком-то времени. И, знаешь, Я тебе это рассказываю, потому что доверяю. У меня есть причины доверять тебе, Люси Грей.

Ты можешь довериться мне?

Ты во всем видишь подвох, которого нет. Излишняя осторожность тебя не защитит, как бы ты ни старалась. Если Я уйду, то кто еще сможет тебе помочь? Я тебе помогал. Все время. От начала Голодных Игр до твоего побега из Дистрикта 12. От чего хмуришься?

Если так хочешь, можешь продолжать бродить по этому меняющемуся миру в одиночестве, как было и до этого. А можешь взять пример со своих излюбленных пересмешниц, которые сбиваются в стаи, чтобы защититься... Они даже остаются с одним партнером на всю жизнь. Люси Грей, не делай глупостей, о которых пожалеешь.

Снова заставляет меня бегать за Ней... Ладно, пусть бежит в этот раз. У этого мира все равно должны быть границы, как и у любого другого. Если эта мысль верна, то мы еще встретимся. Гораздо раньше, чем Она думает.

Здесь у Нее нет никакого преимущества. Ни знаний леса, ни птиц-пересмешниц. Я видел, некоторые тут летают, но не довелось проверить, могут ли они поддерживать контакт с кем-то, кроме друг друга. Ненастоящие птицы хуже всего, глупая иллюзия свободы.