В России блокируют WhatsApp и Telegram для звонков. С родственниками и друзьями так просто общаться уже не получится. Варианты рабочие: FaceTime Apple и Google Meet https://youtu.be/Ye4VzLvBQCQ?si=V61QqKoAj5ps1_7S
YouTube
В РОССИИ БЛОКИРУЮТ TELEGRAM и WHATSAPP. ЧТО ПРОИСХОДИТ?
Телеграм Wylsacom - https://t.me/Wylsared
Группа VK - https://vk.com/wylsacom
Сайт - http://wylsa.com
Ролик содержит рекламную интеграцию
Группа VK - https://vk.com/wylsacom
Сайт - http://wylsa.com
Ролик содержит рекламную интеграцию
Дарованный силой для всего
Самое раннее документальное свидетельство о Иисусе Христе, которое мы имеем, — это свидетельство мистики; и оно говорит нам не о Его земной жизни, а об интенсивном и преображающем опыте Его продолжающегося присутствия, пережитом тем, кто никогда не знал Его по плоти.
— Эвелин Андерхилл
Англиканская мистичка и писательница Эвелин Андерхилл (1875–1941, на фото) убеждена, что послания апостола Павла часто понимают неправильно, потому что нас не учили, что он — мистик:
Чтобы получить подлинное представление о личности святого Павла, … мы должны исправить тот взгляд, который видит в нём главным образом богослова и организатора, дополнив его признанием в Павле великого созерцателя. Ведь здесь мы имеем не только ощущение живого соприкосновения с Воскресшим Иисусом, переданное в видимых образах — «я пришёл в исступление и увидел Его, говорящего мне» [Деян. 22:17], — но и непосредственное постижение Бытия Бога…
Мы неправильно понимаем мистицизм святого Павла, если смешиваем его с более эффектными выражениями мистического опыта. По мере того как его духовная жизнь созревала, его убеждённость в единении с Духом Христовым становилась всё глубже и устойчивее. Она проявлялась … как источник силы, превосходящей человеческую. Её ключевой нотой является великая фраза из его последнего подлинного письма: «Всё могу в укрепляющем меня Христе» (Флп. 4:13). Это утверждение давно уже было сведено на благочестивый уровень, и мы перестали осознавать, каким потрясающим оно было и остаётся. Но святой Павел использовал его в самом практическом смысле — в письме, написанном из тюрьмы после двенадцати лет сверхчеловеческого труда, лишений и дурного обращения, сопровождавшихся хронической болезнью; лет, которые включали в себя бичевания, побиения камнями, кораблекрушения, заключения, «многочисленные путешествия, опасности на реках, опасности от разбойников, опасности от единоплеменников, опасности от язычников, опасности в городе, опасности в пустыне, опасности на море, … в труде и в тяжких подвигах, нередко в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, в холоде и наготе» (2 Кор. 11:26–27).
Именно эти обстоятельства, а не только его духовная деятельность и успехи, присутствовали в сознании святого Павла, когда он утверждал, что способен «на всё».
Андерхилл подчёркивает восприятие Павлом самого себя как мистика:
Большая часть трудности в «учении» святого Павла возникает из-за того, что он не пытается изобрести богословие, а просто ищет слова, которые могли бы передать другим эту живую истину — «уже не я живу… для меня жизнь — Христос… Христос во мне…» [Гал. 2:20].
[Его] послание [к Римлянам] — это труд человека, который полностью вошёл в новую сферу сознания, «освобождён Духом Жизни», «новое творение» и наслаждается чувством безграничной возможности, которое он называет «славной свободой детей Божьих». Он знает ту таинственную истину, которую может донести до нас только прямой опыт: что каким-то образом, даже в этом предопределённом мире, «всё содействует ко благу любящим Бога» [Рим. 8:2, 21, 28].
Самое раннее документальное свидетельство о Иисусе Христе, которое мы имеем, — это свидетельство мистики; и оно говорит нам не о Его земной жизни, а об интенсивном и преображающем опыте Его продолжающегося присутствия, пережитом тем, кто никогда не знал Его по плоти.
— Эвелин Андерхилл
Англиканская мистичка и писательница Эвелин Андерхилл (1875–1941, на фото) убеждена, что послания апостола Павла часто понимают неправильно, потому что нас не учили, что он — мистик:
Чтобы получить подлинное представление о личности святого Павла, … мы должны исправить тот взгляд, который видит в нём главным образом богослова и организатора, дополнив его признанием в Павле великого созерцателя. Ведь здесь мы имеем не только ощущение живого соприкосновения с Воскресшим Иисусом, переданное в видимых образах — «я пришёл в исступление и увидел Его, говорящего мне» [Деян. 22:17], — но и непосредственное постижение Бытия Бога…
Мы неправильно понимаем мистицизм святого Павла, если смешиваем его с более эффектными выражениями мистического опыта. По мере того как его духовная жизнь созревала, его убеждённость в единении с Духом Христовым становилась всё глубже и устойчивее. Она проявлялась … как источник силы, превосходящей человеческую. Её ключевой нотой является великая фраза из его последнего подлинного письма: «Всё могу в укрепляющем меня Христе» (Флп. 4:13). Это утверждение давно уже было сведено на благочестивый уровень, и мы перестали осознавать, каким потрясающим оно было и остаётся. Но святой Павел использовал его в самом практическом смысле — в письме, написанном из тюрьмы после двенадцати лет сверхчеловеческого труда, лишений и дурного обращения, сопровождавшихся хронической болезнью; лет, которые включали в себя бичевания, побиения камнями, кораблекрушения, заключения, «многочисленные путешествия, опасности на реках, опасности от разбойников, опасности от единоплеменников, опасности от язычников, опасности в городе, опасности в пустыне, опасности на море, … в труде и в тяжких подвигах, нередко в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, в холоде и наготе» (2 Кор. 11:26–27).
Именно эти обстоятельства, а не только его духовная деятельность и успехи, присутствовали в сознании святого Павла, когда он утверждал, что способен «на всё».
Андерхилл подчёркивает восприятие Павлом самого себя как мистика:
Большая часть трудности в «учении» святого Павла возникает из-за того, что он не пытается изобрести богословие, а просто ищет слова, которые могли бы передать другим эту живую истину — «уже не я живу… для меня жизнь — Христос… Христос во мне…» [Гал. 2:20].
[Его] послание [к Римлянам] — это труд человека, который полностью вошёл в новую сферу сознания, «освобождён Духом Жизни», «новое творение» и наслаждается чувством безграничной возможности, которое он называет «славной свободой детей Божьих». Он знает ту таинственную истину, которую может донести до нас только прямой опыт: что каким-то образом, даже в этом предопределённом мире, «всё содействует ко благу любящим Бога» [Рим. 8:2, 21, 28].
❤3🔥1
Сегодня 95 лет великому филантропу, несмотря на то, что его многие не любят. Но именно Сорос сделал много для развития демократии в постсоветских странах, открыл нам, сибирским студентам, доступ к глобальную сеть через бесплатные классы интернет. Помогал не загнуться окончательно науке и образованию. Спонсировал программы за прозрачность общества и против коррупции. За это ему спасибо. Дай Бог ему здоровья и долголетия. А теперь можете кидать в меня камни и пинать ногами )))
Тайна Креста
Ричард Рор описывает, как понимание Павлом смерти Иисуса критикует и консерваторов, и либералов его времени:
Одна из диалектик, которую представляет Павел, — это вечный конфликт между «консерваторами» и «либералами», если пользоваться современными терминами. В своих посланиях Павел берёт в качестве примера своих соотечественников, евреев, чтобы обозначить благочестивых, законопослушных традиционалистов; а в греках он видит модель либеральных интеллектуалов и культурных критиков. Павел видит, что евреи пытаются установить порядок в мире через послушание закону, традиции и родственным узам. Греки же стремятся к порядку через разум, понимание, логику и образование. Павел занимает уникальную позицию, имея «ногу в каждом из миров» — он и еврей, и римский гражданин.
Павел утверждает, что строгое следование ни одной из этих мировоззренческих систем в конечном счёте не может привести к успеху, потому что они не способны «включить в себя негатив», который всегда будет присутствовать. Он понимает, что величайший враг обычного повседневного добра и радости — это не несовершенство, а требование какой-то мнимой безупречности или идеального порядка. Кажется, у почти всего есть теневой аспект; всё находится под властью «начал и властей» (Еф. 6:12). Только объединённый или недвойственный ум может принять это и не впасть в панику; более того, он будет расти благодаря этому и даже превзойдёт это.
Ни либеральная модель, ни консервативная не могут справиться с беспорядком и страданием. Павел верит, что Иисус открыл единственный ответ, который работает. Откровение Креста, говорит Павел, делает нас неуязвимыми, потому что оно показывает, что есть путь через весь абсурд и трагедию. И этот путь — именно в принятии абсурда и трагедии с доверием, что Бог может каким-то образом обратить это во благо. Если мы сможем внутренне усвоить тайну Креста, мы не впадём в цинизм, отчаяние, горечь или скептицизм. Крест даёт нам точный и глубокий путь через теневую сторону жизни и через все разочарования.
Павел позволяет и консерваторам, и либералам определять мудрость по-своему, но осмеливается назвать обе позиции недостаточными и в конечном счёте ложными. Он считает, что такие мировоззрения в итоге подведут людей. Он пишет: «Бог показал человеческую мудрость как безумие» на кресте, и это — «соблазн, о который спотыкаются иудеи», а язычники считают это простой «глупостью» (1 Кор. 1:21–23).
Для Павла кодовыми словами недвойственного мышления, или подлинной мудрости, являются «глупость» и «безумие». Он как бы говорит: «Моё мышление — безумие для вас, не так ли?» И действительно, оно не имеет смысла, если мы не встретились с тайной Креста. Страдание, «безумие Креста», разрушает дуалистическое мышление. Почему? Потому что на кресте Бог взял худшее — убийство Богочеловека — и превратил это в лучшее — в самое искупление мира. Сострадательное удерживание изначальной бессмысленности или трагедии, как делает Иисус на кресте, — это окончательное и торжествующее разрешение всех дуализмов и противоположностей, с которыми мы сталкиваемся в своей жизни. Таким образом, мы «спасены крестом»! Теперь это имеет окончательный смысл?
Ричард Рор описывает, как понимание Павлом смерти Иисуса критикует и консерваторов, и либералов его времени:
Одна из диалектик, которую представляет Павел, — это вечный конфликт между «консерваторами» и «либералами», если пользоваться современными терминами. В своих посланиях Павел берёт в качестве примера своих соотечественников, евреев, чтобы обозначить благочестивых, законопослушных традиционалистов; а в греках он видит модель либеральных интеллектуалов и культурных критиков. Павел видит, что евреи пытаются установить порядок в мире через послушание закону, традиции и родственным узам. Греки же стремятся к порядку через разум, понимание, логику и образование. Павел занимает уникальную позицию, имея «ногу в каждом из миров» — он и еврей, и римский гражданин.
Павел утверждает, что строгое следование ни одной из этих мировоззренческих систем в конечном счёте не может привести к успеху, потому что они не способны «включить в себя негатив», который всегда будет присутствовать. Он понимает, что величайший враг обычного повседневного добра и радости — это не несовершенство, а требование какой-то мнимой безупречности или идеального порядка. Кажется, у почти всего есть теневой аспект; всё находится под властью «начал и властей» (Еф. 6:12). Только объединённый или недвойственный ум может принять это и не впасть в панику; более того, он будет расти благодаря этому и даже превзойдёт это.
Ни либеральная модель, ни консервативная не могут справиться с беспорядком и страданием. Павел верит, что Иисус открыл единственный ответ, который работает. Откровение Креста, говорит Павел, делает нас неуязвимыми, потому что оно показывает, что есть путь через весь абсурд и трагедию. И этот путь — именно в принятии абсурда и трагедии с доверием, что Бог может каким-то образом обратить это во благо. Если мы сможем внутренне усвоить тайну Креста, мы не впадём в цинизм, отчаяние, горечь или скептицизм. Крест даёт нам точный и глубокий путь через теневую сторону жизни и через все разочарования.
Павел позволяет и консерваторам, и либералам определять мудрость по-своему, но осмеливается назвать обе позиции недостаточными и в конечном счёте ложными. Он считает, что такие мировоззрения в итоге подведут людей. Он пишет: «Бог показал человеческую мудрость как безумие» на кресте, и это — «соблазн, о который спотыкаются иудеи», а язычники считают это простой «глупостью» (1 Кор. 1:21–23).
Для Павла кодовыми словами недвойственного мышления, или подлинной мудрости, являются «глупость» и «безумие». Он как бы говорит: «Моё мышление — безумие для вас, не так ли?» И действительно, оно не имеет смысла, если мы не встретились с тайной Креста. Страдание, «безумие Креста», разрушает дуалистическое мышление. Почему? Потому что на кресте Бог взял худшее — убийство Богочеловека — и превратил это в лучшее — в самое искупление мира. Сострадательное удерживание изначальной бессмысленности или трагедии, как делает Иисус на кресте, — это окончательное и торжествующее разрешение всех дуализмов и противоположностей, с которыми мы сталкиваемся в своей жизни. Таким образом, мы «спасены крестом»! Теперь это имеет окончательный смысл?
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Каждый год сообщество Zen Peacemakers, партнером которого в странах Балтии является наш Центр созерцательной жизни, проводит ретрит молчаливого присутствия на территории бывшего концлагеря Аушвиц-Биркенау (Польша). В этом году ретрит состоится 16 ноября. Желающие могут зарегистрироваться и принять участие в этом трансформирующем опыте сопереживания и преодоления зла в этом мире по ссылке: https://hive.zenpeacemakers.org/events/169664
МОЛИТВА ЧАШИ
Отче, к Тебе возношу все мое существо,
сосуд, опустошенный от самого себя.
Прими, Господи, эту мою пустоту
и наполни меня Собою -
Твоим Светом, Твоей Любовью, Твоей Жизнью.-
вот эти, Твои драгоценные Дары,
да излучаются через меня
и переполняют чашу моего сердца
в сердца всех,
с кем я соприкасаюсь в этот день,
открывая им красоту
Твоей Радости и Целостности
и безмятежность Твоего Покоя,
который ничто не может разрушить.
~Rupert Spira
перевод: АТ
Отче, к Тебе возношу все мое существо,
сосуд, опустошенный от самого себя.
Прими, Господи, эту мою пустоту
и наполни меня Собою -
Твоим Светом, Твоей Любовью, Твоей Жизнью.-
вот эти, Твои драгоценные Дары,
да излучаются через меня
и переполняют чашу моего сердца
в сердца всех,
с кем я соприкасаюсь в этот день,
открывая им красоту
Твоей Радости и Целостности
и безмятежность Твоего Покоя,
который ничто не может разрушить.
~Rupert Spira
перевод: АТ
❤3
С днем рождения, Оскар Ромеро (15 августа 1917 - 24 марта 1980).
Архиепископ Сан-Сальвадора, Сальвадор. Защитник социальной справедливости. Критик внешней и военной политики США. Во время своих воскресных радио проповедей Ромеро читал списки исчезновений, пыток, убийств и других преступлений, совершенных военной диктатурой (которая поддерживалась и финансировалась США).
Родился в Сьюдад Барриосе, Сальвадор. Убит во время празднования мессы в часовне, прилегающей к больнице в Сан-Сальвадоре. Похоронен в склепе в Соборе митрополита Сан-Сальва
Архиепископ Сан-Сальвадора, Сальвадор. Защитник социальной справедливости. Критик внешней и военной политики США. Во время своих воскресных радио проповедей Ромеро читал списки исчезновений, пыток, убийств и других преступлений, совершенных военной диктатурой (которая поддерживалась и финансировалась США).
Родился в Сьюдад Барриосе, Сальвадор. Убит во время празднования мессы в часовне, прилегающей к больнице в Сан-Сальвадоре. Похоронен в склепе в Соборе митрополита Сан-Сальва
❤2
Объединённые нашей нуждой в благодати
Брайан Макларен размышляет о сложной задаче Павла — воплотить инклюзивное послание Иисуса в растущем духовном сообществе:
Павел вовсе не пытался определить или объяснить суть Евангелия; скорее, он старался разобраться с беспорядком, который Иисус создал своим Евангелием. Под «беспорядком» я имею в виду, что Иисус весьма эффективно разрушил аккуратные и привычные категории своей религиозной общины. В его понимании, некоторые проститутки и сборщики налогов были ближе к Богу, чем некоторые фарисеи и священники — а величайшая вера, какую Иисус нашёл во всём Израиле, оказалась в сердце политического врага, принадлежащего к другой религии (Мф. 8:10). Точно так же Иисус нарушал правила о чистом и нечистом, и постоянно выдвигал смелые и революционные новые предложения — о субботе, о кашруте… Как внедрить такое глубокое изменение в сообществе верующих, которые всегда определяли себя через исключительность?
Макларен выделяет Послание Павла к Римлянам как пример объединяющего послания Павла:
Послание к Римлянам было нацелено на более насущный, практический вопрос в раннем христианском движении…: как иудеям и язычникам, со всей их непокорной разнородностью, прийти и остаться вместе как равным в Царстве Божьем, без «христиан первого» и «второго» класса?…
Павел, как и Иисус, — не современный западный мыслитель, выстраивающий линейные аргументы. Он — ближневосточный человек. Он мыслит по кругу и говорит притчами. Павел — это… поэт, который понимает силу воображения и владеет словом. Его письмо (вопреки распространённым трактовкам) не является строго выстроенным, линейным, логическим, аналитическим аргументом, так же как и проповеди Иисуса. И это неплохо…
У нас в руках не заранее спланированный труд по академическому богословию, многократно отредактированный и снабжённый сносками. Скорее, Павел диктует письмо людям, которых он любит, о теме, которую он любит, выражая честный, неотредактированный, естественный поток своих мыслей и чувств… Если мы будем читать Послание к Римлянам, помня об этих реалиях, я думаю, мы станем ещё более чувствительными к этому прекрасному танцу Духа Божьего и ума человека в контексте общины, переживающей кризис. Вместе Святой Дух и Павел делают шаг за шагом к единой цели — утвердить Евангелие как Благую весть как для язычников, так и для иудеев…
Павел утверждает, что Бог не играет в фаворитов. Все люди находятся на одном уровне, независимо от их религиозного прошлого. Все нарушают собственную совесть, все лишены славы Божьей, все преступают законы Божьи. Никто не может претендовать на особое положение у Бога только потому, что овладел корпусом религиозных знаний, избежал списка запрещённых поступков или отождествил себя с определённым ярлыком. Таким образом, Павел заставляет «всякие уста заградиться» и делает всех ответственными перед Богом (Рим. 3:19). Нет разделения на «мы» и «они», нет элитных посвящённых и исключённых посторонних. Есть только мы все — иудеи и язычники — и все мы… объединены нашей нуждой в благодати.
Брайан Макларен размышляет о сложной задаче Павла — воплотить инклюзивное послание Иисуса в растущем духовном сообществе:
Павел вовсе не пытался определить или объяснить суть Евангелия; скорее, он старался разобраться с беспорядком, который Иисус создал своим Евангелием. Под «беспорядком» я имею в виду, что Иисус весьма эффективно разрушил аккуратные и привычные категории своей религиозной общины. В его понимании, некоторые проститутки и сборщики налогов были ближе к Богу, чем некоторые фарисеи и священники — а величайшая вера, какую Иисус нашёл во всём Израиле, оказалась в сердце политического врага, принадлежащего к другой религии (Мф. 8:10). Точно так же Иисус нарушал правила о чистом и нечистом, и постоянно выдвигал смелые и революционные новые предложения — о субботе, о кашруте… Как внедрить такое глубокое изменение в сообществе верующих, которые всегда определяли себя через исключительность?
Макларен выделяет Послание Павла к Римлянам как пример объединяющего послания Павла:
Послание к Римлянам было нацелено на более насущный, практический вопрос в раннем христианском движении…: как иудеям и язычникам, со всей их непокорной разнородностью, прийти и остаться вместе как равным в Царстве Божьем, без «христиан первого» и «второго» класса?…
Павел, как и Иисус, — не современный западный мыслитель, выстраивающий линейные аргументы. Он — ближневосточный человек. Он мыслит по кругу и говорит притчами. Павел — это… поэт, который понимает силу воображения и владеет словом. Его письмо (вопреки распространённым трактовкам) не является строго выстроенным, линейным, логическим, аналитическим аргументом, так же как и проповеди Иисуса. И это неплохо…
У нас в руках не заранее спланированный труд по академическому богословию, многократно отредактированный и снабжённый сносками. Скорее, Павел диктует письмо людям, которых он любит, о теме, которую он любит, выражая честный, неотредактированный, естественный поток своих мыслей и чувств… Если мы будем читать Послание к Римлянам, помня об этих реалиях, я думаю, мы станем ещё более чувствительными к этому прекрасному танцу Духа Божьего и ума человека в контексте общины, переживающей кризис. Вместе Святой Дух и Павел делают шаг за шагом к единой цели — утвердить Евангелие как Благую весть как для язычников, так и для иудеев…
Павел утверждает, что Бог не играет в фаворитов. Все люди находятся на одном уровне, независимо от их религиозного прошлого. Все нарушают собственную совесть, все лишены славы Божьей, все преступают законы Божьи. Никто не может претендовать на особое положение у Бога только потому, что овладел корпусом религиозных знаний, избежал списка запрещённых поступков или отождествил себя с определённым ярлыком. Таким образом, Павел заставляет «всякие уста заградиться» и делает всех ответственными перед Богом (Рим. 3:19). Нет разделения на «мы» и «они», нет элитных посвящённых и исключённых посторонних. Есть только мы все — иудеи и язычники — и все мы… объединены нашей нуждой в благодати.
«Жить внутри этого процесса — значит совершенно не иметь возможности его заметить — пожалуйста, постарайтесь мне поверить — если только человек не обладает куда более высокой степенью политической осведомлённости, проницательности, чем та, которую большинству из нас когда-либо приходилось развивать. Каждый шаг был таким маленьким, таким незначительным, таким хорошо объяснённым или, иногда, “сожалеемым”, что, если только с самого начала не быть отстранённым от всего процесса, если не понимать, в принципе, что всё это собой представляет, к чему в конечном счёте должны привести все эти “малые меры”, против которых ни один “патриотичный немец” не мог бы возразить, то день ото дня замечаешь происходящее не больше, чем фермер на своём поле видит, как растёт кукуруза. В один прекрасный день она уже выше его головы».
Отрывок из книги
Они думали, что были свободны: Немцы, 1933–45
Милтон Майер
Это сегодня касается многих регионов и стран.
Отрывок из книги
Они думали, что были свободны: Немцы, 1933–45
Милтон Майер
Это сегодня касается многих регионов и стран.
👍1
«Сохраняйте сердце, наполненное благодарностью за всё, что приносит вам жизнь.
Всё служит вашему пробуждению от этого долгого сна иллюзии к вашему истинному Я, столь полному жизни и любви.
Скажите “спасибо” Жизни.
Скажите “спасибо” Богу.
Скажите “спасибо” своему глубочайшему существу.
Даже если сейчас вы не можете увидеть, за что благодарить, продолжайте говорить “спасибо”.
Это изменит вашу внутреннюю вибрацию, сделает вас лёгким, открытым и полным любви, прощения и радости.
В конце концов: не беспокойтесь.
Всё в руках Бога.
Всё хорошо.
Всё правильно.»
Муджи
Всё служит вашему пробуждению от этого долгого сна иллюзии к вашему истинному Я, столь полному жизни и любви.
Скажите “спасибо” Жизни.
Скажите “спасибо” Богу.
Скажите “спасибо” своему глубочайшему существу.
Даже если сейчас вы не можете увидеть, за что благодарить, продолжайте говорить “спасибо”.
Это изменит вашу внутреннюю вибрацию, сделает вас лёгким, открытым и полным любви, прощения и радости.
В конце концов: не беспокойтесь.
Всё в руках Бога.
Всё хорошо.
Всё правильно.»
Муджи
Ирландские епархии возрождают традицию «Мессы на камнях»
В ответ на пандемию КОВИД-19 правительство Республики Ирландия запретило проведение публичных месс в стране, тем самым фактически сделав их уголовным преступлением до 10 мая 2021 года. Теперь ирландский офис организации "Помощь Церкви в нужде" (ACN) выступил с инициативой подчеркнуть важность мессы, призывая священников совершать Евхаристию у исторических каменных алтарей под открытым небом, сохранившихся со времен прошлых гонений: они известны как "мессовые скалы" ( “Mass Rocks” )
Реакция правительств разных стран мира на кризис здравоохранения, вызванный коронавирусом, оказала глубокое влияние на права человека, и не в последнюю очередь на право на свободу религии и свободу религиозного культа.
В Республике Ирландия ограничения были ужесточены с октября 2020 года, когда публичное отправление религиозных культов было полностью приостановлено. В апреле 2021 года нарушение закона путем публичного празднования мессы было добавлено в уголовный кодекс, что сделало Республику одним из самых ограничительных правительств в мире в отношении свободы религии. Разрешение на публичное проведение мессы было окончательно восстановлено в мае этого года, хотя по-прежнему действуют жесткие ограничения, включая максимальное количество присутствующих - не более 50 человек, или меньше, если в церкви нет необходимого пространства.
Отмена публичной мессы напомнила многим ирландцам о временах религиозных преследований, которым подвергались католики в 16-18 веках, когда протестантская Англия стремилась истребить католическую веру на острове. Это было время, когда католики собирались в отдаленных и уединенных местах, где тайно совершалась месса.
По всей Ирландии католики, среди которых были как потомки коренных кельтских гэлов, так и более поздние нормандские поселенцы, тайно посещали эти подпольные мессы. В сельской местности они проводились под открытым небом на знаменитых "Мессовых скалах", в основном природных скальных образованиях, превращенных в алтари под открытым небом. В некоторых районах эти мессы продолжались вплоть до XIX века.
Мужество священников, которые, рискуя жизнью, совершали мессу на этих скалах, было одним из факторов, который помог сохранить Ирландии верность католической вере. Одним из них был отец Николас Мейлер, приходской священник в епархии Фернса, на юго-востоке Ирландии. Во время гонений, которым подвергались ирландские католики, он продолжал заботиться о своей пастве. На Рождество 1653 года, когда он совершал мессу на скале у деревни Томхаггард Co. Уэксфорд, английские войска убили его. Миссис Ламберт, один из верующих католиков, сумел спасти потир и отдал его семье священника. В XIX веке родственник священника-мученика, архидиакон Филипп Мейлер, вернул потир церкви, которая теперь регулярно использует его для рождественской мессы, совершаемой каждый год на том же самом месте.
Именно эта традиция "Мессовых скал" вдохновила ACN Ireland на инициативу провести мессу у некоторых из этих каменных алтарей во всех 26 епархиях страны в праздник, посвященный ирландским мученикам, 20 июня этого года. Организация пригласила всех католиков присоединиться к этим евхаристическим торжествам и молиться за особое намерение, а именно "обновление веры" через заступничество ирландских мучеников, в стране и во всем мире.
В 1536 году Генрих VIII впервые попытался разорвать отношения между ирландской церковью и епископом Рима. В таких местах, как Дублин, попытки захвата монастырских земель встретили сильное сопротивление. Многие верующие, например, цистерцианцы из аббатства Святой Марии в Дублине, были замучены за отказ подчиниться требованиям короля.
В ответ на пандемию КОВИД-19 правительство Республики Ирландия запретило проведение публичных месс в стране, тем самым фактически сделав их уголовным преступлением до 10 мая 2021 года. Теперь ирландский офис организации "Помощь Церкви в нужде" (ACN) выступил с инициативой подчеркнуть важность мессы, призывая священников совершать Евхаристию у исторических каменных алтарей под открытым небом, сохранившихся со времен прошлых гонений: они известны как "мессовые скалы" ( “Mass Rocks” )
Реакция правительств разных стран мира на кризис здравоохранения, вызванный коронавирусом, оказала глубокое влияние на права человека, и не в последнюю очередь на право на свободу религии и свободу религиозного культа.
В Республике Ирландия ограничения были ужесточены с октября 2020 года, когда публичное отправление религиозных культов было полностью приостановлено. В апреле 2021 года нарушение закона путем публичного празднования мессы было добавлено в уголовный кодекс, что сделало Республику одним из самых ограничительных правительств в мире в отношении свободы религии. Разрешение на публичное проведение мессы было окончательно восстановлено в мае этого года, хотя по-прежнему действуют жесткие ограничения, включая максимальное количество присутствующих - не более 50 человек, или меньше, если в церкви нет необходимого пространства.
Отмена публичной мессы напомнила многим ирландцам о временах религиозных преследований, которым подвергались католики в 16-18 веках, когда протестантская Англия стремилась истребить католическую веру на острове. Это было время, когда католики собирались в отдаленных и уединенных местах, где тайно совершалась месса.
По всей Ирландии католики, среди которых были как потомки коренных кельтских гэлов, так и более поздние нормандские поселенцы, тайно посещали эти подпольные мессы. В сельской местности они проводились под открытым небом на знаменитых "Мессовых скалах", в основном природных скальных образованиях, превращенных в алтари под открытым небом. В некоторых районах эти мессы продолжались вплоть до XIX века.
Мужество священников, которые, рискуя жизнью, совершали мессу на этих скалах, было одним из факторов, который помог сохранить Ирландии верность католической вере. Одним из них был отец Николас Мейлер, приходской священник в епархии Фернса, на юго-востоке Ирландии. Во время гонений, которым подвергались ирландские католики, он продолжал заботиться о своей пастве. На Рождество 1653 года, когда он совершал мессу на скале у деревни Томхаггард Co. Уэксфорд, английские войска убили его. Миссис Ламберт, один из верующих католиков, сумел спасти потир и отдал его семье священника. В XIX веке родственник священника-мученика, архидиакон Филипп Мейлер, вернул потир церкви, которая теперь регулярно использует его для рождественской мессы, совершаемой каждый год на том же самом месте.
Именно эта традиция "Мессовых скал" вдохновила ACN Ireland на инициативу провести мессу у некоторых из этих каменных алтарей во всех 26 епархиях страны в праздник, посвященный ирландским мученикам, 20 июня этого года. Организация пригласила всех католиков присоединиться к этим евхаристическим торжествам и молиться за особое намерение, а именно "обновление веры" через заступничество ирландских мучеников, в стране и во всем мире.
В 1536 году Генрих VIII впервые попытался разорвать отношения между ирландской церковью и епископом Рима. В таких местах, как Дублин, попытки захвата монастырских земель встретили сильное сопротивление. Многие верующие, например, цистерцианцы из аббатства Святой Марии в Дублине, были замучены за отказ подчиниться требованиям короля.
❤2
Сын Генриха, Эдуард VI, запретил проведение мессы. В начале XVII века английская корона установила контроль над большей частью острова, и преследования усилились. Католические церкви были экспроприированы, а священники скрывались. Ситуация еще больше ухудшилась после вторжения Оливера Кромвеля в Ирландию в 1649 году. Войска Кромвеля совершали массовые убийства и расправы. Священники были вынуждены покинуть Ирландию или подвергнуться смертной казни.
Гэльский поэт той эпохи по имени Éamonn an Dúna написал поэму о тех временах в Ирландии. Говорящий по-ирландски Эамонн перечисляет английские фразы, которые он слышал, предположительно от английских войск: "Тори (преступник), взломать его, повесить его, мятежник, негодяй, вор, священник, папист".
Начиная с 1790-х годов, уголовные законы против католиков в Ирландии постепенно отменялись. Сегодня скрытые "камни мессы" продолжают находить, и интерес к этой традиции возрос.
-Мария Тереза Диестра и Конн Макнелли
Гэльский поэт той эпохи по имени Éamonn an Dúna написал поэму о тех временах в Ирландии. Говорящий по-ирландски Эамонн перечисляет английские фразы, которые он слышал, предположительно от английских войск: "Тори (преступник), взломать его, повесить его, мятежник, негодяй, вор, священник, папист".
Начиная с 1790-х годов, уголовные законы против католиков в Ирландии постепенно отменялись. Сегодня скрытые "камни мессы" продолжают находить, и интерес к этой традиции возрос.
-Мария Тереза Диестра и Конн Макнелли
❤1
Очень понравился перевод Нового завета, выполненный профессором А.Десницким. https://perevod.desnitsky.net Использую для проповеди (Ветхий завет читаем по Заокскому переводу) в богослужении. Кстати, 20 августа в среду в 18:00 будет презентация перевода и встреча с переводчиком в Реформатской церкви в Риге на ул.Марсталю 10. Добро пожаловать.
👍1
Вышел новый сингл группы Honey Blue, ещё одной группы, где играет мой младший сын. https://open.spotify.com/track/4S6fZ0656sZwx2YPIW2X1Z?si=1kuGoTZzRMaGlCSdgYudPw
Spotify
How Did I Know
Honey Blue · How Did I Know · Song · 2025
Приветствовать, но не цепляться
Отец Ричард Рор описывает необходимость внимательного отношения к нашим эмоциям, не превращая их в привязанность:
Эмоции — это необходимые флюгеры, в значительной мере телесно обусловленные, которые помогают нам быстро, а иногда и глубоко считывать ситуации. Но они также являются усвоенными и отработанными нейронными реакциями, часто эгоцентрическими, которые имеют мало общего с объективной реальностью и гораздо больше связаны с историями, которые мы усвоили и создали. Наше отдельное «я» любит удерживать такие эмоции, чтобы оправдывать и защищать себя и утверждать свою власть.
Большая часть работы эмоциональной зрелости заключается в том, чтобы научиться различать эмоции, которые дают нам полезное послание о нас самих или о ситуации, и эмоции, которые представляют собой лишь нарциссические реакции на данный момент. Осмелюсь сказать, что пока мы не нашли свой духовный центр и основание, большинство наших эмоциональных реакций обычно слишком самореферентны, чтобы быть полезными или правдивыми. Они воспринимают момент так, словно «я» с его сиюминутными потребностями и болями является точкой отсчёта для объективной истины. Но это не так. Малое, оборонительное «я» не может удержать это пространство. Удерживает его только Реальность/Бог/Творение.
Называть любую эмоцию, даже негативную, «грехом» не имеет смысла, потому что вина и стыд — или любое чувство, что «Бог недоволен» нами, — обычно лишь усиливают нашу негативность и страх, что ещё больше закрывает нас. Иными словами, когда мы пытаемся подавить эмоции, они становятся более сложными, более конфликтными, более вытесненными — и, следовательно, менее честными «отражениями» реальности. Если эмоция не помогает нам лучше и правдивее понять ситуацию, мы должны отпустить её, позволить ей пройти сквозь нас — ради нашего же блага.
Большинство из нас естественным образом хорошо умеют привязываться, но лишь немногие обучены непривязанности или отпусканию. Практика непривязанности — одна из великих задач любой здоровой духовности, но доведённая до крайности она становится контрпродуктивной. (Она чуть не захватила раннее христианство, что оказалось не полезным.) Мы должны рискнуть на подлинную привязанность (полностью прочувствовать эмоцию), уловить её важное послание, а затем иметь осознанность и цель, чтобы отпустить эту завораживающую эмоцию после того, как она выполнит свою работу. В этом — дар и сила эмоционально зрелого человека.
Чтобы быть по-настоящему сознательным, мы должны отступить от нашей навязчивой идентификации с непререкаемой привязанностью к нашему изолированному «я» — главной иллюзии. Чистое сознание — это никогда не просто «я», запертое в себе самом. Это — наблюдение за «мной» со стороны, с обзорной площадки, которую милостиво предлагает Бог (см. Рим. 8:16), и которую мы называем Пребывающим Духом. Тогда мы начинаем видеть глазами гораздо более широкими и иными, чем наши собственные.
Большинство из нас не понимают этого вида осознанности, потому что мы полностью отождествлены с нашими мимолётными мыслями, чувствами и навязчивыми моделями восприятия. У нас нет должной дистанции от самих себя, которая, как ни парадоксально, позволила бы нам увидеть наше радикальное соединение со всем остальным. Такое радикальное соединение и есть святость.
Отец Ричард Рор описывает необходимость внимательного отношения к нашим эмоциям, не превращая их в привязанность:
Эмоции — это необходимые флюгеры, в значительной мере телесно обусловленные, которые помогают нам быстро, а иногда и глубоко считывать ситуации. Но они также являются усвоенными и отработанными нейронными реакциями, часто эгоцентрическими, которые имеют мало общего с объективной реальностью и гораздо больше связаны с историями, которые мы усвоили и создали. Наше отдельное «я» любит удерживать такие эмоции, чтобы оправдывать и защищать себя и утверждать свою власть.
Большая часть работы эмоциональной зрелости заключается в том, чтобы научиться различать эмоции, которые дают нам полезное послание о нас самих или о ситуации, и эмоции, которые представляют собой лишь нарциссические реакции на данный момент. Осмелюсь сказать, что пока мы не нашли свой духовный центр и основание, большинство наших эмоциональных реакций обычно слишком самореферентны, чтобы быть полезными или правдивыми. Они воспринимают момент так, словно «я» с его сиюминутными потребностями и болями является точкой отсчёта для объективной истины. Но это не так. Малое, оборонительное «я» не может удержать это пространство. Удерживает его только Реальность/Бог/Творение.
Называть любую эмоцию, даже негативную, «грехом» не имеет смысла, потому что вина и стыд — или любое чувство, что «Бог недоволен» нами, — обычно лишь усиливают нашу негативность и страх, что ещё больше закрывает нас. Иными словами, когда мы пытаемся подавить эмоции, они становятся более сложными, более конфликтными, более вытесненными — и, следовательно, менее честными «отражениями» реальности. Если эмоция не помогает нам лучше и правдивее понять ситуацию, мы должны отпустить её, позволить ей пройти сквозь нас — ради нашего же блага.
Большинство из нас естественным образом хорошо умеют привязываться, но лишь немногие обучены непривязанности или отпусканию. Практика непривязанности — одна из великих задач любой здоровой духовности, но доведённая до крайности она становится контрпродуктивной. (Она чуть не захватила раннее христианство, что оказалось не полезным.) Мы должны рискнуть на подлинную привязанность (полностью прочувствовать эмоцию), уловить её важное послание, а затем иметь осознанность и цель, чтобы отпустить эту завораживающую эмоцию после того, как она выполнит свою работу. В этом — дар и сила эмоционально зрелого человека.
Чтобы быть по-настоящему сознательным, мы должны отступить от нашей навязчивой идентификации с непререкаемой привязанностью к нашему изолированному «я» — главной иллюзии. Чистое сознание — это никогда не просто «я», запертое в себе самом. Это — наблюдение за «мной» со стороны, с обзорной площадки, которую милостиво предлагает Бог (см. Рим. 8:16), и которую мы называем Пребывающим Духом. Тогда мы начинаем видеть глазами гораздо более широкими и иными, чем наши собственные.
Большинство из нас не понимают этого вида осознанности, потому что мы полностью отождествлены с нашими мимолётными мыслями, чувствами и навязчивыми моделями восприятия. У нас нет должной дистанции от самих себя, которая, как ни парадоксально, позволила бы нам увидеть наше радикальное соединение со всем остальным. Такое радикальное соединение и есть святость.