Он достал из кармана письмо жене, которое написал вчера — исповедь, полную раскаяния и осознания. Перечитал его, слово за словом, фразу за фразой, затем медленно, методично разорвал на мелкие клочки. Ветер подхватил бумажные обрывки и понес над волнами, словно стаю маленьких белых чаек.

"Удивительно," — подумал Алексей Николаевич, наблюдая за их полетом, "как мы можем годами не замечать собственной неискренности, привыкнуть к фальши, приняв ее за норму, за единственно возможную реальность."

То, что случилось с ним за эти дни, нельзя было уместить в простые объяснения, в логические схемы, к которым он так привык. Преображение его души требовало других слов — тех, что он, возможно, еще напишет.

Алексей Николаевич положил на стол деньги за кофе, поднялся. Внутри была пустота, но это была пустота человека, сбросившего тяжелый груз. Он направился вдоль набережной, чувствуя, как солнце греет его лицо, как под ногами похрустывают мелкие камешки, как ветер раздувает полы его пиджака.

Впереди показалась та самая художественная галерея, где он встретил Ольгу в последний раз. Импульсивно он зашел внутрь. Прохладный полумрак, запах красок и лака, тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов на стене.

Он прошел по залам, разглядывая картины, пока не остановился перед небольшим полотном в глубине галереи. Морской пейзаж — но написанный так, что казалось, будто художник смотрел на море его, Алексея Николаевича, глазами. Та же тоска, то же предчувствие, та же надежда.

В углу картины стояла подпись — "О.Б.".

"Это Ольга Берг," — сказал подошедший смотритель. "Она подарила нам эту работу перед отъездом. Сказала, что она должна остаться здесь."

Алексей Николаевич долго стоял перед картиной, не в силах оторвать взгляд. Затем он улыбнулся — впервые за много дней искренне, без тени горечи.

"Можно мне ее приобрести?" — спросил он смотрителя.

"Боюсь, что нет. Она не продается. Фройляйн Берг была очень настойчива в этом вопросе."

Алексей Николаевич кивнул. Конечно, она не продается. Это был урок, который он должен был усвоить — некоторые вещи нельзя купить или удержать. Можно только принять их как дар и отпустить с благодарностью.

Выйдя из галереи, он глубоко вдохнул морской воздух и впервые за много лет позволил себе не знать, что будет дальше. В кармане лежал блокнот, в котором он начал набрасывать первые строки новой повести — о человеке, который встретил свою судьбу на крымском берегу и нашел мужество ей следовать.

Вопросы для саморефлексии

1. Какие мои глубинные страхи в отношениях до сих пор остаются непроясненными для меня самого? Что я скрываю от самого себя?

2. В каких моментах я был неискренним с партнером и с самим собой?

3. Что означает для меня "настоящая" близость, и почему я могу ее избегать?

4. Какие модели поведения я повторяю в отношениях снова и снова?

5. Насколько я позволяю себе быть уязвимым и открытым перед другим человеком?

6. Что происходит, когда события в отношениях выходят из-под моего контроля?

7. В каких ситуациях я замечал за собой навязчивое или нерациональное поведение?

8. Как люди, встреченные мной на жизненном пути, помогли мне лучше понять себя?

9. Что скрывается за моей потребностью все логически осмыслить? Какие чувства я обычно подавляю в моих отношениях?

10. Что для меня значит "сдаться" в контексте отношений?


Алекс