Жены Ивана Грозного

• Анастасия Романовна (Захарьина-Юрьева) стала супругой царя в 1547 году. Он выбрал ее на смотре невест сразу после венчания на царство — по слухам, это была самая любимая жена Грозного. Несмотря на низкий статус и недовольство бояр таким союзом, современники описывали Анастасию праведной и справедливой. Царица не вмешивалась в дела мужа, не вступала в конфликты со знатью, не обращала внимания на оскорбления и клевету. Девушка любила рукоделие и вышивала для церквей. За 13 лет брака у Ивана IV и Анастасии родилось несколько детей, в том числе и будущий царь Федор. В 1560 году царица умерла. Современные исследователи считают, что Анастасию Романовну могли отравить ртутью.

• Мария Темрюковна стала следующей супругой Ивана Грозного — в 1561 году. Брак с кабардинской княжной стал династическим союзом. На свадьбу царь подарил Марии золотое трехкилограммовое блюдо. Современники описывали Марию как царицу злую и коварную. Ее обвиняли в пагубном влиянии на царя и даже в появлении опричников: якобы это она подала мужу идею. Многие считали, что после свадьбы русский царь стал особенно вспыльчив и жесток. Более того, так и не смог забыть Анастасию, что приводило Марию в ярость. В 1569 году, накануне Нового года, она умерла.

• Марфу Васильевну Собакину царь выбрал на смотре невест в 1571 году. Однако до счастливой супружеской жизни так и не дошло. Царица умерла через две недели после свадьбы. Иван Грозный вновь заподозрил яд и начал расследование, в результате которого 20 человек казнили, включая двоюродных братьев Марфы, а ее отца постригли в монахи.

• Мария Федоровна Нагая — последняя жена Ивана IV, брак с которой считался незаконным. Ходили слухи, что царь женился на Марии, только чтобы предотвратить слухи о намерении сбежать из страны. Не желая испытывать судьбу, Мария старалась не вмешиваться в дела мужа и не давать ему повода расправиться с ней. После смерти Ивана Грозного царицу отпустили в Углич к сыну, позволив забрать платья, драгоценности и подарки супруга. После смерти царевича Дмитрия женщину сослали в монастырь.

Первым в мире программистом была дочь лорда Байрона.

В середине XIX века Ада Лавлейс составила план операций для прародительницы современной ЭВМ — аналитической машины Чарльза Беббиджа. В частности написала алгоритм, с помощью которого можно было решить уравнение Бернулли, выражающее закон сохранения энергии движущейся жидкости. Причем сделала это наследница великого поэта до того, как машину построили, держа в уме лишь принцип ее работы.

Где купить новый номер ЧТИВА онлайн и офлайн?

Термин «нулевой пациент» появился из-за ошибки в переводе.

Неясно, кто первый ее допустил — СМИ или исследователи Центра по контролю заболеваемости. Дело в том, что на начальных этапах исследований ВИЧ-инфицированных ученые в своих записях пометили канадского бортпроводника Гаэтана Дюга буквой O, имея в виду, что он был «outside» — не из Калифорнии, где в 1980-х и вспыхнула эпидемия.

Более того, «нулевым пациентом» в том смысле, в котором это подразумевается сегодня, Дюга и не был: в 2016-м году исследования подтвердили, что вирус распространялся на территории США с 1970-х.

Зима форменная. Отвратительная погода наводит уныние, парализует всякую охоту двигаться и работать. Кажется, будь пьяницей, до отчаянности напился бы. Но увы! больше трёх рюмок не лезет в глотку.

А. П. Чехов, из письма к Н. А. Лейкину, 1893 год

Человек, переживший два атомных взрыва

Цутому Ямагути, инженер Mitsubishi Heavy Industries, летом 1945 года был командирован в Хиросиму. В день отъезда, 6 августа 1945 года, по дороге на вокзал он вернулся за забытой печатью, оставив своих коллег. На обратном пути около 8:15 Ямагути увидел самолет и «два маленьких парашюта», затем — ослепительную вспышку. Мужчина успел броситься в канаву, находясь примерно в 3 км от эпицентра взрыва. Он получил ожоги, временно ослеп и потерял слух. Добравшись до убежища, Ямагути нашел коллег, которым тоже удалось уцелеть. Ночь они провели в относительной безопасности.

На следующий день работники Mitsubishi Heavy Industries вернулись в Нагасаки. 9 августа 1945 года, несмотря на повязки и ожоги, Ямагути вышел на работу и рассказал начальству, что один город уничтожили «всего одной бомбой». В этот момент около 11:00 помещение залило белым светом. От вспышки он спрятался под стол. Парадоксально, что рабочее место инженера и в этот раз находилось примерно в 3 км от эпицентра. После взрыва Ямагути бросился домой к семье. Его жена и сын каким-то образом отделались лишь поверхностными травмами, однако позже супруга подверглась воздействию черного дождя, что сильно сказалось на ее здоровье. Еще несколько недель семья страдала от лучевой болезни: высокой температуры и тошноты.

После войны Ямагути уволили из компании, и он подрабатывал учителем английского языка в школе Mitsubishi, а за несколько лет до пенсии даже смог вернуться на должность инженера, разработав новый танкер. В 2010 году мужчина умер от рака желудка — спустя несколько лет после жены и сына.