Яна Сорока, "Потайные двери Москвы"
АСТ, 2023
Если вам нравятся детективы Донцовой и песни МакSим, то понравится и эта книга. Яна Сорока работает в жанре мимимишного краеведения.
"Мы попадаем в шумный зал с богатой лепниной, и нас тут же подхватывает вихрь платьев".
"Нарядные слуги несут стерляди в белом вине".
"Вдалеке мерцали каскадные водопады и горели щиты с вензелем императрицы".
Это даже не "вкус французской булки". Здесь сиропа во много раз больше.
В середине прошлого столетия авторы краеведческих книг гордились сталинскими премиями, медалью Героя Труда и званием засракуля (заслуженного работника культуры). Яна гордится тем, что у нее на Дзене более 50 тысяч подписчиков. Другие времена - другие символы успеха, другая аудитория и другой язык.
Главное достоинство книги заключается в том, что она вызовет интерес к московской истории у тех, кто никогда не возьмет в руки трактат высоколобого историка. А для кого-то она, может, станет мостиком, ведущим к более серьезной краеведческой литературе.
Но даже если этот мостик и не сложится, большое дело уже сделано. И пусть на краеведческой поляне всходят и благоухают самые разные цветы. Считайте эту фразу тостом.

Авторский коллектив журнала Simple Wine News, "Просто о лучших винах". Второе издание
ХлебСоль, 2023

Герой одного современного автора утверждал: "Ничто так не выдает принадлежность человека к низшим классам общества, как способность разбираться в дорогих часах и автомобилях". Действительно - он ездит на работу на метро, и от нечего делать штудирует журналы, посвященные "солидным тачкам".
По этой логике книгу "Просто о лучших винах" нужно штудировать на тесной кухне в типовой многоэтажке, попивая портвешок, приобретенный в безымянном магазине на первом этаже той же многоэтажки. Правда, издание стоит недешево - бумажная версия больше двух тысяч рублей. Но электронная версия сильно дешевле.
Книга сделана богато. Суперобложка, глянцевая плотная бумага, качественные иллюстрации. Все блестит, бросается в глаза. На суперобложке написано белым по красному: "Винный бестселлер". А то вдруг перепутают, решат, что не бестселлер - и не купят.
"Пино Нуар - единственный в мире сорт, который по-настоящему дает понять, что самое постоянное - это перемены".
"Оксидативная выдержка, как следует из названия, предполагает контакт вина с кислородом".
"Раннее средневековье: королям достойно пить вино".
"Первая мировая война оказалась особо губительной для Шампани".
В принципе, все это можно найти в интернете, но через монитор твоя самооценка не поднимется. А через эту книгу очень даже может. Недаром говорят, что продавать следует не товар, а счастье. И в случае с "Винным бестселлером" счастье просто кричит: "Я тут! Я тут!"

Наталья Александрова, "Тайный знак судьбы"
АСТ, 2022

Обычную, ничем не примечательную девушку лет тридцати бросает возлюбленный. Она сильно по этому поводу переживает. Потом она оказывается в нестандартной ситуации, а рядом с ней в той же ситуации оказывается незнакомый мужчина. Он поначалу ее сильно раздражает, но события развиваются стремительно. И вот уже их вместе похищают и удерживают. Оказывается, все дело в магическом средневековом артефакте, случайно оказавшемся у главной героини. Но на самом деле это не случайность - девушка особенная, связанная с тем самым артефактом некими мистическими нитями. А похитители за артефактом охотятся.
Девушка больше не серая мышка, она вдруг оказывается ловкой, выносливой, сообразительной. Мужчина, в свою очередь, оборачивается мачо-суперменом - сильным, харизматичным, богатым и связанным с какими-то всесильными спецслужбами. Они освобождаются, их снова похищают, и так несколько раз. Время от времени повествование прерывается флешбэками в Средневековье.
Потом у них, конечно, секс, в котором оба обнаруживают редкие способности. И вот они уже не могут друг без друга и мечтают о совместных детях. А потом, конечно, хеппи-энд. Конец истории.
Вряд ли Наталью Николаевну Александрову тоже похитили злодеи и отпустили лишь под клятвенное обещание - повторять из романа в роман один и тот же сюжет. И не только сюжет. Девушка, например, обычно низкорослая и худенькая, а мужчина высокий и атлетически сложенный. Это, скорее, идея издательских менеджеров. Ну, как если серийный убийца кого-нибудь удачно задушил, то он и дальше будет всех душить, а не травить или выбрасывать из окон.
А может, это пишут нейросети? Тоже вариант.
Как бы там ни было, детектив можно рекомендовать для душевного отдохновения - ощущение предсказуемости событий нынче дорогого стоит.
А еще можно на нем медитировать. Вот кто-нибудь сидит и многократно повторяет: "Ом, ом, ом, ом". А можно вместо "ом" читать такие детективы.

Рекс Стаут, "Право умереть"
Иностранка, 2023

Перечитываю (в который раз раз) детективы Рекса Стаута. Гений, что и говорить. Однако же смущает одна вещь.
Нью-Йорк здесь устроен как заурядный среднерусский райцентр. В городе всего один достойный ресторан - "Рустерман". Танцуют только во "Фламинго". Таксисты обедают в закусочной Эла и больше, похоже, нигде. Неопознанный труп бродяги, найденный в какой-нибудь помойке - тема для первой полосы газет. Все насильственные смерти расследует один единственный полицейский, инспектор Кремер. А помогает ему сержант Стеббинс. Всегда.
И еще - пренебрежение элементарной логикой. Вот, например, цитата из романа "Право умереть": "Это было много лет назад, однажды поздним вечером. Вулф примостился в кресле, еле вмещавшем его тушу весом без малого в одну седьмую тонны; на полу перед ним расселись четырнадцать негров - поваров и официантов. Вулф знал, что один из них располагает исключительно важными сведениями, которые могли бы помочь раскрыть тайну убийства: битых два часа он тщетно пытался дознаться, кто из этих четырнадцати владеет столь нужной ему информацией. Часа в два ночи, начиная все сызнова. Вулф разразился длинной речью, и она достигла цели. Некий Поул Уиппл, двадцати одного года, студент Ховардского университета, так расчувствовался, что выложил все, что интересовало Вулфа. И вот теперь наш посетитель, слово в слово повторял отдельные места из его речи. Я подумал о том, что, хотя с той ночи прошло много лет и тогда Вулф встречался со стройным юношей с худым лицом, сейчас перед нами сидел лысеющий человек средних лет, с обвисшими щеками, в очках в черной оправе..."
Ясно, что во времена, которые припоминает Арчи Гудвин, они с Вульфом уже были профессионально сработанной парой. То есть самому Гудвину, успевшему до этого попробовать себя на разных поприщах, было лет 25 - 27. На 5 лет больше, чем Уипплу. Прошло "много лет". Уиппл превратился в "лысеющего человека средних лет", у него успел родится сын, и сыну этому исполнилось 23 года. То есть Гудвину во время действия романа "Право умереть" должно быть хорошо за пятьдесят, однако он все тот же молодой повеса, щеголь и ходок по женской части. Да и Вульф не похож на старикашку под восемьдесят.
Выходит, годы властвовали над Уипплом и его семейством, но никак не над нашими сыщиками.
Вряд ли искушенный детективщик не заметил столь серьезной неувязочки. Тогда что это такое? Высокомерие гения? Дескать, мне можно?

"Сибирь. Счастье за горами"
Редакция Елены Шубиной, 2022

Очень хорошая, интересная книга. Современные писатель России - о Сибири. Евгений Попов, Сергей Шаргунов, Роман Сенчин. Кто-то там родился, кто-то открыл для себя эту землю позднее. Воспоминания детства: новогодняя елка "из соснового бора до потолка", городские улицы без названий, какие-то технические озера посреди бескрайних пустырей, а рядом - фантастически прекрасная природа.
Во взрослой жизни все и интереснее, и страшнее. Пьянки с шаманами. Неожиданная щедрость незнакомцев. Случайные встречи с опустившимися, совершенно непредсказуемыми и очень опасными людьми. На протяжении веков Сибирь используется как своеобразные поля ассенизации, но только для людей. Конечно, это ощущается.
Мир странных парадоксов. "Где заканчивается Сибирь и где начинается Дальний Восток? - пишет один из авторов, Илья Кочергин. - Почему Горный Алтай в Сибири, а Монгольский Алтай нет? Сибиряками можно назвать только некоренное население Сибири, а вот бурят, алтайцев, тувинцев или якутов так не назовешь, да они и сами себя так не называют".
Книга завораживает. Оторваться трудно. Разве что иногда повествование затягивается, и хочется подинамичнее. Но тут, видимо, сами расстояния обязывают писать медленно, степенно, не шустрить.

Букридер PocketBook Basic Lux 3

Купил новый букридер. Почему именно этот? Все очень просто. PocketBook Basic Lux - единственная линейка, в которой совмещаются три очень важные для меня качества. Во-первых, он читает FB2. Во-вторых, у него есть подсветка. И, в-третьих, у него не сенсорный экран.
Мне нужна именно книга. Ну, устройство, максимально похожее на книгу. Чтобы, если я случайно прикоснусь пальцем к странице, ничего бы на странице не менялось.
До этого у меня был PocketBook Basic Lux 2. В конце концов его блок навигации полностью перестал слушаться. Видимо, это самая ненадежная часть всего модельного ряда. В третьей версии он абсолютно такой же - тактильно и внешне. И он уже сейчас слегка подглючивает. Хотя, может быть, дело в моих больших пальцах.
А клавиши перелистывания страниц забавно хлюпают. Но, правда, не всегда, а если нажимать на них под определенным углом.
Главное отличие третьего букридера от второго - он очень хочет быть компьютером. Во время первой установки от меня постоянно требовали подключить вайфай, зарегистрироваться в каких-то облачных аккаунтах, завести почтовый ящик и так далее. Когда я отказывался, меня пугали: дескать, а вы знаете, что в этом случае вы не сможете использовать все прекрасные возможности нашего лучшего в мире устройства?
Я все равно, конечно, все поотключал. Мне еще в шнурках компьютера не хватало. Мне книга нужна, а планшет у меня и так есть.
Второе отличие - подсветка. Раньше для ее активации мне приходилось долго нажимать на нижнюю полосочку блока навигации. Получалось не всегда. Сейчас она включается через меню, а можно установить автоматический режим. Правда, глючит он страшно.
И третье. В библиотеке отказались от страниц. То есть раньше я мог быстро перелистывать страницы с обложками, а сейчас не могу. Только долго и нудно прокручивать. То же самое и в содержании книг.
Помню, лет 15 назад все производители софта вдруг тоже отказались от страниц и заменили их на бесконечную вертикальную колбасу. Видимо, эта мода наконец-то дошла до букридеров.
Неудобно. Ну, по крайней мере, непривычно.
А в основном пока полет нормальный. Буду дальше наблюдать.

Татьяна Устинова, Павел Астахов, "Дочки-матери"
Эксмо, 2023

Татьяна Устинова пишет свои детективы даже не сериями, а периодами. Был калининградский период, период Дальнего Востока, период книжного магазина "Москва". Сейчас вот судебный период, в соавторстве с известным адвокатом Павлом Алексеевичем Астаховым. Цикл так и называется "Дела судебные".
Собственно, это не детектив. В аннотации сказано, что это "остросюжетный роман". Но и с острыми сюжетами тут так себе. Угон машины с элементами социальной инженерии. Нечистая на руку заведующая детским приютом. Мать-кукушка и одновременно шантажистка. Справедливость, впрочем, торжествует во всех случаях.
Фактически, соавторы приглашают читателя в этакий клуб честных и успешных людей. Главная героиня - молодая и неподкупная судья. У нее есть дочь - "популярный блогер, специализирующийся на теме красоты". Сердечный друг - богатый и глубоко порядочный предприниматель. Сестра, которая выходит замуж за бравого капитана-оперуполномоченного с обостренным чувством справедливости. А заодно удочеряет трехлетнюю девочку, брошенную уже упоминавшейся матерью-кукушкой.
То есть главное в этом романе - вовсе не острый сюжет, а пресловутое "выстраивание отношений" между практически безупречными персонажами.
Что ж, будем надеяться, что у Татьяны Витальевны это своего рода каникулы. И они когда-нибудь закончатся, и нас опять завалят добротными, захватывающими и остроумными детективами. Но в любом случае, даже такие романы "за жизнь" в исполнении мастера читаются легко и даже с удовольствием. А Устинова - мастер.

"След в бесконечности. Памятники Владимира"
Владимир: Посад, 2000.

"Дом, где жил Левитан Ю. Б. (1914 – 1983)
ул. Большая Московская, 46.
Дом построен в конце XVIII века. В 1864 году им владела купеческая жена Варвара Козиорова, которая сдавал нижний этаж под харчевню, а остальные помещения верхних этажей - под жилье.
Ю. Б. Левитан родился в этом доме 2 октября 1914 года. Очевидно, его родители здесь снимали квартиру… Ю. Левитан учился во Владимирской школе, затем уехал в Москву поступить во ВГИК. "Провалившись" на экзаменах, пробовал поступить на радио, но опять помешало провинциальное "оканье". Много сил и времени потребовалось Левитану, чтобы избавиться от нежелательного произношения. И как итог - он стал "первым голосом" страны… С особой проникновенностью звучали в его прочтении сводки Совинформбюро в годы Великой Отечественной войны, торжественно передавались сообщения о самых значительных достижениях и событиях жизни советской страны… Дом, где провел детские годы будущий диктор, находится на реконструкции".

Книга "Памятники Владимира" содержит информацию о 105 самых ярких владимирских достопримечательностях, как архитектурных, так и скульптурных. Материал организован просто и удобно. Каждому объекту здесь присвоен свой порядковый номер. Под ним он фигурирует сначала в фотоальбоме, затем в текстовой части, а в конце, под тем же номером, отмечен на карте центральной части города.
Подспорье для заезжего туриста.

Эдгар По, "Безумие любви и смерти"
Metamorphoses, 2022

Эдгар По, мягко говоря, не нов. Новое в этой книге - оформление и иллюстрации барселонского художника Давида Гарсиа Фореса. Кажется, что это не наш современник, а человек из XIX века, современник писателя. Или сам По, вселивший свою душу в его плоть.
А он, кстати, может.
Пляшущие строки - белые, на черном фоне. Пустые, страшные глаза, глядящие из книги прямо тебе в душу. Да, конечно, штамп, но ощущение именно такое. Хищный нож нацелен тебе в глаз. Огонь и тревожные птицы. Висельник-кот.

Дмитрий Вересов, Елена Басманова, "Карта императрицы"
Нева, 2002

1903 год. Санкт-Петербург готовится торжественно отпраздновать свое 200-летие. А в одном из подвалов обнаруживают труп бедной вышивальщицы Аглаи из провинции. Ее ударили по голове отполированной бараньей костью.
Все улики указывают на модного столичного портретиста Романа Закряжного. Да и сам он ведет себя более чем подозрительно. А сразу же после его ареста в столице начинаются пожары. При этом каждый раз в огне гибнет портрет императора Петра Великого работы Закряжного. А тут еще в Санкт-Петербурге появляется довольно странный англичанин - сэр Чарльз Стрейсноу, внешне совершенно неотличимый от царя Петра.
Как же я люблю цикл детективов Елены Басмановой (в этом случае - в соавторстве с Дмитрием Вересовым) про дореволюционную семью Муромцевых. Как же милы главные персонажи. Одни имена чего стоят. Профессор химии Николай Николаевич Муромцев и его дражайшая супруга Елизавета Викентьевна. Их дочери - Мура и Брунгильда. Первая - непосредственная и авантюрная курсистка-бестужевка, а вторая - ледяная неприступная красавица и пианистка-виртуозка. Друзья семьи - доктор Клим Кириллович Коровкин со своей добрейшей тетушкой Полиной Тихоновной и велосипедный ас Ипполит Прынцаев. Усердный судебный следователь, немец и тайный сладкоежка Карл Иванович Вирхов.
"- Расскажите, Карл Иваныч, расскажите, - умоляюще попросила Мура. - Нам всем очень интересно. Вы нашли преступника, убившего Аглаю Фомину?
- Нашел, милая Мария Николаевна, - ответил Вирхов, гордо поглядывая на Полину Тихоновну, которая собственноручно разливала по тарелкам из парадной, фарфоровой супницы, разрисованной гирляндами из перевитых розовыми ленточками незабудок, ароматный, обильно приправленный зеленью суп из бычьих хвостов".
В романах госпожи Басмановой, как у Агаты Кристи, соседствуют кровавые преступления и ощущение уюта. Да, вокруг все ужасно. Но булочки, которые подает к ужину служанка Муромцевых Глаша, чудо как хороши.

Федор Сологуб, "Мелкий бес"
АСТ, 2022

Без сомнения, "Мелкий бес" - одно из величайших произведений русской классики. Не удивительно, что его постоянно переиздают. При этом оно незаслуженно задвинуто во второй ряд. Чехова, Толстого и Достоевского читали все. О Сологубе многие даже не слышали.
Конец XlX века. Сонный провинциальный городок. Главный герой - учитель словесности Передонов. Он со своей сожительницей обитает на съемной квартире. Там же постоянно крутится приятель Передонова, преподаватель ремесла Володин. Они очень много пьют, и для развлечения вредят своей квартирной хозяйке.
"Передонов сказал:
- Мы всегда, когда едим, пакостим стены...
И все трое, стоя перед стеною, плевали на нее, рвали обои и колотили их сапогами. Потом, усталые и довольные, отошли".
Передонов - примитивный, завистливый, мнительный, грубый и самовлюбленный. У него мания преследования. Ему все время кажется, что его хотят отравить. Ему то и дело мерещится маленькая серенькая недотыкомка, которая увивается вокруг Передонова. Он тяжело болен, но не понимает этого.
И обитатели городка тоже не понимают. Больше того, они очень уважают Передонова, стремятся подружиться с ним. Он даже считается самым завидным женихом.
Атмосфера сгущается, сатира соседствует с мистикой, возникает предвкушение трагической развязки. И трагедия действительно случается.
Если кто вдруг не читал "Мелкого беса" - тот счастливый человек. У него эта книга впереди.

А. Нуне (Нуне Барсегян), "Дневник для друзей"
Новое литературное обозрение, 2015
 
Эта книга - о берлинском хосписе. О том, как уходят из жизни в благополучной Германии.
Нуне Барсегян (псевдоним А. Нуне) пишет о нем настолько просто, что у нее даже все предложения начинаются с маленькой буквы. Наверное, прием, призванный еще больше снизить пафос, которого и без того там нет. Что-то наподобие сдувания с пиджака невидимой пылинки.
"вообще бывает иногда, что больные по две-три недели вообще ничего не едят и при этом живы. так было и с бывшей медсестрой из детской онкологической. она неделю лежала в забытьи и ничего не ела, потом очнулась и потребовала пива. специальной брызгалкой ей побрызгали по губам и языку пивом, чтобы почувствовала вкус. после этого она снова впала в забытье и прожила еще недели две".
Это не то, чтобы совсем дневник, но книга, написанная на основе дневника. Нуне Геворковна действительно работала в 2012 году в берлинском хосписе, в бывшем ГДР. Накормить того, кто сам уже не может есть. Поговорить с тем, кому одиноко. Свозить пожилую даму на коляске в ближайший парикмахерский салон - сделать нарядную прическу. Сопровождать другую даму в ближайшее цветочное хозяйство - потому что ей вдруг захотелось посетить это цветочное хозяйство и купить себе цветов. Объяснить новичку, что он спокойно может курить у себя в комнате - в отдельной комнате, естественно, других там нет - что правилами это не запрещено. Приготовить какой-нибудь особо изысканный деликатес.
Нина Геворковна неожиданно сама для себя пристрастила постояльцев к икре с вареными яйцами - специально покупала ее в русском магазине. Икра стала пользоваться популярностю, хотя многие раньше ее вообще не пробовали.
Но главное, конечно, поддержать беседу.
"сказала, что, будучи в СПб., удивилась, узнав, что один из русских царей был родом из ее родного Киля".
"спросила, как ей говорящий мужчина, удалось ли с ним поговорить? ответила сдержанно:
- да, удалось. он, бедный, так болен. у него рак кишок. ему все вырезали. у меня то же самое, конечно, но надо сказать, что меня не резали!".
"Говорящий мужчина" - значит, способный разговаривать. Далеко не каждый постоялец мог похвастаться такой возможностью - рак делал свое дело.
Приготовить бутерброд. Помочь подняться по лестнице. Пообщаться с родственниками. Отвезти в дом престарелых, расположеный напротив - многие сводили там знакомства, флиртовали. Отвезти в кирху - хотя пастор из ближайшей кирхи приходил в хоспис по первому зову. Включить или выключить телевизор. Сопроводить на диализ.
Само здание - памятник архитектуры, есть старинный журчащий фонтан во дворе. В саду цветет жасмин, и чистота здесь идеальная. Можно выйти на балкон (как пишет Нуне, "сказочный"), украшенный цветами. Изысканный стол.
Несколько раз в неделю хоспис посещают изотерапевт, музтерапевт и сказочник. Больше всего любили терапевта музыкального. Это была дама, которая каждый раз приносила с собой несколько разных музыкальных инструментов, играла на них, пела песни вместе с постояльцами. Изотерапевта не любили - почти все с большим трудом удерживали карандаш. А к сказочнику относились равнодушно - сказок здесь и без того хватало.