Музыкальная пауза!
Я так увлеклась томлениями, что чуть не пропустила новый альбом Бьорк, а это уже ни в какие ворота не лезет.

Посмотрите клип, он того стоит

https://youtu.be/9FD2mUonh5s

Читаю сборник «100 Арт-манифестов. От футуристов до стакистов» и в который раз восхищаюсь языком Троцкого: Футуризм начал с протеста против искусства мелкотравчатых реалистических приживальщиков быта.
Не, ну красиво же?

В каждой второй, а то и первой, жизнеописательной книжке есть кусок про детство героя. Читать его всегда мучение, ну был он маленьким бедняжкой, давайте уже поскорее с этим покончим и перейдём к части где он стал творить взрослые делишки.
Совсем другое дело, истории, где ребёнок не предвестник полноценного взрослого персонажа, а сам по себе герой.

У нежно любимого мной Ивлина Во в Пригрошне Праха все, что нам стоит знать о герое, дается одним абзацем: он никогда не знал с утра, где сегодня ужинает, т.к. его приглашали только, если один из гостей внезапно отменился, а менять рассадку и сервировку слишком хлопотно.

Это описание хорошо своей абсолютной полнотой и в моей голове идет рядом с байкой о том, что на режиссерском факультете ВГИКа мастер дает задание - бессловесный этюд, где двое, мужчина и женщина, приходят в гости и зрителям должно быть сразу понятно, что вместе они достаточно давно чтоб страсть успела угаснуть. Варианты студентов банальны и не заслуживают внимания. Вариант мастера такой: он открывает ее сумочку, достает носовой платок, сморкается и кладет обратно.

Перед современной философией стоят две основные задачи: апология применения боевой беспилотной авиации и философское обоснование понятия «активист». На всё прочее не предусмотрено грантов, так что и распространяться про современную философию особенно нечего.
————-

Бэтман Апполо
Виктор Пелевин

NB! Очень по-разному воспринимается фраза про случайность совпадений. От автора как кокетство, от издательства — как перестраховка от судебных исков.

Он пришел в мою студию с красками, холстами и другими материалами и дал мне первый урок рисования. Он отрезал кусок холста и положил на пол. Открыл банку с клеем и вылил ее на холст, добавил немного песка, желтого пигмента и немного черного. Потом он вылил на все это около полулитра бензина, бросил зажженную спичку, и все загорелось. «Это закат», – сказал он. И ушел.

Это произвело на меня сильное впечатление. Я дождалась пока обуглившееся месиво высохнет и потом очень осторожно приколола его к стене. Позже мы с семьей уехали в отпуск. Когда мы вернулись, августовское солнце все высушило. Краски выцвели, а песок осыпался. Не осталось ничего кроме кучки пепла и песка на полу. Заката больше не существовало.

Это утро не похоже ни на что, оно и не утро вовсе, а короткий обрывок первого дня: проба, бесплатный образец, авантитул. Нечего делать. Некуда идти. Бессмысленно начинать что-то новое, ведь еще не убрано старое: посуда, скатерти, обертки от подарков, хвоя, осыпавшаяся на паркет.
Ложишься на рассвете, встаешь на закате, попусту болтаешься по дому, смотришь в окно. Солнце первого января что в Москве, что в Питере садится в четыре часа дня, так что достается на нашу долю разве что клочок серого света, иссеченный мелкими, незрелыми снежинками, или красная, болезненная заря, ничего не предвещающая, кроме быстро наваливающейся тьмы.
Странные чувства. Вот только что мы суетились, торопливо разливали шампанское, усердно старались успеть чокнуться, пока длится имперский, медленный бой курантов, пытались уловить и осознать момент таинственного перехода, когда старое время словно бы рассыпается в прах, а нового времени еще нет. Радовались, как и все всегда радуются в эту минуту, волновались, как будто боялись не справиться, не суметь проскочить в невидимые двери. Но, как и всегда, справились, проскочили. И вот теперь, открыв сонные глаза на вечерней заре, мы входим в это странное состояние — ни восторга, ни огорчения, ни спешки, ни сожаления, ни бодрости, ни усталости, ни похмелья.
Этот день — лишний, как бывает лишним подарок: получить его приятно, а что с ним делать — неизвестно. Этот день — короткий, короче всех остальных в году. В этот день не готовят — всего полно, да и едят только один раз, и то все вчерашнее и без разбору: ассорти салатов, изменивших вкус, подсохшие пироги, которые позабыли накрыть салфеткой, фаршированные яйца, если остались. То ли это завтрак — но с водкой и селедкой; то ли обед, но без супа. Этот день тихий: отсмеялись вчера, отвеселились, обессилели.



Хорошо в этот день быть за городом, на даче, в деревне. Хорошо надеть старую одежду с рваными рукавами, лысую шубу, которую стыдно людям показать, валенки. Хорошо выйти и тупо постоять, бессмысленно глядя на небо, а если повезет — на звезды. Хорошо чувствовать себя — собой: ничьим, непонятным самому себе, уютным и домашним, шестилетним, вечным. Хорошо любить и не ждать подвоха. Хорошо прислониться: к столбу крыльца или к человеку.
Этот день не запомнится, настолько он пуст. Что делали? — ничего. Куда ходили? — никуда. О чем говорили? Да вроде бы ни о чем. Запомнится только пустота и краткость, и приглушенный свет, и драгоценное безделье, и милая вялость, и сладкая зевота, и спутанные мысли, и глубокий ранний сон.
Как бы мы жили, если бы этого дня не было! Как справились бы с жизнью, с ее оглушительным и жестоким ревом, с этим валом смысла, понять который мы все равно не успеваем, с валом дней, наматывающим и наматывающим июли, и сентябри, и ноябри!
Лишний, пустой, чудный день, короткая палочка среди трех с половиной сотен длинных, незаметно подсунутый нам, расчетливым, нам, ищущим смысла, объяснений, оправданий. День без числа, вне людского счета, день просто так, — Благодать.

———————-
Пустой день
Татьяна Толстая

Уезжая на чужбину, непременно брали горсть земли в ладанке. В этом было все: земля как оберег, и ощущение связи с родными людьми и местами, и гарантия того, что в случае смерти в чужом краю ты все же сумеешь войти в сонм «своих» покойных — ведь тебе на могилу положат горсть родной земли.
———————
Славянские мифы
Александра Баркова

У меня тоже есть «ладанка» с землей. Песочек из пустыни Black Rock. Ну что, с загробной жизнью я, кажется, не прогадала

Защищались от ведьм маком — его сыпали вокруг дома и хлева. Представление о том, что мак ограждает людей от нечистой силы, будь то неупокоенные мертвецы или ведьмы, основано на противопоставлении мира людей (счетного) и мира потустороннего (безграничного). В мире до бытия нет времени, оно появляется с созданием светил; блага в потустороннем мире — нескончаемые, неисчерпаемые. Нелюдь оказывается бессильна перед магией счета и, увидев преграду из маковых зерен, принимается пересчитывать их, но могущество мира людей, заключенное в самом акте счета, губит ее или хотя бы лишает сил. Другим широко распространенным оберегом от нечисти и, в частности, от ведьмы являются любые острые предметы: нож или серп под порогом дома, борона, лежащая у хлева зубьями вперед, зубья бороны воткнутые в столбы ворот, или просто колючие растения. Символика этих предметов та же, что и у счета: мир людей — это мир границ, которые пропахивают, прочерчивают, прорезают, в то время как потусторонний мир — мир слиянности.
———————
Славянские мифы
Александра Баркова

Интересная штука со славянскими мифами — их нет в зафиксированном виде, нет славянского аналога Эдд. Несмотря на то, что в X веке в условном Новгороде образованных людей, умеющих читать и писать было порядочно, мифологическая традиция оставалась преимущественно устной. Орда снесшая большие укрепленные города естественно не щадила ничем не защищенные капища, уничтожая и их обитателей, носителей большой устной культуры (а это судя по имеющимся отголоскам и системы гимнов, мифов и большие поэтические произведения). В итоге из источников — бабкины россказни, народное православие, условная песнь о вещем Олеге и узоры деревенских наличников).
И вот, начиная с 80-х годов появляется целая грядка мистификаторов создающих с нуля славянский миф. Разброс там колоссальный — от расшифровки текстов поддельных деревянных дощечек до многотомников «Звенящие кедры России» повествующих о прибывших из космоса славяно-ариях. Вся эта бодяга называется Неоязычеством или Родноверием, за годы обрастает невообразимым количеством псевдонаучных источников ссылающихся друг на дружку и превращается в угрожающих размеров конструкцию. Выглядит очень убедительно, особенно при наглухо отключенном логическом мышлении.

Природная любознательность не позволила мне пройти мимо этой роскоши и я отважно нырнула в мир славяно-арийских вед. Stay tuned!

Это было непросто, но что-то я смогла.

Тезисная космогония

1. Полтора миллиарда лет назад предки Славяно-Ариев прилетели к нам из космоса.
2. Они создали на земле великую цивилизацию и записали на золотых пластинах свои веды. Вопрос, что именно там написано как-то не принято поднимать. Написали и написали
3. Враги этих ребят — рептилоиды с планеты Нибиру портят жизнь населению земли. Большинство правителей земли - их прихвостни
4. Славяне - изначальные жители земли прибывшие из космоса. Евреи — биороботы жаждущие поработить славян (еврейские женщины крадут сперму мужчин ради генов)

Занимательные факты.

1. В нашем языке зафиксированы все тайны вселенной. Например слово историк содержит в себе слово тора тонко намекая, что учебники и документы сплошь написаны приспешниками рептилоидов
2. Соски мужчинам нужны для того, чтобы выкармливать потомство в случае гибели всех женщин
3. Конец света неминуем.


С последним пунктом я теперь, кажется, согласна — моя светлая мечта встретить хоть одного настоящего, взаправдашнего плоскоземельщика (или хотя бы креациониста) так и осталась несбыточной. А людей искренне верящих вот в эту поеботу, я знаю целых двух. Что несомненно говорит о распространенности концепции.

А вопрос у меня ровно один, лежащий в плоскости национального менталитета. Если все это чистый Рон Хаббард, местами даже более затейливый, почему сайентологи — преуспевающие обеспеченные ребята с офисами по всему миру, а простой ленинградский Родноверец-неоязычник вынужден влачить жалкое существование в интернете? Где конференции, слеты, симпозиумы? Где мерч? Где красивые офисы, построенные на пожертвования верующих?

Короче. Есть вариант озолотиться.

Добрый человек, приславший мне настолько великолепный, невообразимо прекрасный подарок, признайся — кто ты? Я же спать не смогу, буду гореть любопытством

Мао Цзэ-дун впервые выступил в Пекине перед большой аудиторией писателей и художников. В пространном приветственном слове он сказал: «Вы нужны народу, вы народные писатели и художники, вы организаторы литературной и художественной деятельности для народа. Вы приносите пользу революции, пользу народу. Поскольку вы нужны народу, мы приветствуем вас».
За четыре года, прошедшие с тех пор, как отец его видел последний раз, Мао набрал вес, и «вы» и «мы» в его речи, давали понять, что за прошедшие годы, когда он просто говорил «мы», кое-что изменилось. Были образованы новые ассоциации, управляющие литературой, театром, кино, музыкой и изобразительным искусством, что означало институционализацию контроля партии над творческой деятельностью. Вернуться в эру свободного самовыражения не представлялось возможным.
——————————-
1000 лет радостей и печалей
Ай ВэйВэй

До появления теории эволюции Чарльза Дарвина была популярна эволюционная теория выдвинутая Жаном Батистом Ламарком. Если кратко - он утверждал, что приобретенные в течение жизни признаки могут быть унаследованы следующими поколениями - жираф тянулся-тянулся к веточке, его шея удлинилась, у него родились детки с более длиной шеей, тоже тянулись и, вуаля.
Вера в наследование приобретённых признаков была практически повсеместной и сторонниками Дарвина проводилось множество экспериментов для опровержения теории Ламарка. Так в конце 19 века немецкий биолог Август Вейсмар затеял эксперимент - завёл сотню мышей, обрезал им хвосты и дождался появления потомства. Длиннохвостого, само собой. Обрезал хвосты потомству и подождал ещё раз. В общем эта канитель продолжалась пять лет, по окончании которых сторонники теории Ламарка сказали, что просто времени было недостаточно.

Внимание вопрос. Зачем мучать мышей, если в качестве аргумента можно было привести многие поколения еврейских мужчин?

Отложила автобиографию Ай ВэйВея на дальнюю полку. Прочесть ее, безусловно, можно и нужно, но сделать это я смогу только в приступе сумасшедшего педантизма, а его пока не предвидится. Подобным разочарованием стала для меня автобиография Пегги Гуггенхайм, оказавшейся напыщенной дурой. Ужасно обидно, когда люди с такой интересной судьбой не умеют о ней талантливо рассказать.

NB!
Три эталонных автобиографии в моем рейтинге:
- Агата Кристи
- Марина Абрамович
- Кит Ричардз

Я о них много писала, поиском легко найдется

И тут же решилась прочесть всю серию про мифы разом. Может что-то пойму?

Тут же в чем дело. Вот были греки, у них был Мифос, рождавший истории о сокровенном и Логос, объяснявший почему вода выливается из бассейна, если положить туда голого мужчину. Логос в конечном итоге отправил человека в космос, но он совершенно не способен объяснить зачем.

Кстати сразу из любопытного — кажется любимое мое понятие интерсубъективной реальности придумали в древней Индии

Они называли миф словом «митхья» и различали понятия «митхья» и «сат». Митхья – истина, которую можно увидеть сквозь рамки контекста. Сат – это истина, которая существует вне любого контекста. Митхья дает ограниченное, отрывочное представление о реальности; сат безгранична и наделяет истинным видением мира. Митхья – иллюзия, которую можно подправлять. Сат – истина абсолютная и совершенная во всех отношениях.

Одна из любимейших моих телег — то, что бинарную логику придумали греки, а европейская цивилизация в ней погрязла, здорово в итоге ограничив себя. На эту тему я могу распинаться бесконечно, обязательно затрону египтян, Альберта Хофмана и что-нибудь забористое.
Однако, одно дело задорно что-то вещать развесившему уши собеседнику, а совсем другое разбираться в 330 миллионах индийских божеств, каждое из которых является манифестацией некой беспредельной божественности, обладая при этом персональным корпусом мифов и преданий.
Параллельно у каждой из этих беспредельных манифестаций есть конечная форма божественности, измеряемая и более менее зафиксированная в единой форме (более менее, но не на 100%).
Также важно не забывать, что все сущее суть есть бог, и поклоняться можно хоть камню, хоть тарелке пасты. Форма поклонения на выбор верующего.

Короче, может не зря греки с бинарной логикой затеяли. Черное есть черное, и оно стопудово не зеленое, и уж точно не легкий ветерок тормошащий твои волосы, дружок