Артур Мэкен прекрасен именно что безусловно, вне зависимости от вкусов и предпочтений.
Пишет он очень красиво, но как-то по-особенному наивно, прекрасно наивно. Так же красиво писал Оскар Уайльд, вдохновлявшийся Мэкеном. Но если текст Уайльда - это роскошные тысячелепестковые розы, то Мэкен - это дикий шиповник. Пошловатое сравнение, но сюда больше ничего не подходит.
Мэкен как художник текста - трогательный, искренний и очень свежий. Мне кажется, помимо его признанного умения давать саспенс-атмосферу, все те, кто им восхищался (Йейтс, Уайльд, Кроули, Лавкрафт и тд) очаровывались именно этой душистой наивностью. Которая - его врожденное качество. И которая могла проявиться только у человека, выросшего на дикой земле, наполненной древностью и магией, читающего эту землю и ее информационные слои. По сути он не писал вообще для того, чтобы поразить читателя, - он просто писал о том, что считывал, при этом обладая уже и чувством и тактом слова и кругозором, и умением передать картину и настроение, и поэтому - при некой витиеватости и насыщенности стиля - он не скатывался в пошлость.
Текст его вызывает какой-то иррациональный восторг, сейчас так никто не пишет.
Очень хочется, чтобы восстал вновь и магический реализм, и неоромантизм во всей его сокрушительной мощи.
***
Многие часы я бродил в самой гуще этого леса, кружась и возвращаясь назад, продираясь сквозь заросли густого подлеска, темные и холодные даже в полдневную жару, делал короткие привалы под раскидистыми кронами дуба, лежал на крошечных лужайках, где вдыхал сладкий запах диких роз, смешанный с тяжелым ароматом бузины, больше походивший на смрадные испарения мертвецкой, — все прилетало ко мне на крыльях одного ветра: благоухание и вонь. Я стоял на опушках, созерцая всю пышность наперстянок, вздымающихся среди прибрежных лугов и сияющих красным в солнечных лучах, и вглядывался в темные глубины чащ за ними, где источники вскипают в камнях и насыщают влагой коварную сырую плесень. Но во всех моих блужданиях одного места я все же избегал вплоть до вчерашнего путешествия, когда я взобрался на вершину холма, туда, где по самому гребню вьется древняя римская дорога.
(c) Великий бог Пан
#books
Пишет он очень красиво, но как-то по-особенному наивно, прекрасно наивно. Так же красиво писал Оскар Уайльд, вдохновлявшийся Мэкеном. Но если текст Уайльда - это роскошные тысячелепестковые розы, то Мэкен - это дикий шиповник. Пошловатое сравнение, но сюда больше ничего не подходит.
Мэкен как художник текста - трогательный, искренний и очень свежий. Мне кажется, помимо его признанного умения давать саспенс-атмосферу, все те, кто им восхищался (Йейтс, Уайльд, Кроули, Лавкрафт и тд) очаровывались именно этой душистой наивностью. Которая - его врожденное качество. И которая могла проявиться только у человека, выросшего на дикой земле, наполненной древностью и магией, читающего эту землю и ее информационные слои. По сути он не писал вообще для того, чтобы поразить читателя, - он просто писал о том, что считывал, при этом обладая уже и чувством и тактом слова и кругозором, и умением передать картину и настроение, и поэтому - при некой витиеватости и насыщенности стиля - он не скатывался в пошлость.
Текст его вызывает какой-то иррациональный восторг, сейчас так никто не пишет.
Очень хочется, чтобы восстал вновь и магический реализм, и неоромантизм во всей его сокрушительной мощи.
***
Многие часы я бродил в самой гуще этого леса, кружась и возвращаясь назад, продираясь сквозь заросли густого подлеска, темные и холодные даже в полдневную жару, делал короткие привалы под раскидистыми кронами дуба, лежал на крошечных лужайках, где вдыхал сладкий запах диких роз, смешанный с тяжелым ароматом бузины, больше походивший на смрадные испарения мертвецкой, — все прилетало ко мне на крыльях одного ветра: благоухание и вонь. Я стоял на опушках, созерцая всю пышность наперстянок, вздымающихся среди прибрежных лугов и сияющих красным в солнечных лучах, и вглядывался в темные глубины чащ за ними, где источники вскипают в камнях и насыщают влагой коварную сырую плесень. Но во всех моих блужданиях одного места я все же избегал вплоть до вчерашнего путешествия, когда я взобрался на вершину холма, туда, где по самому гребню вьется древняя римская дорога.
(c) Великий бог Пан
#books
Еще раз пишу, что я очень надеюсь, что доживу до времен, когда живодеров будут пытать без обезболивающих. Ну или хотя бы просто казнить. Мало что меня так выводит из равновесия, как живодерство. Знала бы имена - прокляла бы. А так, очень надеюсь, что присядут на бутылку.
http://v-kurse.ru/news/life/vykololi_glaza_i_vygnali_iz_lesa_v_prikam_e_brakon_ery_izmuchili_beremennuyu_losikhu_8828008/?fbclid=IwAR3sD7EaufLRawqnwP_oZejjNQe1B1-clXX0Zu-RnHM7EHSDkqEeM8AqBPc
http://v-kurse.ru/news/life/vykololi_glaza_i_vygnali_iz_lesa_v_prikam_e_brakon_ery_izmuchili_beremennuyu_losikhu_8828008/?fbclid=IwAR3sD7EaufLRawqnwP_oZejjNQe1B1-clXX0Zu-RnHM7EHSDkqEeM8AqBPc
В курсе.ру
Выкололи глаза и выгнали из леса. В Прикамье браконьеры измучили беременную лосиху — В курсе.ру
Выкололи глаза и выгнали из леса. В Прикамье браконьеры измучили беременную лосиху — Несчастное животное увидели местные жители и тут же обратились за помощью к специалистам и полиции. Они выследили лосиху по кровавым следам, но было
Forwarded from НЕДЕЛЯ МОДЫ
«Меня интересуют только живопись, дома и сады Парижа, книги, международная политика, женское тело, примитивные религии».
12 января 1940 года.
Пьер Дрие ла Рошель
«Дневник»
12 января 1940 года.
Пьер Дрие ла Рошель
«Дневник»
Понять кельтскую точку зрения на богинь помогает индуистская модель, имеющая с ней много общего. В индуизме богини — это источники энергии, в совокупности нередко именуемые просто «шакти» (а олицетворением шакти может выступать Дурга — верховная богиня-дева, представляющая собой источник всей энергии во вселенной). Но когда энергия направляется на конкретные цели, богини начинают отличаться друг от друга — как Сарасвати (культура и творчество), Лакшми (плодородие и богатство, материальный достаток) или Кали (разрушение и возрождение). Схожим образом, практически всех кельтских богинь можно определить как богинь королевской власти, богинь земли и т.д., но они принимают различные имена и атрибуты, когда того требуют конкретные обстоятельства.
By Thesaurusdeorum.com
Автор: Алексей Кондратьев
Перевод: Анна Блейз
#celtic #magic
By Thesaurusdeorum.com
Автор: Алексей Кондратьев
Перевод: Анна Блейз
#celtic #magic
К вопросу о хуйне, которую регулярно пишет авторка канала Возвращение в Брайдсхед, которая гордо «состоит в обществе исторических каналов телеграма». Ортегу-то не наебать.
Forwarded from Ortega Z 🇷🇺
Я бы на эту стоеросовую балаболку по собственной инициативе вряд ли обратил внимание — мало ли в телеге стоеросовых балаболок?
Но лиса сердца моего Ольга Олеговна @chaoss_flame, однажды на это помраченное создание нечаянно наткнувшись, оцепенела, будто Лотова жена в зрелище казни Господней над подлым городом Содомом.
Послушал.
На истории про Агамемнона, который принёс свою дочь в жертву [не принес], и Клитемнестру, которая его за это убила [не за это], и тем совершила самый страшный грех [!?], поскольку воспротивилась воле богов [?!] — не сдержался, сложился пополам, рухнул на пол и тихонечко завыл.
Просто так, от силы впечатлений.
Для понимания: общая во всех авраамических религиях концепция греха невозможна в античной метафизике, для язычников Эллады всякое действие в раздоре с волей высших сил, [римское empieta] - вовсе не «грех», а обыкновенная глупость, инфантилизм, легкомыслие, на конкурсе мудаков второе место.
Если же говорить о «нечестивцах», то есть буквально бесчестных, опозоренных, не имеющих достоинства, ничтожных, носителей того самого humilitas, которое в иудео-христианской традиции внезапно оказалось «добродетелью смирения» - то нечестивицы это, допустим, Иксион, Тантал и прочие подобные.
Которые осквернили себя вовсе не empieta, но прежде всего неблагодарностью, а в случае Тантала ещё и клятвопреступлением, и никакая Клитемнестра там даже мимо не проходила.
И вот такая лепота великолепная у автор_ки почти в каждом посте, хоть сейчас на выставку «Сумерки разума», подумал было спросить лису сердца моего, где она такой самородок откопала - но вовремя осекся, дабы не умножать скорби.
Однако, влекомый дурным любопытством, в профиль канала все же решил заглянуть.
А это Люся Фраджайл.
Здрасьте, девушка. Сколько лет прошло. А вы совершенно не изменились. Можете принять это за комплимент. Хотя я бы не советовал.
Всюду знаки, Господи.
Всюду знаки.
Но лиса сердца моего Ольга Олеговна @chaoss_flame, однажды на это помраченное создание нечаянно наткнувшись, оцепенела, будто Лотова жена в зрелище казни Господней над подлым городом Содомом.
«Что ты несёшь, что ты блядь несёшь, одна история охуительнее другой, нет ты просто послушай что эта чувырла несёт, она ведь не просто безграмотная, она же слабоумная»Послушал.
На истории про Агамемнона, который принёс свою дочь в жертву [не принес], и Клитемнестру, которая его за это убила [не за это], и тем совершила самый страшный грех [!?], поскольку воспротивилась воле богов [?!] — не сдержался, сложился пополам, рухнул на пол и тихонечко завыл.
Просто так, от силы впечатлений.
Для понимания: общая во всех авраамических религиях концепция греха невозможна в античной метафизике, для язычников Эллады всякое действие в раздоре с волей высших сил, [римское empieta] - вовсе не «грех», а обыкновенная глупость, инфантилизм, легкомыслие, на конкурсе мудаков второе место.
Если же говорить о «нечестивцах», то есть буквально бесчестных, опозоренных, не имеющих достоинства, ничтожных, носителей того самого humilitas, которое в иудео-христианской традиции внезапно оказалось «добродетелью смирения» - то нечестивицы это, допустим, Иксион, Тантал и прочие подобные.
Которые осквернили себя вовсе не empieta, но прежде всего неблагодарностью, а в случае Тантала ещё и клятвопреступлением, и никакая Клитемнестра там даже мимо не проходила.
И вот такая лепота великолепная у автор_ки почти в каждом посте, хоть сейчас на выставку «Сумерки разума», подумал было спросить лису сердца моего, где она такой самородок откопала - но вовремя осекся, дабы не умножать скорби.
Однако, влекомый дурным любопытством, в профиль канала все же решил заглянуть.
А это Люся Фраджайл.
Здрасьте, девушка. Сколько лет прошло. А вы совершенно не изменились. Можете принять это за комплимент. Хотя я бы не советовал.
Всюду знаки, Господи.
Всюду знаки.
– Колдовство и святость, – сказал Амброз, – более чем реальны. И в том и в другом случае это прежде всего экстаз, прорыв из трясины обыденной жизни.
Котгрейв слушал с интересом. В этот обветшалый, окруженный запущенным садом дом в северном пригороде Лондона его привел один старый приятель. Здесь в полутемной пыльной комнате корпел над своими книгами мечтательный отшельник Амброз.
– Да, – продолжал собеседник Котгрейва, – магия и по сей день живет в душах людей. И среди них – те, кто ест сухие корки, запивая их сырой водой; думаю, они испытывают наслаждение, какое не снилось даже самым завзятым эпикурейцам.
(c) А. Мэкен “Белые люди”
Котгрейв слушал с интересом. В этот обветшалый, окруженный запущенным садом дом в северном пригороде Лондона его привел один старый приятель. Здесь в полутемной пыльной комнате корпел над своими книгами мечтательный отшельник Амброз.
– Да, – продолжал собеседник Котгрейва, – магия и по сей день живет в душах людей. И среди них – те, кто ест сухие корки, запивая их сырой водой; думаю, они испытывают наслаждение, какое не снилось даже самым завзятым эпикурейцам.
(c) А. Мэкен “Белые люди”
– Вы меня удивляете, – продолжил Котгрейв прерванный разговор. – Я никогда и не думал о таких вещах. Если то, что вы говорите, правда, то весь мир вывернут наизнанку. Значит, сущность греха на самом деле состоит…
– …во взятии небес штурмом, как мне кажется, – закончил Амброз. – Я полагаю, что грех – это не что иное, как попытка проникнуть в иную, высшую сферу недозволенным способом. Отсюда понятно, почему он встречается крайне редко – немного найдется таких людей, кто вообще стремится проникнуть в иные сферы, высшие или низшие, дозволенным или недозволенным способом. Люди, в массе своей, вполне довольны собственной жизнью, какой бы она ни была. Поэтому так мало святых, а грешников (в истинном смысле этого слова) и того меньше. Что же до гениев, которые иногда бывают и тем и другим вместе, то они тоже встречаются редко. Стать великим грешником, возможно, даже труднее, чем великим святым.
– То есть в грехе есть что-то глубоко противоестественное? Вы это имеете в виду?
– Вот именно. Достижение святости требует таких же или, по крайней мере, почти таких же огромных усилий; но святость предполагает благие и естественные пути. Это попытка вновь обрести экстаз, который был присущ людям до грехопадения. Грех же является попыткой обрести экстаз и знание, которые подобают лишь ангелам, а потому, предпринимая такую попытку, человек в конце концов становится демоном.
(c) А. Мэкен “Белые люди”
– …во взятии небес штурмом, как мне кажется, – закончил Амброз. – Я полагаю, что грех – это не что иное, как попытка проникнуть в иную, высшую сферу недозволенным способом. Отсюда понятно, почему он встречается крайне редко – немного найдется таких людей, кто вообще стремится проникнуть в иные сферы, высшие или низшие, дозволенным или недозволенным способом. Люди, в массе своей, вполне довольны собственной жизнью, какой бы она ни была. Поэтому так мало святых, а грешников (в истинном смысле этого слова) и того меньше. Что же до гениев, которые иногда бывают и тем и другим вместе, то они тоже встречаются редко. Стать великим грешником, возможно, даже труднее, чем великим святым.
– То есть в грехе есть что-то глубоко противоестественное? Вы это имеете в виду?
– Вот именно. Достижение святости требует таких же или, по крайней мере, почти таких же огромных усилий; но святость предполагает благие и естественные пути. Это попытка вновь обрести экстаз, который был присущ людям до грехопадения. Грех же является попыткой обрести экстаз и знание, которые подобают лишь ангелам, а потому, предпринимая такую попытку, человек в конце концов становится демоном.
(c) А. Мэкен “Белые люди”
Внезапно вопрос в личку: про метафизику огня.
Спасибо, на днях распишу.
Спасибо, на днях распишу.