Forwarded from Ложь постмодерна
Космос — это, конечно, здорово. Хотя по факту в этом космосе нет вообще ничего интересного. Одни астероидные вихри, смертоносные солнца, голые камни и квантовые призраки. А также длинный мусорный хвост от сверхкапиталистов, которым больше нечего показать звёздам, кроме электромобилей на космолётах и сборников этнической африканской музыки.
Всё подлинное лежит за космическими пространствами. Потому человеческий разум стремится отыскать и расколдовать то, что пребывает на тёмном крае расширяющейся Вселенной. Лучшие люди верят: за пределами молчащей пустоты ещё только начинается самое интересное. Там и ангелы на кончике иглы, и чудеса всевоскрешения, и асуры с дэвами, танцующие в трансцендентном звездопаде.
Пожелаем, чтобы скорее явился посткосмизм и эзотерическая космосотериология. Одними лишь мечтами о голых камнях не спасёшься — особенно, если сверхкапиталисты на космических кадиллаках будут выдаивать гранитное мясо планетоидов досуха.
Тем не менее, от голых камней отталкиваться в вечность инобытия станет чуть проще. Посему с праздником всех причастных.
Всё подлинное лежит за космическими пространствами. Потому человеческий разум стремится отыскать и расколдовать то, что пребывает на тёмном крае расширяющейся Вселенной. Лучшие люди верят: за пределами молчащей пустоты ещё только начинается самое интересное. Там и ангелы на кончике иглы, и чудеса всевоскрешения, и асуры с дэвами, танцующие в трансцендентном звездопаде.
Пожелаем, чтобы скорее явился посткосмизм и эзотерическая космосотериология. Одними лишь мечтами о голых камнях не спасёшься — особенно, если сверхкапиталисты на космических кадиллаках будут выдаивать гранитное мясо планетоидов досуха.
Тем не менее, от голых камней отталкиваться в вечность инобытия станет чуть проще. Посему с праздником всех причастных.
Иду я, значит, в церковь. А у ворот раздают листовки со скидкой в «Ведьмино счастье». Умно.
Forwarded from internal observer
нападение демонических свиней
Винсент из Бове, "Историческое зеркало" (французский перевод "Исторический спекулум"), Париж, 1463 г.
Винсент из Бове, "Историческое зеркало" (французский перевод "Исторический спекулум"), Париж, 1463 г.
Весь Чистый четверг - с трех часов утра - на ногах, как настоящая ведьма. Четверговая соль, чистки, смывки, свечи, служба, защиты поставить, эфир провести. В этом году я решила заморочиться по соборному колдовству, поэтому неделя тяжелая.
Короче, чувствую себя примерно так - прислониться бы к кресту.
Мертва Тя зрю, Человеколюбче, оживившаго мертвыя, и содержаща вся, уязвляюся люте утробою. Хотела бых с Тобою умрети, Пречистая глаголаше, не терплю бо без дыхания мертва Тя видети.
Короче, чувствую себя примерно так - прислониться бы к кресту.
Мертва Тя зрю, Человеколюбче, оживившаго мертвыя, и содержаща вся, уязвляюся люте утробою. Хотела бых с Тобою умрети, Пречистая глаголаше, не терплю бо без дыхания мертва Тя видети.
Чертовски (или даже демонически) куртуазные диалоги случались у экзорцистов и демонов, например. Нынешним демонологам стоило бы поучиться.
Когда упомянутый выше аббат Гильом (Цезарий Гейстербахский, О чудесах, кн. 5, гл. 29) торжественно повелел демону выйти из тела одержимой, его ожидал еще долгий торг.
– Куда же ты повелеваешь мне выйти? – спрашивает аббата демон.
– Я открою рот, – отвечает аббат, – и ты войдешь туда, если сможешь.
– Там будет жарковато, – замечает демон, – ведь ты причащен.
– Ну что ж! Тогда войди сюда, – и аббат, который отличался веселым нравом, протягивает демону свой большой палец.
– Нет уж, спасибо: твои пальцы освящены.
– Тогда выходи куда хочешь, но только выходи.
– Да, но не так быстро, – возражает дьявол: – я имею высшее разрешение оставаться в этом теле еще два года...
***
У того же Цезария Гейстербахского (Диалог о чудесах, 143-145) рыцарь Альберт, изгоняя дьявола из тела 12-летней девочки, увещевает его: «Ты глупый демон! Когда бы ты был поумнее, ты бы отправился с нами на турнир. Ну для чего ты без всякой причины терзаешь тело этой невинной девочки, не совершившей никакого греха?» Дьявол отвечает: «Если ты хочешь, чтобы я пошел с тобой, позволь мне войти в твое тело». Альберт запрещает, и дьявол просит позволить ему войти в коня Альберта, в его копье и т. д.; наконец Альберт позволяет ему войти в «завязку плаща» при условии, что дьявол удалится, как только ему прикажут. В течение многих лет Альберт благодаря помощи дьявола не знал себе равных на турнирах, но в конце концов приказал-таки дьяволу покинуть завязку – и тот удалился.
Когда упомянутый выше аббат Гильом (Цезарий Гейстербахский, О чудесах, кн. 5, гл. 29) торжественно повелел демону выйти из тела одержимой, его ожидал еще долгий торг.
– Куда же ты повелеваешь мне выйти? – спрашивает аббата демон.
– Я открою рот, – отвечает аббат, – и ты войдешь туда, если сможешь.
– Там будет жарковато, – замечает демон, – ведь ты причащен.
– Ну что ж! Тогда войди сюда, – и аббат, который отличался веселым нравом, протягивает демону свой большой палец.
– Нет уж, спасибо: твои пальцы освящены.
– Тогда выходи куда хочешь, но только выходи.
– Да, но не так быстро, – возражает дьявол: – я имею высшее разрешение оставаться в этом теле еще два года...
***
У того же Цезария Гейстербахского (Диалог о чудесах, 143-145) рыцарь Альберт, изгоняя дьявола из тела 12-летней девочки, увещевает его: «Ты глупый демон! Когда бы ты был поумнее, ты бы отправился с нами на турнир. Ну для чего ты без всякой причины терзаешь тело этой невинной девочки, не совершившей никакого греха?» Дьявол отвечает: «Если ты хочешь, чтобы я пошел с тобой, позволь мне войти в твое тело». Альберт запрещает, и дьявол просит позволить ему войти в коня Альберта, в его копье и т. д.; наконец Альберт позволяет ему войти в «завязку плаща» при условии, что дьявол удалится, как только ему прикажут. В течение многих лет Альберт благодаря помощи дьявола не знал себе равных на турнирах, но в конце концов приказал-таки дьяволу покинуть завязку – и тот удалился.
Вспомним строку Джона Донна: “Солнце и земля исчезли. Элемент огня исчез и никто не знает, где его искать”. Однако герметика вечна и ее временное затмение, обусловленное духом новой эпохи, ни о чем не говорит. Так поэт Жерар де Нерваль сказал в одном сонете: “Они вернутся - Боги, о которых ты тоскуешь”.
Е. Головин, Мифомания
Е. Головин, Мифомания
Оскар Цвинчер, портрет с желтыми нарциссами ((Bildnis mit gelben Narzissen), 1907
Цвинчер был символистом и ярым противником импрессионизма. В своих картинах имитировал манеру живописи Кранаха и Гольбейна-младшего и тщательно выписывал мельчайшие детали.
С нарциссами - моя любимая; тревожная, напряженная, сумрачная - очень пасхальная.
#art #просто_красивое
Цвинчер был символистом и ярым противником импрессионизма. В своих картинах имитировал манеру живописи Кранаха и Гольбейна-младшего и тщательно выписывал мельчайшие детали.
С нарциссами - моя любимая; тревожная, напряженная, сумрачная - очень пасхальная.
#art #просто_красивое
Отстояли Всенощную, поработали славно.
Христос воскрес, огонь воскрес, наконец-то можно выдохнуть. Но до рассвета спать нельзя, чтобы силушку не расплескать.
Христос воскрес, огонь воскрес, наконец-то можно выдохнуть. Но до рассвета спать нельзя, чтобы силушку не расплескать.
А те, кто отписываются, сейчас забирают все мои грехи на себя.
Небо и Земля - в свидетели.
Небо и Земля - в свидетели.
Тонна заговоренных свечей теперь на все случаи. И не только. Слава тебе, Господь Сил, за все.