А теперь — немного едополитики.

Галицкий (который "Магнит") несколько лет назад выдвинул интересный тезис. Что наше правительство по неправильным и кривым критериям считает уровень бедности. Ключевой индикатор бедности — это доля расходов на еду в общем бюджете домохозяйства. Он говорил о некотором пороге (то ли 50, то ли 40 процентов), выше которого, собственно, и начинается настоящая бедность. И что борьба с бедностью — это, в первую очередь, снижение этой планки — таким образом, чтобы у людей, кроме трат на еду, вообще оставались деньги на всё остальное потребление: от вещей и предметов первой необходимости до "сложных" трат, типа бытовой техники, путешествий или даже недвижимости.

Это интересный и продуктивный подход, но я, читая это, опять-таки подумал про своего отца. Он, по данному критерию, бОльшую часть жизни был законченным нищебродом. Потому что его вообще не интересовало, во что он одет-обут, какая мебель стоит в его комнате в коммуналке, хватит ли денег на покупку телевизора (не было, потом уже при моей жизни какой-то появился, и это было событие) и поедет ли он в отпуск (вместо такового были служебные командировки). Его волновало лишь то, сможет ли он достать к празднику банку икры или, к примеру, торжественно сходить раз в месяц в ресторан "Пекин" или "Прага" на сэкономленные с зарплаты деньги. Ну, такой стиль жизни, всё про еду.

Возвращаясь к идее Галицкого. Он видел задачу именно в том, чтобы сделать базовую продуктовую корзину доступной по цене даже самым бедным слоям населения. Но здесь далее встаёт важный вопрос: а что, собственно, входит в эту базовую корзину и почему? Как она устроена внутри? И здесь выясняется несколько тенденций. Сладкое, крупы, макароны, даже хлеб — относительно дёшевы по той простой причине, что в сложном централизованном ритейле они наименее геморройные с точки зрения хранения-логистики. То же всевозможные консервы, но именно что после сложной промышленной обработки. Уже мясомолочные — куда более проблемная сфера: 20% ты (как продавец) гарантированно отвезёшь в утилизацию, ибо по закону любые другие способы использования просрочки запрещены. Рыба — это очень много холодильных мощностей, и в хранении, и в перевозке. Овощи-фрукты — самая сложная история: они гниют, портятся, занимают много места, вечные проблемы с гигиеной, и с точки зрения любого сетевого ритейлера лучше бы их вообще не было.

Расклад ляжет в ценник. И, да, бедные люди будут массово закидываться быстрыми углеводами, большим количеством сладкого, разным трэшем из морозилки и расходной мясомолочкой почти как деликатесом. А огурцы, да, рано или поздно начнут стоить дороже ананасов (тоже таки недешёвых), потому что себестоимость всего цикла от теплицы до прилавка получается примерно одинаковой, а хранятся ананасы лучше.

Это наглядная иллюстрация к тому, как "рыночек решает", оно же "невидимая рука". Если брать соотношение "объём в желудке/рубль затрат", то чем еда полезнее, тем она объективно дороже. И тут я бы Галицкого чуть уточнил, уже как политтехнолог/антрополог. Смысл не в том, чтобы уменьшить долю расходов домохозяйства на еду. Смысл скорее в том, чтобы максимально снизить необходимость _экономить_ на еде — в том числе делая выбор между "много неважно чего" и "мало, но полезное". Добиться, так сказать, перехода количества в качество — без фатального роста расходов.

Как минимум, для этого необходимо, кроме чисто экономических мер, ещё и немало работы с повседневным пищевым поведением, на масштабе всего общества. И нужно, видимо, дотировать определённые категории продуктов; это на длинном ходу может даже обратиться в плюс для государства, с точки зрения расходов на медицину, имея в виду тот факт, что в топе болезней (а, значит, расходов на медицину) у нас устойчиво лидируют те, которые связаны прямо или косвенно с нарушениями обмена веществ, будь то сердечно-сосудистые или болезни ЖКТ.

Ну и да, в теме еды, как ни странно, есть большой круг задач для того, что я называю #транспортный_цех — раз я теперь советник, поговорим и об этом.

Давайте зафиксируем, что мы, во-первых, сейчас городская, даже сверхурбанизированная цивилизация, и, во-вторых, прямо сейчас вовсю идёт революция в логистике последней мили — те самые доставщики всего, и в том числе продуктов. Прямо сейчас одна из форм борьбы со стремительной экспансией маркетплейсов во все сферы жизни — это попытка ограничить им возможность продавать еду, ссылаясь на трудности санитарного и прочего контроля.

В предыдущие несколько десятилетий в городах происходила постепенная деградация "домашнего" уклада потребления еды — рос общепит, а доля продуктов, покупаемых для приготовления на кухне и потребления дома, устойчиво падала. Где-то начиная с ковида вектор изменился: те же рестораны активно включились в системы доставки, наполняемость залов упала, зато доля уже ресторанной еды, но потребляемой на дому (или в офисе), стала расти (и продолжает).

Сегодня мои коллеги-производители беспилотных решений, говоря о гражданском беспилотии, делают ставку на две темы, связанных с едой. Первая — это агродроны, предназначенные для "точного земледелия": работа на полях и агропредприятиях. Вторая — это логистические дроны (летающие и наземные), призванные заменить живых курьеров именно на "последней миле" доставки в городах. В первой экономика уже есть, и есть устойчивый рост отрасли; вторая, что называется, "вот-вот ещё чуть-чуть", но пока множество препятствий, от технологических до правовых.

К слову, одна из "неучтённых" специальностей для дронов КВН — это... доставка еды и воды на позиции переднего края, где работает всевозможный РЭБ и ситуация тотальной "киллзоны". В таком раскладе возможность гарантированно привезти 3,5 кило самого необходимого именно туда, куда надо — огромное преимущество; и единственное, что сдерживает массовость такого сценария — относительный дефицит самих дронов для собственно боевых задач. Но, тем не менее, мы фиксируем уже статистически значимое количество именно таких применений: один дрон везёт еду-воду, другой две сменных катушки; прилетели, сели, обоим поставили по новой катушке, прикрутили БЧ — и полетели дальше уже к врагу.

Одно из напрашивающихся решений "двойного назначения" — это кухня (хоть обычная для ресторана, хоть полевая для войны), оборудованная автоматизированным дронопортом, где диспетчер просто вводит точку, куда должен быть доставлен модуль с едой в транспортном контейнере, а дальше дронопорт в автоматическом режиме снаряжает им птицу, строит маршрут и засылает диспетчеру на телефон сообщение об успешной доставке. В принципе, мы уже сейчас имеем прототип решения, который позволяет таким образом регулярно кормить примерно 200 человек (группами по 3-4) в радиусе до 25 км: неплохое решение хоть для фронтового подразделения, хоть для городского ресторана с возможностью заказов на дом. В идеале, для гражданской сферы (а, может, и для военной, если решить проблему маскировки) ещё хорошо бы иметь дронопорт приёма, где дрон бы не только скидывал груз, но и перезаряжался перед обратной дорогой — это бы вдвое увеличило эффективное логистическое плечо.

Говоря же обо всей "цепочке перевалов" (аналог "цепочки переделов", но для логистики), я бы заметил вот что. Чем длиннее плечо, тем выгоднее крупногабаритные перевозки, и там да — вагон, фура, морской контейнер. На коротком плече, соответственно, начинается средняя и микрологистика: нужно везти немного и недалеко, но много раз и в разные места. Тот же "Магнит" в своё время съел большинство конкурентов на том, что раньше других проинвестировал в систему больших распределительных центров с подготовленными мощностями хранения продуктов, что позволило снабжать сетевые точки именно в несколько перевалов, выбирая на каждом отрезке наиболее эффективный по себесту, что в итоге позволяло давать лучшие цены на прилавке. Понятно, что не только этим (сейчас набегут рассказывать про их агрессивный демпинг и т.д.), но этим все занимались — я здесь именно про инфраструктуру.

К предыдущему. Собственно тезис. Если мы хотим пустить среднего и малого производителя продуктов питания к массовому потребителю — мы должны создать общедоступную инфраструктуру логистики, обеспечивающую транспортировку продуктов за минимальное время, с минимумом потерь и соблюдением всех санитарных условий. Либо это сделает государство, либо та или иная частная "платформа", которую потом всё равно придётся с воплями и танцами с бубном национализировать, ибо вопрос стратегии и национальной безопасности. Возможно, лучше сразу озаботиться, чтобы потом не было как с Телегой.

Друзья, сегодня не только День защитника Отечества, но и день, когда мы все вместе соберемся под сводами нашего уютного подвальчика чтобы отметить очередной юбилей. На неделе мы сплели 10 000-ю сеть, которая будет передана на передовую в рамках очередного заказа.
Сегодня праздник не только тех, кто на передовой, но и тех, кто трудится в тылу помогая по мере сил и возможности, а значит всех нас!
Принимайте поздравления от отца-основателя «Донской сети» Алексея Чадаева!

Наступающая ночь отсчитает первые секунды пятого года СВО. Итоги? Нет их. Телеграм не побеждён РКН. Европейский фашизм тоже не побеждён. Впрочем, сравнивать тёплое с шершавым бессмысленно. Вредно.

Воюют: командир – Захар Прилепин, оправившийся после страшного покушения 2023-го, написавший великую книгу о Степане Разине - «Тума», Женя Николаев, написавший книгу военных очерков «Моя Новороссия. Записки добровольца», Сергей Завдовеев (Француз). Юра и Катя Мезиновы, их «Добрый Ангел», Саша Крештоп – вывозят и вывозят из зоны боевых действий мирняк. Теперь, преодолевая, уворачиваясь, под покровом Богородицы и невидимых сил, не только от арты, но и от роя fpv.

Воюет автор «Собирателей тишины», поэт Дмитрий Филиппов, «Добровольца. Писем не о любви» Кирилл Минин. Ульяна Стриж развозит в зоне СВО подарки детям на Новый год и пишет в телеграме всё более отчаянные тексты. Нет, вы не поняли, не тексты полные отчаяния, а суровой правды и честной злости.

Мотается военкором в самый пздрз, под обстрелы, мама пятерых детей, Светлана Пикта, гениальный поэт Аня Долгарева, поэт и военкор Семён Пегов, военкор, в прошлом кинокритик, нацбол Дмитрий Селезнёв.

Ваня Андреев и Олег Морянин таскают в зону СВО иностранных журналистов, политиков, блогеров, коммунистов из США. Беспилотьем занимаются философ Алексей Чадаев, журналист и военный обозреватель Михаил Онуфриенко, писатель, антифашист, Сергей Васильев. Команда Насти Кашеваровой, вот уж невероятное сочетание яиц (характера), красоты и хрупкой женственности – впрягается в истории выплат, пленных, волонтёрство и битвы за правду. А ещё Петя Лундстрем, Сергей Шилов, перешивающий гражданские машины для нужд фронта.

Самый ближний круг. Не перечислить его. Как же он невелик. До сих пор невелик и ограничен, точно СВО, хотя давно на дворе большая война.

Пятый год.

Сколько героев сложили жизнь. Сколько о них не написано песен, не снято хороших кинолент. Несколько неплохих снято. Как мало книг. Как много фашистов вокруг. Как беспечна страна.

Буржуазная Россия всегда воевала тяжело. Мы умели воевать в дружинные времена, феодальные, во время собирания земель русских под сенью Москвы, дворянские. Бывало терпели поражения, и не раз, но восставали и били врага. Мы прекрасно воевали в советские времена. Велик подвиг нашего народа. Бессмертен. Беспримерен.

А в буржуазные, хоть русско-японскую, хоть первую мировую, бери - воевали плохо.

С казнокрадством, расслоением на огромное богатство и бесправье нищих, с холодным презрением социального верха к низу, с показным, наглым, растлевающим блядством элитарной безнаказанности.

Вот я написал – «бессмертный подвиг», а проиграй, жертва в 27 млн жизней советского народа-победителя, будет забыта. Сталинград, блокада Ленинграда, Пискарёвское кладбище, Брестская крепость, Хатынь – эти имена вычеркнут из памяти. У многих они уже вычеркнуты. На всех территориях занятых врагом. И это наше поражение. Хочу думать - временное.

Вражеские падальщики, вражеское зло стирают историю и подвиги моего народа. Тогда и сейчас. Они воюют, чтобы разорвать страну, вырвать, истоптать русский язык, устроить здесь резервации и концлагеря.

Силы зла, что поднялись против России велики. Мы ещё даже не на середине пути. Отплываем от берега. Вставай, страна огромная! – тонут наши стотысячные, миллионные, очень одинокие голоса во тьме. Страна не поднялась. Не определилась.

И пока она думает – русская армия держит фронт, русская армия идёт вперёд с теми, кто верен присяге и свой выбор сделал. Аминь🙏


! Резервная площадка РД в МАХ

@russdiary

Сегодня в 21:00 встречаемся в прямом эфире #ЧП вместе с Семёном Ураловым и Иваном Князевым.

Тема: Операция длиной в 4 года.

Трансляции на наших каналах, Ютуб, Рутуб и ВК.

Поскольку тема блокировки Телеграм остаётся в топе, выскажусь дополнительно тезисно.

1. Мне нравится ТГ, а "мах" не нравится. Потому что "телегу" делали люди с искрой Божьей, а "маха" -- криворукие двоечники. Поэтому я до сих пор не завёл там никакой резервный канал, хотя пользуюсь им и общаюсь, в особенности с людьми при разных должностях.

2. В то же время я генерально согласен с тезисом, что страна, ведущая войну и одновременно готовящаяся к проведению общенациональных парламентских выборов, не может позволить себе такую роскошь, как неподконтрольный властям и спецслужбам коммуникационный сервис, чья аудитория совпадает со статистическим большинством населения. Увы и ах. Либеральные свободы типа права на неприкосновенность частной жизни и свобода публичного самовыражения -- дело, может, и неплохое, но... для мирного времени. Которое, очевидно, наступит очень нескоро.

3. Я когда-то единственной площадкой для выкладывания своих текстов имел свой сайт с вордпресс-движком. Потом пользовался для этого ещё и фейсбуком, потом, уже с началом СВО, уехал в телегу. Ну что ж, если закроют и её, вернусь на сайт и прикручу там по-нормальному комменты. Пока что буду потихоньку делать на сайте копию архива постов из канала. Поскольку данный канал никогда не монетизировался, единственное, что я потеряю -- это значимую часть аудитории, которая на меня подписана тут, и удобный чат для обсуждений. Опять же, останутся наиболее преданные подписчики, даже если число их уменьшится в разы, а то и на порядки -- я, опять-таки, никогда не гнался за возможностью вещать на миллионные аудитории. Лучше меньше, да лучше, как говорил один политический деятель.

4. Есть одна действительно серьёзная проблема -- это массовое использование ТГ на фронте, и не только как мессенджера и СМИ, но и как базы знаний. Вот это действительно будет потеря. Учимся вовремя резервировать, что ж.

5. Как бывший политтехнолог вангую, что в любом случае эта кампания и эти думские выборы будут для системы куда более тяжёлым испытанием, чем все предыдущие в этом веке. По целому ряду объективных и субъективных причин; в основном даже внутренних, безотносительно к внешним влияниям и планам. И, да, февраль был примерно последним моментом по хронометражу, когда можно было относительно безболезненно приучить трудящихся к мысли о том, что телега может уехать -- потом будет труднее, примерно с каждым следующим месяцем.

6. Вдолгую вопрос не в том, с каким результатом закончится украинская кампания. А в том, сохранится ли в стране достаточная прослойка людей, одновременно умеющих и в современные цифровые технологии, включая ИИ, и при этом достаточно патриотичных для того, чтобы поставить это умение на службу отечеству, а не самому себе или чужому дяде. Она невероятно тонкая, увы. Патриотов, положим, сколько-то есть (тоже, кстати, негусто), а вот чтоб ещё и с прямыми руками для того, чтобы на равных бодаться с разрабами "палантиров" и "андурилов"... не знаю.

7. Посему надеюсь, что по ТГ одним русским людям (из кабинетов) с другими русскими людьми (из дубайских офисов) всё же удастся как-то договориться. Надежда, конечно, слабая -- не умеем мы договариваться, каждый начинает разговор с сакраментального вопроса "а ты кто ваще такой?" Но если нет -- ну, что ж, жизнь продолжается, задачи остаются, цели тоже.

Ну и одна ночная мысль, в качестве реакции на грустный пост Разработчика БПЛА.

Их, вражеский мир, тот, которому мы бросили вызов — это мир, в котором всё решают деньги. Ну и те, кто ими рулит, с того самого острова. Мы в общем были всю постперестройку его послушной периферией, и тоже бабло побеждало зло только в путь. Но в какой-то момент мы как будто бы начали брыкаться — мол, я не такая, трамвая жду, традиционные ценности и тд. Деньгам указали место — в наиболее явной форме это сделал Путин ещё в 2003 году, разгромив Юкос.

Но что же стало альтернативой всевластию "бабла"? По достаточно понятной в социологическом смысле механике, альтернативой стала система, основанная на статусах. Бабло в новом раскладе просто стало одним из видов статусной ренты: потому Тимур Иванов, к примеру, до сих пор искренне не понимает, в чём, собственно, его обвиняют. Он же ведь, если и брал, то вполне себе "по чину" — ну, в его представлении. То же самое все эти "приближённые" и "доверенные" -- они же искренне не понимают, почему эти "никто и звать никак", какие-то чушпаны из гаражей, претендуют на потоки, на которых должен сидеть кто надо, а не кто попало. Альтернатива "порядку, основанному на правилах" — порядок, основанный на левелах.

Чушпаны же, кажется, исходят из фантазии, что у нас тут должна быть своего рода меритократия — наверх должны подниматься самые талантливые, энергичные, дееспособные, патриотичные и т.д. С чего вдруг? И, самое смешное, я даже понимаю в чём-то возмущение наших "новых феодалов". Меритократические системы -- они толком ни у кого не получались, разве что в советской научной фантастике (которую писали и читали такие же чушпаны, шушукавшиеся по своим курилкам в НИИ, как их задолбали тупые партбоссы). Заметьте, ни у Ефремова, ни у Стругацких в их мирах нет ни партии, ни правительства — там вместо них какие-то "академии", где сидят престарелые умники и решают, кто из юных дарований самый даровитый. А теперь почитайте это, к примеру, глазами замзавотдела ЦК по взаимодействию с компартиями зарубежных стран. Вот то-то.

Они вообще сложные, такие системы. Мы же, после того, как нас ударили пыльным мешком по голове в 1991, могли породить лишь довольно простую, без проекта и чертежа, на инстинктах и "хозспособом". К тому же набор техдокументации по институциональной машинке у нас (начиная с Конституции) — цельнотянутый у стратегических непартнёров, ещё и с ошибками перевода.

И здесь важно отделить зёрна от плевел. Когда тусовка вслед за Дуровым возвышает голос за рыночную конкуренцию, право на приватность и против госмонополий — она ведь права: капитализм рулит, он именно этим в своё время, ещё в эпоху буржуазных революций, уделал чванных феодалов из прошлой жизни — а уже практически на нашей жизни точно так же уделал наследников дела Ленина-Троцкого-Сталина, грозивших ему мировой революцией. Но капитализм — это Давос, Куршавель и остров Эпштейна. И бороться с ним теми методами и технологиями, которые проиграли ему одни в XVII-XVIII, другие в ХХ веке — ну, такая себе затея.

В этом смысле правильный ход мысли по этой теме — всё же не ныть, а попытаться поработать по прямой специальности — инженерной. То есть про то, как оно вообще должно работать "по уму", в той будущей России, до которой мы, возможно, не доживём, но ради которой мы, собственно, сегодня все и делаем то, что делаем.

Ну, тут одна поправка. Для того, чтобы так формулировать, нужно признать тождество того петушиного барака, который присвоил себе бренд «Запад», собственно, с Западом. Как по мне, это скорее всё же именно петушиный барак, захвативший разные властные кабинеты там по той простой причине, что все остальные занимались ударным капиталистическим трудом, мало обращая внимания на то, что происходит в таких скучных и бесперспективных сферах, как бюрократия и демократия. Десятилетия отрицательного отбора, в ходе которого в «политику» и «госслужбу» списывали самых бездарных и при этом пафосно-крикливых, не могли не сделать своего дела. В этом смысле я бы воспринимал «Запад» сейчас как институционально-больной организм, и относился к этому в духе Чарли Кирка — там скорее «доктор» нужен, чем священная война; но мы пока не тянем, самим бы в себе разобраться.

Мы находимся в состоянии прямой войны с Западом. Почему этот факт доводится до народа, до общества лишь косвенно, половинчато, как сквозь подушку? Зачем мы сохраняем фасад «ничего особенно не происходит», «все как было»? Зачем мы расхолаживаем военных на фронте постоянным ожиданием перемирия? Обещали же, ошибаться, но не лгать… И все поверили, что теперь так и будет.

К теме вторничного стрима. Вещь, которая вертится на уме, которую недоговорил там.

Зеленский ведь, как ни крути — самый яркий представитель именно моего поколения (конца 70х-начала 80х) среди лидеров государств.

На стриме я вспоминал свой образца 2008 пьяный разговор с Навальным (террорист, экстремист, покойник, что там ещё надо сказать) как раз про этот поколенческий момент. О том, что в 90е на сломе эпох пришли "бумеры", и эти "бумеры" будут сидеть на всей власти и всех деньгах, пока не помрут, а мы-де обречены при их правлении вечно быть на вторых ролях. И что мы просто обязаны бросить им вызов, иначе вообще вся жизнь пройдёт впустую. Это был его спич. Ну а что я ему ответил тогда — на стриме сказал, да и писал уже.

Вот я примерно ту же энергетику чувствую и в Зеленском. В том числе и в этих его постоянных рефренах "я младше, я их (Путина с Трампом) переживу". И про эту раздражённую ненависть к "лекциям по истории". Особенно "я не меньше книжек по истории прочитал" — вот вообще не верю, что прочитал хоть одну, но это ладно.

Там картина мира такая: вот есть современные люди, адекватные современному миру, с современными технологиями и ещё 50 раз прилагательное "современный". А есть вот эти деды, застрявшие в прошлом с его мифами, химерами, стереотипами и комплексами утраченного величия. Это как бы недопохороненный в 1991-м СССР. Их надо поскорее закопать, и тогда мир будет нормальным, глобальным, удобно-технологичным и опять же современным.

И здесь даже как таковое западопоклонничество играет фоновую роль — без фетишизма, скорее "по умолчанию", плюс достаточно цинизма, чтобы считать всю эту свободу-демократию-права-человека "пиаром для лохов", а в "западе" любить главным образом брендовый шмот и развлечения. А ещё — несокрушимая вера в "технологичность", особенно в части пропаганды и работы с сознанием.

Я здесь не про З. и не про Н. — вообще про "коллективный портрет" наиболее амбициозных самцов именно моего поколения. Кстати, есть ещё одна общая черта, которая всегда бесила меня — почти воинствующий антиинтеллектуализм. "Всё проще" — палец вверх; "всё сложнее" — палец вниз.

Хреновое какое-то поколение получается. И ведь не пацаны уже, под полтинник. А всё какие-то павианы, бесполезные для человечества. И может оказаться, что самым путным из всех наших сверстников вообще окажется в итоге Рамзан Кадыров.

А что, кстати, вариант. Пусть Госдума запретит Телеграм на Украине, а Верховная Рада — в России. Ибо Один Народ (тм).