В связи с предыдущим — микромемуар. В 1999 году я поехал в Штаты по программе «Открытый мир» — была такая в своё время у Библиотеки Конгресса: отбирали разных «молодых и перспективных» и возили их показывать Америку, ну и попутно вербовать кадры, что называется, на вырост. Мне выпало изучать американскую систему местного самоуправления — катался по LA County, где нас возили по мэриям-судам-ментовкам-пожаркам и т.п. Ну и туристическая составляющая, понятно, тоже была — Голливуд там, Диснейленд и прочий сансет бич.

Где-то за неделю до окончания программы, когда уже стало ясно, что ничего интересного в оставшиеся дни больше не будет, я решил слетать к своим знакомым в Сан-Франциско — была одна певчая из церковного прихода, где я служил чтецом-алтарником, которая потом вышла замуж за человека из первой волны русской эмиграции и уехала туда жить. Договорился с местными (лось-анжелесскими) кураторами программы, взял билет на самолёт, оставил им координаты где меня искать и улетел. Прилетаю — звонок: «а вам визу аннулировали». Что так, спрашиваю. Ну, говорят, столичные (вашингтонские) руководители программы заподозрили, что Вы таким вот образом решили эмигрировать в Штаты и на всякий случай заблокировали вам эту возможность. Вот тут я им высказал всё, что думаю и про них, и про программу, и про их железобетонную уверенность, что переселиться к ним есть заветная мечта всякого русского идиота.

Это маленький эпизод, но я из него многое понял про них — и, главное, про то, за кого они нас держат. На это наложились богатые впечатления от непосредственно увиденного. Вот суд за домашнее насилие: сонные присяжные, маленький злой мужик в наручниках, адвокатша-негритянка-лесбиянка-борец-за-права-женщин с пафосной речью, укатали на полгода без каких-либо доказательств, кроме свидетельств соседей, что слышали крики. Вот «Ротари-клуб», где собираются и решают, кто будет следующим мэром их городка — ну, типа, решают на самом деле тут, а не на выборах. Вот муниципальная школа, где в фойе висят плакаты «No drugs, no gangs», а по коридорам слоняются стайки обдолбанных цветных, а что происходит на уроках, я вообще молчу. Вот бульвар звёзд в Голливуде, где бомжи вытряхивают урны на мостовую ради собираемых бутылок, попутно допивая из них ништяки. Вот киностудия, где на газоне долбят по клавиатурам пребывающие в наркотическом тумане сценаристы, придумывая сюжеты для снимаемых там шоу. Вот мексиканская гостиница «ля асьенда» со здоровенными тараканами, шарящимися по коридорам. Нищета, грязь, плохая еда — и виллы миллионеров на побережье.

Зря они мне это всё показали: главное, что я понял — «и эти люди пытаются учить нас жить?»

Что касается самой статьи Гарбузова, то основная печаль там — не позиция, там какой-то другой взяться было неоткуда, а в первую очередь крайне колхозный уровень аналитики, приличествующий не главе профильного академического института, а скорее выпускнику Йельского ПТУ для обезьяньих вождей.

Не считаю себя ни в какой степени американистом, но, например, в своё время основательно поизучал эволюцию штатовского высшего и среднего образования за последние полвека, включая десятки академических и не очень книг по теме, разные федеральные и уровня отдельных штатов госпрограммы, социологию, доклады различных think-tank’ов, и даже отчёты банков по динамике ставок на образовательные кредиты. Всё это делал из чистой любознательности, случайно наткнувшись на дискуссию двух бывших (один на тот момент был ещё действующим) ректоров Стенфорда — Старка и Хеннесси — по поводу концепции t-shaped education, ну и в надежде на то, что когда-нибудь пригодится. Поразбирался заодно с неудачной попыткой «клонировать» стенфордскую модель, сделав филиал на Восточном побережье. И всё это время пытался найти на русском языке хоть какое-то исследование по теме, исходя из того — ну не может же так быть, чтобы тему никто не копал у нас до меня? Оказалось, на приемлемом уровне — вообще никто.

Ну и тогда, помнится, впервые задался вопросом: вот есть Институт США и Канады, а он зачем вообще есть? Теперь зато понятно, зачем.

Несколько писем в личку с просьбами прокомментировать выборную кампанию в Хакасии — ну типа, ты же ещё и политтехнолог ээ.

У меня комментарий такой. Рассказ бойца технологического фронта: «приезжаю в этот чёртов Абакан, открываю Pure (дабы найти кого-то скрасить вечер), а там сплошь одни знакомые московские физиономии». Ну да, вот же открытие: местные столь продвинутым техническим средством полового нетворкинга почему-то не пользуются, пичалька.

Ну и эта иллюстрация показательна. Десант бойцов видимо-невидимого фронта туда был такой, что кампания стала напоминать армянский бордель — … друг дружку, а деньги в кружку. И так бы и продолжалось до второго тура, а может и после второго, если бы не. Зато могу представить, какие смачные охотницкие байки будут друг другу рассказывать про Хакасию на ежегодной цеховой пьянке.

А других комментариев не будет. Я уже весной излагал свою позицию и сейчас повторю: партий осталось в стране ровно две — партия победы и партия поражения. Всё это делает имеющийся партийный расклад избыточным и декоративным.

Наткнулся путём vanity search. Вздохнул.

https://vk.com/wall-222073460_24 ссылка в telegram: https://t.me/thoughtsphilosophy/18

‼️ВАЖНО‼️
25 августа на Слете «ДРОННИЦА 2023» Алексей Чадаев вместе с Руководителем Координацинного Центра Помощи Новороссии Александром Любимовым прочитали программную лекцию «Дронификация армии».
Лекция является результатом ряда закрытых экспертных совещаний, и мы крайне рекомендуем ее к просмотру всем, кто интересуется ее темой.
Основные затронутые в ней вопросы:
🔺Организационные решения для беспилотников,
🔺Человекомашинные системы,
🔺Позиционный тупик в боевых действиях и выход из него,
🔺50 оттенков тумана войны,
🔺Армия механических двойников.
Cogito ergo vinco
МЫСЛЮ, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ПОБЕЖДАЮ!
Вы можете помочь нашим солдатам через реквизиты КЦПН!
Наша новая карта Сбера:

2202205080218883

Получатель: Майя Владимировна М.
Подробные реквизиты здесь.

Дорогие подписчики и читатели канала.

Хочу выложить на ваш суд недописанный, находящийся буквально «в процессе» поток сознания, на который надеюсь получить обратную связь прямо в процессе его написания — исходя из того, что это поможет отреагировать на какие-то совсем уж критические ошибки, коих в замысле (по тексту поймёте, о чём речь) неизбежно будет много.

История такая. Был на одном совещании узкого круга ограниченных людей, и сделал там доклад о некоторых неочевидных аспектах конфликта. Меня попросили чуть подробнее расшифровать предпосылки, на которые я опирался. Поскольку они никаким секретом являться не могут, решил оформить их во вполне открытый текст, чем и занялся практически сразу. Но сразу же возникла и потребность «обкатать» это содержание на аудитории, уже привыкшей к моему стилю рассуждений, потому и выкладываю по сути без редактуры куски текста, обрывающиеся на середине. Они достаточно объёмные, поэтому вывешивать их буду у себя на сайте, а в телеге только давать ссылки. Так всё же лучше, чем бить их на множество постов.

Продолжения тоже буду выкладывать по мере готовности.

Наш подвал в Новочеркасске, тем временем, перешагнул планку в 1300 сетей, поставленных на фронт. Объёмы растут, но очередь запросов растёт быстрее. Особенно учитывая грядущую смену сезона и соответственно запрос на новые расцветки. Помочь этому делу, как и раньше, можно тут: 2202 2062 5185 4860, Сбербанк.

И снова 40 наших сетей отправились на передовую. Теперь они будут оберегать бойцов 71 полка 42-й Гвардейской дивизии!

Часть четвёртая. По многочисленным просьбам объясняю, какова взаимосвязь споров о природе Христа с архитектурой политических институтов от Константина до наших дней.

Прогресс не остановить. Сегодня нейроЖириновский обзванивает народ, призывая на выборы, завтра нейроПригожин будет отложенными звуковыми сообщениями звать на марши, а послезавтра…

Вот вам шикарная история, как превратить "холодный" обзвон в "горячий" и сделать нежелательные звонки - желанными.

Разговор в утренней красноярской маршрутке:

- А тебе звонил Жириновский?
- ???
- Пишут, что людям с утра звонит Жириновский и зовет на выборы.
- !!! Блин, мне не звонил.
- И мне не звонил. ВОТ БЫ ПОЗВОНИЛ!

Это обязательно должно войти в учебники для политтехнологов. Партия ЛДПР однозначно стала технологическим тренд сеттером нынешнего политического сезона.

Слайд к моему ночному тексту про ультраструктуры

«Победителей не судят» - эту фразу ошибочно приписывают Екатерине II. На самом деле ее сказал Петр I об одном из самых талантливых военачальников его эпохи - Михаиле Михайловиче Голицыне. Человек с умом и честью, именно так говорили о нем современники.

Михаил Голицын всю свою жизнь провел в действующей армии. Он снискал уважение Петра I еще во время Азовских походов, но истинный талант полководца раскрылся во время Северной войны. Пожалуй, не было ни единого сражения, в котором бы не принял участие Голицын. Он был верным соратником Петра, и лишь во время решающей битвы за Нотебург посмел ослушаться государя.

К осаде стратегической крепости готовились тщательно: для быстрой переброски на Ладогу была построена специальная дорога, в Новгороде готовили осадную артиллерию и шанцевый инструмент. К августу 1702 года к Нотебургу начали стягиваться осадные войска, первыми подошли батальоны из Новгорода, в сентябре прибыл сам Петр I. Кровопролитный штурм начался в середине октября. Русские войска упорно, атака за атакой, пытались штурмовать шведскую крепость, но все попытки были тщетны. Исход битвы, казалось, был предрешен, а потому Петр I дал приказ отступать. Но Голицын проигнорировал приказ государя. После 13-часового штурма неприступная крепость была взята. Именно тогда Петр I и сказал фразу, ставшую впоследствии крылатой – «победителей не судят».

Михаил Михайлович одержал множество побед, воевал на суше и на море. Благодаря успеху в морском сражении при Гренгаме, последней крупной битве Северной войны, безраздельное шведское влияние на Балтийском море сменилось российским. «Прилежание и храбрость превосходит силу» - медаль именно с такой надписью была вручена военачальнику, принесшему эту судьбоносную победу.

Род Голицыных подарил России большое количество величественных имен, но только Михаил Михайлович был удостоен чести представлять свою фамилию на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде.

По сегодняшней стратсессии у Мишустина по нацпроекту дроностроя.

Я какое-то время назад сделал лёгкий очерк архитектуры нацпроекта здесь в канале — легко найти по тегу #нацпроектБАС. Но не высказывал никаких оценок и критики публично, поскольку понимал, что это будет читаться не в контексте «пользы дела», а в контексте «кто молодец, а кто нет». Ходил злой две недели, думая о том, кому бы «отгрузить» свой критический разбор — так, чтоб дошло. Нашёл в итоге одного из разработчиков, изложил ему свои соображения. Сегодня некоторые из них были высказаны у премьера — пусть не мной, но не без моего участия в подготовке тезисов.

Я считаю, что переход к массовому использованию дронов в гражданском секторе, подготовка большого количества специалистов — это, среди прочего, ещё и большие риски. Аварий, ошибок управления, сознательных диверсий и терроризма с использованием БЛА. Все увидели, как городская среда на глазах утратила привычное качество безопасности после быстрого и бездумного внедрения электросамокатов — представьте, что будет, если то же самое повторится с беспилотниками. Сейчас мы чуть ли не каждый день отражаем атаки украинских дронов — а завтра школьники из кружка дроноводов будут шмалять друг другу в окна FPV-шками, а наркоторговцы будут доставлять свой «товар» дронами через любые заборы и границы. Это не повод отказываться от планов, но такое развитие событий важно предвидеть уже сейчас. Поэтому одна из ключевых задач при запуске отрасли — это разработка систем и механизмов защиты от непрофессионального, противоправного и вредительского применения беспилотников. И начать надо с самого острого — с систем противодронной защиты гражданских объектов. Это должно быть приоритетом не третьей-пятой, а первой очереди.

Вчера, поскольку из-за болезни смотреть в экран было больно, писал разные мысли в тетрадку. Прямо с утра, от записанного сна. Сегодня буду потихоньку оцифровывать

В предутреннем сне обнаружил себя на кафедре читающим лекцию по проблемам военного ИИ. Проснувшись, записал то немногое, что успел запомнить.

Тема была такая: можно ли научить машину такому сугубо человеческому понятию, как «враг». Ну и, соответственно, «друг». Существующие системы «свой-чужой», включая древние докомпьютерные пароль-отзыв, герб на щите, знак рыбы на песке и т.д. — это всё алгоритмика, позволяющая обойти проблему. Имеешь идентификатор установленного образца — значит, свой; «доступ разрешён».

Пресловутая «паляныця», как ни странно, даёт некоторый ключ. Способность фонетически грамотно произнести это слово — тест на то, что человек, по крайней мере, долго пребывал в определённой языковой среде, не является чужаком. Аналогичным образом Боливар вылавливал испанских солдат, переодевшихся в гражданское и прячущихся по деревням: кто произносил «АндалуСия» с твёрдым С, оставался в живых, а кто через th — пускался в расход. Это не ответ на задачу: это тоже внешний признак, но такой, который трудно или труднее симулировать.

Человечество прошло длинный путь от времён, когда любой чужак не из своей пещеры это потенциальная еда, и до попытки (впрочем, неуспешной) превратить всё многомиллиардное уже человечество в такую «пещеру», где вообще никто никому не враг. Но вражда продолжает возникать — от бытового насилия до больших войн. Для нас, белковых, это химия — агрессия, Лоренц, всё такое. Но можно ли её понять и воспроизвести холодным кремниевым разумом?

Дальше я говорил: кому не нравится думать о вражде, пусть думает о любви — это, в сущности, одно и то же: «любимый враг».

Почти всё забыл, но ещё пара мыслей осталось. Кремниевый мозг отличается от белкового тем, что имеет чисто электрическую природу, тогда как белковый — электрохимическую: в наших процессах мышления гормональный контур играет важнейшую роль. Чувства — химия. Мозг занимается их «обслуживающей» рационализацией. Сегодняшний кремниевый мозг занимается вынесенной наружу рационализацией опять же наших чувств. Чувства в некотором смысле слепы и их легко обмануть — то, на чём стоит, в частности, вся парфюмерная индустрия. Но субъектность формируют именно они, а не разум.

Поэтому практически обучать ИИ «искусству вражды» (ну или любви) надо начиная с декомпозиции базовой рефлекторики — не какой-то один признак, как в системах свой-чужой: есть код доступа или нет. А многокомпонентная онтология «друга» и «врага», состоящая из сотен, мб тысяч признаков, организованных друг относительно друга иерархически-сетевым образом. Причём даже если какие-то не сработают, главное, чтобы в целом срабатывало «больше половины».

Среди главных сподвижников Петра I можно выделить новгородского архиепископа Феофана Прокоповича. Философ, просветитель и царедворец, он был главным идеологом многих петровских преобразований. Именно его авторству принадлежит синодальная реформа, упразднившая патриаршество и встроившая церковь в государственный аппарат.

Одним из нововведений, учрежденных Петром с подачи Феофана, стал новый порядок престолонаследия. Отныне трон передавался не прямым потомкам по мужской линии, а по личному волеизъявлению государя. В дальнейшем, правда, это послужило поводом для ряда дворцовых переворотов.

Прокопович был прекрасно образован и обладал талантом оратора - он воспевал Петра и все его деяния, и его речами заслушивались. Благодаря его риторике состоялась мифологизация образа первого русского императора. Так, к 25-летию победы в Полтавской битве по инициативе Феофана в Петергофе был открыт фонтан «Самсон, разрывающий пасть льву», как аллегория победы Петра над шведами. Философия Прокоповича легла и в основу идеи возведения монумента «Медный всадник».

Святитель писал исторические произведения, трактаты по физике, астрономии, математике и педагогике. За всю жизнь собрал богатейшую библиотеку, по тем временам, пожалуй, лучшую в России.

Феофан успел послужить 4 императорам: Петру I, его вдове, Петру II и Анне Иоанновне. Свою уникальную библиотеку Прокопович завещал Новгороду, и она продолжительное время находилась в Новгородской духовной семинарии.

Феофан Прокопович был похоронен в новгородском Софийском соборе, но в советские годы его захоронение было уничтожено. Сегодня его фигуру можно увидеть в центре Великого Новгорода на памятнике «Тысячелетие России».

Об аристократии.

Мои родители — оба выходцы из социальных низов, но есть отличия: мама родилась и выросла в курской деревне, папа — в московской коммуналке на Белорусской. Поэтому мама любила рассказывать услышанную от её отца-плотника туманную легенду, что её предки Кареловы на самом деле никакие не Кареловы, а Колеровы, курские дворяне из обрусевших немцев, что было, понятное дело, явным вымыслом. А папа — Виктор Алексеевич Чадаев, которому от его отца досталась только фамилия, потому что тот погиб в 1935-м в производственной аварии на станции Нижние Котлы, наоборот гордился тем, что он — «придворного воспитания», из послевоенной городской шпаны. И ко всем разговорам про «тех самых» Чадаевых-Чаадаевых относился презрительно — в его представлении, наоборот, высшую ценность имело именно пролетарское происхождение.

Однажды, уже в подростковые годы — а это годы лютой Перестройки, какой-нибудь 92 или 93 — я пришёл к отцу вот с каким разговором. Спросил его: как думаешь, почему советские люди начиная примерно с 60-х стали так любить снимать и смотреть фильмы про самих себя, разодетых в дворянские костюмы и изображающих разную там аристократию? От бондарчуковской «Войны и мира» до рязановской «Гусарской баллады», от «Обыкновенного чуда» до «Трёх мушкетёров». Вопрос этот у меня возник, как ни странно, после прочтения «Трудно быть богом» Стругацких — которые, если разобраться, написаны совершенно в этом же духе: «прогрессор» из коммунистического завтра оказался в инопланетном феодальном вчера почему-то опять-таки именно родовитым аристократом, а не простолюдином, кем он по идее должен был выглядеть куда органичнее.

Папа мне ответил, что ему в этом видится как раз плебейство. Ну типа как крестьяне, разграбившие в революционные годы барскую усадьбу, пытаются у себя в деревне танцевать «господские» танцы под стащенный оттуда патефон. И что настоящий аристократизм состоит в том, чтобы уважать своих не выдуманных, а подлинных предков, кем бы они ни были. Но он мне не ответил на мой следующий вопрос: а почему «аристократизм» это вообще что-то хорошее?

Много позже я услышал от Глеба Павловского рассуждение — тоже не его собственное, а, по-моему, от Гефтера — про парадоксальный аристократизм позднесоветского человека. Тот почему-то в какой-то момент проникся уверенностью, что само рождение в «такой» стране даёт ему основания для некого чувства превосходства над кем угодно в мире. Мне это трудно было слышать — я помнил, как одноклассники, даже из вполне приличных семей, рылись в помойке у чешского посольства, дабы найти там фантики и особенно вкладыши от иностранных жевачек, которые почему-то у нас сильно ценились. Ну а учившийся в параллельном классе негр Франсуа был вообще высшим существом: как же, хоть и с русской мамой, но ведь «иностранец»!

Потом я понял, что имел в виду Павловский, когда пересмотрел опять же советское кино «ТАСС уполномочен заявить» со сценой противостояния офицера КГБ (Ю.Соломин) и офицера ЦРУ (В.Кикабидзе) на территории страны «Нагонии». К тому моменту я уже знал, что кино снимали в Гаване, а на самом деле под Нагонией имелась в виду Ангола, и не только это — сверстник-сосед по двору оказался сыном одного из прототипов как раз героя Соломина. ЦРУ-шник — долларовый мультимиллионер, который, даже проиграв в Нагонии, вернётся на виллу во Флориде; КГБ-шник, даже выиграв, вернётся в двухкомнатную хрущёвку в Ясенево и будет жить на советскую зарплату, а его жена — стоять в очередях за каким-нибудь очередным дефицитом. Но там, в Нагонии, он говорит со своим визави как представитель высшей касты с низшей, и у него как будто бы есть серьёзное внутреннее основание для этого. Как бы говорил Королёв с Маском? Неважно, сколько у тебя миллиардов — важно лишь то, насколько ты хороший инженер.