Сум не укрепляется

Меня журналисты спрашивают: как объяснить укрепление сума?

Так вот. Нет никакого укрепления сума. Есть падение доллара.
Доллар по отношению к евро с начала года упал почти на 10%, а по отношению к суму - на 3,3%.
При этом сум упал по отношению к евро на 7,2%, к фунту - на 4,2%, к рублю - на 22,4%, к йене - на 4,8%.

Если учесть, что наши основные торговые партнеры отнюдь не США, а Китай, Россия и Европа, то сум девальвируется примерно на уровне инфляции, то есть в реальном выражении не укрепляется и не падает.

Между тем в 2022 и 2024 гг. сум в реальном выражении дорожал, так как девальвация существенно опережала инфляцию. От чего пострадали местные производители, так как их продукция стала менее конкурентоспособной относительно зарубежных аналогов.

Укреплению и поддержке сума в реальном выражении способствовал и способствует рост цены золота и рост продажи золота нашей страной.

Что касается курса доллара, то главный фактор его падения - политика, действия и слова Дональда Трампа. Его политика тарифов, когда он их то поднимает на какую-то невероятную и безумную высоту, потом замораживает, опускает. Его критика руководителя ФРС, отвечающего за стабильность американской валюты. (Доверие к ФРС зиждилось на вере в независимость и надежность этой организации. А тут такое ...) В целом непредсказуемость действий и политики. Инвесторы больше не доверяют правительству и экономике США, а также американской валюте.

О рекомендациях МВФ

МВФ рекомендовал нашему правительству "в течение трёх лет компенсировать снижение налоговых поступлений на 2 процентных пункта ВВП, произошедшее с 2020 года, и сделать налоговую систему более справедливой".

Для этого нужно:
- повысить специфические акцизы (на алкоголь, ископаемое топливо, транспортные средства, сахар),
- сократить инвестиционные льготы,
- отменить неэффективные льготы по таможенным пошлинам,
- заменить действующую плоскую ставку подоходного налога на прогрессивную шкалу.

Совершенно согласен, что индивидуальные и отраслевые льготы нужно отменять, как разрушающие работу рыночных механизмов и создающие питательную среду для коррупции и ограничения конкуренции.

Но по поводу того, что нужно увеличить доходы бюджета, компенсировав якобы их снижение (в % к ВВП) с 2020 г., тут только приходится удивляться.

По данным АБР никакого снижения не было: в 2020 г. доходы консолидированного бюджета составляли 26,9%, а в 2024 г. – 30,5% ВВП. Другое дело, что госрасходы выросли еще больше: с 29,1 до 35,5%.

Да, рост поступлений в бюджет отстает от роста госрасходов, что увеличивает бюджетный дефицит и государственный долг. Но означает ли это, что нужно еще больше увеличивать налоговую нагрузку на экономику, а не сокращать раздутые и ускоренно растущие государственные расходы?

По логике чиновников МВФ нужно именно увеличивать налоговую нагрузку. Странная логика, хотя понятная с точки зрения принципов макроэкономики. Принципов, рассчитанных на развитую рыночную экономику: «нужна жесткая финансовая дисциплина; и раз уж у нас такие большие госрасходы, их нужно компенсировать более высокими налогами; иначе беда».

Но Узбекистан – не развитая и не рыночная экономика.

Во-первых, у нас бедная экономика с ВВП на душу населения 3000 долл. И есть общая закономерность: чем беднее страна, тем меньшую бюджетно-налоговую нагрузку она может себе позволить. … Если, конечно, хочет догнать богатые страны. Ибо высокая доля государственных расходов в ВВП – это высокие издержки бизнеса и его низкая конкурентоспособность. А у Узбекистана доля госрасходов в ВВП как в странах Западной Европы – более 40% ВВП, с учетом квазифискальных расходов предприятий (по данным Всемирного банка). Даже в богатых странах Восточной Азии этот показатель в 1,5-2 раза ниже. Я уж не говорю об успешно развивающихся небогатых экономиках…

Во-вторых, у нас все еще нерыночная экономика, так как ключевые решения принимают не частный сектор и рынок, а чиновники (используя огромные госрасходы, льготы, дотации, налоги и пошлины, а также льготные кредиты). А чиновникам денег, которые можно потратить и «попилить», всегда не хватает. В условиях же когда за их деятельностью нет какого-то действенного общественного контроля и каких-то действенных сдержек и противовесов, это острое желание превращается в безудержный рост госрасходов, который покрывается растущими налоговой и долговой нагрузкой на экономику.

Узбекистану для ускорения экономического роста как воздух нужны:
- радикальное (в 1,5-2 раза!) сокращение государственных расходов, прежде всего экономических,
- радикальное сокращение доли государства в собственности (этот показатель у нас тоже зашкаливает по всем разумным стандартам),
- сокращение налоговой и долговой нагрузки на экономику (чтобы снизить издержки ведения бизнеса в стране и сделать нашу продукцию более конкурентоспособной),
- сокращение таможенных пошлин и нетарифных барьеров для импорта, ликвидация индивидуальных и отраслевых льгот (чтобы усилить конкурентную среду и разрушить искусственно созданные чиновниками монопольные и коррупционные кормушки).

И самое главное:
- кардинальное изменение функций государства в экономикеНеобходимо вытащить чиновников из бизнеса, запретить им разрушать рыночные механизмы, конкурентную среду, чем они неустанно до сих пор занимаются.

Вместо этого МВФ предлагает повысить налоговую нагрузку на экономику. Просто слов нет… Вот к чему приводит схоластическое, механистическое применение общих принципов макроэкономики без учета институциональных и исторических особенностей страны.

Узбекская бюрократия продолжает заниматься своим любимым делом: создавать барьеры для частного предпринимательства, увеличивая издержки и риски ведения бизнеса в стране. Это приятно и полезно: чем больше барьеров, тем больше власти у лиц, эти барьеры устанавливающих и контролирующих, и тем больше коррупционных возможностей, связанных с обходом этих барьеров.

На этот раз ужесточили требования к частным вузам (https://t.me/uzauz/16395). То, что в некоторых частных вузах с качеством обучения, мягко говоря, не все в порядке, все давно знают. И что-то с этим нужно делать. Контроль качества образования – ключевая задача Министерства высшего образования. Оно и должно осуществлять мониторинг в виде проверок учебных заведений и тестирования знаний студентов и выпускников. Министерство также должно устанавливать разумные требования к параметрам обучения, которые влияют на качество процесса.

Но наши чиновники решили пойти другим путем: предъявить повышенные требования к материально-финансовой базе учебных заведений. Причем далеко не всегда понятно, как предлагаемые меры будут способствовать улучшению качества образования. Зато очень даже понятно, как они скажутся на издержках учебных заведений и стоимости обучения. А скажутся весьма плачевно.

Речь идет о требованиях:
- размещения в коммерческом банке $350 тыс. в качестве депозита;
- вуз должен направлять на развитие основной деятельности не менее 80% чистой прибыли в первые 5 лет работы и минимум 50% — в дальнейшем;
- обеспечить уставный фонд в размере не менее $2 млн., который затем должен еще и наращиваться в зависимости от числа студентов;
- обеспечить, чтобы здания и помещения, используемые для организации учебного процесса, имели бы площадь минимум 5000 кв м (учредитель должен будет предоставить документы о праве собственности на объекты либо договор аренды сроком минимум на 5 лет).

Каким образом лежащие без дела $350 тыс. будут способствовать улучшению качества обучения? Если это своеобразный страховой фонд, то страхуется что, какие риски?

С какой стати чиновники регулируют распределение прибыли частной структуры? Почему 50-80% прибыли должно идти на развитие? Что это за требование? А если первоначальные инвестиции обеспечили должный уровень развития на десятилетие вперед, зачем тогда нужны еще инвестиции?

Зачем нужны такие завышенные требования к уставному фонду и помещениям? А если это небольшой узкоспециализированный вуз на 200-300 студентов? Зачем ему помещения в 5000 кв м? А если пусть даже большой вуз осуществляет значительную часть учебного процесса дистанционно? …

Ответы на эти вопросы не плохо бы получить у инициаторов этого документа. Но увы мы их не получим. Как и не сможем обсудить адекватность этих ответов. По одной простой причине, на которую обратил внимание Отабек Бакиров (https://t.me/the_bakiroo/10410).

Проект постановления об ужесточении требований к частным вузам (https://regulation.adliya.uz/project/4342/13380?contentLang=uz) был опубликован 20 июня и должен был обсуждаться до 5 июля. Однако 3 июля, внезапно было объявлено, что 30 июня подписано гораздо более жесткое постановление. К чему такая спешка, да еще с нарушениями процедур? Причина в том, считает Бакиров, что Указом Президента (https://lex.uz/docs/7444738) был объявлен мораторий на принятие нормативно-правовых актов, налагающих новые обязательства на субъектов малого и среднего бизнеса с 1 июля 2025 года по 1 января 2028 года. Учитывая, что почти все частные высшие учебные заведения являются субъектами среднего предпринимательства, то если бы постановление правительства было подписано после окончания срока обсуждения проекта, скажем, 5 июля, то президентский мораторий был бы нарушен.

О текущих проблемах бизнеса, которые можно устранить лишь путем корректировки налоговой системы.

Предлагается ввести дифференцированные ставки НДС и отменить налог на прибыль.

https://anhor.uz/economy/the-tax-reform-in-uzbekistan-needs-to-be-continued/

Солиқ ислоҳотлари давом эттирилиши керак!

Юлий Юсупов 2019 йилда бошланган Солиқ ислоҳотида ҚҚС ва фойда солиғи билан боғлиқ мантиқий якунига етказилмаган бўшлиқларни тўлдиришни, охирги 5 йилдаги амалиётда юзага келган фарқликларни инобатга олиб, иқтисодиётга солиқ юкини адолатли пасайтиришда давом этишни таклиф этмоқда.

Юлий ака айнан солиқ юки юқорилиги ва фарқлилиги туфайли сояда қолаётган ва сояга интилаётган қатор хизмат соҳаларига (тиббиётдан тортиб умумий овқатланишгача) нисбатан табақалаштирилган ва пасайтирилган ҚҚС ўрнатиш миллий иқтисодиёт рақобатбардошлигини оширади ва инфляцияни жиловлашга хизмат қилади, деб ҳисобламоқда.

Шунингдек, фойда солиғи ва дивиденд солиғини тақсимланадиган фойда солиғига (Distributed Profits Tax) алмаштириш ғояси яна илгари сурилган (бу муҳим тезис ўзи 2019 йилдаям бор эди, лекин қўллаб қувватланмаган). Юсуповга кўра, 12%дан паст ва 20%дан юқори бўлмаслиги керак бўлган тақсимланадиган фойда солиғи маъмурчиликни осонлаштиради, солиқ юкини пасайтиради ва компаниялар фойдасини реинвестиция қилишга ундайди.

Демонстрационное потребление как фактор бедности

Опрос «Юксалиш» (https://www.gazeta.uz/ru/2025/07/11/wedding/) показал, что более половины узбекистанцев тратят на свадьбы сумму, сопоставимую с годовыми доходами семьи. Каждый четвёртый берёт (или собирается взять) деньги на торжество в долг. Более половины респондентов рассчитывают на помощь со стороны родственников. Лишь 14,1% отметили, что их доход достаточен для покрытия всех расходов.

Основной причиной чрезмерных расходов 46,1% опрошенных назвали давление со стороны общества и стремление «показать себя» перед людьми. На втором месте — желание самих молодожёнов (31,4%), на третьем — желание родителей (29%). При этом 44,5% респондентов выразили сожаление о чрезмерных расходах.

«Высокие расходы на свадьбу — это в меньшей степени выбор самих молодожёнов, и в большей — следствие огромного социального давления и ожиданий со стороны старшего поколения и общества в целом», — подытожили в «Юксалиш».

Расточительные траты, с преимущественной целью продемонстрировать собственное материальное положение и/или статус, в науке (с легкой руки Торстейна Веблена) называется "демонстративным потреблением". Давно замечено, что некоторые культуры вынуждают через большие демонстрационные расходы соответствовать ожиданиям окружающих не только богатых, но и самых рядовых членов общества. Что зачастую является для бедных стран одним из факторов существования "ловушки нищеты", из которой трудно выбраться.

Люди под давлением общественного мнения "спускают в унитаз" (в буквальном смысле этого выражения) немаленькие деньги, которые они могли бы направить на улучшение материального положения, в будущие доходы, в образование своих детей...

Все это очень печально.

"To'y, to'y, to'y, to'y, to'y, to'y, uy, mashina" - поет Лола, призывая жить своим умом, а не под диктовку устаревших традиций и маразматического мнения окружающих: https://www.youtube.com/watch?v=zZL6nNDGPaY.

ПОЧЕМУ УЗБЕКИСТАН БЕДНАЯ СТРАНА?

Причин на самом деле много. Я даже читаю двухнедельный учебный курс, где основные причины подробно разбираю. Но если обобщенно…

Для того, чтобы бедная страна стала сначала страной со средним уровнем развития, а затем и богатой необходим устойчивый экономический рост, то есть экономика должна развиваться. А для этого нужны инвестиции. И не просто инвестиции, а ХОРОШИЕ ИНВЕСТИЦИИ. О чем речь?

Плохие инвестиции – это:
- Государственные инвестиции, так как чиновники – плохие инвесторы и предприниматели. Во-первых, они инвестируют не свои деньги, а чужие. И поэтому сильно не заморачиваются на предмет эффективности и возвратности этих инвестиций. Во-вторых, так как инвестиции государственные, то и прибыль от них будет получать бюджет. А что будут формально получать от этих инвестиций чиновники? Ничего. А получить что-то хочется… Поэтому инвестировать они будут таким образом, чтобы что-то получить. Получить же они могут только одно – коррупционную ренту. На откатах, «шапках», взятках за выигранные конкурсы и т.д. и т.п. Не сложно догадаться, какова эффективность от таких инвестиций.
- Частные инвестиции вкладываемые под разного рода льготы (конвертация по официальному курсу, когда у нас не было свободной конвертации; кредиты по заниженным процентным ставкам; освобождения от выплаты налогов и таможенных пошлин; доступ к дешевому сырью, например к хлопку, который обязаны продавать крепостные-фермеры хлопковым кластерам, и пр.) или под создание искусственной монополии (когда чиновники привлекают инвесторов на условиях, что чиновники устранят конкурентов для новых предприятий). В данных случаях инвесторы приходят не ради создания устойчивого бизнеса, создающего конкурентоспособные товары и услуги, а ради льгот, ради возможности паразитировать на бюджете и/или потребителях (последнее – при создании искусственных монополий) и/или фермерах (как в случае с хлопковыми кластерами). Плюс раздача чиновниками разного рода льгот и привилегий – хорошая почва для коррупции. Отдача от таких инвестиций, а, следовательно, и их вклад в экономическое развитие страны – очень низкие, а порой отрицательные.

Соответственно, хорошие инвестиции – это те, которые частный предприниматель (в том числе иностранный) осуществляет в условиях конкуренции (без привилегий со стороны государства), на свой страх и риск с целью создания и развития устойчивого конкурентоспособного бизнеса.

Но чтобы хорошие инвестиции приходили, в стране должен быть благоприятный ДЕЛОВОЙ (ИНВЕСТИЦИОННЫЙ) КЛИМАТ. Составляющих элементов этого климата очень много: от очередей в будку паспортного контроля в международном аэропорту до времени и затраченных денег для получения какой-нибудь лицензии, от размеров налоговой нагрузки на бизнес до размеров госпошлины при предъявлении судебного иска. Миллионы составляющих.

Но ключевые элементы делового климата описываются одним словосочетанием - «защита прав собственности», тем насколько права инвестора на распоряжение своим имуществом, на свободную предпринимательскую деятельность защищены. Защищены от чего и кого? От бандитов и от произвола чиновников, от непредсказуемой экономической политики, от плохих законов и продажных судов. Если права собственности защищены плохо, то хороших инвестиций в страну приходит мало. Соответственно, и экономический рост, если и имеет место, то он будет неустойчивый и не приводящий к росту реального богатства. Зато будет много плохих инвестиций, означающих пожирание ресурсов и коррупцию.

(Окончание ниже)

ПОЧЕМУ УЗБЕКИСТАН БЕДНАЯ СТРАНА?
(Окончание)

А что не так с деловым климатом и защитой прав собственности в Узбекистане? Много чего не так. Все в короткой заметке не перечислишь. Своеобразный обзор проблем, с которыми сталкивается бизнес провел ресторатор Тимур Мусин на примере своего проекта туристического комплекса Chinara’s в Ташкентской области (https://www.spot.uz/ru/2025/08/05/breeze-discuss/):

«У нас за плечами более 20 судебных процессов … — 140 заседаний за 5 лет. За это время мы потеряли 45 млрд сумов собственных средств и наши партнеры не вложили $25 млн инвестиций, которые уже лежали в узбекских банках. Иностранный инвестор просто ушел. В такой атмосфере мало кто хочет вкладываться в нашу экономику.
У нас отобрали 70 соток земли под предлогом «государственных нужд». Никаких документов не предъявили, просто пришли и снесли. Мы дошли до верховного суда и выиграли возмещение на 13 млрд. Но спустя время вместо компенсации, открыли дело на кадастр и по «вновь открывшимся обстоятельствам» 16-летней давности ломают наше решение. Теперь, помимо всего прочего, нам еще грозит и уплата госпошлины на сумму более миллиарда сумов.
Оформление земли, согласование проектов, разрешения — про все это можно писать долго. Мы отбиваем у своих людей желание создавать бизнес дома, в своей стране. … У меня на руках был кадастр на 4 га, и его просто удалили из базы. Без объяснений. А участок уже передали кому-то другому».
Бизнесу «не нужны особые преференции — ни налоговые каникулы, ни индивидуальные льготы. Что действительно нужно и ему, и другим — это чтобы государство перестало мешать бизнесу работать. Чтобы было понятно: инвестору в этой стране есть защита. Пока чиновники будут выполнять не закон, а указания сверху, никакого стабильного инвестиционного климата не будет… Ну и, конечно, частная собственность должна быть неприкосновенна, суды поэтому переполнены».

Парадоксы нерыночной экономики
(продолжение предыдущего поста «ПОЧЕМУ УЗБЕКИСТАН БЕДНАЯ СТРАНА?»)


В текстильной промышленности Узбекистана кризис:
- темпы роста производства и экспорта замедляются,
- растут долги, которые компании зачастую выплатить не в состоянии,
- некоторые компании на грани банкротства.

В чем причина? Ее назвал президент: за последние три года на мировых рынках цена хлопка упала с 3000 до 1500 долларов за тонну.

Теперь давайте подумаем о причинно-следственных связях.
- Хлопок – это основное сырье для нашей текстильной промышленности. Так?
- Поэтому, если цена хлопка (сырья для производства продукции) падает, то это для производителей, использующих сырье, хорошо. То есть снижается себестоимость продукции, и она становится более конкурентоспособной. Следовательно, больше возможностей продавать продукцию, расширять производство, зарабатывать прибыль и возвращать долги… Так?

Вроде все так. Но тогда каким образом удешевление стоимости сырья стало причиной кризиса текстильной промышленность? Прям взрыв мозга...

На самом деле никакого парадокса нет. Логическая цепочка, которую я описал выше, работает в рыночной экономике. Но у нас в текстильной промышленности и сельском хозяйстве никакой рыночной экономики нет. Здесь до сих пор работает административно-командная экономика, где всем заправляют не рынок и частные интересы, а логика и интересы чиновников.

Каким чудесным образом снижение цены хлопка могло вызвать кризис текстильного сектора? Все очень просто. Наши хлопковые кластеры, хотя формально они и частные компании, но создавались:
- указами президента,
- под льготы, обещанные государством,
- под гарантированные низкие закупочные цены хлопка, более низкие, чем мировые цены.

Заниженные цены на хлопок и разного рода льготы давали кластерам преимущества перед зарубежными конкурентами и обеспечили бурный рост сектора в предыдущие годы.

А теперь вопрос на засыпку: за чей счет банкет?

Ну с льготами понятно: за счет налогоплательщиков (налоговые льготы) и заемщиков (речь о кредитных льготах, когда низкие процентные ставки для льготников оплачиваются высокими ставками для прочих предпринимателей).

А низкая цена хлопка? Здесь главными «спонсорами» выступали фермеры, которых обязывают выращивать хлопок на заранее определенных землях и продавать его кластерам по заниженным (по сравнению с мировыми) ценам.

Когда мировая цена хлопка была высокой, все это как-то худо-бедно работало: и фермерам стали платить больше и более низкая внутренняя цена позволяла зарабатывать кластерам. Но когда мировая цена хлопка стала снижаться, то вся схема полетела к чертям. Сначала попытались снизить закупочную цену хлопка для фермеров. Но выяснилось, что тогда их производство станет совсем нерентабельным. Тогда пошли по пути бюджетного субсидирования фермеров и текстильщиков. И, я так понял, с этого пути сворачивать не собираются.

Такова логика развития нерыночной экономики:
- Сначала вбухиваются огромные государственные и частные деньги в проекты, придуманные чиновниками. Частных инвесторов заманивают льготами, обещаниями обеспечить монополию (всех заставим у тебя покупать, а конкурентов уберем с рынка) и низкими ценами на ресурсы (в данном случае на хлопок). На этом хорошо зарабатывают не только предприниматели, которым позволили открывать блатной бизнес, но и чиновники, которые могут разрешить, позволить, дать…
- Когда схема перестает работать (льготы и монополия дестимулируют рост конкурентоспособности или происходят какие-то внешние шоки, типа снижения мировых цен на хлопок), тогда искусственно созданные бизнесы поддерживаются еще большими льготами и субсидиями и сохранением монополий (самый наглядный пример – наш автопром, который уже три десятка лет неплохо себя чувствует, защищенный высокими таможенными пошлинами на импорт). А там где льготы, субсидии и искусственные монополии, там опять чиновники с откатами, шапками и тривиальными взятками…

Схема эта называется ПКН: Произвол – Коррупция – Неэффективность.
И именно такие схемы и делают нашу страну бедной…

Nima uchun O‘zbekiston eng qashshoq davlatlar qatoriga kirdi?

Yuliy Yusupov - nima uchun, nega boshqa davlatlar rivojlanyapti-yu, O‘zbekiston eng kambag‘al davlatlar qatoriga tushib qoldi. Va nihoyat, yaxshi yashash uchun nima qilish kerak, degan savolga javob berdi.

Дмитрий Середин запустил ютуб канал, где ранее ранее размещенные подкасты дублируются на узбекском языке.

Продублировали и подкаст со мной "Почему Узбекистан оказался в числе самых бедных стран?"

https://www.youtube.com/watch?v=eZHgKuKp5pw

Подкаст на русском:
https://www.youtube.com/watch?v=yogp8LxkjsM&t=809s

ОПЯТЬ О КОРРУПЦИИ И АДМИНИСТРАТИВНОЙ РЕФОРМЕ...

Как я уже многократно писал и говорил, 95% коррупции в Узбекистане - это результат нереформированности нашего государства, тотального вмешательства чиновников в экономику, их бесконтрольности и безнаказанности.

Вот уже прошло 34 года, как развалился СССР с плановой экономикой, а государство продолжает рулить хозяйственными процессами точно такими же методами, как и раньше. Чиновники подменяют своими решениями рынок, загромождая экономику непрозрачными механизмами разрешений, согласований, "сертификаций", запретов, квот, госзаказов, предоставления льгот и субсидий, ограничения и уничтожения самыми разными способами конкуренции.

Абсолютно закономерные результаты всего этого - неэффективность, бедность и тотальная коррупция.

Вот новая и очевидная иллюстрация: по оценкам предпринимателя из сферы строительства в Ташкенте "дополнительные расходы", связанные с получением разрешений и прохождением кадастра, могут достигать 200 тысяч долларов на один дом, в Ташкентской области — до 100 тысяч долларов (https://www.gazeta.uz/ru/2025/09/02/bribes/).

Без кардинальной, суперрадикальной административной реформы, которая сократит в разы количество экономических ведомств, лишит их несвойственных рыночной экономике функций и полномочий, разрушит сотни и тысячи коррупционно-монопольных кормушек, созданных чиновниками, их друзьями и многочисленными родственниками (житья уже нет от этих "семейных ценностей"), никакого "Великого будущего" нам не видать как своих ушей.

В моей статье 1,5-годовой давности я объясняю, почему Узбекистан не сможет повторить успех Китая и Южной Кореи и достигнуть среднемирового уровня ВВП на душу населения, пока не проведет радикальные реформы.
https://anhor.uz/news/how-can-uzbekistan-become-middle-income-country/

НУЛЕВАЯ СТАВКА НДС ДЛЯ ФЕРМЕРОВ: ВЕЛИКАЯ ПОБЛАЖКА ИЛИ ОПЯТЬ ГРАБЛИ?

Недавно я опубликовал статью, где предлагал ввести дифференцированные ставки НДС для ряда товаров и услуг (https://anhor.uz/economy/the-tax-reform-in-uzbekistan-needs-to-be-continued/), в том числе для продовольственных товаров. И вот новость: с 1 января 2026 года для фермеров и дехкан при продаже ими продукции (кроме хлопка и зерна) ставка НДС будет нулевой. И эта инициатива объявляется как великая поблажка для агропроизводителей, которая призвана вывести сельское хозяйство из «тени». Казалось бы, надо радоваться. Но на самом деле радоваться нечему, скорее надо плакать…

Дифференцированные ставки НДС, включая нулевые, можно и нужно вводить не для отдельных групп производителей, а для определенных категорий товаров и услуг. По всей цепочке. Если нулевая ставка дается фермерам, а рознице и общепиту нет, то НДС все равно придется платить и цена для конечного покупателя либо не изменится, либо повысится.

Повысится она в том случае, если отпускная цена продукции фермеров и дехкан не изменится (а именно это предполагается вдохновителями этой инициативы), только теперь розничные продавцы и рестораны не смогут взять в зачет ранее уплаченный НДС. И тогда они вынуждены будут повышать цену уже своей продаваемой продукции на сумму несостоявшегося зачета.

Но скорее всего введение нулевой ставки для фермеров приведет к тому, что рыночная цена на их продукцию снизится (так как розница и общепит уменьшат спрос на товары, продаваемые без возможности получить зачет) и фермеры ничего в финансовом плане от этой процедуры не получат.

У фермеров правда теперь появляется возможность получить возврат по ранее уплаченному НДС (удобрения, ГМС и т.д.), что предполагает нулевая ставка. Но зная наш Налоговый комитет и его сильное нежелание кому-то возвращать деньги, они просто так эти деньги не отдадут. Фермеры увязнут в потоке бумажек, которые им надо сдать, чтобы получить возврат и подавляющее большинство откажутся от этой затеи. И повторюсь: конечный потребитель все равно заплатит возвращаемый фермерам НДС (если конечно вернут), так как розница и общепит все равно его платят.

Так что ни фермеры, ни потребители ничего в финансовом плане не выиграют, а скорее только проиграют (НДС в конечно счете платить придется в полном объеме, зато уплаченный поставщиками ресурсов для фермеров НДС теперь не включишь в зачет).

Я не знаю, сколько еще нашим финансовым органам нужно наступить на эти грабли, чтобы понять, что НДС – это не тот налог, который можно использовать для предоставления льгот отдельным производителям или даже категориям производителей. Снижать ставки, вводить нулевую ставку, освобождать от уплаты НДС можно только всю цепочку уплаты этого налога или конечного продавца, а не отдельные промежуточные звенья. Если вы даете льготу промежуточному звену, то к чертям летим вся цепочка зачетов. Но налоговая нагрузка при этом не снижается, а только увеличивается.

На эти грабли уже как только не наступали. Но это, увы, никак не влияет на сильное желание еще раз попробовать… Вспомните старую налоговую систему (до 2019 г.), когда плательщиками НДС были 3% хозяйствующих субъектов. И эти 3% платили НДС как налог с оборота, так как почти все ресурсы, которые они покупали были без НДС, который можно было бы взять в зачет. Вспомните 2019 год, когда сферу применения НДС значительно расширили, но при этом «забыли» (вопреки прямому указанию Налоговой концепции) отменить все коррупционные льготы по этому налогу, раздаваемые (или продаваемые) блатным компаниям, прежде всего импортерам. И что? Был полный коллапс, так как цепочки НДС просто рушились и бизнес бежал от этого налога в «тень». И опять решили наступить на эти грабли? Сколько можно?

На самом деле «правильный» выход из данной ситуации только один – установить нулевые (или пониженные) ставки НДС на всю продовольственную продукцию, по всей цепочке, а не только для фермеров. До 1 января еще время есть. Хотя любовь к граблям, она конечно не убиваемая…