Мурманская интеграция
Любопытный кейс развивается в Мурманской области. Там тов. Михельсон анонсировал строительство нового СПГ-завода мощностью 20,4 млн тонн в год, нацеленного на экспорт в западном направлении.
Газ при этом будет браться из газпромовской Единой системы газоснабжения, доставляться в Мурманскую область он будет по пока не существующему газопроводу «Волхов-Мурманск», а снабжать завод электричеством будет энергопрофицитная Кольская АЭС Росатома. Не остается в накладе и субъект: с одной стороны, уже упомянутый газопровод наконец-то закроет долгоиграющую тему газоснабжения региона (и связанную с ней проблему отхода от мазута), а с другой, производить конструкции для линий завода будут в области, на бывшей Кольской верфи (ныне ЦСКМС).
Проект выглядит многообещающе, но, как всегда, к нему прилагается ворох «нюансов».
Во-первых, отпускная цена на газ для Новатэка пока не согласована. У Газпрома, конечно, есть сложности со «сбросом» объемов газа, некогда резервировавшихся под Европу, но работать себе в убыток у него желания нет. Во-вторых, обсуждаемый газопровод – штука недешевая (по первым оценкам, от 350 млрд рублей), единолично брать на себя расходы Газпрому не с руки, а значит – похоже, не обойтись без помощи бюджета. В-третьих, запуск проекта будет означать пересмотр условий экспорта СПГ на Европу в пользу Новатэка, что создаст неприятный прецедент, опять же, для Газпрома, продолжив размытие его монополии, и без того подорванной «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2».
Впрочем, все это преодолимо – особенно в свете того, что Центром поставлена задача работать, наращивая присутствие на мировом СПГ-рынке и борясь за остатки европейской ниши. А это значит, что найдутся и административно-политические решения, чтобы подтолкнуть процесс и снять барьеры, и бюджетные деньги, чтобы его поддержать.
Есть и «в-четвертых». Один из главнейших, но пока открытых, вопросов – кто будет покупать «михельсоновский» СПГ? Европейская экономика страшно не хочет слезать с российского газа, но ее к этому принуждают через политику – давя по линии НАТО, напирая на украинскую тему и экологию. Пока эта проблема откладывается в долгий ящик: первые две линии, даже если все пойдет по плану, заработают не ранее 2027-го, а к тому моменту, как многие у нас по факту рассчитывают, СВО придет к какому-то завершению. Но на самом деле, этот ключевой риск остается.
В любом случае, зеленый свет мурманской теме дан – «будем работать, а там как получится».
#спг #газ #Газпром #Новатэк #Мурманск #ЕС
Любопытный кейс развивается в Мурманской области. Там тов. Михельсон анонсировал строительство нового СПГ-завода мощностью 20,4 млн тонн в год, нацеленного на экспорт в западном направлении.
Газ при этом будет браться из газпромовской Единой системы газоснабжения, доставляться в Мурманскую область он будет по пока не существующему газопроводу «Волхов-Мурманск», а снабжать завод электричеством будет энергопрофицитная Кольская АЭС Росатома. Не остается в накладе и субъект: с одной стороны, уже упомянутый газопровод наконец-то закроет долгоиграющую тему газоснабжения региона (и связанную с ней проблему отхода от мазута), а с другой, производить конструкции для линий завода будут в области, на бывшей Кольской верфи (ныне ЦСКМС).
Проект выглядит многообещающе, но, как всегда, к нему прилагается ворох «нюансов».
Во-первых, отпускная цена на газ для Новатэка пока не согласована. У Газпрома, конечно, есть сложности со «сбросом» объемов газа, некогда резервировавшихся под Европу, но работать себе в убыток у него желания нет. Во-вторых, обсуждаемый газопровод – штука недешевая (по первым оценкам, от 350 млрд рублей), единолично брать на себя расходы Газпрому не с руки, а значит – похоже, не обойтись без помощи бюджета. В-третьих, запуск проекта будет означать пересмотр условий экспорта СПГ на Европу в пользу Новатэка, что создаст неприятный прецедент, опять же, для Газпрома, продолжив размытие его монополии, и без того подорванной «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ-2».
Впрочем, все это преодолимо – особенно в свете того, что Центром поставлена задача работать, наращивая присутствие на мировом СПГ-рынке и борясь за остатки европейской ниши. А это значит, что найдутся и административно-политические решения, чтобы подтолкнуть процесс и снять барьеры, и бюджетные деньги, чтобы его поддержать.
Есть и «в-четвертых». Один из главнейших, но пока открытых, вопросов – кто будет покупать «михельсоновский» СПГ? Европейская экономика страшно не хочет слезать с российского газа, но ее к этому принуждают через политику – давя по линии НАТО, напирая на украинскую тему и экологию. Пока эта проблема откладывается в долгий ящик: первые две линии, даже если все пойдет по плану, заработают не ранее 2027-го, а к тому моменту, как многие у нас по факту рассчитывают, СВО придет к какому-то завершению. Но на самом деле, этот ключевой риск остается.
В любом случае, зеленый свет мурманской теме дан – «будем работать, а там как получится».
#спг #газ #Газпром #Новатэк #Мурманск #ЕС
Мурманская интеграция: долгая дорога к «Дальстрою-2.0»
Говоря о «Мурманском СПГ», хотелось бы отметить такой момент.
Как мы неоднократно отмечали, сама логика развития Арктики, работы в ней будет подталкивать ее ключевых стейкхолдеров к картелизации, к синергиям.
Казалось бы, газовики – конкуренты атомщикам (вспомним, например, как они выгрызали друг у друга энергоснабжение Баимки), а Газпром – это антипод Новатэка. Но для того, чтобы поднять интересную тему в относительно короткие сроки, все начинают активно дружить.
А ведь количество таких тем будет только возрастать. Стране нужна арктическая добыча, а для нее чем дальше, тем больше нужна максимальная концентрация ресурсов – финансовых, технологических, транспортно-логистических, инфраструктурных, интеллектуально-квалификационных, кадровых, не в последнюю очередь – административно-политических. Нужен капитал из самых разнообразных компетенций и контактов, которые есть у разных игроков в разных сферах, и которые эти игроки смогут отдать в общий котел. Все это начинает оптимально работать только в связке.
На каждую центростремительную силу найдется центробежная. На раздрай работают конфликтующие узкокорпоративные и ведомственные интересы. Ведь даже если объединяться – то на каких условиях? Кто будет победителем, а кто – проигравшим? Эти вопросы занимают сейчас многих в высоких кабинетах арктических мейджоров. «А нужен ли нам в АЗРФ полукорпоративный монстр, второй Дальстрой?», – думают в свою очередь в Москве. Все это тормозит уже наметившийся процесс, корректирует его траекторию.
Однако общая тенденция просматривается. О формировании реального арктического конгломерата «Росатом-Газпром-Новатэк (и примкнувшие к ним нефтяники)» говорить еще рано, но, как видим, в ряде случаев объективная логика взаимной выгоды именно к этому и ведет.
#Росатом спг #газ #Газпром #Новатэк
Говоря о «Мурманском СПГ», хотелось бы отметить такой момент.
Как мы неоднократно отмечали, сама логика развития Арктики, работы в ней будет подталкивать ее ключевых стейкхолдеров к картелизации, к синергиям.
Казалось бы, газовики – конкуренты атомщикам (вспомним, например, как они выгрызали друг у друга энергоснабжение Баимки), а Газпром – это антипод Новатэка. Но для того, чтобы поднять интересную тему в относительно короткие сроки, все начинают активно дружить.
А ведь количество таких тем будет только возрастать. Стране нужна арктическая добыча, а для нее чем дальше, тем больше нужна максимальная концентрация ресурсов – финансовых, технологических, транспортно-логистических, инфраструктурных, интеллектуально-квалификационных, кадровых, не в последнюю очередь – административно-политических. Нужен капитал из самых разнообразных компетенций и контактов, которые есть у разных игроков в разных сферах, и которые эти игроки смогут отдать в общий котел. Все это начинает оптимально работать только в связке.
На каждую центростремительную силу найдется центробежная. На раздрай работают конфликтующие узкокорпоративные и ведомственные интересы. Ведь даже если объединяться – то на каких условиях? Кто будет победителем, а кто – проигравшим? Эти вопросы занимают сейчас многих в высоких кабинетах арктических мейджоров. «А нужен ли нам в АЗРФ полукорпоративный монстр, второй Дальстрой?», – думают в свою очередь в Москве. Все это тормозит уже наметившийся процесс, корректирует его траекторию.
Однако общая тенденция просматривается. О формировании реального арктического конгломерата «Росатом-Газпром-Новатэк (и примкнувшие к ним нефтяники)» говорить еще рано, но, как видим, в ряде случаев объективная логика взаимной выгоды именно к этому и ведет.
#Росатом спг #газ #Газпром #Новатэк
Telegram
Капитан Арктика
Мурманская интеграция
Любопытный кейс развивается в Мурманской области. Там тов. Михельсон анонсировал строительство нового СПГ-завода мощностью 20,4 млн тонн в год, нацеленного на экспорт в западном направлении.
Газ при этом будет браться из газпромовской…
Любопытный кейс развивается в Мурманской области. Там тов. Михельсон анонсировал строительство нового СПГ-завода мощностью 20,4 млн тонн в год, нацеленного на экспорт в западном направлении.
Газ при этом будет браться из газпромовской…
Санкции: тормозят, но развивают
Миндаль по случаю ПМЭФа демонстрирует оптимизм.
Санкции не смогли затормозить развитие российской Арктики. По данным Минвостокразвития России, каждый пятый инициированный инвестиционный проект в Арктике вышел в операционную стадию, более 50% проектируются или уже строятся. Темпы ввода предприятий растут. В 2022 году запущено в эксплуатацию 56 проектов, а за первые 5 месяцев текущего года - уже 46. Создается 38,5 тысяч новых рабочих мест. Всего за последние три года успешно завершены 153 проекта, реализованных в Арктике с использованием механизмов господдержки. Уже создано более 13 тысяч новых рабочих мест.
Все это чудесно, но говорить, что санкции ничего не смогли затормозить, как минимум странно.
Сроки по Восток Ойлу Роснефти поехали вправо, не в последнюю очередь – именно из-за пресловутых санкций. А ведь под проект было зарезервировано 30 млн тонн грузопотока по СМП к 2024 году.
Продвижение проектов по сжижению природного газа в Заполярье тоже замедлилось. Сложности возникли с доступом к принципиально важным технологиям и ключевому оборудованию.
Например, одной из важнейших проблем стали газовые турбины, которые Новатэку пришлось искать по всему миру. Для Арктик СПГ-2 они в итоге нашлись в Китае, а на перспективном мурманском проекте от турбин пришлось изначально отказываться в пользу электричества. Тот же Арктик СПГ-2 был вынужден менять схему финансирования, из контрактов по предприятию вышли инжиниринговые компании Technip Energies и Saipem, что имело свои последствия в том числе и в смысле сроков реализации, и т.д. и т.п.
Но! При всем том санкции не сделали главного: они не остановили магистрального процесса освоения Арктики. И даже более того, они наконец-то вынудили государство несколько подкорректировать ту глубоко порочную модель, которая существовала у нас годами, и которая ориентировалась на вывоз за рубеж и ресурсов, и прибылей.
Хотя бы частичная и ограниченная репатриация экспортных поступлений – при ограничении возможности потратить их за рубежом – позволила стране «задышать». С мертвой точки сдвинулись собственные производственные проекты, о необходимости развития которых говорилось годами. Импортозамещение – и главное, импортозамещение в высокотехнологичных отраслях – наконец-то перестало быть пустым звуком.
Позитивный вклад санкций в развитие Арктики – он в том, что теперь это развитие строится в большей степени с опорой на собственные производительные силы. В том, что арктические ресурсы хотя бы частично реинвестируются в развитие всей страны в целом. В этом смысле, неминуемая задержка по проектам – это невысокая цена.
#Миндаль #газ #нефть
Миндаль по случаю ПМЭФа демонстрирует оптимизм.
Санкции не смогли затормозить развитие российской Арктики. По данным Минвостокразвития России, каждый пятый инициированный инвестиционный проект в Арктике вышел в операционную стадию, более 50% проектируются или уже строятся. Темпы ввода предприятий растут. В 2022 году запущено в эксплуатацию 56 проектов, а за первые 5 месяцев текущего года - уже 46. Создается 38,5 тысяч новых рабочих мест. Всего за последние три года успешно завершены 153 проекта, реализованных в Арктике с использованием механизмов господдержки. Уже создано более 13 тысяч новых рабочих мест.
Все это чудесно, но говорить, что санкции ничего не смогли затормозить, как минимум странно.
Сроки по Восток Ойлу Роснефти поехали вправо, не в последнюю очередь – именно из-за пресловутых санкций. А ведь под проект было зарезервировано 30 млн тонн грузопотока по СМП к 2024 году.
Продвижение проектов по сжижению природного газа в Заполярье тоже замедлилось. Сложности возникли с доступом к принципиально важным технологиям и ключевому оборудованию.
Например, одной из важнейших проблем стали газовые турбины, которые Новатэку пришлось искать по всему миру. Для Арктик СПГ-2 они в итоге нашлись в Китае, а на перспективном мурманском проекте от турбин пришлось изначально отказываться в пользу электричества. Тот же Арктик СПГ-2 был вынужден менять схему финансирования, из контрактов по предприятию вышли инжиниринговые компании Technip Energies и Saipem, что имело свои последствия в том числе и в смысле сроков реализации, и т.д. и т.п.
Но! При всем том санкции не сделали главного: они не остановили магистрального процесса освоения Арктики. И даже более того, они наконец-то вынудили государство несколько подкорректировать ту глубоко порочную модель, которая существовала у нас годами, и которая ориентировалась на вывоз за рубеж и ресурсов, и прибылей.
Хотя бы частичная и ограниченная репатриация экспортных поступлений – при ограничении возможности потратить их за рубежом – позволила стране «задышать». С мертвой точки сдвинулись собственные производственные проекты, о необходимости развития которых говорилось годами. Импортозамещение – и главное, импортозамещение в высокотехнологичных отраслях – наконец-то перестало быть пустым звуком.
Позитивный вклад санкций в развитие Арктики – он в том, что теперь это развитие строится в большей степени с опорой на собственные производительные силы. В том, что арктические ресурсы хотя бы частично реинвестируются в развитие всей страны в целом. В этом смысле, неминуемая задержка по проектам – это невысокая цена.
#Миндаль #газ #нефть
VK
Минвостокразвития России
⚡️Санкции не смогли затормозить развитие российской Арктики. По данным Минвостокразвития России, каждый пятый инициированный инвестиционный проект в Арктике вышел в операционную стадию, более 50% проектируются или уже строятся. Темпы ввода предприятий растут.…
Технологический реимпорт
Вообще, любое «освоение целины» и в особенности – освоение целины заполярной – это всегда про технологии и промышленную базу, промышленную базу и технологии.
Не так давно общественность озадачилась вопросом: а почему, собственно, на Арктик СПГ-2 им. тов. Михельсона будут устанавливаться зарубежные турбины вместо давно чаемых российских?
Тов. Михельсон ответил на это в том духе, что отечественная промышленность просто неспособна наладить выпуск отечественных же изделий в нужном количестве и в потребном временнОм горизонте. Пермь не справляется с объемами заказов, поэтому – Харбин.
Это правда, но это только часть правды.
Основной «юмор» в том, что газотурбинные агрегаты, законтрактованные в КНР для Арктик СПГ-2, являются перелицовкой отечественной же разработки позднесоветского периода, вышедшей из недр Союзного проектного бюро «Машпроект».
То есть пока в стране были технологии, специалисты и оборудование – мы по дешевке торговали и тем и другим и третьим. Потом под ритуальные заклинания о необходимости импортозамещения скупали «передовые решения» на благословенном Западе, поддерживая остатки своих прежних интеллектуальных и производственных мощностей в полукоматозном состоянии. А потом, когда дорогие друзья и партнеры дали нам от ворот поворот, бросились закупать советские разработки, локализованные китайцами.
#газ #спг #Новатэк
Вообще, любое «освоение целины» и в особенности – освоение целины заполярной – это всегда про технологии и промышленную базу, промышленную базу и технологии.
Не так давно общественность озадачилась вопросом: а почему, собственно, на Арктик СПГ-2 им. тов. Михельсона будут устанавливаться зарубежные турбины вместо давно чаемых российских?
Тов. Михельсон ответил на это в том духе, что отечественная промышленность просто неспособна наладить выпуск отечественных же изделий в нужном количестве и в потребном временнОм горизонте. Пермь не справляется с объемами заказов, поэтому – Харбин.
Это правда, но это только часть правды.
Основной «юмор» в том, что газотурбинные агрегаты, законтрактованные в КНР для Арктик СПГ-2, являются перелицовкой отечественной же разработки позднесоветского периода, вышедшей из недр Союзного проектного бюро «Машпроект».
То есть пока в стране были технологии, специалисты и оборудование – мы по дешевке торговали и тем и другим и третьим. Потом под ритуальные заклинания о необходимости импортозамещения скупали «передовые решения» на благословенном Западе, поддерживая остатки своих прежних интеллектуальных и производственных мощностей в полукоматозном состоянии. А потом, когда дорогие друзья и партнеры дали нам от ворот поворот, бросились закупать советские разработки, локализованные китайцами.
#газ #спг #Новатэк
Дорожающий СПГ
Как и говорил тов. Михельсон на ПМЭФе, «Арктик СПГ-2» подрос в цене. Теперь его стоимость составляет 25 млрд североамериканских долларов вместо плановых 21,5 млрд.
Решение это во многом закономерное. Причины, по которым это произошло, мы упоминали в этом посте. Если коротко, за долгие годы турбинное импортозамещение не взлетело, поэтому теперь приходится перекраивать производственную схему проекта буквально на ходу.
Акцент будет сделан на использовании не газотурбинных, а электрических агрегатов. Это обойдется в целом дороже, чем предусматривалось изначально. Но зато операционные расходы проекта упадут, утешают нас в Новатэке – решение на электричестве будет в долгосрочной перспективе дешевле, чем планировалось.
Есть элемент интриги в том, откуда придут дополнительные деньги.
Западные европейцы больше в наших проектах не участвуют, остаются Азия и родные пенаты. Государство напрямую в проект вложиться не может – бюджетные инвестиции станут токсичным активом, который испортит экспортные перспективы газа. Но вот через «прокладки» деньги завести никто не помешает.
#газ #Новатэк
Как и говорил тов. Михельсон на ПМЭФе, «Арктик СПГ-2» подрос в цене. Теперь его стоимость составляет 25 млрд североамериканских долларов вместо плановых 21,5 млрд.
Решение это во многом закономерное. Причины, по которым это произошло, мы упоминали в этом посте. Если коротко, за долгие годы турбинное импортозамещение не взлетело, поэтому теперь приходится перекраивать производственную схему проекта буквально на ходу.
Акцент будет сделан на использовании не газотурбинных, а электрических агрегатов. Это обойдется в целом дороже, чем предусматривалось изначально. Но зато операционные расходы проекта упадут, утешают нас в Новатэке – решение на электричестве будет в долгосрочной перспективе дешевле, чем планировалось.
Есть элемент интриги в том, откуда придут дополнительные деньги.
Западные европейцы больше в наших проектах не участвуют, остаются Азия и родные пенаты. Государство напрямую в проект вложиться не может – бюджетные инвестиции станут токсичным активом, который испортит экспортные перспективы газа. Но вот через «прокладки» деньги завести никто не помешает.
#газ #Новатэк
Telegram
Капитан Арктика
Технологический реимпорт
Вообще, любое «освоение целины» и в особенности – освоение целины заполярной – это всегда про технологии и промышленную базу, промышленную базу и технологии.
Не так давно общественность озадачилась вопросом: а почему, собственно…
Вообще, любое «освоение целины» и в особенности – освоение целины заполярной – это всегда про технологии и промышленную базу, промышленную базу и технологии.
Не так давно общественность озадачилась вопросом: а почему, собственно…
Перепроизводство снежинок?
Как мы помним, в июне 2021-го госкомиссия по вопросам развития Арктики приняла решение о необходимости построить две международные арктические станции «Снежинка» – в ЯНАО и Мурманской области.
В свою очередь, в начале июня с.г. тов. Чекунков заявил о том, что подобный центр будет построен и на норвежском Шпицбергене. А на днях о планах создания еще одной «Снежинки», но теперь уже на Курильских островах, сообщил зампред сахалинского правительства тов. Аленьков.
Зачем и почему столько «Снежинок», спрашивают нас, и мы отвечаем.
Во-первых, арктический хайп – это по-прежнему сила. На любую хоть как-то привязанную к Арктике тему получить бюджеты проще, чем на не привязанную. Это, как видим, работает даже на Сахалине.
Во-вторых, не меньшей силой становится водородный хайп. Мир (прежде всего, западный, на который мы внутренне ориентируемся несмотря на все «развороты на Восток») помешан на альтернативных, и в частности низкоуглеродных, видах топлива. А коль скоро важным направлением работы базовых версий «Снежинки» стало исследование именно альтернативных топлив с акцентом на водороде, то теперь станция обречена на клонирование в любом регионе, затевающем что-то свое в этой нише.
В-третьих, геополитика. Заметьте, обе свежезаявленные «Снежинки» расположатся в крайних точках нашего присутствия. Но если на Шпице это больше про международный пиар и политику «наведения мостов» с нашими заклятыми друзьями и непримиримыми партнерами, то на Курилах это очередная демонстрация флага японцам.
В-четвертых, вообще арктические (и идущие к ним прицепом северные и дальневосточные) исследования – тема интересная и важная по объективным причинам. Стране необходимо сохранять лидерство в этой сфере. И если объективные причины совпадают с субъективными, это и неплохо.
#газ #наука #ДФО #Шпицберген
Как мы помним, в июне 2021-го госкомиссия по вопросам развития Арктики приняла решение о необходимости построить две международные арктические станции «Снежинка» – в ЯНАО и Мурманской области.
В свою очередь, в начале июня с.г. тов. Чекунков заявил о том, что подобный центр будет построен и на норвежском Шпицбергене. А на днях о планах создания еще одной «Снежинки», но теперь уже на Курильских островах, сообщил зампред сахалинского правительства тов. Аленьков.
Зачем и почему столько «Снежинок», спрашивают нас, и мы отвечаем.
Во-первых, арктический хайп – это по-прежнему сила. На любую хоть как-то привязанную к Арктике тему получить бюджеты проще, чем на не привязанную. Это, как видим, работает даже на Сахалине.
Во-вторых, не меньшей силой становится водородный хайп. Мир (прежде всего, западный, на который мы внутренне ориентируемся несмотря на все «развороты на Восток») помешан на альтернативных, и в частности низкоуглеродных, видах топлива. А коль скоро важным направлением работы базовых версий «Снежинки» стало исследование именно альтернативных топлив с акцентом на водороде, то теперь станция обречена на клонирование в любом регионе, затевающем что-то свое в этой нише.
В-третьих, геополитика. Заметьте, обе свежезаявленные «Снежинки» расположатся в крайних точках нашего присутствия. Но если на Шпице это больше про международный пиар и политику «наведения мостов» с нашими заклятыми друзьями и непримиримыми партнерами, то на Курилах это очередная демонстрация флага японцам.
В-четвертых, вообще арктические (и идущие к ним прицепом северные и дальневосточные) исследования – тема интересная и важная по объективным причинам. Стране необходимо сохранять лидерство в этой сфере. И если объективные причины совпадают с субъективными, это и неплохо.
#газ #наука #ДФО #Шпицберген
Монополия Газпрома – все?
Надвигается очередной виток либерализации газового экспорта – в Госдуме зарегистрирован законопроект, «отвязывающий» экспортные лицензии от конкретных месторождений.
Слово авторам проекта: предлагается обеспечить возможность экспорта СПГ с СПГ-проектов без привязки к участкам недр федерального значения, лицензии на которые предусматривают использование добытого природного газа для производства СПГ, а также предоставления возможности экспорта СПГ юридическим лицам, которые входят в одну группу с организациями, уже имеющими право на экспорт СПГ.
Принятие проекта позволит демонополизировать газовый внешторг – к настоящему моменту экспортировать СПГ могут только Газпром и компании с госучастием от 50%, разрабатывающие морские газовые месторождения либо месторождения на условиях СРП.
Из этой инициативы очевидным образом торчат уши тов. Михельсона – законопроект явно скроен под Новатэк, делающий ставку на дальнейшее расширение своего экспорта в рабочем, так сказать, порядке, без выклянчивания у государства очередных разрешений под каждый «чих». И судя по тому, как развиваются наши дела на внешнеторговом треке, документ имеет немалые шансы быть принятым невзирая на известную позицию «национального достояния».
Все это постепенно выводит нас на совсем другую реальность в сфере отечественного газового бизнеса. На смену неповоротливому и забюрократизированному госмонстру, не славящемуся эффективностью, но исправно вносящему деньги в казну, приходит оборотистый частник, обложенный льготами и платящий налоги по сниженным ставкам.
#газ #СПГ #Новатэк #Газпром
Надвигается очередной виток либерализации газового экспорта – в Госдуме зарегистрирован законопроект, «отвязывающий» экспортные лицензии от конкретных месторождений.
Слово авторам проекта: предлагается обеспечить возможность экспорта СПГ с СПГ-проектов без привязки к участкам недр федерального значения, лицензии на которые предусматривают использование добытого природного газа для производства СПГ, а также предоставления возможности экспорта СПГ юридическим лицам, которые входят в одну группу с организациями, уже имеющими право на экспорт СПГ.
Принятие проекта позволит демонополизировать газовый внешторг – к настоящему моменту экспортировать СПГ могут только Газпром и компании с госучастием от 50%, разрабатывающие морские газовые месторождения либо месторождения на условиях СРП.
Из этой инициативы очевидным образом торчат уши тов. Михельсона – законопроект явно скроен под Новатэк, делающий ставку на дальнейшее расширение своего экспорта в рабочем, так сказать, порядке, без выклянчивания у государства очередных разрешений под каждый «чих». И судя по тому, как развиваются наши дела на внешнеторговом треке, документ имеет немалые шансы быть принятым невзирая на известную позицию «национального достояния».
Все это постепенно выводит нас на совсем другую реальность в сфере отечественного газового бизнеса. На смену неповоротливому и забюрократизированному госмонстру, не славящемуся эффективностью, но исправно вносящему деньги в казну, приходит оборотистый частник, обложенный льготами и платящий налоги по сниженным ставкам.
#газ #СПГ #Новатэк #Газпром
Аляскинская консервация
В США продолжается судебно-политическая возня вокруг разработки нефтегазовых месторождений Аляски. Неделю назад федеральный суд подтвердил временный президентский запрет на освоение ресурсов, находящихся на территории аляскинского Национального арктического заповедника.
Эксплуатация богатств, оказавшихся в зоне ответственности заповедника, не может начаться уже много лет. Нефтегазовому лобби США чуть не удалось продавить вопрос под занавес президентства Трампа: первые (и на данный момент последние) разрешения на разработку семи лицензионных участков были выданы буквально за день до вступления Байдена в должность. Однако последний своим указом моментально наложил мораторий на дальнейшие телодвижения в заповеднике, а потом к делу подключилось и федеральное МВД, затребовавшее проведения комплексной экологической экспертизы нефтегазодобычи.
У сторонников эксплуатации углеводородных запасов, коими изобилует северный сектор Аляски, территориально «накрытый» Национальным арктическим заповедником, была надежда на победу в суде. Но президентская администрация справилась и с этим вызовом: как видим, на данном этапе победа остается за противниками освоения. И это несмотря на то, что за попытками отмены запрета стоят не только влиятельные игроки американского нефтегаза, но и власти штата, действующие через подконтрольную им Администрацию по промышленному развитию и экспорту Аляски.
Это, разумеется, далеко не конец. Добытчики и власти штата продолжат борьбу за распечатывание нефтегазовой арктической кубышки, а федеральные демократы – свое сопротивление. Если первые исходят из установки на необходимость американской экспансии на международные углеводородные рынки, то вторым более интересна экспансия доллара, по-прежнему обеспечиваемого всеми мировыми богатствами, продающимися за этот доллар – в том числе и иностранными углеводородами.
Как бы то ни было, пока аляскинские углеводородные резервы продолжают быть «на стопе». А это значит, что факторов, оказывающих понижающее воздействие на мировые цены СПГ и нефти, пока не становится больше, да и конкурентные условия для нашего арктического нефтегаза остаются попроще, чем они могли бы быть. По крайней мере, на среднесроке.
#соседи #США #Аляска #нефть #газ
В США продолжается судебно-политическая возня вокруг разработки нефтегазовых месторождений Аляски. Неделю назад федеральный суд подтвердил временный президентский запрет на освоение ресурсов, находящихся на территории аляскинского Национального арктического заповедника.
Эксплуатация богатств, оказавшихся в зоне ответственности заповедника, не может начаться уже много лет. Нефтегазовому лобби США чуть не удалось продавить вопрос под занавес президентства Трампа: первые (и на данный момент последние) разрешения на разработку семи лицензионных участков были выданы буквально за день до вступления Байдена в должность. Однако последний своим указом моментально наложил мораторий на дальнейшие телодвижения в заповеднике, а потом к делу подключилось и федеральное МВД, затребовавшее проведения комплексной экологической экспертизы нефтегазодобычи.
У сторонников эксплуатации углеводородных запасов, коими изобилует северный сектор Аляски, территориально «накрытый» Национальным арктическим заповедником, была надежда на победу в суде. Но президентская администрация справилась и с этим вызовом: как видим, на данном этапе победа остается за противниками освоения. И это несмотря на то, что за попытками отмены запрета стоят не только влиятельные игроки американского нефтегаза, но и власти штата, действующие через подконтрольную им Администрацию по промышленному развитию и экспорту Аляски.
Это, разумеется, далеко не конец. Добытчики и власти штата продолжат борьбу за распечатывание нефтегазовой арктической кубышки, а федеральные демократы – свое сопротивление. Если первые исходят из установки на необходимость американской экспансии на международные углеводородные рынки, то вторым более интересна экспансия доллара, по-прежнему обеспечиваемого всеми мировыми богатствами, продающимися за этот доллар – в том числе и иностранными углеводородами.
Как бы то ни было, пока аляскинские углеводородные резервы продолжают быть «на стопе». А это значит, что факторов, оказывающих понижающее воздействие на мировые цены СПГ и нефти, пока не становится больше, да и конкурентные условия для нашего арктического нефтегаза остаются попроще, чем они могли бы быть. По крайней мере, на среднесроке.
#соседи #США #Аляска #нефть #газ
Газовая изоляция
За наш арктический сжиженный газ решили взяться поплотнее: США вводят санкции против «Арктик СПГ-2», а финны выступают с инициативой о запрете импорта СПГ из России.
Итак, на прошлой неделе американское госказначейство заявило о новом пакете санкций против флагманского новатэковского проекта, запуск которого ожидается в этом году. Мотивация этого решения вполне однозначная: по словам Джефри Пайетта, помощника госсекретаря США по вопросам энергетики, необходимо убить этот проект (собственно, на сенатских слушаниях он так и сказал: «kill»).
От этой инициативы сложно отмахнуться – она так или иначе бьет по зарубежным участникам «Арктик СПГ-2». Соинвесторы Новатэка, французы и японцы, забеспокоились. Total дала скупой комментарий в духе «мы оцениваем, как этот пакет на нас повлияет»; Токио устами главы тамошнего минпрома г-на Нисимуры осторожно заявляет о том, что некие последствия для страны от такого решения будут, и просит «Большую семерку» о консультациях, имея в виду не допустить дестабилизации энергоснабжения Японии.
В свою очередь, Финляндия сделала очередной шаг в направлении полного принятия атлантистской повестки в части энергетики. Глава финского минэкологии г-н Мюккянен предложил запретить покупку российского СПГ – как полагают в Хельсинки, такое решение может быть принято после согласования пакета мер по развитию газового рынка ЕС, переговоры о котором должны завершиться к концу сего года.
Можно было бы в очередной раз посетовать на двуличие и лицемерие политического Запада – «вот, мол, невидимая рука рынка в очередной раз демократично порешала» – но дело это пустое: страны западной системы плотно завязаны на США и не могут себе позволить брать газ там, где дешевле и удобнее. Гораздо интереснее посмотреть на то, как из этой ситуации выходить и нам, и нашим клиентам за пределами Китая.
Понятно, что американцы хотят не только вывести из игры наши арктические проекты, но и плотнее подсадить международную клиентелу на «молекулы свободы». Крайне дорогие, надо заметить; но, как известно, «свобода не бесплатна». Однако и европейцам, и японцам хотелось бы как-то дальше жить и развиваться – при этом, желательно, не теряя многомиллиардные прибыли из АЗРФ и не ставя под вопрос свою энергетическую безопасность.
Поэтому, возможно, на практике мы увидим какой-то средний вариант: например, европейцы будут заматывать вопрос «противогазных» санкций, позволяя своим стратегическим коммерсам закупать СПГ в РФ, японцы будут выторговывать себе привилегии, а наши арктические газовые и газохимические проекты продолжат реализовываться, хотя и в усложнившейся обстановке, позже по срокам и, не исключено, в меньшем масштабе.
Впрочем, прогнозирование тут – дело неблагодарное. Одно ясно: на газовую отрасль России будет оказываться возрастающее давление, направленное на максимальное снижение поступлений от внешней торговли энергоносителями и торпедирование наших больших проектов.
#газ #деньги #соседи #США
За наш арктический сжиженный газ решили взяться поплотнее: США вводят санкции против «Арктик СПГ-2», а финны выступают с инициативой о запрете импорта СПГ из России.
Итак, на прошлой неделе американское госказначейство заявило о новом пакете санкций против флагманского новатэковского проекта, запуск которого ожидается в этом году. Мотивация этого решения вполне однозначная: по словам Джефри Пайетта, помощника госсекретаря США по вопросам энергетики, необходимо убить этот проект (собственно, на сенатских слушаниях он так и сказал: «kill»).
От этой инициативы сложно отмахнуться – она так или иначе бьет по зарубежным участникам «Арктик СПГ-2». Соинвесторы Новатэка, французы и японцы, забеспокоились. Total дала скупой комментарий в духе «мы оцениваем, как этот пакет на нас повлияет»; Токио устами главы тамошнего минпрома г-на Нисимуры осторожно заявляет о том, что некие последствия для страны от такого решения будут, и просит «Большую семерку» о консультациях, имея в виду не допустить дестабилизации энергоснабжения Японии.
В свою очередь, Финляндия сделала очередной шаг в направлении полного принятия атлантистской повестки в части энергетики. Глава финского минэкологии г-н Мюккянен предложил запретить покупку российского СПГ – как полагают в Хельсинки, такое решение может быть принято после согласования пакета мер по развитию газового рынка ЕС, переговоры о котором должны завершиться к концу сего года.
Можно было бы в очередной раз посетовать на двуличие и лицемерие политического Запада – «вот, мол, невидимая рука рынка в очередной раз демократично порешала» – но дело это пустое: страны западной системы плотно завязаны на США и не могут себе позволить брать газ там, где дешевле и удобнее. Гораздо интереснее посмотреть на то, как из этой ситуации выходить и нам, и нашим клиентам за пределами Китая.
Понятно, что американцы хотят не только вывести из игры наши арктические проекты, но и плотнее подсадить международную клиентелу на «молекулы свободы». Крайне дорогие, надо заметить; но, как известно, «свобода не бесплатна». Однако и европейцам, и японцам хотелось бы как-то дальше жить и развиваться – при этом, желательно, не теряя многомиллиардные прибыли из АЗРФ и не ставя под вопрос свою энергетическую безопасность.
Поэтому, возможно, на практике мы увидим какой-то средний вариант: например, европейцы будут заматывать вопрос «противогазных» санкций, позволяя своим стратегическим коммерсам закупать СПГ в РФ, японцы будут выторговывать себе привилегии, а наши арктические газовые и газохимические проекты продолжат реализовываться, хотя и в усложнившейся обстановке, позже по срокам и, не исключено, в меньшем масштабе.
Впрочем, прогнозирование тут – дело неблагодарное. Одно ясно: на газовую отрасль России будет оказываться возрастающее давление, направленное на максимальное снижение поступлений от внешней торговли энергоносителями и торпедирование наших больших проектов.
#газ #деньги #соседи #США
Проекты маленькие, риски – большие
Текущая ситуация во свей своей сложности является вызовом не только для крупных, но и – и даже в большей степени – небольших северных игроков.
Показательный кейс – «Архангельск СПГ».
Проект впервые показали в 2019 году. Тогда предполагалось, что первая очередь планируемого завода при благоприятном инвестиционном решении будет запущена к концу 2022-го.
Далее геополитический фактор внес свои коррективы, и проект поехал вправо. Согласно недавно заявленным планам, проектирование завода должно начаться в 2024 году, тогда же должна пройти и госэкспертиза. Первая очередь теперь может появиться к 2026 года, вторая – к 2028 году.
Отметим, речь идет о достаточно скромном проекте с мощностью до 160 тыс. тонн СПГ в год – совсем немного на фоне гигантов типа «уникального комплекса» и «Арктик СПГ-2».
Все это неплохо иллюстрирует поговорку «пока толстый сохнет, худой сдохнет». Пока наши арктические мейджоры пытаются ответить на вызовы, связанные с финансированием, сбытом, логистикой, технологиями и оборудованием, проекты масштабом поменьше, по факту, просто теряют перспективы реализации.
Что с этим делать, как поддержать «середняков», пока непонятно. И беда тут прежде всего в том, что если о сложностях больших игроков знают и в отрасли, и в Москве, и вообще везде, то о «гномах» никто толком и не говорит. Как итог, проблема не решается, поскольку она даже не отрефлексирована.
#газ #деньги #санкции
Текущая ситуация во свей своей сложности является вызовом не только для крупных, но и – и даже в большей степени – небольших северных игроков.
Показательный кейс – «Архангельск СПГ».
Проект впервые показали в 2019 году. Тогда предполагалось, что первая очередь планируемого завода при благоприятном инвестиционном решении будет запущена к концу 2022-го.
Далее геополитический фактор внес свои коррективы, и проект поехал вправо. Согласно недавно заявленным планам, проектирование завода должно начаться в 2024 году, тогда же должна пройти и госэкспертиза. Первая очередь теперь может появиться к 2026 года, вторая – к 2028 году.
Отметим, речь идет о достаточно скромном проекте с мощностью до 160 тыс. тонн СПГ в год – совсем немного на фоне гигантов типа «уникального комплекса» и «Арктик СПГ-2».
Все это неплохо иллюстрирует поговорку «пока толстый сохнет, худой сдохнет». Пока наши арктические мейджоры пытаются ответить на вызовы, связанные с финансированием, сбытом, логистикой, технологиями и оборудованием, проекты масштабом поменьше, по факту, просто теряют перспективы реализации.
Что с этим делать, как поддержать «середняков», пока непонятно. И беда тут прежде всего в том, что если о сложностях больших игроков знают и в отрасли, и в Москве, и вообще везде, то о «гномах» никто толком и не говорит. Как итог, проблема не решается, поскольку она даже не отрефлексирована.
#газ #деньги #санкции