Bedő-ház, 1903 г.
Vidor Emil (1867-1952)

Сегодня мы перенесёмся в 1903 год, к дому номер 3 по улице Хонвед, известному как Дом Бедё (Bedő-ház).
Это не просто красивый фасад и очередная удачная работа талантливого архитектора. В его истории переплелись амбиции богатого промышленника, идеи "тотального искусства", трагедия утрат XX века, редкий пример культурного возрождения уже в наши дни, и опять угасание. Восстановим же его историю, заглянув за кованые двери парадной!🤩

Лехнер вырастил целую плеяду архитекторов, работавших с ним и после него в русле поиска венгерского стиля. Но Эмиль Видор, хоть и вращался в тех же кругах, не стал его последователем.

Дом Бедё показывает это наглядно. Если Лехнер стремился создать венгерский вариант модерна через обращение к народному орнаменту и восточным мотивам, то Видор внимательно следил за международными тенденциями. Его вдохновляли новейшие достижения бельгийского ар-нуво и немецкого югендстиля. Поэтому фасад выглядит скорее европейским, чем национальным. В его пластике ощущаются отголоски брюссельских построек Виктора Орта, в ритме линий и декоративных деталях угадываются мотивы югендстиля. Дом Бедё появился всего через 6 лет после того, как Виктор Орта построил в Брюсселе первые эталоны ар-нуво и создавался одновременно с шедеврами Чарльза Ренни Макинтоша в Глазго.
Но "венгерскость" в нём есть. В деталях. В керамике Жолнаи присутствуют мотивы народного искусства, в витражах мастерской Рота, в мебели Йожефа Маломшоки (по проектам Видора). Именно это соединение международного и локального в отделке и интерьере делает здание уникальным явлением будапештской архитектуры.
Забавно, что расстекловка больших окон называется "павлиний хвост". Ну да, похоже!🤩

Так, а в чём новаторство?
Видор отразил здесь идею "тотального искусства" или синтеза искусств, или "целостного произведения искусства", короче — Gesamtkunstwerk. Модерн стёр разницу между "высоким" и "низким". Для мастеров модерна он означал вполне конкретную программу. Искусство должно было выйти за пределы музейных стен и проникнуть во все сферы человеческой жизни. Между живописью и ремеслом, архитектурой и мебелью, декоративным и монументальным искусством не должно существовать иерархии и границ. Одно перетекает в другое.
Как писал лидер художников модерна в Гёдёллё Аладар Кёрёшфёи-Криеш:
"Всякое проявление жизни должно быть наполнено художественным содержанием."
От кухонной поварёшки до здания — всё должно подчиняться единой художественной идее. Эмиль Видор продумал здание до мельчайших подробностей: колонны, окна, напольные покрытия, ворота, светильники, мебель и текстиль — всё создавалось по его эскизам. Кстати, часть оригинальных предметов хранится в Музее прикладного искусства. Интерьер Дома Бедё официально считается вторым по хронологии чистым интерьером сецессиона в Венгрии (первый — столовая графа Тивадара Андраши, третий — вилла Шиффера, построенная Йожефом Ваго).

Эмиль Видор вырос на школах историзма, учился в Мюнхене и Берлине, а по возвращении в Будапешт оттачивал мастерство в бюро Миклоша Ибла, работая над интерьерами базилики Святого Иштвана. В 1896 году Видор открыл собственное бюро на проспекте Андраши. Блестящий полиглот, знавший 16 языков, музыкально одарён, страстный путешественник и светский лев. Он чутко улавливал свежие международные тренды. Видор проектировал пространства "человеческого масштаба", выступая одновременно архитектором, инженером и декоратором.

История дома начинается в 1901 году, когда участок на улице Хонвед приобрели Бела Бедё и его супруга. Бела Бедё был одной из заметных фигур венгерской промышленной элиты рубежа веков. Он владел медными рудниками и промышленными предприятиями, управлял Первой пештской фабрикой костяного угля и клея, а также был известным коллекционером искусства. К началу XX столетия ему принадлежало семь домов в Будапеште, хотя именно особняк на улице Хонвед был самым небольшим из его городских владений.

#истории_домов #модерн #видор_эмиль #персоналия #5район