Сегодня начинаю исследование. Собрать у всех анализы, проверить их. Но ладно, люблю работать, в лаборатории я один, никто меня не трогает... Только книгу я так и не смогу прочитать в ближайшее время.

Эй, а я не звучу как девочка, которая романтизирует всё?

У всех анализы в норме, никаких отклонений или изменений — скучно. Не в том смысле, что я бы хотел, чтобы всё было плохо, а в том, что... скучно сидеть и мусолить эти анализы.

Этим вечером надо сходить куда-нибудь, развеяться, прогуляться.

Закончил со всей работой. Думал, что буду сидеть до ночи и опоздаю на встречу. Влиятельный человек, чем-то напоминает мне Тони, но чуть спокойнее. Время ещё есть может... Ладно, на сегодня хватит работы.

Черт, черт, черт... Я все таки опоздал на встречу. как ч мог опоздать на встречу приходящую буквально этажом выше?

Ладно...

Брюс пожимает протянутую руку, на его лице появляется лёгкая, вежливая улыбка и он отвечает спокойным, профессиональным тоном.

— это не проект, а больше... исследование. все, что мне нужно это ваше спонсирование. исследование заключается в картировании нейронных коррелятов стресса в режиме реального времени. Я хочу создать предиктивную модель — не того, когда случается всплеск адреналина, а где именно в коре он гаснет быстрее всего. Это поможет в лечении ПТСР без фармакологии. Результаты, естественно, будут опубликованы с вашим соавторством, но без моего имени в заголовке.

Брюс слегка приподнимает бровь, его улыбка становится чуть заметнее — скорее одобрительная, чем обиженная.

— Разумно. Без деталей это действительно звучит как игра в угадайку.

Он чуть подаётся вперёд, голос остаётся ровным, но чуть быстрее обычного:

— Разумно. Конкретика: мне нужен доступ к вашим датчикам ЧСС и кожно-гальванической реакции в трёх ваших офисных зданиях. Анонимно, сырые данные за последние два года. И 80 терабайт на сервере для обучения модели. Это всё. Без моего имени в публикациях — условие не обсуждаемое, но к нему вернёмся позже. Деньги уйдут на аренду кластера и страховку.

Брюс поперхнулся воздухом и закашлялся; что-то в словах Уэйна было... не просто рабочим интересом. Доктор чуть ровнее сел в своём кресле, поправил сбежавшие с переносицы очки и ответил:

— Мистер Уэйн... я предпочитаю работать без громких упоминаний, а то был уже один не очень приятный опыт. Репутация остаётся.

Он бросил быстрый взгляд на свои руки, лежащие на коленях, и после недолгих колебаний поднял взгляд на Уэйна, добавив:

— Но если вы настаиваете... можете упомянуть меня мелким шрифтом.

Брюс на секунду замирает, затем... его щеки едва заметно краснеют, то ли от пристального взгляда Уэйна, то ли от его довольно-таки двусмысленных слов — спасибо, что хотя бы не позеленели.

— Я не буду против, мистер Уэйн... просто предупреждайте.

Он берёт папку в руки, словно пытаясь спрятаться за ней, делая вид что проверяет все ли в порядке, откашливается и добавляет:

— Тогда подписываем договор? И добавляем... Мелкий шрифт?

Брюс провожает взглядом Уэйна; дверь за ним прикрывается с мягким щелчком, и доктор остаётся один. На щеках всё ещё ощущается лёгкое тепло, а в груди разливается странное... тепло. Это должно злить его: Уэйн, миллионер с репутацией плейбоя, делает такие комментарии и смотрит на него как на... как на красивую вещь.

Брюс опускает папку, кладёт её на стол, снимает очки, протирает их и надевает обратно. Он берёт подписанный документ, вкладывает его в папку и бормочет себе под нос:

— До встречи, мистер Уэйн...

Завтра он займётся исследованиями, а сегодня, кажется, проведёт время наедине с этим странным чувством и Халком... которого это злит.

Сегодня доставили кластер, датчики, и страховку оформили... Мистер Уэйн работает быстро, держит свои обещания.
Если честно, после того как он ушел я ещё, наверное, минут двадцать просто сидел и перечитывал в договор, просто сидел смотря в одну точку переваривая весь этот разговор, а только потом подписал.
Думаю через день-два можно приступать ко всем исследованиям.

Начинаем исследования.
Сейчас, главное создать модель, а дальше уже... Все пойдет само собой. Кажется, ближайшие дни я буду жить в лаборатории. Хотя, мне не привыкать.

Два дня на изготовление модели, это было сложно, я даже думал попросить помощи у Старка, но до этого не дошло. Ещё два на подготовку всего оборудования и, наконец, мы можем начинать... Надеюсь, все пройдет так как я планировал. Все должно сработать.

В процессе работы... Появились некоторые сложности. Модель работает немного неисправно. Надо попробовать это исправить, но я понятия не имею, где именно произошёл сбой. Просить помощи у мистера Уэйна или Старка?
Можно обойтись без этого. Просто... Проверим ещё раз. Это не должно было быть настолько сложно. Главное — исправить модель как можно скорее.

Хорошие новости: я исправил ошибку, и всё работает исправно. Сейчас уже можно запускать и смотреть, но... Меня волнует кое-что, или, скорее, кое-кто. Я заметил, что каждый раз, когда за окнами темнеет, начинает мелькать чёрный силуэт. Даже уши маски можно разглядеть: черные, длинные и острые... Понятия не имею, как этот сумасшедший умудряется лазить так высоко и кто это в целом. Но, серьёзно, тут очень опасно...

Но неужели за мной следит какой-то тайный поклонник? Звучит смешно. И страшно. Он бы мог выбрать кого-то посимпатичнее.

Покажись, тайный поклонник, если ты, конечно, существуешь, а то мне кажется, что я схожу с ума...

Ну, не суть. Вчера заходил мистер Уэйн, мы пару минут поговорили, и он как раз объяснил, как можно исправить модель... Я бы не догадался так сделать. Но, честно говоря, мистер Уэйн выглядел так, словно задумал что-то большее, чем просто рабочую встречу, но пока не говорит что именно. Может, я просто надумываю себе что-то? Ладно, будь что будет.

Я так и не узнал, что это за «тайный поклонник». Просто молюсь, чтобы это был не какой-то новый… Злодей? Да, это слово хорошо описывает. Я даже по камерам посмотрел — просто чёрное пятно с ушами.

Ладно, всё будет в порядке, не надо нагружать себя плохими мыслями. Сидим, работаем, не беспокоимся. Благо, исследования идут хорошо: я уже примерно понимаю, как можно применять новое лечение, но стоит сначала убедиться в этом на моделях. Надеюсь, как закончу, смогу встретиться с мистером Уэйном и показать все свои наработки.

Мое исследование затянулось. Проблемы с моделью и этот странный мужчина за окнами просто сводили меня с ума. Я не могу спокойно работать. Сейчас этот сумашедший исчез, а вместе с этим и главную модель получилось исправить. Сейчас, глянем на остальных точно ли мои наработки верны.

Чтож, отчёт жди меня.

Я устал. Писать отчёты до самой ночи, а перед этим проверять каждую модель, которая отличается по параметрам от другой, было... не самой лучшей идеей. Зато я теперь на сто процентов уверен, как можно лечить ПТСР безлекарственно.

В лаборатории, несмотря на это, было даже уютно. Было тихо, приглушённый свет, я был один. Наверное, это всё, что мне нужно для работы. Зато потом добираться до дома... Это был какой-то кошмар. Даже если мне нужно было просто подняться на лифте. Меня просто не держали ноги. Я даже не переоделся! Лег в рубашке, сил не было даже на это. Может, я заболел? Ладно, просто переработал. Возьму себе пару выходных.

Как думаете, чем заняться? Слышал, сейчас проходит какая-то выставка. Там собраны и научные исследования, инсталляции, картины, одежда от начинающих дизайнеров. Не то чтобы я фанат подобного... Да, в целом не фанат выходить куда-то в особо людные места, но почему бы и нет? Наташа говорила, что мне стоит почаще выходить куда-нибудь.