Когда расходятся слова и дело

Братск. Вчера, изучая ситуацию с недостроем школы в 26 мкрн, нашёл зацепившую меня цитату руководства Иркутской области. «Положительное заключение Главгосэкспертизы, в связи с резким увеличением стоимости строительных материалов, было получено позже на полгода».

Я много лет занимался согласованием в Главгосэкспертизе (ГГЭ) нефтегазовых проектов и хорошо знаком с этой кухней. Ещё в прошлом десятилетии очередь в ГГЭ приходилось занимать у их офиса вживую и… ночью. Представьте, со всей страны собирались заявители – сотни человек. Сейчас же всё в электронном виде. Быстро и технологично.

Поэтому отмазка и отсыл на полугодовое согласование проекта не канают. Понятно, что переводят ситуацию на федеральную бюрократию – а точнее, на стереотип у людей, что это всё долго и непредсказуемо. Ну да, звучит вроде правдоподобно.

На самом деле всё не так. Установленный в госдокументах срок экспертизы составляет 42 рабочих дня. С выходными – два месяца.

Даже для гигантских нефтегазовых месторождений, смета которых составляет триллионы (!) рублей – мы вписывались в эти сроки. А проект, пусть даже большой школы и на несколько миллиардов рублей – для ГГЭ это обычная, типовая работа.

Здесь же, скорее всего, были ошибки в проектных документах. То есть, косяки проектировщиков (они же застройщики). Экспертиза могла быть продлена – но по причине ошибок в документах. При этом при повторных экспертизах приходится платить дополнительные деньги – что в проектах не предусмотрено.

Да, есть явление промышленной инфляции – но подаваемая смета максимально приближена к дате начала экспертизы. И большинство же проектов проходят согласование в пределах двух месяцев!

А на днях руководство Братска высказалось на площадке недостроя, что сейчас усилия направляются на закрытие теплового контура. На представленном фото – едва ли половина здания. Житейский северный опыт заставляет меня усомниться в скором решении этой задачи