Спасет тебя лишь смерть той, что заставит биться твое жалкое сердце. Спасет ее кровь, что потечет по твоим рукам. Спасет ее последний вздох. И последние слова о любви, которые сорвутся с ее губ

Он всегда был рядом с ней. Никогда не оставлял одну, и если она боялась, то, бросая все, приходил. Стоило лишь позвать, лишь произнести его имя, и красный камзол укрывал спящую Иви.
Она никогда не была одна.

Герберт был ее спасением. И спасителем.

Иви нравилось сравнивать мечты со звездами. Рождаясь
в самых темных глубинах, они, словно искры, высеченные из камня, рассыпались по бесконечному небу.

Мечты, как и звезды, были так далеко, что виднелось лишь их тусклое мерцание.

Вечно недосягаемое. Непостижимое. Звезды то прятались за небосводом, то стремительно падали и сгорали, растворяясь в кромешной темноте. Наверное, так же сгорали и мечты. Оседая на дне души, они тлели, превращаясь в грусть и сожаление.