Желанья у меня непомерные, — да ничего нет!

25.07.1873, Veve, Switzerland

Меня прорвало и деньги просто таят.

25.07.1873, Veve, Switzerland, вечер

Среди этих величественно прекрасных видов и впечатлений туриста, я всей душой стремлюсь в Русь и сердце сжимается при представлении ее равнин, лугов, рощей. О милая родина, ты во стократ краше и милее этих красивых уродов гор, которые, в сущности, ничто иное суть как окаменевшие конвульсии природы.

25.07.1873, Veve, Switzerland, вечер

Удовольствия мало. По правде сказать я не знаю куда деться со скуки.

26.07.1873, Veve, Switzerland

Продолжаю бездействовать и не иметь ни малейшего вдохновения.

​26.04.1884

Я делаюсь все глупее и глупее. Как только серьезный разговор — голова пуста совершенно.

02.05.1884

Шлянье. Завтрак. Отъезд.

28.07.1873, по дороге из Женевы

Немножко скучал и не знал как убить время. Ходил на Николаевское поле; сидел на обрыве у канавы; собирал, т.е. уничтожал бурачных жуков, которые по насыпи совершают какое-то переселение.

04.05.1884

Жаль денег.

28.07.1873, по дороге из Женевы

Очень недоволен собой по причине казенности всего, что в голову лезет. Выдохся я что-ли?​

01.05.1884

Господи, что бы я дал за тарелку щей, пирог, биток, огурчик русский!

19.12.1877, Venezia

Мне сделалось грустно, я выпил коньяку, повеселел...

19.12.1877, Venezia

Чем больше денег мне падает с неба, тем больше я их хочу. 

21.12.1877, Venezia

Ах, какой я урод-человек!

05.05.1884

Благодаря правильности жизни, подчас скучного, но всегда ненарушимого спокойствия, а главное, благодаря времени, которое залечивает всякие раны, я вполне выздоровел от сумасшествия. Я, несомненно, был несколько месяцев сряду немножко сумасшедшим, и только теперь, вполне оправившись, я научился объективно относиться ко всему, что наделал во время этого краткого сумасшествия. Тот человек, который в мае задумал жениться на Антонине Ивановне, в июне как ни в чем не бывало написал целую оперу [«Евгений Онегин»], в июле женился, в сентябре убежал от жены, в ноябре сердился на Рим и т. д. — был не я, а другой Петр Ильич, от которого теперь осталась только одна мизантропия, которая, впрочем, вряд ли когда-нибудь пройдет.

18 февраля 1878

Кое-какия мыслёнки записал.
​
29.04.1884
​

Спал не без некоторых странных лихорадочных сновидений, но хорошо.

17 февраля 1878

Погода немножко поправляется, однакож утром я все-же с трудом совершил свою прогулку в Дубков-яр. Завтрак дома с ветеринаром и гостем из Смелы. Сидел дома, читал по английски, грелся у камина. Приходил Николай Васильевич с Лёвой. Обед в большом доме. Было как-то скучно и тяжело.

27.04.1884 

11 часов. Сейчас стукнет 44 года. Как много прожито и, по правде, без ложной скромности, как мало сделано! Даже в моем настоящем​ деле: ведь, положа руку на сердце, ничего​ совершенного, образцового​ нет. Все еще ищу, колеблюсь, шатаюсь. А в другом? Ничего не читаю, ничего не знаю. Только на винт трачу бездну золотого времени.​

06.05.1884

Я думал судя по вчерашнему, что все забыли о дне моего рождения, — но ошибся. Поздравляли и пили шампанское. Испугавшись слов Веры Васильевны о том что хорошо было бы прогуляться, удрал. Сидел против мельниц. Истреблял жуков на насыпи. 

07.05.1884

Я какая-то амбулирующая злоба. Из-за того, что Саша с наслаждением обремизила меня в пяти червах без трех я до бешенства разозлился тем более, что из великодушия, в виду ее сегодняшнего несчастия в игре, уступил было ей (мы играли втроем) только-что перед тем игру в трефах. Каково? Это чувства пользующегося известностью художника? Эх! Петр Ильич, стыдно, батюшка! Впрочем, я с утра не по себе. Отвратительное состояние желудка начинает серьезно отравлять жизнь. Утром с величайшим усилием работал (скерцо). За обедом опять-таки немножко злился. Ходил в Николаевское поле. Было сыро, ветрено, хмуро, — но дождя не дождались. Чай пил у себя. Потом еще пописал. Боб со мной ходил по саду и ко мне заходил. Ах, что за прелесть этот Боб! После ужина (злился) винт втроем. Эх, жизнь! 

08.05.1884