Начальная дозировка Сергея Курёхина — 1 минута в день:

Алистер Кроули, Лох-несское чудовище, Сергей Есенин, британский окультизм, телемиты... стоп, о чем я говорил вообще?

419-ой «Поп-Механики» не будет, потому что на 418 останавливается счет (последний концерт действительно был под номером «418» — от ред.). Будут «Поп-механики» уже без номеров, потому что 418 – это как бы окончание, завершение очень долгого процесса. А потом, это любимое число Алистера Кроули, которого я очень люблю. Это пароль для перехода из одного состояния в другое: человек произносит его и переходит в другое состояние. Но вообще, не только человек, но и государство, общество. Это такая универсальная модель пароля.

Потому что главное же – перейти границу. Это очень трудно, потому что эта граница всегда незримая, и сейчас мы находимся в том периоде, когда в искусстве и в науке – везде практически – все границы разрушены, и сейчас существует некий такой хаос. Это очень хорошо, так и должно быть. Сейчас атомы всего этого хаоса начнут между собой сцепляться, но по несколько другому принципу, чем были сцеплены до этого.

Сергей Курёхин

Михаил Гробман. «Советской атомной бомбе слава», 1982 год.

А еще была история: жили мы как-то у Курехина - Дугин, я и Нюрыч. Мы просыпаемся, я открываю форточку, Дугин задумчиво лежит на кровати, спрашивает: "А вот где у нас Омск находится?" Я говорю: "Ну, где: на югах Сибири. Рядом с Казахстаном". - "Казахстан рядом у вас? А что если казахи ветер отравили? Они же могут ветер отравить! Ну-ка, срочно форточку закрой: ветер отравленный!" Причем, на полном серьезе: испугался страшно, начал по комнате ходить. "Казахи, блин, ветер отравили - как же я пойду? Так оно и есть, точно. Я знаю, у них есть камышовые люди. У них есть озеро Балхаш, и там в больших количествах растет тростник, камыш. И там живут тростниковые, камышовые люди, которые никогда не высовываются, только через трубочку дышат". Потом еще подумал, подумал и говорит: "А посередине Балхаша есть огромный остров, где живет гигантский, исполинский кот, которому все они поклоняются". Это курехинские дела, однозначно. Откуда ему еще такое взять? Говорит: "Блин, камыш! Камышовые люди кругом, что же делать? Они же нашествие могут устроить! Это ведь все - нам тогда конец! Если камышовые люди вылезут - и на нас полезут со своим котом! А кот огромный, три метра ростом!"

Егор Летов