Виктор Пивоваров. «Кормление уток под Москвой на станции Челюскинская летом 1979 года», 1979 год.

«Перфоманс 50-х годов», акция 1983 года

На поэтическом вечере в ЦДРИ на Пушечной улице («Метареалисты и концептуалисты») перед своим выступлением Андрей Монастырский намазал лицо прозрачным застывающим гелем и в таком виде (в костюме и галстуке), подсоединив наушники к магнитофону, повторял вслух ранее записанные на магнитофон некоторые описательные тексты ранних акций КД и описания своих акционных объектов. Зачитав еще несколько стихотворений таким же образом (повторяя за фонограммой), А. М. переключил наушники на радио и некоторое время повторял фразы, которые передавались в это время по какому-то радиоканалу. После чего вытащил штекер наушников из радио, тем самым выведя звук радио на его внешний динамик, и снял с лица маску из прозрачного застывшего геля.

Эдуард Лимонов о Бродском, 1990 год.

Александр Савко. «На дне», 2018 год

Дмитрий Пригов говорил про себя: «Я не поэт, я деятель культуры». Это была отчасти игровая стратегия. Когда к нему обращались: «Вы же художник!», он отвечал: «Нет, я литератор», а когда ему говорили: «Вы литератор», он отвечал: «Нет, я художник».

«Я — художник-концептуалист. Я одновременно художник, скульптор, поэт, писатель и так далее. Я называю это не творчеством, не искусством, а деятельностью ради того, чтобы что-то изменить». Егор Летов, из интервью 1999 года.

Но было и в Париже светлое пятно. Эдик. Утешил и обогрел меня просто по-отечески. Первый эмигрант, который сказал мне две очень важные вещи. Первое: эмиграция, это в любом случае трагедия. Второе: на Западе ебаться без презервативов можно только с приличными людьми. Так что, делай выводы, Маша, сдерживай свой темперамент.

Владимир Сорокин. Из пьесы "Hochzeitsreise".

Рубрика «Андрей Монастырский постоянно бросает курить»

Из дневника художника:

9 октября 1981 г.
Сегодня опять старался бросить курить — продержался только до 14.30. (со вчерашнего вечера [сверху: «ночи»]), т.е. до записи этой, к которой сразу бросился, чтобы записать о своем поражении, впрочем, равнодушно.

15(16?) октября 1981 г.
Второй день не курю (не затягиваюсь). Вчера не затягивался на работе, а сегодня на работе весь день (до 17.00) вообще не брал в рот. Вечером дома были Коля, Гога, Маша. Не затягивался. Особенно хочется курить теперь, когда они ушли.

17 октября 1981 г.
Четвертый день не курю (вчера днем хотелось в районе Преображенки, сегодня вечером — тогда, когда курил Свен). Рисовали со Свеном. Звонил Коля, хотел завтра пойти в Сокольники. Раздражительность, нервозность и т.п. Прошлый раз, в марте, начал курить от УНЫНИЯ — вот ужасный грех! «Набивать костяную мозоль» веры, т.е. крепость — об этом молиться!

22 октября 1981 г.
Жизнь шире вопроса «зачем?» (включая, следовательно, вопрос «зачем жить?»). По-настоящему перестану курить тогда, когда забуду, что «я не курю». <...> Как и в прошлый раз, когда бросал курить, у ребёнка опять (как раз на 8-9 день некурения) высокая температура (39°). Это что-то да значит!

Давай забудем о деньском
Забудем ветхие печали
И вспомним, вспомним как в Донском
Нас в детстве ангелы венчали

И как известный Костя Гвоздь
На Шаболовке резал Славу
Где эта мощь! Где эта слава!
Она словно случайный гость
Ушла
Она ушла совсем к другим
Тогда унылым и негордым
Сгустившись словно серый дым
Осела на седые бороды
Наши

Д.А. Пригов