Виктор Пивоваров. «Где я?» из цикла «Сад», 1976 год.
Работа «Где я?» входит в одну из частей альбома-трилогии «Сад» 1976 года. Каждая страница — это рисунок, выполненный акварелью на манер детской иллюстрации, с изображением пейзажа, а также нанесенным поверх тушью вопросом «где я?».
Сам Пивоваров говорит про альбом вот так: «Как будто объектив выхватывает разные места, начиная с квартиры на Фестивальной улице, где я жил, с комнаты со смятой постелью, потом кухня, ванная, выход на улицу Богдана Хмельницкого, которая теперь Маросейка, вход в мастерскую и сама мастерская вплоть до уборной, выход из мастерской, комнаты друзей, загород, трава, небо, море. И в финале синий лист небесный, разорванный пополам, — как выход в другое пространство».
Работа «Где я?» входит в одну из частей альбома-трилогии «Сад» 1976 года. Каждая страница — это рисунок, выполненный акварелью на манер детской иллюстрации, с изображением пейзажа, а также нанесенным поверх тушью вопросом «где я?».
Сам Пивоваров говорит про альбом вот так: «Как будто объектив выхватывает разные места, начиная с квартиры на Фестивальной улице, где я жил, с комнаты со смятой постелью, потом кухня, ванная, выход на улицу Богдана Хмельницкого, которая теперь Маросейка, вход в мастерскую и сама мастерская вплоть до уборной, выход из мастерской, комнаты друзей, загород, трава, небо, море. И в финале синий лист небесный, разорванный пополам, — как выход в другое пространство».
❤72🔥11💔5👍1
Forwarded from internal observer
Russian rock musician and actor, frontman of the Moscow band Zvuki Mu Petr Mamonov.
❤69👍12🫡8
между приговым и курехиным
«Появление героя» — одно из лучших, я считаю, стихотворений Рубинштейна. Можно проследить, как в человеке появляется индивидуальное сознание, вопросы и мысли, как из разрозненных чужих реплик вырастает свой авторский нарратив, а вслед за ними ученик превращается…
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Петр Мамонов исполняет «Появление героя» Рубинштейна в своей неповторимой манере. На наших глазах происходит, казалось бы, сочетание несочетаемого. Очень такое люблю.
👍30🔥20❤17
В молодости я прошел полноценный университет в кругах московских концептуалистов. В 20 лет, в годы брежневского застоя, я попал в мастерскую к Эрику Булатову и началась моя культурная жизнь. Я общался с творцами, и это было лучше любого университета. Я учился у живых поэтов — Рубинштейна, Пригова, видел новые работы Кабакова и обсуждал их с другими художниками.
Это была уникальная ситуация, пузырь культурного воздуха в той затхлой эпохе. И самое главное, я попал в живой процесс, в котором рождался московский концептуализм. Он дал мне оптику отстранения от текста. До этого писатели как бы были внутри текста — ну, за исключением Джойса или Беккета, — а концептуализм дал возможность взглянуть на текст как на вещь, как на картину. Это величайшее культурное открытие. Оно дало мне возможность описать советский мир. Мои ранние рассказы — это влияние концептуализма, это соц-арт в литературе. Это был мой университет, который длился с 1975-го года по примерно 1985-й, благодаря ему я состоялся как писатель.
От питерской богемы мы тогда отличались, например, тем, что не много пили, это было не принято. Конечно, это был богемный круг, и там царили соответствующие нравы, но шла постоянная работа, которая как бы сдерживала от наркотиков, сильного пьянства.
Есть ли сейчас аналогичные университеты жизни? Я думаю, что они могут возникнуть в маргинальных сообществах. Которые как бы дистанцированы по отношению к современному обществу. Очень важно то, что воздвигает культурное поле вокруг художника. Марсель Дюшан, который, по сути, изобрел концептуализм и поп-арт в начале ХХ века, говорил: «Когда я придумал ready-made, во Франции было 15 человек, которые это понимали». Это и есть маргинальное сообщество. И это как точка кристаллизации. Есть некий перенасыщенный раствор, он густеет, густеет, а потом вдруг раз — и в какой-то точке рождается кристалл нового. И этот кристалл раздвигает культурное поле.
Владимир Сорокин
Это была уникальная ситуация, пузырь культурного воздуха в той затхлой эпохе. И самое главное, я попал в живой процесс, в котором рождался московский концептуализм. Он дал мне оптику отстранения от текста. До этого писатели как бы были внутри текста — ну, за исключением Джойса или Беккета, — а концептуализм дал возможность взглянуть на текст как на вещь, как на картину. Это величайшее культурное открытие. Оно дало мне возможность описать советский мир. Мои ранние рассказы — это влияние концептуализма, это соц-арт в литературе. Это был мой университет, который длился с 1975-го года по примерно 1985-й, благодаря ему я состоялся как писатель.
От питерской богемы мы тогда отличались, например, тем, что не много пили, это было не принято. Конечно, это был богемный круг, и там царили соответствующие нравы, но шла постоянная работа, которая как бы сдерживала от наркотиков, сильного пьянства.
Есть ли сейчас аналогичные университеты жизни? Я думаю, что они могут возникнуть в маргинальных сообществах. Которые как бы дистанцированы по отношению к современному обществу. Очень важно то, что воздвигает культурное поле вокруг художника. Марсель Дюшан, который, по сути, изобрел концептуализм и поп-арт в начале ХХ века, говорил: «Когда я придумал ready-made, во Франции было 15 человек, которые это понимали». Это и есть маргинальное сообщество. И это как точка кристаллизации. Есть некий перенасыщенный раствор, он густеет, густеет, а потом вдруг раз — и в какой-то точке рождается кристалл нового. И этот кристалл раздвигает культурное поле.
Владимир Сорокин
❤99💔12🔥3
Пригов vs Курехин: мысли и рассуждения об оригинальности отечественной культуры и специфике ее развития
❤55🔥7🤔6