Пока тут всё не схлопнулось, расскажу историю про читательские отзывы. Вернее, это история про то, что все политические и исторические разговоры, что я веду со своими сверстниками - тарабарщина для людей моложе всего лет на пятнадцать лет.
Я, занимаясь vanity search, обнаружил рецензию на свою книгу. Там написано: «Версию о том, что в книге собраны истории о некой мультивселенной, комплексе альтернативных миров подтверждают и другие мелкие детали. Например, есть строчка “Большой десантный корабль изменил курс и встал на рейде. В жарком мареве над ним полоскался белый флаг с синей полосой, звездой, серпом и молотом», но именно такого флага в российской или любой другой истории, насколько мне известно, не было».
И вот, старайся после этого, проявляй внимание к деталям, надраивай медяшку мелочей, выкатывай свои пасхальные яйца на потеху публике - нет, всё не в коня корм, всё равно Наташа Ростова танцевала на балу со Штирлицем.

Книжка, кстати, вышла (сам в руках не держал).
Сообразил, что по поводу сегодняшнего праздника ("Дня поэзии") у меня тоже есть история.
Я, правда, сделал из неё главу в книге.

...Даже в штабе его звали «Папаша Мартин». У капитана было много имён — Мартин Фридрих Густав Эмиль… Но у всех них было много имён — штурмана звали Райнер-Мария, лейтенанта-торпедиста — Георг Теодор Франц Артур, а врача — Готтфрид Фриц Иоганн.
Готтфрид был сыном лютеранского пастора, и оттого к обычному цинизму военного врача примешивался особый фатализм.
Во время подзарядки батарей они наблюдали грозовой фронт.
Райнер в очередной раз рассказал, как в прежней жизни он летал бомбить Лондон.
Райнер прежде летал на «цеппелинах», но по странному желанию и чьей-то протекции перевёлся на флот.
Тогда тоже была гроза, и Райнер вдруг увидел, что вся гондола озаряется тусклым голубым светом.
https://berezin.livejournal.com/2319869.html
или
https://vladimirberezin.binoniq.net/obshestvomertvyhpoetov

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. Как-то я по одному делу (хотел найти один рисунок Кукрыниксов, на котором люди (неприятные) в патриотическом угаре поют «Боже, царя храни» - так не нашёл, кстати) и поэтому читал первый, огромный и красный, том «Истории гражданской войны».
Это был такой окромный красный пятитомник. В первый его том предвестником современной интерактивности ещё вклеена красная же тряпочка-повязка «Красная гвардия». В этой книге сталкиваются одновременно несколько версий истории, половину лиц с иллюстраций нужно вырезать бритвой, половина вовсе не упоминается в Сети (показательный случай).
В этом томе есть даже большой портрет Кирпичникова. То есть советские энциклопедисты знают, что унтер Кирпичников поднял бунт волынцев и застрелил офицера (после этого либеральные (в том, давнем смысле) люди его носили на руках, присвоили офицерский чин, Корнилов дал ему Георгия 4-й степени – но об этом предпочли не упомиать), но предпочитают не замечать то, что он бежал на юг, чтобы драться с большевиками и попал на генерала Кутепова. Генерал описал это в мемуарах так: «Однажды ко мне в штаб явился молодой офицер, который весьма развязно сообщил мне, что приехал в Добровольческую армию сражаться с большевиками “за свободу народа”, которую большевики попирают. Я спросил его, где он был до сих пор и что делал, офицер рассказал мне, что был одним из первых “борцов за свободу народа” и что в Петрограде он принимал деятельное участие в революции, выступив одним из первых против старого режима. Когда офицер хотел уйти, я приказал ему остаться и, вызвав дежурного офицера, послал за нарядом. Молодой офицер заволновался, побледнел и стал спрашивать, почему я его задерживаю. Сейчас увидите, сказал я и, когда наряд пришёл, приказал немедленно расстрелять этого “борца за свободу”» .
Тело Кирпичникова бросили где-то в поле или в придорожной канаве.
На момент выхода из типографии этого тома истории Гражданской войны генерал Кутепов уже пять лет как лежал в безвестной могиле, убитый сотрудниками ОГПУ в Париже.

2. А что касается этой большой красной книги, так это было удивительное чтение, честно говоря. Наконец, я перестал там искать рисунок Кукрыниксов и принялся читать просто так.

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что говорит три дни, а все про злыдни.

Обнаружил старую запись, ещё в доковидные времена (надо бы как-нибудт написать исследование о том, как люди определяют время через события).

Читая бездельников, неспящих в ночи, понял, что отечественное телевидение нуждается в свежих идеях.
Особенно мне нравились передачи, где специальные люди приезжают к гражданам, облицовывают одну из комнат в хрущёбе чёрными гранитными плитами, в полу делают кровосток, развешивают повсюду красные светодиоды и ждут хозяев.
Те с приклеенными улыбками, волоча упирающегося кота, ступают в этот склеп.
Чтобы хозяева не плакали и перестали биться головами о гранитные плиты, им дарят промышленный пылесос, которым на пробу засасывают кота.
На "Квартирный вопрос" нашёлся "Вопрос дачный", а потом и вовсе передачи эти расплодились, как тараканы.
Но есть неохваченные темы. Я думаю, что имела бы успех передача "Кладбищенский ответ".
Это было бы стильно.
И темы для неё назрели:
Гранит или мрамор? Какие оградки в моде?
Стоит ли собрать всю семью вместе?
Строгость газона или сезонные цветы?
Солнечные панели для вечной подсветки от фирмы Alambico.
Мобильный телефон в гробу - роскошь или необходимость?
Кремлёвская стена: несбыточная мечта или реальность?
Я готов даже вести.

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. Обнаружил, что «Живой Журнал» превратился в герметичное хранилище текстов. Он, как некоторые ещё помнят, довольно ловко сделал своим поредевшим жителям новогодний подарок. Эффективные менеджеры решили собрать денег с оставшихся, несли какую-то чушь про кириллические сервисы и исключения для особо значимых, и им совершенно предсказуемо насовали привычных предметов в панамки.
Менеджеры втянули головы в плечи (видимо, им ещё что-то объяснило начальство) и откатили назад.
Я относился к этому философски – двадцать шесть лет вполне себе время для того, чтобы переменить привычки. Хотя какие-то мои знакомцы покидали это место с неменьшим пафосом, чем режиссёр Захаров, жгущий на камеру партбилет.
Поэтому я решил использовать этот ресурс как файлохранилище.
Но эффективные менеджеры, не будь эффективными, таки сделали так, что тексты там видны только мне.
А я-то всё удивлялся, отчего читатели так недовольны моими ссылками на рассказы.

2. Обнаружил запись давних лет. Практически, крик души: «Что вынуждать людей нести мне мусор из своих домов? И, главное, отчего-то все думают, что в свой день рождения я должен им устроить праздник, а не они мне».

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что прошла кума в три села - не ночевать голубушке дома.

Забыл сказать, ещё книжка вышла.

...Важно то, что всегда, и тогда — тоже, был великий Толстой, который спас Россию во время Смуты.
Так то и называлось в школьных учебниках истории — Вторая Смута, оба слова с большой буквы.
Во время страшной войны, когда разваливалось все, он встал посреди хаоса и смертоубийства и остановил Гражданскую войну. Страшно было бы подумать, не окажись тогда Толстого, если бы он умер раньше — но тех семи лет хватило, чтобы Россия успокоилась.
Вокруг Толстого сплотились лучшие люди — и остановили насилие его именем.
Никто не смог сделать того — ни царь, ни Церковь, ни мутные революционеры .
Толстой умер в двадцать четвертом.
Папа говорил, что сам Толстой просил похоронить себя где-то в лесу, в тайном и укромном месте, но его товарищи не послушались. Так что теперь на Красной площади, прямо у Кремлевской стены, был насыпан скромный холмик — без креста и надписи. Надпись была не нужна — все знали, кто там.

И нет, там не только эта история.

И - о главном:

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. Мне предложили сделать вечер 14 апреля, но хозяева справедливо сомневаются, что кто-то выберется посмотреть на меня, хотя бы и в центр Москвы.
Это послужило поводом задуматься, чем мизантропу можно подманить публику. (Не говоря уж о том, нужно ли всё это рассудительному человеку. Будь я снедаем тщеславием, тут вопросов нет. Но я давно получил прививку от бесплатных писательских субботников.)
Например, можно раздавать в подарок свои книги.
Или можно разливать всем наливку, но у меня самого что-то мало осталось.
Лучше всего было бы пригласить стриптизёршу, нет, двух. Но эти мои знакомые сейчас заняты рассадой и уборкой мусора на садовых участках.
Всё это дополнительно стимулирует удалиться обратно в башню д’ивуар.
А можно устроить частную вечерину, сговориться со знакомыми, позвать нетрезвого профессора Посвянского, всех бывших, председательшу СНТ, пару упырей (дойдёт, дымясь предвечерним светом, один).
Тут хорошая иллюстрация, кстати: «Никто не пришёл на литературный вечер» - я её долго искал.
Вот писатель Павич, который однажды позавидовал мне, умел придумать литературное событие: «Пусть та прекрасная особа с быстрыми глазами и ленивыми волосами, которая почувствует себя одинокой, читая
этот словарь и пробегая сквозь свой страх, как через тёмную комнату, знает, что ей следует сделать следующее. Со словарем под мышкой в полдень первой среды месяца она должна подойти к кондитерской на главной площади своего города. Там ее будет ждать юноша, который так же, как и она, почувствовал одиночество, теряя время на чтение этой книги. Пусть они вместе сядут за столик в кондитерской и сопоставят мужской и женский экземпляры своих книг. Между ними есть разница. Когда они сравнят короткую, выделенную курсивом фразу последнего письма женского и мужского экземпляра этого словаря, вся книга для них сложится в одно целое, как партия в домино, и тогда она перестанет иметь для них какой бы то ни было смысл. Они начнут бранить лексикографа, но им не стоит слишком увлекаться этим из-за того, что последует дальше, потому что то, что последует дальше, касается только их двоих и стоит гораздо дороже,чем любое чтение.
Я вижу, как они раскладывают на уличном почтовом ящике свои бутерброды и едят их, сидя обнявшись в седлах своих велосипедов».
Куда мне до такого.
Но, как пишут опытные блогеры, интересно бы знать ваше мнение.


2. Гости обнаружили на скамеечке в туалете «Гаспар из тьмы» Бертрана и сказали, что не могут сосредоточится от благоговения. Хорошо, что Катулла (из Литпамятников) я оттуда уже убрал.
В связи с этим вспомнил, что в известной сцене возвращения Шерлока Холмса он притворяется книгоношей: «Может быть, вы тоже собираете книги, сэр? Вот “Птицы Британии”, “Катулл”, “Священная война”. Купите, сэр. Отдам за бесценок». Когда я читал это в раннем детстве, то был удивительно невежественен (и сейчас-то иллюзий о себе не питаю, но научился это скрывать). Катулл там был в кавычках и я думал, что это название книги. Катулл, капитул, какая разница. Про птиц Британии я почему-то думал (видимо, по ассоциации с птенцами гнезда Петрова), что это жизнеописания знаменитых англичан. Дальше я и рассказывать боюсь.
В общем, детские ассоциации запоминаются намертво.

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что сидят три кошки, против каждой кошки две кошки, много ль всех?

ЕБЖ

ДЕНЬ ЗДОРОВЬЯ
7 апреля
Иосиф, тяжело дыша, протиснулся через щель в заборе. Очутившись на улице, он пошёл медленно — только безумец мог бежать по утренней московской улице, чтобы скрыться от любопытных глаз.
Человек в пижаме пошёл медленно, высматривая просвет в длинной череде заборов. Нырнув в один из дворов, он появился обратно через несколько минут, уже в чьей-то гимнастёрке и штанах, ещё хранивших складку от бельевой верёвки.
На трамвайной остановке он украл бумажник и, не трогая крупных денег и мелочи, пообедал по талону в рабочей столовой. Город он знал плохо, но в своей жизни он видел множество городов и сейчас легко угадывал, куда идти. На рынке у Брянского вокзала он безошибочно определил торговца краденым и прикупил сносный пиджак. Так же задёшево Иосиф разжился потёртым портфелем, явно тоже ворованным.
Человек, продававший портфель, предлагал купить и содержимое, но в таких обстоятельствах и смотреть на чужие бумаги не стоило.
Иосиф
Дальше: http://vladimirberezin.binoniq.net/zdorovo

Как-то перестали искать Янтарную комнату. С ней довольно странная история: понятно, что сделали новую, и всяк может её посетить. Но огромное количество советских книг и фильмов было построено на её поисках.
Я вырос на фоне книги полярного капитана Бадигина, где было всё – любовь и смерть, транспорт «Вильгельм Густлов», спрятанный янтарь и водолазы. Новая Янтарная комната есть, но этот факт куда слабее тайны клада. Не говоря уже об облаке интернет-историй о таинственном.
Впрочем, сейчас и о Библиотеке Ивана Грозного перестали говорить. Библиотеки сейчас не в моде, но о Либерее можно было бы – хотя бы из уважения к мифу о самой читающей стране – забывать менее стремительно. Не всякий московский экскурсовод помнит о ней. Это надо ехать в Александров или Вологду, где местный чичероне топнет ножкой: вот тут! Но пока рано выкапывать, сами понимаете.

Вообще, есть два типа таинственных историй: это истории о кладах и истории о таинственной смерти. Клад – это не обязательно горшок с деньгами, это, как в случае с Либереей – утраченное знание. А вот «Перевалдятлова», это, конечно, таинственная смерть, как и сказание о Бермудском треугольнике.
Клад - сын беды, тревожного времени. Кажется, сейчас их имеет смысл закапывать, а не откапывать.
Со смертями у нас всё нормально.
Кстати, истории об Апокалипсисе – тоже сводятся к теме таинственной смерти, только не в прошлом, а в будущем.

...Спустя довольно много времени, несколько жизней вперёд, у меня дома раздался странный звонок. Это звонила женщина — милицейский дознаватель. Я ощутимо напрягся.
Дознаватель сразу назвала знакомую фамилию и спросила, когда я видел ту свою старую знакомую.
И я честно, но быстро, экономя чужое терпение, описал бульвар, скамейку и назвал приблизительную дату.
— Она пропала, — сказала дознаватель без всякой интонации.
— Когда? — Но я всё уже понял.
— Три года назад. Я обзваниваю всех по её записной книжке. Вышла с дачи и исчезла. Значит, ничего не слышали?
Три года. Три года — это был срок. За три года она, наверное, окончательно стала частью подмосковной земли. Наверное, хитрые новые технологии могли бы вернуть ей прежнее имя, но я понимал, что надежды на это нет никакой.
И этот несостоявшийся роман, в котором был какой-то привкус безумия и странность поступков, остался в прошлом.
Чужие смерти и исчезновения были тогда делом привычным.

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. Сегодня вечером пойду в люди (см. иллюстрацию). Центр города, угол Нового Арбата, ресторан "Прага",роддом Грауэрмана, тонкий вкус моей юности, когда по Арбату, бывшему тогда единственным, ездили троллейбусы.
Кстати, скажу про сам стиль публичного высказывания: N. ставший знаменитым писателем, очень мне жаловался, что в связи с этим ему постоянно звонят с просьбой дать комментарий по удивительно странным поводам. Что он думает про борьбу с сосулями, что он может сказать про передачу икон от одного хозяйствующего субъекта другому, какие мысли у него вызывает слово «кринж», одобряет ли он повышение цен на парковку, были ли американцы на Луне и если не были, то были ли там советские космонавты.

Его это несколько раздражало, но я заметил, что он прилежно на это всё отвечает. И время от времени я видел его в телевизоре или слышал его голос по радио. Сосули хорошо бы убирать, но не ломая карнизов, язык – живой, как жизнь, автомобиля у меня нет, а американцы были везде.
2. Я поэтому думаю, что есть довольно много писателей, которые хотят поговорить на совершенно абстрактные темы. Нет, есть писатели-учителя, внутри которых фырчит дизельный мотор великой идеи – про неё-то они и хотят поговорить. Но я не о них, а тех писателях-лоботрясах, которым интересна мелкая моторика жизни: почему голуби не любят сидеть на деревьях, что мы можем сказать о «тарелочницах», подорожает ли животное масло, еврей ли я, в общем, всё то, чем засыпают социальные сети.

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что Вильне семь дорог для <нрзб> да три для поляка.

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. В табачных ларьках моего детства лежали кубинские сигары.
Это были «Ромео и Джульетта», кого не спросишь, все начинали именно с них.
Не в смысле табакокурения, а это была первая сигара советского человека. Она лежала за стеклом табачного ларька годами, под прямыми солнечными лучами, в мороз и жару, потому что стоила 64 копейки – на эти деньги можно было взять пачку «твёрдого» «Космоса», не говоря уж о прочих сигаретах.
Понятно, что скоро она высыхала до состояния соломы летом без дождей.
Но даже и такая, она докуривалась до конца. За неимением зубочисток (они отчего-то тогда были редкой птицей), в кончик втыкали кусок спички, чтобы удержать в пальцах последние минуты счастья.
Но вот этот окурок сигары меня раздражал: что он пропадает зря.
Я то, попадая на Север или Восток, видел, как рачительно распоряжается советский человек окурками, как собирает их в банки от огурцов, чтобы потом соединить их потрошёный ливер.
И вот я стал вставлять окурки сигар в курительную трубку. Это любили фотографировать на разных сигарных мероприятиях, а однажды ко мне подошёл человек, несколько избыточно хорошо говоривший по-русски. Такое всегда выдаёт иностранца. Оказалось потом, что он знаменитость, основатель Сигарного университета… Но не в этом дело.
- А знаете, что вы похожи на Че Гевару? – сказал он.
Я принял это за шутку, не вполне остроумную. Уже тогда я был толст и лыс. Но оказалось, что Че с товарищами были стеснены в средствах и не могли купить сигары на всех. Они покупали несколько и, порезав их, как колбасу, засовывали в дешёвые трубки.
Так что я с Че, как Попов с Маркони, пришли к одному и тому же. Не сговариваясь.

2. Но я хотел рассказать о другом, потому что как-то в ночи, пребывая в своём вязком состоянии бессонницы, сделал маленькое открытие.
Есть такой знаменитый фильм Фрица Ланга (гениальный немецкий режиссёр, ну и отчасти - американский, когда он сбежал от Гитлера). Так вот у него есть фильм «Убийца среди нас» (или «М - значит “убийца”»), снятый в 1931 году. Считается, что им Ланг проложил дорожку фильмам «нуар», то есть когда всё темновато, глубокие тени, кого-то скоро убьют и всё такое. Но «М» действительно фильм, близкий к гениальности: спустя сто лет ты вдруг находишь безупречным монтаж и построение кадра, а про себя начинаешь придумывать оправдания, потому что простоватые приятели обязательно обвинят тебя в снобизме.
Итак, это фильм про то, как в некоем немецком городе полиция и воры одновременно ловят маньяка-убийцу. Он мешает и тем и другим, и воры даже пытаются судить пойманного – но безуспешно.
Однако там ещё мимоходом показан детальный быт Веймаровской Германии: как эти немцы едят, где кладут салфетку в кольце (слева от тарелки), в общем, как устроена вся их жизнь. Курят там все, и если герой не совсем бомж – обязательно сигары.
Так вот реквизитор Ланга показывает специальную трубку для курения сигар, которая никого там не удивляет.
Вот она.

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что съел молодец тридцать три пирога с пирогом, да все с творогом.

Очередная пятиминутка совершенно бесполезной для вас информации.

1. Меня давно занимало, отчего при произнесении слов «Окно Овертона» снобы поджимают губы. Ну да, я знаю, что окно — не совсем уже Овертона, но чем провинилось само понятие? Даже если его трогали руками какие-нибудь идиоты.
Окно тут, конечно, не совсем окно (хоть и повод множества невеликих шуток типа «Закройте окно Овертона, дует!» и проч.), а скорее, что-то вроде бегунка на логарифмической линейке (да, я считал на логарифмических линейках, но сейчас посмотрел, как правильно называется стеклянное окошко, которой по ней перемещалось). И, главное, я не стал вы плавающем общественном консенсусе отделять добро от зла, потому что механизм их перемещения в рамках Окна Овертона один и тот же.
Социальные фреймы есть, и ничего тут не поделаешь.
Интуитивно обыватель везде, в любых изменениях, подозревает конспирологию, мы так привыкли, но
Движение Окна Овертона, как общественного консенсуса совершенно не обязано быть не тайным, ни неуправляемым — скажем, борьба с курением нам это показала.
Доступная мне критика, этого понятия говорит: «Фу-фу, окно-форточка, в мире много людей и групп, всех не опишешь». На это я скажу, что наблюдаю вокруг себя множество процессов, которые этим окном описываются. Роза есть роза, коль розой назовёшь её иль нет.
Впрочем, тут мост ещё к одному термину. Лет двадцать назад моя знакомая говорила, что упоминания пирамиды Маслоу в докладах на конференциях даже без программки выдаёт в выступающем престарелого профессора из провинциального пединститута. Да, уже в те времена так пародировали эту пирамиду, что до сих пор по Сети гуляют демотиваторы. И казалось, что каждый столичный житель прибавляет к слову «пирамида» еле слышное: «Да это никто уже не носит!»
Но, возвращаясь к пожилым докладчикам, которые давно истлели в могилах, нужно сказать, что таким же способом, что мимоходом скажет «Пока толстый сохнет, худой сдохнет».
Что, кстати, не очень верно, ну так и пирамида Маслоу плохо описывает кошатников.

2. Как-то заговорили о ритуале дней рождения и списках гостей на него. Как я понимаю, свой день рождения — свои игрушки. Но задача составления списков неполная: ведь люди бывают по-разному неприятны. Одни просто напоминают нам о неприятном прошлом, другие — зануды, третьи — уже активные душнилы, и, наконец, есть универсально неприятные гости — к примеру, каждый раз устраивающие пьяный дебош. Не обязательно со сдёргиванием скатерти, а просто агрессивно-напористые. Но, к примеру, этот человек имениннику спас жизнь или бизнес, и вот его хотят пригласить — тут уже разный подход.
И в нём разные варианты. Мы все опутаны сетью обязательств и компромиссов. Человек сказал когда-то гадость а потом раскаялся. Сказал и не раскаялся. Отношение к хрени изменилось, отношение не изменилось, это действительно хрень, если подумать, это совсем не хрень, если разобраться, муж ему должен миллион, или никто никому не должен, но при этом, но он умеет пускать пузыри носом, если выпьет шампанского.
Надо всё обдумать, прежде чем сказать: очень хорошо, это твой праздник с ним, но — без меня. С другой стороны я вспомнил историю, так сказать, с другой стороны. Меня пригласили на один пафосный день рождения в посёлок «Сокол». Только предупредили, что я должен прийти без своей жены, потому что она имениннице не близка. Я подумал и написал в ответ, что, к сожалению, я не смогу заглянуть, потому что меня нужно принимать вместе с тем, с кем я прихожу. Ну а так-то поздравляю и всё такое.
Но в любом случае — день рождения это персональный праздник, тут именинник создаёт свою симфонию. Вот поминки — другое дело.
Хотя я как-то видел, что вдова с каменным лицом кричала в крематории: «Я хочу, чтобы этот человек немедленно ушёл!» И платочек дрожал в её руке.
Ну человек и ушёл.
Никто не вмешивался.

3. Этот пункт я добавил для ровного счёта, потому что всякая небылица в три года пригодится.