ᅠ
Травма это не то, что случилось с нами. Это то, что мы заблокировали
внутри и чем не смогли поделиться, не имея рядом того, кто мог посочувствовать.
Питер Левин
Травма это не то, что случилось с нами. Это то, что мы заблокировали
внутри и чем не смогли поделиться, не имея рядом того, кто мог посочувствовать.
Питер Левин
ᅠ
Современный мир полон знаков, но никто не понимает их смысла. Мы окружены образами, но утратили способность видеть за ними их сакральную основу. Всё стало плоским, лишённым глубины, потому что человек перестал различать уровни реальности. Он считает, что вещи существуют лишь в их материальном аспекте, а смыслы — всего лишь психологические конструкции. Но истина в том, что мир — это не просто сумма фактов и событий, а скрытая гармония, раскрывающаяся только тому, кто умеет видеть сквозь покров видимости. Всё, что нас окружает, — это не случайные явления, а отражения высших принципов. И пока человек не вернёт себе способность постигать их, он будет жить в мире теней, принимая их за реальность.
Геон
Современный мир полон знаков, но никто не понимает их смысла. Мы окружены образами, но утратили способность видеть за ними их сакральную основу. Всё стало плоским, лишённым глубины, потому что человек перестал различать уровни реальности. Он считает, что вещи существуют лишь в их материальном аспекте, а смыслы — всего лишь психологические конструкции. Но истина в том, что мир — это не просто сумма фактов и событий, а скрытая гармония, раскрывающаяся только тому, кто умеет видеть сквозь покров видимости. Всё, что нас окружает, — это не случайные явления, а отражения высших принципов. И пока человек не вернёт себе способность постигать их, он будет жить в мире теней, принимая их за реальность.
Геон
ᅠ
«Экзистенцию к свободе» нужно тут же заменять «экзистенцией в свободе».
Инструментом для существования нашего прошлого является наша память, а инструментом для существования нашего будущего — воображение. То есть живём мы всегда только в нашем «нелюбимом» настоящем.
Если мы стремимся к независимой экзистенции, значит, определяем себя в настоящем как несвободных. Экзистенция к свободе должна быть моментом в настоящем, а не путём. Иначе человек будет чувствовать себя как белка в колесе — «ищу то, не знаю что; иду туда, не знаю куда». Поэтому я говорю об экзистенции в свободе, которая даёт вольность уже сейчас, а не когда-нибудь потом.
Сделать это можно посредством вопроса, который разбивает любые ограничители в уме: «Почему?»
У всего есть своя онтологическая дыра, и истинная свобода — именно в ней. Прийти туда можно только тогда, когда ты задаёшь вопросы не ради ответов, а ради их отсутствия.
Это большая редкость для человека. Как бы мы ни стремились к свободе, на самом деле мы её избегаем, потому что свобода — это неизвестность. А неизвестность невозможно контролировать, а мы, люди, очень не любим терять контроль.
Поэтому чаще всего те, кто говорит о свободе выбора, на деле вовсе не говорят о свободе. Ведь выбор, даже если он сознательный, — это тоже ограничение.
Это парадокс свободы выбора.
«Экзистенцию к свободе» нужно тут же заменять «экзистенцией в свободе».
Инструментом для существования нашего прошлого является наша память, а инструментом для существования нашего будущего — воображение. То есть живём мы всегда только в нашем «нелюбимом» настоящем.
Если мы стремимся к независимой экзистенции, значит, определяем себя в настоящем как несвободных. Экзистенция к свободе должна быть моментом в настоящем, а не путём. Иначе человек будет чувствовать себя как белка в колесе — «ищу то, не знаю что; иду туда, не знаю куда». Поэтому я говорю об экзистенции в свободе, которая даёт вольность уже сейчас, а не когда-нибудь потом.
Сделать это можно посредством вопроса, который разбивает любые ограничители в уме: «Почему?»
У всего есть своя онтологическая дыра, и истинная свобода — именно в ней. Прийти туда можно только тогда, когда ты задаёшь вопросы не ради ответов, а ради их отсутствия.
Это большая редкость для человека. Как бы мы ни стремились к свободе, на самом деле мы её избегаем, потому что свобода — это неизвестность. А неизвестность невозможно контролировать, а мы, люди, очень не любим терять контроль.
Поэтому чаще всего те, кто говорит о свободе выбора, на деле вовсе не говорят о свободе. Ведь выбор, даже если он сознательный, — это тоже ограничение.
Это парадокс свободы выбора.
ᅠ
У меня есть маленькая предыстория, которая заставила меня задуматься о понятии истины.
Мой друг начал задаваться вопросами трансцендентного характера — вопросами смысла существования и метафизического конструкта бытия. Мы разговаривали, он задавал мне вопросы, а я отвечала, что думаю. И тут, исходя из этого, он пришёл к тому, что его искренне ужаснуло:
«Тогда получается, всё бессмысленно?!»
Тут я задумалась над тем, что такое «бессмысленность» — и представила это так:
— было ничего;
— затем появился зачаток смысла;
— он начал разрастаться;
— а потом его убрали.
Пространство (?), где когда-то был смысл, становится бессмысленностью.
То есть, чтобы существовала, к примеру, нелогичность, необходимо сначала создать логику относительно того, о чём мы рассуждаем. Смысл в бессмысленности в любом случае существует.
Истинная свобода выбора человека, которой наделил нас условный Бог, — та самая свобода, о которой пишут в святых писаниях, — на самом деле вовсе не только о свободе самого действия. Она о том, что всё существует. Любой мыслительный конструкт является верным. Нет неправильных выборов — есть лишь те, которые не резонируют с тобой.
Это нивелирует страх перед ошибкой.
Мы — творцы творения Творца творения (фрактальное подобие) и наделены свободой создавать, как Творец, на уровне ментальности. Здесь у нас нет, и правда, ограничений. Ты можешь выбирать что угодно, но свободен будешь лишь тогда, когда перестанешь отрицать остальное.
У меня есть маленькая предыстория, которая заставила меня задуматься о понятии истины.
Мой друг начал задаваться вопросами трансцендентного характера — вопросами смысла существования и метафизического конструкта бытия. Мы разговаривали, он задавал мне вопросы, а я отвечала, что думаю. И тут, исходя из этого, он пришёл к тому, что его искренне ужаснуло:
«Тогда получается, всё бессмысленно?!»
Тут я задумалась над тем, что такое «бессмысленность» — и представила это так:
— было ничего;
— затем появился зачаток смысла;
— он начал разрастаться;
— а потом его убрали.
Пространство (?), где когда-то был смысл, становится бессмысленностью.
То есть, чтобы существовала, к примеру, нелогичность, необходимо сначала создать логику относительно того, о чём мы рассуждаем. Смысл в бессмысленности в любом случае существует.
Истинная свобода выбора человека, которой наделил нас условный Бог, — та самая свобода, о которой пишут в святых писаниях, — на самом деле вовсе не только о свободе самого действия. Она о том, что всё существует. Любой мыслительный конструкт является верным. Нет неправильных выборов — есть лишь те, которые не резонируют с тобой.
Это нивелирует страх перед ошибкой.
Мы — творцы творения Творца творения (фрактальное подобие) и наделены свободой создавать, как Творец, на уровне ментальности. Здесь у нас нет, и правда, ограничений. Ты можешь выбирать что угодно, но свободен будешь лишь тогда, когда перестанешь отрицать остальное.
ᅠ
Напоминание:
Настоящая сила – это не отсутствие страданий, а способность наделить их смыслом.
Напоминание:
Настоящая сила – это не отсутствие страданий, а способность наделить их смыслом.
ᅠ
В беспрерывном одиночестве ум становится всё острее. Для того чтобы думать и изобретать, не нужна большая лаборатория. Идеи рождаются в условиях отсутствия влияния на разум внешних условий. Секрет изобретательности — в одиночестве. В одиночестве рождаются идеи.
Тесла
В беспрерывном одиночестве ум становится всё острее. Для того чтобы думать и изобретать, не нужна большая лаборатория. Идеи рождаются в условиях отсутствия влияния на разум внешних условий. Секрет изобретательности — в одиночестве. В одиночестве рождаются идеи.
Тесла
ᅠ
Заметки:
Я вдруг поняла, что больше всего боялась именно того, в чём сильнее всего нуждалась.
Я боялась брать ответственность за себя, думая, что это слишком тяжело. Но потом поняла: когда я не несла свою ответственность, я несла ответственность всех остальных — и это было ещё тяжелее.
Заметки:
Я вдруг поняла, что больше всего боялась именно того, в чём сильнее всего нуждалась.
Я боялась брать ответственность за себя, думая, что это слишком тяжело. Но потом поняла: когда я не несла свою ответственность, я несла ответственность всех остальных — и это было ещё тяжелее.
ᅠ
То, что мы не осознаем в себе, будет продолжать происходить с нами, и мы будем называть это судьбой.
Карл Юнг
То, что мы не осознаем в себе, будет продолжать происходить с нами, и мы будем называть это судьбой.
Карл Юнг