Итоги недели: 27 июля - 2 августа

Признание основателя Телеграм экстремистом стало главной темой недели.

Наступление на площадку продолжается: первым этапом было замедление мессенджера, после которого потребовалось несколько месяцев, чтобы сбить негатив, вызванный этим событием. Теперь происходит второй этап удушения — внесение Росфинмониторингом основателя площадки Павла Дурова в список экстремистов и террористов. Следующим закономерным этапом должно стать уже признание самой площадки экстремистской, что приравняет её к уровню Instagram и Facebook (признаны экстремистскими и террористическими).

Многие ожидали, что площадка последует за своим основателем сразу же, и даже появился якобы запрос Генпрокуратуры о признании Telegram экстремистским, но пока эта информация подтверждения не получила. Скорее всего, государевы мужи опять выждут время, собьют негатив и уже после сентябрьских выборов доведут дело до логичного конца. Не удивимся, если стоящая за этим решением "башня" рассчитывает на вспыльчивый характер Дурова и ждёт его выпадов, которые помогут объяснить обществу непопулярное решение.

Ничего особо со времени наших рассуждений после "замедления" Телеграма не поменялось. Курс, выбранный ответственными за внутреннюю политику и очевидно согласованный главой государства, не менялся. Применяется излюбленный Кремлём метод постепенной варки лягушки — растягивание во времени непопулярных решений для минимизации рейтинговых последствий.

Единственное, что, возможно, недостаточно учитывается Внутриполом — так это то, что в отличие от "сытых времён" негативные события практически не разбавляются позитивными. Будь единственной проблемой россиян сейчас блокировка мессенджера за результаты выборов и социальное напряжение — можно было не переживать. Но времена сейчас другие: ежедневно горящие склады ВБ, налёты на нефтезаводы и столицу, террористические атаки на первых лиц армии создают общий фон, который уже сейчас фиксирует даже по официальным метрикам преобладание тревожности над спокойствием. При этом никто ведь не отменял повышенные ранее налоги, утильсбор на авто и другие непопулярные в народе новшества. Ну и конечно — продолжающаяся уже дольше, чем ВОВ, спецоперация.

Глубинный народ, тот самый ядерный электорат президента, видит всё меньше стабильности, за которую он голосовал, и всё чаще слышит "времена такие, понимать надо". Хотя значительная часть решений, как видится обществу, никакого отношения к достижению целей СВО не имеет.

Рейтинг президента продолжает транжириться в пользу элитных групп и их интересов. Будем надеяться, что когда это понадобится, они поддержат Владимира Путина в судьбоносных решениях, связанных с СВО.

БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться

Киев и Запад идут вверх по лестнице эскалации. Раньше убивали начальников родов войск, а вчера в Москве было совершено покушение на начальника вида ВС, главнокомандующего ВКС РФ, генерал-полковника А.Чайко.

Буквально на днях писал о том, что не понятно, почему мы не уничтожаем верхушку киевской хунты, начиная с Зе. Наверное, потому, что мы не уничтожаем их, они подбираются ко все более высокопоставленным нашим генералам.

Дурова (!) внесли в список террористов-экстремистов, а Зе и многих прочих укронацистов из ТОП-100 управляющей верхушки хунты до сих пор в этом списке почему-то нет. Может, после покушения на А.Чайко хоть что-то начнет
меняться. Выше него - только Герасимов.

Напомню, что дискутируя с коллегами из "Тайной канцелярии", которые считают, что положить конец войне можно массовыми ударами по логистике ВСУ, писал буквально недавно, 26 июля:

"А что мы имеем на Украине? Это провинциальные, в основном, мужчины, которые шли на верх по коррупционным схемам и которые все, подчеркиваю - все, зарабатывают на войне. У них есть идеологическая мотивация как у КСИР или как у советских комсомольцев и коммунистов во время ВОВ? Нет, конечно. Как только у них реально возникнет проблема - воровать на войне или умереть, реально умереть, вся вертикаль власти на Украине посыплется как карточный домик. Все ТОП-100 будут думать не о том, как воевать, атаковать, куда и как наносит удары, а как спасти свою личную жопу. Чтобы следующей ночью не накрыло ракетой, когда он будет спать.

Вот тот метод, который приведет к тому, что "на Украине начнут ощущать", что войну пора заканчивать. Пока мы выносим исключительно инфраструктуру ведения войны киевским режимом, им это (что надо срочно заканчивать) будет розово-фиолетово. Потому что на их бизнесе это никак не сказывается!

Если уже Д.Песков и В.Володин стали говорить, что мы ведем войну, то надо и вести ее соответствующе - начать с уничтожения верхушки, ТОП-100, врага. Если бы руководство СССР могло уничтожить фашистскую верхушку - оно бы сразу это сделало. Средств технических тогда не было добить до Берлина. Сейчас же средства есть - можно ракетой ударить не по складу, а по месту ночевки руководителей хунты.

Можно уничтожить за одну ночь еще двадцать или сто двадцать складов в Киеве, как предлагают коллеги. Но это никак не скажется на желании хунты закончить войну. А можно уничтожить за одну ночь пять человек из ТОП-100 хунты, в следующую ночь еще пять из ТОП-100. И так каждую ночь. Только тогда хунта начнет думать о том, как начать договариваться. Думаю, при таких темпах выбытия политического и командного состава верхушки хунты, через месяц закончим СВО. Почему же не делаем? Или снова не наши методы?"

⚡️На Украине ввели ограничения на отпуск топлива на АЗС

Украинские власти ввели лимиты на продажу горючего на автозаправочных станциях. В зависимости от конкретной сети, на одного человека теперь отпускают от 50 до 100 литров. При этом власти предупреждают: в дальнейшем планка может быть опущена еще ниже.

Причина — критически низкие запасы топлива в стране. Как отмечают местные СМИ, поставки на Украину давно прекратились из-за систематических ударов ВС РФ и разрушенной логистической цепочки. Еще одна хорошая новость на пятый год войны.

Если Starlink над Россией отключён, как тогда работают украинские безэкипажные катера в Чёрном море?

Работают, потому что геозона привязана к признанным границам, а не к району боевых действий. Starlink обслуживает Украину в границах 1991 года, Крым и Севастополь в эти границы входят, Крымский мост тоже. Разрешения Маска для удара по мосту не требуется.

Но оно нужно для ударов по объектам в Новороссийске, Туапсе и тд. Там начинается Россия в международно признанных границах, и там связь со Starlink пропадает. Поэтому украинцы используют для дальнобойных дронов и БЭКов машинное зрение на ИИ, либо взламывают Starlink и обходят наложенные Илоном Маском ограничения. Я писал об этом.

Отмечу, что так было не всегда. В сентябре 2022-го Киев просил активировать покрытие вплоть до Севастополя. Маск тогда отказал — сослался на санкции (работа Starlink на подсанкционной территории) и на нежелание становиться соучастником акта войны. «Мёртвая зона» тогда уходила в море на сотню километров. По реконструкции «Украинской правды», связь у катеров пропала прямо во время атаки — за семьдесят километров до цели. Атака сорвалась.

С тех пор Илон Маск позицию поменял, зону покрытия Украине увеличил, плюс разработчики БЭКов завели дублирующие каналы связи.

Сегодня связь многоканальная. Основной канал — Starlink. Дублирующий — британский OneWeb, его терминал нашли на одном из трофейных аппаратов. Плюс Kymeta, плюс mesh-радио с воздушным ретранслятором, плюс автономный режим при потере связи.

Тактика работы украинских БЭКов понятна. Ударная группа не обязана иметь спутник на борту. В справочнике Саттона у Magura канал управления указан прямо: mesh-радио с воздушным ретранслятором либо спутник. То есть один борт со спутниковой антенной остаётся дальше в море, в нейтральных водах, а ударные катера идут к цели по радио от него. Антенна на катере торчит над водой на метр, радиогоризонт — километров пятнадцать. Поэтому ретранслятор — это БПЛА: он поднимается над морем и дает связь на сотню километров.

Как враг это реализует, стало ясно в ночь на 30 апреля этого года. Тогда десять БЭКов шли к опорам моста. Восемь наши сбили. Экипаж пограничного «Сокола» героически принял бой, все погибли. Тогда же поразили катера «Соболь» и «Грачонок». Заранее заданный маршрут БЭКов по координатам по движущимся катерам не сработал бы — катер уклоняется, меняет курс, и без постоянной коррекции удар просто пройдёт мимо. Значит, в момент атаки на связи был живой оператор: он получал видео с камеры БЭКа в реальном времени и вручную, по картинке, подруливал катер прямо на наши катера до самого попадания.

Россия готовила свою кампанию безэкипажных катеров на 2026 год. Судя по отсутствию информации, она до сих пор не состоялась. Читал, что наши аппараты строились под те же терминалы Starlink, купленные через третьи страны. В феврале 2026 SpaceX по заявке Киева ввела белые списки и отключила всё, что в них не внесено. Советник украинского министра обороны заявлял, что замены в России не нашли. Своя mesh-сеть даёт тридцать километров покрытия — это нормально для обороны берега, но не для удара по вражескому объекту на удалении. Тут возникает вопрос: если украинцы взламывают Starlink, то почему мы этого не делаем? Насколько я понимаю, это несложно.

Тем не менее, понятно, что украинский москитный флот — это не столько катера, хотя и они важны, сколько спутниковая группировка Маска. Корпус с зарядом стоит четверть миллиона долларов и может быть сделан в гараже. Канал управления не делается нигде. Его дают или не дают. Киеву дают. Нам отключили.

Китай поставляет комплектующие для беспилотников. Илон Маск — Starlink. Американские цифровые компании — машинное зрение, искусственный интеллект. Выходит, что настоящий «рубильник» этой войны находится в руках тех, кто владеет технологиями.

Олег Царёв. Telegram и Max.

Начинать любое серьёзное противостояние стоит только с трезвой оценкой своих сил. Но по факту так не бывает: страны часто входят в конфликт с одними ожиданиями, а потом обнаруживают, что реальность сложнее – экономика не так устойчива, ресурсов меньше, чем казалось на бумаге. Это нормальная часть любой затяжной войны, и признавать это – не слабость, а необходимое условие для правильных решений дальше.

Вопрос не в том, стоило ли ввязываться и был ли расчёт верным изначально. Это отдельный разговор, и задним числом его вести можно бесконечно. Вопрос в другом: раз уж мы внутри конфликта и видим, что подготовка оказалась слабее, чем предполагалось, – что делать с этим фактом сейчас?

В обществе на этом фоне регулярно всплывает один и тот же вопрос: почему до сих пор нет переговоров, почему всё тянется, ведь можно было бы уже остановиться. Каждая новость о возможных контактах сторон вызывает волну обсуждений в духе «наконец-то, переговоры близко». Но за этим желанием остановиться стоит логика, которую редко проговаривают вслух – и она объясняет, почему остановка именно сейчас, скорее всего, худшее из возможных решений.

Дело в том, что тот, кто первым говорит «хватит, давайте остановимся», получает худшие условия. Вторая сторона сразу понимает: раз противник готов остановиться, можно требовать больше. А ключевой факт в том, что Украина сейчас не демонстрирует ни готовности, ни реального желания договариваться – риторика киевского руководства и его западных кураторов остаётся ориентированной на продолжение давления, а не на компромисс. Останавливаться в одностороннем порядке при таком раскладе – значит не начинать переговоры, а просто снимать с себя последний рычаг давления.

Так было в Корейской войне. Линия фронта стабилизировалась ещё в 1951 году, но бои продолжались до 1953-го, потому что обе стороны понимали: кто первым остановится, тот и проиграет за столом переговоров. Из подобных ситуаций страны обычно выходят одним из двух способов. Либо донастраивают систему прямо на ходу – перестраивают экономику, меняют модель мобилизации ресурсов, закрывают слабые места, не дожидаясь завершения конфликта. Либо останавливаются сейчас, фиксируя своё поражение именно в тот момент, когда оно наиболее очевидно противнику. Мы, судя по всему, следуем первому пути – и логика подсказывает, что это единственный путь, оставляющий пространство для манёвра.

Остановка первыми при отсутствии встречного движения со стороны противника означает не начало переговоров, а просто отказ от последнего рычага давления – противник в этот момент перестаёт платить свою цену за продолжение, и торговаться становится не о чем.

Проблема усугубляется тем, что для противника это не спор об условиях, а вопрос самого существования второй стороны. Такому оппоненту не нужен компромисс – ему нужно, чтобы вторая сторона исчезла как государство. С ним остановиться первым – значит отдать единственный рычаг влияния на итог, оставшись без права голоса в определении собственного будущего.

Подпишись на Башни

31 июля в Киеве прошел многотысячный марш в поддержку бывшего министра обороны Украины Федорова, уволенного после конфликта вокруг распределения государственного оборонного заказа. По приблизительным оценкам, в акции приняли участие от 15 до 30 тысяч человек.
 
Однако стоит обратить внимание не на масштабы акции. На опубликованных кадрах участники скандировали «Русоріз» - русских режь. Это лозунг, ставший символом кампаний украинского блогера Сергея Стерненко (в списках экстремистов РФ) по сбору средств на закупку дронов для ВСУ.

Стерненко публично поддерживает Федорова, а сам он получил широкую известность после событий 2018 года в Одессе, когда на камеру смертельно ранил человека на улице. Суд под давлением националистов освободил его от уголовной ответственности, признав действия необходимой обороной.
 
Сам факт того, что на массовой политической акции звучат призывы, связанные с убийством представителей другой национальности, показателен сам по себе. Трудно представить, чтобы на массовом митинге в поддержку СВО в России многотысячная толпа публично скандировала лозунги с призывами «резать украинцев».
 
Подобные лозунги неизбежно были бы растиражированы во всех западных СМИ и осуждены «международной общественностью», как шовинистические. Однако для Украины это воспринимается нормой и не нужно говорить, что все это из-за СВО, мы то помним, что как только Украина получила независимость, на улицах начали кричать лозунги «Москалей на ножи».
 
Подобная риторика не исчезнет в момент подписания мирного соглашения — она уже стала частью общественной культуры и политической нормы Украины.

Игнорирование подобных проявлений означает фактическое согласие с их дальнейшим распространением и созданием основы для воспроизводства конфликта на годы вперед, а этого допустить никак нельзя.

Украине нужна денацификация. Однако без демилитаризации и военного разгрома этой цели не достичь. Именно поэтому демилитаризация и денацификация должны идти в одном пакете.

Итоги СВО-недели: от Доброполья и Орехова до Wildberries и портов Одессы

Главное событие недели на земле — Доброполье. Российские штурмовые группы давят на широком участке от Родинского до Шахова, просачиваясь малыми группами через разреженные позиции ВСУ.

Занятие Доброполья позволит прикрыть с запада российское наступление по линии Константиновка — Дружковка — Краматорск, и в перспективе высвободить часть группировки «Центр» для давления на Славянско-Краматорскую агломерацию.

Критическое условие — скорость. Если российские войска смогут пройти этот участок без многомесячного фронтального штурма, операция даст не только территорию, но и свободные силы. Если же 2-я и 51-я армии увязнут у Доброполья, одновременно продолжая бои за Константиновку, то превратятся из решения - в новую проблему.

Враг это понимает, и пытается заставить ВС РФ расходовать войска сразу на нескольких направлениях. На Новоалександровском направлении ВСУ проводят ограниченные контратаки между реками Янчур, Ворона и Волчья, пытаясь выйти к дороге Гуляйполе — Великая Новосёлка.

Это не большое украинское контрнаступление. Для оперативного прорыва задействованных сил недостаточно. Но его и не требуется. Задача — связать 36-ю армию боями в собственной полосе и заставить 5-ю армию прикрывать правый фланг вместо концентрации всех сил против Орехова.

От передовых российских позиций западнее Орехова до городской черты Запорожья остаётся около 22–23 километров. Поэтому борьба идёт не за абстрактные лесополосы. Каждый километр определяет, какие виды российского оружия могут применяться по объектам в районе города.

Россия сохраняет инициативу, располагает более крупными силами и продолжает давление. Но южное наступление расширяется по фронту быстрее, чем продвигается в глубину. ВСУ не могут остановить его по всей линии, однако локальными контратаками вынуждают российские армии прикрывать фланги и расходовать резервы.

Та же борьба за распыление ресурсов идёт в глубоком тылу. Украина продолжает атаковать российскую нефтепереработку и крупную логистику. В первую очередь, речь о Wildberries.

Маркетплейс — удобная цель для нанесения распределённого экономического ущерба. Поражение склада создаёт задержки, компенсационные выплаты, перегрузку соседних центров и проблемы для малого бизнеса. Попутно нас вынуждают ломать голову, как прикрывать ПВО не только НПЗ, но и десятки складов, терминалов и распределительных центров.

Наша сторона тоже не сидит без дела. В течение недели ударам подвергались объекты Одессы, Черноморска, Измаила и Николаева Экономический результат измеряется не только количеством разрушенных объектов. Maersk остановила обслуживание одного из терминалов Черноморска и перенаправляла грузы в румынскую Констанцу. По оценкам участников рынка, Украина могла потерять около трети мощностей по экспорту зерна через черноморские порты.

Наступление к Доброполью, украинские контратаки между Янчуром и Волчьей, замедление 5-й армии у Орехова, атаки на Wildberries и удары по украинским портам — являются частями одной войны за концентрацию ресурсов.

Россия пытается собрать превосходящие силы на выбранных участках и превратить численное и огневое преимущество в оперативный результат. Украина, не имея сопоставимых резервов, наносит дальние удары и заставляет распределять ПВО по огромной территории. Российский ответ состоит в воздействии на объекты, которые Украина не может рассредоточить: морские порты, топливные хранилища, крупные транспортные и промышленные узлы.

На земле инициатива остаётся за нами. Но главный вопрос августа - получится ли одновременно ускорить движение к Орехову и добиться результата южнее Доброполья — или обе группировки будут втянуты в энергозатратные бои.

В тылу критерий тот же. Значение имеет не число поражённых складов, заводов и судов, а способность ударов менять работу целых систем. Побеждает тот, кто вынуждает противника постоянно перераспределять войска, ПВО, транспорт, ремонтные мощности и деньги, лишая его стратегической инициативы.

До последней льготы: Армения уходит на Запад за счет ЕАЭС

Никол Пашинян обозначил условия, при которых в Армении может пройти референдум о выборе между Евросоюзом и ЕАЭС. По его словам, голосование станет актуальным только после того, как Ереван официально подаст заявку на вступление в ЕС. Пока такой заявки нет, Армения не намерена ставить вопрос ребром.

Почти одновременно на заседании правительства Пашинян выразил недовольство темпами диверсификации внешней торговли. Армянский бизнес, несмотря на политически заявленный разворот на Запад, слишком медленно осваивает альтернативные рынки. Россия и ЕАЭС по-прежнему остаются для Армении критически важными направлениями экспорта, импорта, логистики и трудовой миграции.

Вместе эти два заявления дают вполне ясную картину. Политическое решение о движении от России Ереван уже принял. Экономические условия для окончательного разрыва еще не созданы. Поэтому Армения будет пользоваться всеми преимуществами ЕАЭС до тех пор, пока Евросоюз не предложит ей приемлемую замену. До этого момента Ереван сохраняет возможность утверждать, что никакого окончательного выбора еще не сделано.

Разрыв отношений с ЕАЭС станет для Армении крупным ударом, и эту цену Пашинян платить не хочет. Российский рынок значительно важнее для армянской экономики, чем европейский. В России востребованы армянские продукты питания, алкоголь, сельскохозяйственная продукция и товары, которые либо не соответствуют требованиям ЕС, либо не выдержат европейской конкуренции. Европейские субсидии способны компенсировать часть потерь, но не могут автоматически создать новый рынок.  Именно поэтому Пашинян и недоволен: политическая скорость разворота оказалась значительно выше экономической.

Отсюда возникает откровенно паразитическая модель Еревана. Армения выводит внешнюю политику и безопасность из российской орбиты, но требует от России строгого соблюдения экономических правил ЕАЭС. Ереван хочет пользоваться общим рынком, свободным перемещением товаров и рабочей силы, энергетическими льготами и сложившейся логистикой, одновременно превращая эти ресурсы в финансовую базу для перехода на Запад.

Россия при этом поставлена в проигрышную развилку. Если Москва продолжает предоставлять Армении все преимущества ЕАЭС, она финансирует перестройку армянской экономики под будущий выход из объединения. Если начинает использовать торговые, транспортные или санитарные ограничения, Пашинян получает дополнительный аргумент для Брюсселя.

Причем проблема шире российско-армянского конфликта. Речь идет о жизнеспособности самого ЕАЭС. Если государство может сохранять все экономические бонусы объединения, одновременно готовясь перейти в конкурирующий политический и регуляторный блок, ЕАЭС превращается не в интеграционный проект, а в трамплин для прыжка в евроатлантические структуры.

Армения демонстрирует другим участникам простую модель поведения: безопасность можно искать на Западе, политическую лояльность свести к минимуму, а экономические выгоды продолжать получать в России. И делать это до тех пор, пока альтернативный рынок не будет подготовлен и оплачен внешними партнерами.

Так быть не должно.

Дмитрий Матюшенков, политолог, член Экспертного клуба «Дигория» (@platform_digoriya), специально для канала Большой Трансфер (@bigtransfer2024)

Раскол Народно-республиканской партии — это, пожалуй, самое серьезное потрясение турецкой политической системы за последние два десятилетия. Фактически, мы наблюдаем кризис старейшей политической партии современной Турции, основанной еще в 1923 году Мустафой Кемалем Ататюрком. Именно НРП сформировала идеологические основы Турецкой Республики, закрепив принципы кемализма — республиканизм, светское государство, национальный суверенитет, этатизм, народовластие и модернизацию страны. На протяжении более ста лет партия оставалась символом светской Турции и главным политическим наследством Ататюрка.

Последние годы именно НРП стала главным конкурентом президента Реджепа Тайипа Эрдогана. После победы оппозиции на муниципальных выборах 2024 года, когда кандидаты партии сохранили контроль над Стамбулом, Анкарой, Измиром и рядом крупнейших городов страны, именно кемалисты впервые за долгое время начали восприниматься как реальная альтернатива действующей власти. Центральной фигурой этого процесса стал мэр Стамбула Экрем Имамоглу, которого многие рассматривали как наиболее вероятного соперника Эрдогана на будущих президентских выборах. Однако уголовное преследование Имамоглу, последовавшие аресты десятков представителей муниципальной власти и внутрипартийный кризис существенно изменили политическую конфигурацию.

Формальным поводом для раскола стало решение апелляционного суда Анкары, который признал недействительными результаты партийного съезда 2023 года, сославшись на предполагаемые нарушения при избрании Озгюра Озеля председателем НРП, и восстановил в должности Кемаля Кылычдароглу. Однако юридическая составляющая стала лишь внешней причиной. Фактически внутри партии столкнулись две модели развития. Команда Озеля, опиравшаяся на поддержку Экрема Имамоглу, выступала за обновление партии и более активную борьбу за власть, тогда как сторонники Кылычдароглу ориентировались на сохранение традиционной структуры и партийного аппарата. Для многих представителей НРП судебное решение стало свидетельством невозможности продолжать политическую деятельность в прежнем формате, что и подтолкнуло их к созданию самостоятельной политической организации.

Масштаб раскола оказался беспрецедентным для современной Турции. Вместе с Озгюром Озелем Народно-республиканскую партию покинул 91 действующий депутат парламента, благодаря чему Yeni Parti сразу стала второй по величине парламентской фракцией после правящей Партии справедливости и развития, располагающей 277 мандатами. В самой НРП осталось лишь 44 депутата. Одновременно о переходе в новую политическую силу заявили около 200 мэров городов и муниципалитетов, включая 24 из 28 руководителей районов провинции Измир — традиционного оплота кемалистов. Дополнительно новую партию поддержали 265 бывших депутатов парламента различных созывов, публично заявив, что в нынешней НРП стало невозможно защищать ее исторические принципы — светское государство, демократию, верховенство права и социальное государство.

Не менее показательны и первые социологические данные. Согласно нескольким опросам общественного мнения, потенциальная поддержка новой партии Озеля уже составляет около 33–34% голосов избирателей, тогда как правящая Партия справедливости и развития получает порядка 27–30%. Одновременно рейтинг Народно-республиканской партии под руководством Кемаля Кылычдароглу, по данным отдельных исследований, снизился до 4–5%, что фактически ставит под сомнение ее способность самостоятельно преодолеть парламентский барьер. Более половины турецких граждан считают создание новой партии успешным политическим проектом, а среди бывших сторонников НРП этот показатель превышает 80%. Значительная часть традиционного кемалистского электората связывает перспективы оппозиции уже не со старой партией, а с новой политической структурой. При этом говорить об исчезновении Народно-республиканской партии было бы преждевременно. НРП остается партией Ататюрка и важнейшим элементом турецкой государственности.

БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться

В конце прошлого десятилетия онлайн-портал «Большая Российская Энциклопедия» задумывался как «наш ответ Википедии».

Идею одобрили на САМОМ ВЫСОКОМ уровне, за 5 лет Правительство РФ выделило ₽4,3 млрд для реализатора проекта — государственной АНО БРЭ.

Результаты — ноль, ПОЛНЫЙ НОЛЬ:

— созданная в 2020 году АНО БРЭ ликвидирована в 2025;

— делавшегося пять лет сайта (чью стоимость — как «результат интеллектуального труда» — сами чиновники в официальном отчёте оценили в треть миллиарда рублей) БОЛЬШЕ НЕТ;

— уникального коллектива учёных-энциклопедистов БОЛЬШЕ НЕТ, в 2024-м руководство АНО БРЭ цинично КИНУЛО ДЕСЯТКИ собственных сотрудников, свыше полугода не выплачивая им зарплату, и люди месяцами писали статьи бесплатно (всё логично, криптоуправленческий контур живёт по принципу «русским деньги не нужны» — прим.).

Итог ещё раз: ₽4,3 млрд из госбюджета потрачены с нулевым результатом. «Ну вот так вот». «Рослось, да не срослось». И ни один чиновник не понёс за это ответственности.

Читайте новое Чудовищное Расследование Эдварда Чеснокова — и спасибо газете «Версия», не побоявшейся опубликовать.

https://versia.ru/kak-spustit-4-milliarda-rublej-na-provalnyj-proekt 

Количество выпускников, набравших 100 баллов на ЕГЭ, вновь оказалось рекордным. В этом году их уже почти 10 тысяч. На первый взгляд это выглядит как свидетельство роста качества образования. Однако нынешняя приемная кампания демонстрирует обратное. Даже максимальный результат все чаще не позволяет поступить на бюджет в ведущие российские вузы, поскольку конкурсные списки заполняются победителями олимпиад и льготными категориями.
 
Возникает логическое противоречие. Если число стобалльников постоянно растет благодаря изменению критериев оценивания, упрощению отдельных заданий и развитию системы «натаскивания на ЕГЭ», то экзамен перестает выполнять свою главную функцию — объективно ранжировать сильнейших абитуриентов.
 
Представьте секундомер, который показывает время только с точностью до минуты. Для массового марафона он еще пригодится, но на Олимпиаде уже бесполезен: победителей с его помощью определить невозможно. Постепенно в такой же инструмент превращается и ЕГЭ.
 
На этом фоне особенно показателен опыт Китая. Там не стали снижать требования к «Gaokao» (аналог ЕГЭ) ради увеличения числа отличников. Национальный экзамен сохранил высокий уровень сложности, а государство сосредоточилось на развитии университетов и научной базы.
 
Если еще два десятилетия назад лучшие китайские студенты уезжали получать образование и строить научную карьеру на Запад, то сегодня ведущие университеты Китая сами входят в число мировых научных центров, а выдающиеся достижения их выпускников все чаще признаются международным научным сообществом.
 
Рост числа максимальных баллов сам по себе не означает рост качества образования. Если высшая оценка перестает отличать лучших от просто хорошо подготовленных, система измерения теряет смысл, а вместе с ним — и способность эффективно отбирать будущую научную и инженерную элиту страны.
 
Сейчас у нас происходит парадоксальная ситуация, когда государство ежегодно сообщает о рекордном числе стобалльников, однако для поступления в ведущие университеты эти 100 баллов оказываются практически бесполезными. Формально показатели системы улучшаются, а ее основная функция — объективный и конкурентный отбор наиболее подготовленных абитуриентов — постепенно размывается.

Именно в этом и заключается главное логическое противоречие современной модели, а значит ее надо менять.

Тина Канделаки в своих соцсетях запустила новую рубрику – «Исторические хакеры». Концепция рубрики довольно интересная: она берет известную фигуру из прошлого и смотрит на нее через конкретные решения – что человек делал, зачем и к чему это привело. Первый выпуск – о Екатерине Великой.

Получилось необычно. Мы видим наполненный деталями разговор о том, что такое лидерство, что такое репутация и стратегическое мышление, как держать удар и мыслить на два хода вперед. События далекого прошлого поданы как набор управленческих кейсов, которые выглядят вполне современно. Декорации XVIII века, а вопросы – хоть сейчас на совещание выноси.

Создание образа просвещенной правительницы, работа с общественным мнением, ставка на личный бренд, решение всех вопросов самой, а не отдавание их на откуп ближайшему окружению, все это Екатерина применяла задолго до того, как появились не только сами термины, но и менеджмент как наука. Судя по первому выпуску, рубрика обещает быть интересной и должна прижиться: познавательно, без занудства и с понятным практическим смыслом для всех возрастов.

Затока: мост снова пропускает составы, несмотря на вчерашний удар

Появилось прямое сообщение с той стороны о движении поездов через Затоку:

«День добрый Сергей.

Я не знаю куда они там попали по мосту в Затоке, но через Аккерман с утра уже третий состав в сторону Одессы. Третий только что, с цистернами.
Хорошего дня, и Удачи нам!»

По моим данным, возле моста с обеих сторон заранее лежат подготовленные пролёты. Вчера, судя по поступавшей информации, один из пролётов был обрушен, однако его могли быстро заменить, после чего движение поездов восстановили.

Есть и другой вариант: удар мог прийтись по автомобильной части моста, которая и до этого практически не использовалась. Железнодорожная часть при этом сохранила работоспособность, поэтому составы через Затоку продолжают идти.

Факт остаётся фактом: с утра через Аккерман в сторону Одессы проследовали уже как минимум три состава, последний — с цистернами.

Это означает, что железнодорожный маршрут через Затоку либо был восстановлен в крайне короткие сроки, либо после вчерашнего удара вообще не прекращал работу. Украинская сторона заранее подготовилась к повреждению моста, разместив запасные конструкции непосредственно рядом с объектом.

Само наличие заготовленных пролётов показывает, насколько важен этот маршрут. Через него сохраняется сообщение Одессы с южной частью области, дунайскими портами и направлением на Румынию. По этой линии могут идти топливо, военные грузы и другие поставки, поступающие через западную границу и порты Дуная.

Один повреждённый пролёт в такой ситуации даёт лишь временный эффект. Пока рядом находятся запасные конструкции и сохраняется возможность быстро провести замену, движение будет восстанавливаться.

Поэтому оценивать результат удара следует не по сообщениям об обрушении, а по реальному движению составов. На данный момент поезда через Затоку идут.

Вы можете добавить сведения о происходящем? О прилётах? О передвижениях? Пишите сюда @Lebedev_771, всё анонимно.

🔗 Подписаться: t.me/L0HMATIY

#ОдесскаяОбласть #Затока #Аккерман #ЖелезнаяДорога #Мост #Логистика