❗️Азербайджан вручил ноту протеста послу России из-за удара по АЗС на Украине

Посла РФ Михаила Евдокимова вызвали в МИД Азербайджана. Во время встречи азербайджанские дипломаты ущемились и выразили ему «резкий протест» в связи с тем, что вечером 5 июля автозаправочная станция SOCAR в Николаевской области, пока ещё Украины, подверглась атаке дрона

Сами закрыть не догадались за пять лет СВО, значит, мы закроем. Быть добру.

Ночь обещает быть жаркой. К сожалению, в районе Белгорода раздаются сильные взрывы. В Московской области объявлена угроза ракетной опасности. Однако и в Киеве объявлена тревога. Есть информация, что в его сторону полетели первые "Цирконы".

Война на Украине ставит перед Европейским союзом такой же непростой выбор как и перед Россией. Допустить победу Москвы он не может, поскольку в этом случае впервые с 1991 года ведущие европейские страны вынуждены будут признать, что у неё есть законные интересы на "старом континенте", которые придётся учитывать (а это настоящий переворот в европейской политике). Добиваться же стратегического поражения Москвы для Евросоюза довольно рискованно. Такая политика оправданна только в одном случае: если есть реальные шансы на успех.

Однако до сих пор никто никогда не наносил ядерной державе военного поражения. Политические были, достаточно вспомнить американский Вьетнам и советский Афганистан. Но вот военного разгрома не было никогда. Почему? Потому что ядерная держава, терпящая стратегическую военную неудачу, в какой-то момент времени может решить, что настало время применить оружие массового уничтожения для предотвращения собственного краха. Но по мере развития украинского конфликта Россия дала понять, что может быть по-другому.

Её оппоненты повышали ставки постепенно. Тем не менее, Москва не отвечала на явно провокационные действия с их стороны, что создало опасную иллюзию того, что она боится применения ядерного оружия даже в условиях критической угрозы своим коренным интересам в сфере безопасности. Какие ступени на лестнице эскалации, на которые поднимались союзники Украины, российская сторона проигнорировала и не ответила должным образом?

Во-первых, масштабные поставки тяжёлой бронетехники, артиллерийских систем и авиации странами НАТО на Украину. Во-вторых, передача ВСУ крылатых и баллистических ракет. В-третьих, атака на носители ядерного оружия в рамках поддерживаемой украинскими союзниками диверсионной операции. В-четвёртых, перенос военного производства Украины в Евросоюз. В-пятых, открытие европейского воздушного пространства для украинских беспилотников. В-шестых, удары по нефтеперерабатывающим заводам с использованнием произведённых европейской промышленностью дронов.

В принципе любая из перечисленных ступеней эскалации (за исключением, возможно, первой) - это законный повод для применеия как минимум нестратегического ядерного оружия. Вместе с тем, в ответ на все эти шаги Москва даже не прибегла к его испытаниям. Всё это создало у европейских союзников чувство абсолютной безнаказанности и уверенности в том, что Россия согласна потерпеть военное поражение и при этом точно не использует ядерное оружие. Видимо, теперь ей придётся доказывать им обратное. Или же согласиться с их выводом.

Подробнее о различных сценариях, включающих "стратегическое терпение" и "опережающую эскалацию" - во вчерашнем внеочередном подкасте на нашем закрытом канале, посвящённом ядерному сдерживанию и войне на Украине.

🟥 Эксперт Юрий Баранчик сделал хороший анализ и объяснил, почему почему взятие Донбасса не станет концом войны. Советуем прочитать полностью, а тут мы приведем только вывод:

В итоге конфликт вышел за рамки локального и стал системным кризисом мирового порядка, где ни одна из сторон не может позволить себе проиграть или остановиться, а значит, текущий сценарий – это длительная позиционная война с эпизодами резкой эскалации, и любые разговоры о минимальных целях выглядят лишь самоуспокоением, не имеющим отношения к реальности.

👁‍🗨 «Ламповый Преемник» в целом согласен, но считает нужным указать на одну «переменную», не включенную в анализ, а именно позицию Китая, который, по мнению многих экспертов, во многом обеспечивает нашу возможность вести СВО. Раз уж речь идет глобальном конфликте и системном кризисе мирового порядка, то не учитывать фактор Поднебесной нельзя.

◼️ Итак, сценарий длительной позиционной войны и истощения его соперников (это мы о США и совсем немного о ЕС) несет для Пекина определенные выгоды, что, собственно и демонстрирует его нынешняя позиция. Однако, в будущем этот сценарий имеет для Китая и риски. Благополучие Китая зависит от рынков США и Европы. Затяжная война вызывает инфляцию, снижает спрос на китайский экспорт и рушит логистику, что не окупается торговлей с РФ.

◼️ Кроме того, противостояние уже привело к росту военных бюджетов в Европе. А США «под шумок» создают оборонные альянсы в Азии. Эта глобальная милитаризация и всё большая готовность Запада к войне рушат планы Пекина по мирному доминированию и сдерживают его в вопросе Тайваня. Показателен в этом плане «роман» Лукашенко с Китаем, который продемнострировал, что Пекин против масштабирования конфликта.

◼️Одним словом, мы к тому, что возможно самое время подумать о том, как избавиться от исключительной зависимости от Китая. Мы сами пока решения этой проблемы не видим. Надеемся, что в Кремле оно есть…

США сломали ключевой торговый документ между Америкой, Мексикой и Канадой

Несмотря на возражения Канады и Мексики, США отказались автоматически продлить торговый договор USMCA ещё на 16 лет. Теперь его нужно каждый год, до 2036 года, подтверждать отдельно. Американская Торговая палата (USTR) заявила 1 июля 2026 года, что США «не согласились продлить USMCA в текущей форме» и будут добиваться исправления «недостатков» соглашения и торговых дефицитов с Канадой и Мексикой.

USMCA — это фундамент североамериканской производственной системы. Сначала была NAFTA, вступившая в силу в 1994 году. Потом при Трампе её переделали в USMCA, соглашение вступило в силу 1 июля 2020 года. Оно заменило NAFTA и ввело более жёсткие правила по автомобилям, трудовым стандартам, стали и алюминию.

США, Канада и Мексика вместе — около 515 млн человек населения, примерно 30% мирового ВВП и около $2 трлн ежегодной торговли. То есть речь не о региональной “приграничной торговле”, а об одном из крупнейших промышленных контуров мира. Особенно в автопроме. Деталь могла быть сделана в Мексике, пройти обработку в США, попасть в Канаду, потом вернуться в США уже в составе узла. Или известные канадские смартфоны Blackberry, которые собирались в Мексике. Смысл USMCA был в том, чтобы эти пересечения границы не разрушали производственную логику тарифами.

Торговля с Канадой и Мексикой, по оценке U.S. Chamber of Commerce, поддерживает более 13 млн рабочих мест в США. Канада и Мексика являются крупнейшими рынками для американского промышленного экспорта, а также поглощают около трети американского сельхозэкспорта. Теперь в эту систему вводится элемент неопределенности. Никто не даст гарантии, что – с учетом характера Трампа, - Вашингтон не потребует новые условия. И не будет их дожимать в свою пользу ежегодно.

Вашингтон хочет заменить Китай Северной Америкой, но так, чтобы большая часть промышленной ренты оседала именно в США. При работающем USMCA, это сложно: без нарушения духа соглашения товары трудно обложить пошлинами, ставшими универсальным инструментом Белого дома.

Если Трамп (что не исключено) не передумает, то у происходящего будут последствия. Самое очевидное и быстрое - инвестиции станут осторожнее. Даже если тарифы прямо сейчас не убивают торговлю, неопределённость уже ухудшает инвестиционную математику. Программа развития какого-нибудь сталелитейного завода закладывается лет на 15-20, и на это время нужна предсказуемость.

Произойдет дополнительная монополизация. Чем сложнее правила происхождения, тем больше нужны юристы, таможенные консультанты, сертификация и так далее. Крупный автоконцерн это выдержит. Малый поставщик компонентов — не всегда. Поэтому новая торговая система естественно укрупнит рынок.

Если США заставят повышать американскую долю в автомобилях и комплектующих, производство станет дороже. Американский труд дороже мексиканского, как и компоненты с сертификацией. А заплатит за всё, в конечном итоге, потребитель.

С политической точки зрения, идея не самая хорошая. Пока что ни одна из экономических реформ Трампа не дала запланированного эффекта, а промежуточные выборы в Конгресс уже не за горами.

Вчера губернатор Омской области Виталий Хоценко сообщил, что силы противовоздушной обороны Минобороны России отразили атаку украинских беспилотников на регион. Последствия атаки уточняются.

В сети распространяются кадры пожара на Омском НПЗ, который находится в 2,5 тыс. км от Украины. Это один из самых дальних ударов по российским НПЗ с начала войны. От украинской границы до Омска примерно столько же, сколько от Москвы до Лондона.

По данным мониторинговых каналов, дроны поразили установку первичной переработки нефти ЭЛОУ-АВТ-11 (мощностью 8,4 млн тонн в год, около 40% мощности завода).

Омский НПЗ является крупнейшим в России. Он традиционно лидирует в России по объему первичной переработки нефти уже много лет и остается ключевым предприятием «Газпром нефти». За ним идут Киришский НПЗ в Ленинградской области и НПЗ в Капотне.

Таким образом, Украина уже нанесла удары примерно по 10 крупнейшим НПЗ в России. Последствия этих ударов официально не озвучены, но ситуация наглядна по очередям на АЗС.

Одним из не пораженных крупных НПЗ остается только НПЗ Ангарской нефтехимической компании в Иркутской области, на расстоянии около 4500 км от Украины.

География подобных атак продолжает расширяться, а расстояние до объектов уже перестало быть гарантией их безопасности. Это означает, что подходы к защите критической инфраструктуры требуют пересмотра, поскольку прежние представления о «глубоком тыле» уже не соответствуют реальности.

Самое главное, что общество не видит реакции властей на происходящее раз за разом. Коммуникации по этому поводу явно не достаточно не говоря уже о реальных действиях.

И о комплексной системе защиты от дроновых и ракетных атак
 
Камрад Чадаев затронул важную тему – мы подошли к этапу, когда заниматься защитой объектов по старинке, просто закупая «железо» и расставляя его по периметру, уже преступно. Нужен настоящий интеллектуальный суверенитет. Региональные штабы должны перестать играть в ПВО, имитируя бурную деятельность. Представьте себе обязательный цифровой полигон, где любого чиновника или интегратора жёстко тестируют на адекватность предлагаемых решений ещё до того, как он начнёт тратить бюджет и подставлять людей. Без этой базовой «дроновой грамотности» мы обречены строить бутафорию.
 
Первое, с чем нужно смириться идейно, и о чем я многократно писал, что абсолютной защиты объектов на нынешнем техническом этапе не существует. Постройка непроницаемого купола – опасная утопия. Объектовая защита на деле должна стать умным распределённым фильтром-шредером. Её задача – не героически отразить всё, а математически снизить вероятность прорыва, переваривая массированные DDoS-атаки дронов без истерики и разрушения системы. А для этого нам нужно отказаться от линейной цепочки «обнаружил-сбил» и строить так называемую сеть поражения. Если одно звено выпало, цель автоматически передаётся другому сенсору. Устойчивость рождается не из идеальных алгоритмов, а из тотальной избыточности.
 
Основа этой устойчивости – сенсорное поле. Ставить во главу угла одни лишь радары – значит выставлять яркие фонари, которые противник видит за сотню километров и целенаправленно уничтожает. Настоящая революция заключается в пассивной разведке по физическим следам: акустический портрет винта, тепловой след, вибрация. Акустическая триангуляция в идеале должна определять тип двигателя быстрее, чем человек моргнёт. И здесь мы упираемся в тему идентификации как оружия. Нельзя просто видеть «цель», нужно за доли секунды отличать дешёвую обманку от «Бабы-Яги» и наводить на них соразмерное средство.
 
Это не просто «свой-чужой», а настоящая экономическая селекция угроз: копеечными FPV-перехватчиками сбивать дорогие разведчики, а дефицитные ракеты «Панциря» оставлять на самый крайний случай. Кстати, о «Панцирях» и пулемётах на крышах. Иллюзия, что они защищают объект, губительна. Это даже не последний рубеж, а шлюз утилизации того, что чудом просочилось сквозь зональную защиту. Если вы работаете именно этим рубежом как единственным – объект уже потерян.
 
Что же такое тогда эффективный перехватчик в этой сети? Это вовсе не многофункциональный дрон с дорогой камерой. Это, по сути, дешёвый управляемый боеприпас, инструмент доставки финального действия. Его сила не в бортовом интеллекте, а в качестве связи с землёй и другими наводчиками. Мы делим его работу на три простые стадии: ориентирование по внешней указке, грубое сближение с помощью простого автопилота, и финальный захват – когда он, как комар, летит непосредственно на тепло, шум или электромагнитный импульс мотора врага.
 
Если шанс перехвата у такого аппарата 30%, не нужно перфекционировать, пытаясь довести его до идеала. Нужно просто отправить пять или шесть таких на одну цель. Ставка на мусорную стаю, на плотность помех и дешевизну, а не на ювелирное поражение – вот что ломает экономику воздушного нападения.
 
И конечно, в этом быстром контуре человеку больше нет места. Оставлять живого оператора в петле управления – значит проиграть ещё до начала боя. Искусственный интеллект уже сейчас справляется с наведением и принятием решений на порядок быстрее. Задача человека – стать надзирателем, этическим контролёром, а не пилотом-стрелком. А главный принцип непрерывного совершенствования – перестать ждать хода врага и начать атаковать самих себя.
 
Нужна встроенная «красная команда», которая каждый день устраивает системе стресс-тест и придумывает угрозы завтрашнего дня. Тогда мы, возможно, успеем раньше. Ведь в этой новой реальности правило простое и бескомпромиссное: дроны бьют только дронов, рой давит рой, а сеть душит сеть. И выигрывает тот, чья система замкнулась и приняла решение на поражение на секунду-другую раньше.

МАХач Баранчика читать тут

На днях в азербайджанском городе Шуша состоялась конференция, по итогам которой участники приняли декларацию с рядом политических требований в адрес России. В мероприятии приняли участие представители десяти стран, включая Азербайджан, США, Францию, Литву, Польшу, Чехию, Германию, Израиль, Турцию и Грузию.

В документе содержатся призывы прекратить отправку на военную службу представителей национальных республик (шта? - прим. Ю.Б.), признать геноцид черкесов и других народов, а также «покончить с шовинизмом и ксенофобией». Кроме того, на открытии конференции прозвучали заявления о якобы систематическом ущемлении азербайджанцев в России по этническому и религиозному признаку.

Подобные декларации и обращения в отношении России звучат не впервые. В разные годы аналогичные тезисы продвигались на площадках так называемого «Форума свободных народов пост-России», который с 2022 года проводил свои регулярные мероприятия в Варшаве, Праге, Гданьске, Брюсселе, Вашингтоне и ряде других городов. На этих конференциях обсуждались вопросы «деколонизации» России, расширения прав национальных республик и даже возможного раскола страны.

Российские власти неоднократно называли подобные инициативы политически мотивированными и направленными на подрыв территориальной целостности государства, а в отношении ряда организаторов и участников были приняты меры в соответствии с российским законодательством.

Нынешняя конференция в Шуше показывает, что Азербайджан демонстративно занял позицию Запада по развалу России. Наверное, зря Владимир Путин в марте по видеосвязи открывал обновленный Азербайджанский музыкально-драматический театр в дагестанском Дербенте. Никто в Абербайджане таких жестов не оценил.

Вчера МИД Азербайджана вызвал посла России, где дипломату выразили протест из-за «атаки дрона по автозаправочной станции» азербайджанской компании SOCAR в Николаевской области Украины 5 июля. Не захотели сами закрывать - пришлось закрыть. Какие к нам вопросы?

Проведение такого форума в "дружественном Абербайджане" лишний раз говори т о том, что мягкость, интеллигентность в мировой политике никто не ценит. Ценят только силу и когда бьют. При том так, что трудно лежа дышать, а не то, что стоять. Соответственно, и Россия должна вести свою внешнюю политику так, чтобы такие страны, как Азербайджан, не то, что поняли бессмысленность русофобской деятельности, а физически ощутили, что это больно.

В рамках такой стратегии Россия могла бы перейти к следующим жестким асимметричным мерам в отношении Азербайджана:

- полностью перекрыть экспорт азербайджанской нефти и газа через свою территорию;

- начать открытую информационно-дипломатическую кампанию по поддержке талышского и лезгинского национальных движений внутри Азербайджана;

- пересмотреть миграционный режим для сотен тысяч азербайджанских трудовых мигрантов, работающих в России;

- ввести жесткие экономические санкции против ключевых азербайджанских компаний и кланов, связанных с правящей элитой.

МАХач Баранчика читать тут

Запад тоже играет в долгую

Коллеги из «Тайной канцелярии» написали очень трезвый текст относительно ситуации вокруг СВО. Он исходит из простого и циничного тезиса: Запад воюет не с Украиной и даже не с Россией как таковой, а с политической системой России, сложившейся после 2000 года. Украина в этой схеме – всего лишь расходный материал, полигон, на котором Запад отрабатывает технологии ослабления России - от экономических до военно-психологических.
 
Именно поэтому Запад не даст России мира, даже после того, как мы возьмем Донбасс (писал о этом буквально вчера тут). Не потому, что ему не нужен мир на Украине, а потому что ему нужна дестабилизированная, уставшая, экономически обескровленная Россия, которая к 2030 году окажется перед тяжёлым выбором: либо продолжать сопротивление с истощёнными ресурсами, либо согласиться на условия, которые продиктуют извне.

При этом горизонт 2030 года – это не случайная дата, это точка бифуркации, где сойдутся не только российские электоральные процессы, но и глобальный пересмотр мирового порядка, к которому Запад активно готовится, используя текущий конфликтг как инструмент торга и как генератор хаоса.
 
В этом смысле все текущие решения Запада – от поставок дальнобойного оружия до экономических санкций – подчинены одной логике: не дать России стабилизироваться. Им не нужна победа в тактическом смысле, им нужна растянутая во времени операция по изматыванию, которая создаст внутри России кумулятивный эффект – усталость, раскол элит, сомнения в правильности выбранного курса.
 
Удары по энергетической инфраструктуре зимой будут парализовать не столько армию, а жизнь городов-миллионников, с целью показать населению, что государство не может гарантировать базовые бытовые условия. Это то самое накопление раздражения, которое постепенно размывает социальный договор между властью и обществом.
 
При этом Запад не ставит задачу физически уничтожить Россию как государство – это невозможно и нецелесообразно. Ему нужна Россия, которая будет слабой, но управляемой, открытой для внешнего влияния, без амбиций на постсоветском пространстве и без возможности конкурировать с Западом в военно-технической и экономической сфере.

По сути, речь идёт о возврате к модели девяностых, с той разницей, что тогда страна развалилась изнутри под тяжестью собственных ошибок, а сейчас Запад пытается создать эти ошибки искусственно, провоцируя Кремль на невыгодные решения и подталкивая к эскалации, которая будет стоить всё дороже.
 
И здесь ключевым фактором становится не только внешнее давление, но и внутренняя реакция на него. Если российские элиты и общество смогут воспринимать этот период не как катастрофу, а как испытание, которое страна должна пройти с минимальными потерями, то западный сценарий даст сбой. Но для этого нужно, чтобы внутри России было понимание стратегической картины в целом – что война не закончится после взятия Донбасса, что Запад не даст передышки и что ресурсное противостояние растянется на годы.
 
И чем раньше это понимание придёт на всех уровнях (от Кремля до регионов), тем выше шанс пройти этот период без потери суверенитета и без того самого «Горбачёва», о котором говорится в тексте коллег. Запад делает ставку на то, что Россия не выдержит затяжного кризиса и сама выберет путь компромисса на чужих условиях. Именно поэтому не только я, но и другие эксперты говорят о том, что пока Запад психологически не готов к ядерной эскалации, надо ее делать.
 
Потому что с каждым годом готовность Запада к этому сценарию все выше – ядерное оружие готовятся у себя разместить уже Польша и Финляндия. НАТО проводит регулярно масштабные учения у наших границ. Экономики перестраиваются на военный лад. Зачем нам ждать конфликта под выборы 2030 года? Надо решать вопрос сейчас. Чем раньше - тем лучше. Тем меньше враг успеет подготовиться к собственному нападению.

Прокрастинация в принятии решения в этом вопросе с каждым годом будет нам обходиться все дороже и дороже. Мы не должны допустить, чтобы НАТО атаковало первым номером от Финляндии до Турции и боевые действия снова шли на нашей территории, при том в глубоком тылу (удары дальнобойными ракетами). Это будет гораздо больший грех, чем погрузить в радиоактивное Средневековье фашиствующий европейский аппендикс Евразии.

МАХач Баранчика читать тут

Кирилл Кабанов совершенно справедливо отмечает, что ползучая исламизация России не сиюмоментное явление, а системный процесс, длящийся не первый год. Некорректность, на мой взгляд, заключается в оценке давности его инициирования. Начнём со времён «советского периода» Афганистана, когда англосаксами на территории Пакистана были созданы не только специальные лагеря, где усиленно готовили террористов, но и соответствующие медресе.

Ибо мотивационной базой данным «борцам за свободу Афганистана» было избрано новое течение ислама, спешно выдуманное англосаксонскими психологами и адаптированное к целям борьбы с СССР. Так «родилась» Аль-Каида (организация запрещена в России). Радикализация устранила запрет для мусульман-ваххабитов убивать «братьев» в исламе. Ибо им чётко пояснили: вот эти – молятся не так, а посему разрешены также, как и иные кафиры.

При этом напомню, что в атеистическом Союзе образовательных учреждений, в которых готовили духовных деятелей ислама, было катастрофически мало. В 20-30-е годы ХХ века в Союзе легальная сеть мусульманских учебных заведений (мектебы и медресе) была полностью ликвидирована. Её восстановление началось лишь после ВОВ.

Практически, всё образование сводилось к медресе «Мир-Араб» (с 1947 года), и «Баракхона» (1956-1961). А с начала 1970-х к небольшому исламскому институту в Ташкенте. Но самое интересное в том, что для получения высшего духовного образования, мусульман посылали учиться за границу. В «дружественные» арабские страны, где, как известно, и развернули свои сети англосаксонские спецслужбы, решившие привнести в мир новое течение ислама.

Так что ползучая исламизация (читай – радикализация) началась ещё во времена СССР из-за ошибки тогдашних властей, не уделявших религии должного внимания. Радикальный ислам начал своё проникновение на территорию державы. Или кто-то думает, что «русские погромы» в мусульманских республиках Союза в момент его распада возникли на пустом месте? Наивно.

Потом методология разделения мусульман на «правильных» и «неправильных» была привнесена на территорию уже России. В Чечню и Дагестан. Во что это вылилось – напоминать никому не нужно. Как говорится – ещё в памяти свежо. Это была первая проба на крепость, в длительном процессе подготовки развала уже России, включающей в себя много мусульманских регионов.

Сегодня воинствующий радикальный ислам, пустивший корни даже в ДУМ России, обыденная данность. Именно поэтому так опасна порочная тенденция наводнения страны «ценными специалистами», многие из которых имеют связи со спецслужбами враждебных России держав.

Олигархи и чиновники от бизнеса в погоне за лишней копейкой не видят главного: едут сюда не агнцы божии. Ваххабиты едут. Со всеми вытекающими. При этом не учитывать, на чьи деньги создавались и функционировали радикальные исламские террористические ячейки по всему миру – в любом случае преступно. Особенно в условиях СВО.