Типичный пример, как из‑за одного мудака страдают все.

Месяцев 6–7 назад вели переговоры со Славянским НПЗ. Переговоры проходили так: несмотря на то, что мы приехали по рекомендации от собственника, а не с улицы бегали, стучали в ворота, было выделено на общение 5 минут, пока мудрый безопастник Гамлет (имя изменено) что‑то неприятно жевал и пил кофе.

Была попытка объяснить, что сбивать в периметре из стрелкотни скоро перестанет работать, и хохлы на Лютые уже используют как матку для FPV, что нужно строить три контура защиты. На что было сказано: «На «Старлинках» они сюда не прилетают, а FPV у нас ещё не было. Что у него всё ЗБС и всё сбивают пацаны с пулемётов».

Сегодня НПЗ в Славянске больше нет.

Юрий Баранчик задаёт вопрос: можно ли угрожать семьям политических лидеров. Вопрос, на мой взгляд, можно рассматривать с разных позиций. Можно с философской, как коллега Баранчик, а можно с сермяжно-прикладной. И, наверное, я склонюсь ко второму варианту рассмотрения темы. Так, Юрий Баранчик пишет:

Кто-то говорит, что это не цивилизованная мера, так цивилизованные люди не поступают, и это снова «не наши методы». Давайте тогда посмотрим на «цивилизованные» методы.

Извините, когда решение политического лидера, того же Трампа, например, ввергает в войну целый регион, это как? То есть убивать в ходе ракетно-бомбовых ударов семьи простых граждан - мера цивилизованная? Девочки в иранском Минабе, заживо похороненные в разбомбленной школе, они как, более цивилизованно убиты, чем если бы они являлись семьёй политического лидера? А девочки в общежитии Старобельского профессионального колледжа, их убивать тоже более цивилизованно, чем, например, такого же возраста дочь политического лидера?

Ребята, на мой взгляд тут хромает сама постановка вопроса. Убийство - это вообще огромный грех. Поэтому убивать любые семьи - нецивилизованный подход. Но в канве исследуемого вопроса скажу так: семьи политических лидеров не более неприкосновенны, чем семья простого работяги, живущего в высотке на рабочей окраине. Чтобы ответственней относились к принимаемым решениям. Иначе получается, что сами лидеры и их домочадцы у нас как бы над схваткой остаются. Дескать их трогать нецивилизованно. А войны начинать цивилизованно? Отдавать приказ о нанесении удара по жилым кварталам цивилизованно?

Как по мне, для повышения уровня ответственности, любой политический лидер должен помнить и чтить библейскую заповедь: "и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить" (Евангелие от Матфея (7:2); от Луки (6:38). Нагорная проповедь Иисуса Христа). Развязал войну - знай, ты не над схваткой. Тебе отмеряют также, как ты отмерял тем, кого обрёк огню и пожарам.

А кто у нас любит сталкивать страны лбами? При таком подходе господам с одного маленького, но вонючего островка - приготовиться!

Итоги недели: 22–28 июня.

Главной темой недели стали слухи о втягивании Белоруссии в украинский конфликт.

Все началось с удара беспилотника ВСУ по автобусу с белорусскими детьми, а продолжилось ультиматумом В. Зеленского, потребовавшего от А. Лукашенко убрать российские ретрансляторы, наводящие ракеты, с украино-белорусской границы. Спустя несколько дней украинский лидер заявил о выполнении Белоруссией условий ультиматума.

Официальный Минск все это время молчал и публично в коммуникацию с Киевом не вступал, лишь сообщив о переговорах с какими-то неназванными представителями Зеленского.

Зато интересный спектакль Александр Григорьевич разыграл с российскими делегатами. Неожиданно для всех белорусский лидер заявил о том, что не позволит втянуть его страну в конфликт между Россией и Украиной, и настойчиво подчеркнул, что «надо договариваться».

Видимо, для Кремля такое поведение Лукашенко стало сюрпризом, и он был вызван на Валдай. О негативном фоне переговоров говорит то, что за 3 дня президенты не нашли минутки для привычных рукопожатий и объятий под камеры журналистов пула. Не было и пресс-подхода, что намекает на отсутствие подвижек в позициях сторон.

После России Лукашенко отправляется в Китай. Белорусские СМИ подчеркивают, что визит был запланирован заранее, но со стороны всё это выглядит как попытка спрятаться за спиной нашего общего старшего брата.

В отличие от обвинителей Лукашенко в предательстве Союзного государства (которому он всегда был верен только по предоплате), считаем, что речи об эскалации через вступление Белоруссии в войну никогда не было. Такой вариант не пропустит Китай, а рисковать его нейтральностью Кремль не готов.

Намного больше похоже на то, что Александр Григорьевич приехал уговорить Владимира Владимировича закончить СВО. Прямо сейчас, не дожидаясь даже полного освобождения Донбасса, не говоря уже о других озвученных целях спецоперации.

Решение о том, как действовать дальше, перезрело. При растущей интенсивности налетов украинских дронов и ракет больше нет возможности делать вид, что «спецоперация проходит где-то там».

Нужно или переходить к иранскому стилю: бить по центрам принятия решений, европейским производителям снарядов и чипов, резать подводные кабели и держать ядерную триаду в постоянной полной готовности, как Иран не считаясь с издержками встречных ударов. Зачем нам мир в котором не будет России. Либо же — о чем нас, видимо, просил Лукашенко и, кто знает, кто еще через него, — замораживать конфликт в надежде, что заморозка станет основой долговременного прекращения огня, как, например, произошло в Корее.

БОЛЬШОЙ ТРАНСФЕР | Подписаться

Консолидация общества всегда важна, не только сейчас. Но почему же консолидации не происходит? Давайте подумаем, давайте поразмышляем.

Поехал мой товарищ в отпуск в Сочи. На собственном автомобиле. Едет себе спокойно, рассматривает билборды. "Присоединяйся к СВОим", "Ты нужен Родине", "Наши герои на СВО". И вдруг в какой--то момент все они исчезают. Чем ближе к Сочи, тем меньше билбордов с призывом заключить контракт и тем больше билбордов с рекламой казино, концертов, элитной недвижимости. Люди отдыхать едут, не надо им напоминать, что где-то идет война. Товарищ шутит: "Там-то как раз и надо размещать билборды: "Проигрался в казино? Выплаты до 5 млн рублей при первом контракте".

Ну и какая консолидация может быть между тем, кто ползет по грязи ночью, чтобы поставить мины на направлении возможного движения противника, и тем, кто в смокинге идет по красной дорожке, чтобы поставить на зеро? Нет, я не против того, что человек тратит заработанные деньги так, как считает нужным. Речь не о том, что богачи плохие, а "парни с рабочих окраин", тянущие на себе войну, хорошие. Речь о том, что даже государство разделяет наше общество с помощью, как им кажется, хитрых политтехнологий.

Вот здесь - давайте людям говорить о том, что нет ничего важнее Родины. А вот тут - про это ни слова. Не надо людям отвлекаться от развлечений и беззаботной жизни. Где-то, как в Курской области, люди не могут проехать к родному дому, чтобы покормить скотину, потому что там регулярно убивают мирных жителей дронами. А где-то, как в Ярославле, люди не могут проехать в центр города, потому что движение ограничено из-за фестиваля - Театральная неделя как-никак. Такие контрасты способствуют консолидации общества?

Возьму на себя смелость утверждать, что властные политтехнологи делают все, чтобы сформировать социальную рознь в обществе и усилить раскол. Они не питают иллюзий о том, что консолидация в текущих условиях в принципе возможна. Их главная цель - обеспечить безопасность капитала приближенных к власти олигархов. А защита Родины их интересует ровно в той степени, в какой она работает на достижение первой цели. И не будет иначе, потому что, согласно марксистской теории, "власть отстаивает интересы правящего класса". И этот самый правящий класс вместе с отстаивающей его интересы властью делают всё возможное, чтобы как можно большему числу жителей нашей страны как можно чаще приходили в голову бессмертные строки: "Вам ли, любящим баб да блюда, жизнь отдавать в угоду?!" Какая уж тут консолидация?

США практически «чиркнули по дну» своих нефтяных резервов, именно это можно считать одним из факторов подтолкнувших Вашингтон к скорейшей деэскалации конфликта с Ираном и восстановлению судоходства через Ормузский пролив.

Стратегический нефтяной резерв США (SPR), предназначенный для защиты экономики в чрезвычайных ситуациях, сократился до минимального уровня с 1983 года, из-за решения Белого дома о его распродаже в целях сбить мировые цены на нефть.

Наглядна ситуация в крупнейшем нефтехранилище страны — Кушинге (штат Оклахома), который называют «перекрестком мировых трубопроводов». Его проектная емкость составляет около 75 миллионов баррелей, однако фактические запасы опустились ниже 22 миллионов баррелей. Аналитики отмечают, что критической считается отметка в 20 миллионов баррелей: при таком уровне значительная часть оставшейся нефти представляет собой технологический осадок на дне резервуаров, который нельзя использовать.

Всего за четыре месяца конфликта мировой рынок недосчитался более 1 миллиарда баррелей нефти. Одновременно США продолжали экспортировать сырье и обеспечивать поставки союзникам, что дополнительно сокращало объемы коммерческих запасов в Кушинге.

Американские экономисты описывают ситуацию принципом «ракеты и перья»: стоимость бензина резко растет вслед за нефтью, но снижается значительно медленнее. Владельцы автозаправочных станций стараются компенсировать убытки, понесенные во время ценового скачка, поэтому розничные цены остаются высокими еще продолжительное время.

На этом фоне открытие Ормузского пролива и достижение соглашения с Ираном стали важнейшими событиями для мирового энергетического рынка. Дальнейшее затягивание конфликта могло привести к новому резкому скачку цен на нефть и бензин уже в течение ближайшего месяца. Несмотря на возобновление судоходства, восстановление американских нефтяных запасов потребует длительного времени, а новая большая эскалация вновь поставит под угрозу энергетическую безопасность США.

Кирилл Кабанов пишет о том, что необходимо ужесточение наказания за преступления против половой свободы и неприкосновенности личности. Прошу понять меня правильно, я ни в коем случае не спорю с коллегой. Полностью его поддерживаю, но... Давайте как в спорте. То есть начнём тренировки от простого к сложному, с постепенным увеличением их интенсивности и нагрузок.

Для начала необходимо добиться внедрения постулата о неотвратимости и соразмерности наказания, а потом его ужесточать. Что толку устанавливать, например, пожизненное заключение или даже смертную казнь для насильников несовершеннолетних в качестве максимальной планки, если наш "гуманный суд" под давлением диаспоры мгновенно найдёт массу смягчающих обстоятельств и установит "уважаемому гостю страны" планку едва не ниже нижнего? Дескать прекрасный семьянин и "многоматерный отец". У которого на иждивении три жены и взвод детишек. Или единственный малолетний "детёночек" в семье у прекрасных родителей, которые очень ценные специалисты и жаль их обижать.

Писал, пишу и писать не устану, что крылатое выражение "суровость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения" сейчас как никогда актуально. Что толку в ужесточении законов при их тотальном неисполнении? Почему приезжие ведут себя хамски? Не потому ли, что не чувствуют неотвратимости воздаяния со стороны правоохранительной системы страны? В случае возникновения проблем с правоохранителями, можно либо "храбро" домой смыться, в свой кишлак, либо "дядя Турал порешает".

Поэтому моё мнение таково: необходимо полное реформирование подходов к обеспечению правоохранной и специальной деятельности в России. Если оставить ситуацию, когда сотрудник спецслужб или полиции России чувствует себя и свою семью менее защищёнными, чем приезжие кишлачные жители, никакое ужесточение законов не приведёт к положительному результату. Тут весь фокус в том, что нынешняя ущербная система "беззубости" правоохранительных и специальных структур страны, скованных по рукам и ногам данными им инструкциями и законами, выстраивалась не годами даже, а десятилетиями. Ибо отдельным представителям "элит", пришедших к власти на руинах ими разрушенного СССР, реально было что скрывать и утаивать от правоохранителей.

Поэтому менять нужно не законы, а подходы к их исполнению и принуждению к их исполнению.

Некие "люди с прекрасными лицами", бывшие либералы-завсегдатаи "Дождя" и "Эха", предали остракизму фильм про СВО.

Я не склонен "махать шашкой" и принимать скоропалительные решения. Ибо тематика фильма ещё не говорит о его качестве. Как пример - некоторые наши фильмы о ВОВ, снятые, как раз-таки вот этими самыми "прекрасными лицами" в последнее время. Там смотреть нечего, но, при этом, их также относят в категорию "фильмы патриотической направленности". Поэтому - давайте разберёмся.

"Марик" Егора Бероева - это не фильм про неумолимых "нагибаторов", железной пятой попирающих "украинские свободы" из категории "одним махом семерых побивахом". Нет там и "ура-патриотизма" из разряда "всех убью - один останусь". Это история жизни простого человека, медика, опалённого войной. Военврача из Мариуполя. Поражает не то, что фильму поставили низкие оценки. Я бы многим из современных "патриотических" выше школьного "кол с минусом" вообще не поставил бы. Поражает то, что 12 "прекраснодушных граждан мира" отказались оценивать этот фильм вообще.

Понятно, когда при великолепной заявленной тематике исполнение хромает на обе ноги и смотреть даже не хочется. Но для этого и придумана система баллов. От высшего до низшего. Отказ от оценки - это демарш. То есть полное отторжение. А что там такого, в этом фильме? Что уж так возмутило господ "проставителей оценок"?

Сложно сказать. Но почему-то на память приходит судьба фильма "Спящие" и его режиссёра. Фильм - великолепный. Но "кинематографическая общественность" восприняла его в штыки и заставила режиссёра приносить публичные извинения за то, что он снял историю, в которой сотрудники ФСБ России не представляются как чекисты-садисты, не садящиеся завтракать пока не расстреляют парочку невинных младенцев с утра, а как нормальные люди, служащие своей стране. Всего-то...

Говорят - один раз - случайность, два раза - система. Три раза - это уже закономерность. Если взять за "третий раз" то, что снимают о войне сами "прекраснодушные граждане мира, временно проживающие в России", то мы имеем закономерное отторжение реально патриотического кино. И вот тут-то у меня и возникает вопрос: а всё ли в порядке в родном Отечестве, если более 90% кинодеятелей страны её ненавидит и снимает киноподелки, от которых тошнит? Но, при этом, высокомерно предаёт остракизму тех, кто хочет донести до общества суть происходящих событий в их сермяжной реальности, и их творения?

Не пора ли начать наводить в стране порядок. Ибо помните классика : "Важнейшим из искусство для нас является кино"? Кино - формирует общественное бессознательное. Вкупе с иными видами публичной творческой деятельности. И если во всех сферах творчества во главу угла ставить инстасамочное "за деньги да", то что мы взрастим на таком кино, литературе и песнях?

Поэтому нужен резонанс не в отношении "Марика", а в отношении вот этих "прекраснодушных граждан мира". Не всё же им кресты ставить. На них ведь на самих тоже можно поставить крест. Как и на их киноподелках. И всё это - в рамках правового поля. Ибо наши кинодеятели немного подзабыли, что они делают кино не для себя, а для граждан страны. Для зрителя. И только зрителю решать, какое кино в стране нужно, а на каком ставить крест.

А чем там занимается вражеское Минцифры? Часть первая

Вчера разобрал вопрос с тем, как у врага устроена система оповещения о наших налетах и чему нам надо поучиться, что позаимствовать полезного из того, чего у нас до сих пор по каким-то непонятным причинам нет. У кого-то это вызвало вопросы - мол, зачем нам знать, что там и как есть у врага?

Ответ очень простой - чтобы победить врага, его надо хорошо знать. Его надо изучать. Узнавать как устроена его логика, его ценности, его мотивация, его военная и государственная машина. Его технические новинки - вспомним, как советская разведка гонялась по всему миру за военно-техническими секретами что гитлеровской Германии, что блока НАТО, да и сейчас российская разведка занимается тем же. Как и любая другая разведка мира. Только так можно понять болевые точки врага, его секреты, потом бить туда и победить.

Напомню в этой связи фразу И.Сталина, которую он произнес в своей речи на VIII съезде ВЛКСМ 16 мая 1928 года: «Чтобы строить, надо знать, надо овладеть наукой. А чтобы знать, надо учиться. Учиться упорно, терпеливо. Учиться у всех – и у врагов, и у друзей, особенно у врагов. Учиться, стиснув зубы, не боясь, что враги будут смеяться над нами, над нашим невежеством, над нашей отсталостью».

Поэтому знать, что происходит у врага - надо. Тогда мы сможем эти знания использовать, чтобы его разбить. Давайте теперь посмотрим, чем занимается вражеское Минцифры, и как эти знания использовать для победы.

Кто не знает, действующий министр обороны Украины Фёдоров раньше курировал цифровизацию. Украинское минцифры стало одним из ключевых институтов войны, создав связку между государством, фронтом, IT-сектором, частными стартапами, волонтёрами, западными технологическими компаниями и закупочными механизмами.

Например, аналог «Госуслуг» - «Дия». Чей функционал уже разросся до пределов, о которых нам бы, по-хорошему, помечтать. Через приложение можно было раздавать помощь, собирать данные о разрушениях, вести коммуникацию с беженцами, запускать донаты, а также превращать граждан в распределённую сенсорную сеть. Пример — eVorog eEnemy: чат-бот, через который граждане (по обе стороны фронта) сообщают о передвижениях российских войск, технике и лояльных российской власти. То есть украинское Минцифры дало армии не только приложение. Оно дало интерфейс мобилизации общества.

Один из ранних вкладов Минцифры — быстрый запуск канала Starlink. Фёдоров публично обратился к Илону Маску в первые дни войны. Тоже факт многозначительный, хотя все знают, что со связью у нас всё хорошо.

В июле 2022 года украинское Минцифры, Генштаб ВСУ, Минобороны и платформа UNITED24 запустили Army of Drones. Первичная цель выглядела сравнительно ограниченной: закупить 200 профессиональных разведывательных БПЛА и тысячи коммерческих дронов, чтобы мониторить линию фронта. Но стратегическое значение проекта было не в первой партии. Затем дроновая программа стала частью промышленной политики. Сообщалось, что за 2024–2025 годы совместно с Минцифры законтрактовало 1,8 млн дронов.

Ключевой институциональный проект — Brave1, созданный в 2023 году как defense-tech-кластер. В нём участвуют Минцифры, Минобороны, Генштаб, СНБО, Минэкономики и Госспецсвязи. Задача — связать разработчиков, военных, инвесторов, гранты, испытания и закупки в одном контуре. Le Monde описывал Brave1 как украинский аналог ускорителя в духе DARPA/DIANA, но с более коротким циклом: сертификация проектов в среднем за 2–3 месяца, гранты, интеграция производителей с военными и доступ подразделений к тысячам решений.

Следующий этап — создание Brave1 Market и системы ePoints. По украинским данным, более 400 боевых подразделений уже подключились к обновлённой программе ePoints. Через ePoints можно получать FPV-дроны, наземные роботы, средства РЭБ и другие технологии на Brave1 Market.

Это один из самых важных элементов вражеской военной цифровизации. Закупка техники начинает зависеть не только от бюрократической заявки, а от подтверждённой боевой результативности. Государство видит, какие подразделения результативны, какие средства работают, какие цели поражаются, что надо закупать быстрее.

Система «Дельта» формально относится к военному контуру, а не только к Минцифры. Но она совместима с той цифровой логикой: единая карта, данные от сенсоров, дронов, гражданских сообщений, разведки, спутников, визуального подтверждения, быстрая передача информации в подразделения. Mission Control, запущенная в январе 2026 года, стала цифровой системой управления дроновыми операциями внутри экосистемы Delta.

Минобороны Украины позднее сообщало, что в Mission Control уже было сформировано более 150 тыс. цифровых отчётов о выполненных миссиях. Это означает уход от бумажной отчётности в сторону накопления структурированных данных по дроновым операциям.

Вторая часть тут.

А чем там занимается вражеское Минцифры? Часть вторая

Первая часть тут.

И – да, акустические системы обнаружения — Sky Fortress, Sky Map, Zvook, FENEK — не являются прямым продуктом украинского Минцифры в узком смысле. Но они хорошо ложатся в созданную Минцифрой DefenceTech-среду.

Что там есть ещё. Уже 26 февраля 2022 года Фёдоров объявил о создании IT Army of Ukraine. Reuters тогда писал, что Украина запускает IT-армию для противодействия российским цифровым действиям и атак на российское киберпространство.
Минцифры врага также стало внешнеполитическим технологическим лоббистом. Уже через несколько дней после назначения Фёдорова министром, он объявил проект Dataroom с Palantir для разработки AI на основе боевых данных, в том числе, для перехвата российских дронов.

Reuters 26 июня 2026 года также сообщил, что Украина вместе с Kyivstar планирует создать собственную AI-вычислительную инфраструктуру: первая фаза требует 3–5 МВт и десятков миллионов долларов инвестиций. CEO Kyivstar прямо сказал, что крупнейшим потребителем AI в Украине сейчас являются военные, а представители Nvidia указывали на нехватку украинской собственной вычислительной инфраструктуры для контроля над ценными данными.

Главный вклад украинского Минцифры — не в сумме отдельных проектов. Главный вклад — в сокращении цикла “проблема - решение - фронтовая проверка - закупка - доработка - масштабирование”. В обычной оборонной системе этот цикл может занимать годы. В украинской модели отдельные элементы стали занимать месяцы или даже недели.

Это не всегда даёт качественный продукт. Быстрый рынок порождает хаос, дублирование, коррупционные риски, разные стандарты, зависимость от импортных компонентов, слабую серийность и проблемы с обслуживанием. Но в условиях войны скорость часто важнее идеальной зрелости. Украина фактически построила платформенную модель войны.

Ну, а теперь давайте посмотрим - что там в этом плане у нас?

Первым и наиболее известным вкладом Минцифры в нашу безопасность стал запрет YouTube и Telegram. Возможно, есть что-то ещё. Буду рад помощи, потому что по открытым данным не находится примерно ничего. Точнее, российское Минцифры для ВС РФ сделало не аналог украинского Brave1/Army of Drones/Sky Map, а в основном цифровую обвязку мобилизации, контрактного набора, воинского учёта и льгот. Украинское Минцифры стало платформой военной адаптации, а российское — скорее административно-социальным и мобилизационным бэк-офисом войны.

Что видно глазами. Госуслуги как вход в контрактную службу и добровольчество. Цифровизация мобилизационного администрирования. Сюда относится электронный реестр воинского учёта, электронные повестки, дистанционная актуализация данных, взаимодействие через Госуслуги.

Отсрочки для IT и связи. Это парадоксальный вклад: Минцифры не столько дало армии айтишников, сколько пыталось не дать мобилизационной машине обрушить IT-отрасль и телеком. В 2022 году Минцифры публиковало перечень из 195 специальностей в IT и связи, по которым рекомендовалась отсрочка от мобилизации; в 2026 году через Госуслуги продолжался приём заявлений на отсрочку от срочной службы для сотрудников аккредитованных IT-компаний. То есть ведомство защищало цифровой тыл, а не формировало фронтовой tech-контур.

Наверное, есть ещё киберустойчивость гражданского контура. Минцифры отвечает за часть цифровой устойчивости государства: Госуслуги, госплатформы, телеком, защита от DDoS, импортозамещение софта, господдержка IT. Но это опять не аналог украинской IT Army.

Не видно открытого аналога украинского Brave1 — военного акселератора. Не видно аналога Army of Drones под эгидой Минцифры — то есть массовой государственной программы, где цифровое ведомство становится мотором закупки и масштабирования дронов для армии.

Не видно аналога Brave1 Market / ePoints. Не видно аналога Sky Map / акустической сети. Не видно, чтобы российское Минцифры стало главным интерфейсом между фронтом и частным DefenceTech-рынком. Хочется верить, что это все оттого, что всё – секретно. Просто мы ничего не знаем. А так у нас всё хорошо.

Украина начала применять AI-турели Sky Sentinel для борьбы с дронами Герань

Украинская компания Carmine Sky развернула систему Sky Sentinel — дистанционно управляемые турели на базе крупнокалиберного пулемета M2 Browning, предназначенные для уничтожения российских беспилотников-камикадзе типа Герань. Система уже прошла боевое крещение и готовится к серийному производству.

Турель управляется искусственным интеллектом и способна автономно обнаруживать, сопровождать и поражать цели. Вмешательство оператора не требуется: система сама рассчитывает траекторию и открывает огонь. При этом решение о применении оружия может принимать оператор, находящийся на удалении. Скорострельность составляет до 500 выстрелов в минуту, а эффективная дальность по воздушным целям достигает 1,5–2 км.

Sky Sentinel может перехватывать цели, движущиеся со скоростью до 800 км/ч, что достаточно для поражения дронов Shahed (их скорость менее 200 км/ч). Эффективность системы оценивается в 85%. Одна турель стоит около $150 тыс., что значительно дешевле зенитных ракет, используемых в традиционных системах ПВО.

Для защиты города, по оценкам разработчиков, требуется от 10 до 30 таких турелей. Их массовое развертывание позволит создать эшелонированную противодронную оборону, не расходуя дорогостоящие ракеты на дешёвые беспилотники.

Кадры с той стороны.

Итоги СВО-недели: оформленная летняя кампания у Новоалексеевки

Минувшая неделя в очередной раз показала, что привычные измерения для этой войны уже не годятся. Потому что она окончательно переходит в фазу борьбы не за населённые пункты, а за способность сторон поддерживать фронт как работающую систему. Хотя новости есть, главным образом из окрестностей Новоалександровки.

Группировке «Восток» удалось остановить дальнейшее продвижение ВСУ к дороге Гуляйполе — Великая Новосёлка. Это не значит, что прекратилась перманентная драка малых пехотных групп при плотной работе дронов и РЭБ. Смысл этих боёв не в том, чтобы уже завтра выйти на оперативный простор. Его там просто нет. Смысл — в том, чтобы не дать противнику создать угрозу для фланга и тыла. Для ВС РФ это особенно важно, потому что параллельно продолжается давление на Донбассе, прежде всего вокруг Константиновки и всей южной части Славянско-Краматорской агломерации. Нельзя одновременно «подползать» к Краматорску и оставлять на южном фланге незакрытую дыру, через которую в неподходящий момент могут вывалиться свежие украинские части.

Главное на Славянско-Краматорском направлении сейчас происходит не у самого Славянска и не у самого Краматорска. Центр тяжести сместился южнее — к Константиновке, Дружковке и всей системе дорог, которые превращают эту агломерацию не просто в набор городов, а в единый оборонительный организм. Если сообщения о взятии Константиновки подтверждаются (а не так, как с Купянском) – то у нас всё идет неплохо.

Пока Константиновка держится, украинская оборона сохраняет глубину: передний край вынесен южнее, Дружковка остаётся промежуточным тыловым узлом, Краматорск — центром управления и снабжения, Славянск — северной опорой. Если Константиновка начинает проседать, вся эта схема сжимается. Дружковка становится не тылом, а следующим прифронтовым городом. Краматорск также получает давление через южный коридор.

Через Дружковку проходит нормальная логика украинской обороны южнее Краматорска: ротации, подвоз, ремонт, эвакуация, переброска резервов. Туда даже необязательно заходить физически, достаточно сделать так, чтобы дороги через неё стали рискованными, склады — временными, перемещения — дробными, а управление южным флангом — нервным. Тогда город начинает терять функцию ещё до появления штурмовых групп на окраинах. ВС РФ пытаются не взять Краматорск в лоб, а сначала лишить украинскую оборону удобной геометрии. Если выбить или хотя бы деформировать два элемента — Константиновку и район Часова Яра, — вся конструкция становится короче, плотнее и уязвимее.

Вторая характерная черта недели (хотя не её одной) — дроновая война по тылам, как самостоятельная оперативная логика. Россия продолжает ежедневно давить Украину массированными ударами беспилотников, ракет и управляемых авиабомб. Удары по Харькову, Сумам, Запорожью, Днепропетровской области и другим регионам. Дроновая кампания Украины более локализована – основной упор делается на Крым, с понятной целью его «удорожания».

Из чего следует весьма слабая вероятность того, что Украина готовит классическое контрнаступление образца 2023 года. Наоборот, признаков формирования крупной защищённой ударной группировки, способной пройти через насыщенное дронами и артиллерией поле боя, пока не видно. Но Киев пытается сделать другое: ухудшить для России стоимость любой операции на юге.

В конце июня летняя кампания окончательно приобрела оформленный вид. На Донбассе ВС РФ продолжат давить не одним направлением, а системой взаимосвязанных угроз. Главная ставка — сделать оборону Славянско-Краматорской агломерации слишком дорогой и слишком сложной врагу для своевременного управления. На юге Украина продолжит бить по логистике, особенно по Крыму и топливу. Чем жарче лето, тем важнее станут вещи, которые обычно кажутся бытовыми: вода, топливо, генераторы, транспорт, ремонт, охлаждение техники, работа складов и дорог.

Главный вопрос второй половины лета — у кого раньше начнёт сбоить не отдельный участок, а система.