КАЛИНИНГРАДСКИЙ КРИЗИС И РАСКОЛ В НАТО

Если операция в Сувалкском коридоре развивается по сценарию ультракороткого блицкрига, то главный расчет Союзного государства по мнению аналитиков строится не на уничтожении батальонов НАТО, а на демонтаже политического консенсуса в Брюсселе. Статья 5 Устава НАТО не срабатывает автоматически — она требует единогласного одобрения всех членов Североатлантического совета.
Аналитики Lansing Institute провели глубокий стресс-тест позиций ключевых столиц альянса в первые 48 часов гипотетического кризиса и разделили их на три лагеря.
Любопытно зафиксировать эту внутреннюю архитектуру раскола:

Радикальное крыло («Фронт немедленного ответа»)

• Состав: Польша, Литва, Латвия, Эстония, Великобритания.
• Поведение в первые часты конфликта: Варшава и Вильнюс немедленно объявляют полную мобилизацию и задействуют двусторонние соглашения (вроде недавнего оборонного пакта Польши и Британии от 27 мая) для прямого ввода войск в зону конфликта, не дожидаясь бюрократической отмашки НАТО. Лондон выступает главным политическим тараном, требуя немедленного жесткого силового ответа.

Прагматичное крыло («Ядерные тормоза»)

• Состав: Германия, Франция, Италия.
• Поведение в первые часы конфликта: Столкнувшись с угрозой тактического ядерного удара (вероятность которого Lansing, как мы помним, оценивает в 10–15%), «старая Европа» впадает в политический ступор. Общественное мнение в Берлине и Париже категорически против гибели своих граждан ради «65 километров суши на востоке».
• Их позиция на совете НАТО: Требование «избегать поспешных шагов», попытки экстренно созвать Совбез ООН и призывы к Минску выступить посредником для деэскалации. По оценке RLI, Германия будет до последнего блокировать отправку своих тяжелых соединений (Ground Troops) в зону прорыва.

Институциональные «джокеры» (Политический шантаж)

• Состав: Венгрия*, Турция.
• Поведение в первые часы конфликта: Будапешт открыто блокирует любые формулировки о «прямой агрессии» со стороны Союзного государства, требуя предоставить «железобетонные юридические доказательства» (чему активно мешает информационно-когнитивная и РЭБ-блокада, развернутая в первые часы). Анкара занимает позицию вооруженного нейтралитета, используя кризис как рычаг для торгов с Вашингтоном по собственным геополитическим кейсам (Курдский вопрос, Восточное Средиземноморье).

*- данный документ был составлен задолго до недавних выборов Венгрии, которые изменили политическую реальность республики

Главная вилка для США

В этой конфигурации Вашингтон оказывается в ловушке. С одной стороны — обязательства мирового гегемона, с другой — риск начать ядерный обмен с РФ из-за несогласованных действий Польши. Симуляция Lansing Institute показывает, что Белый дом, скорее всего, пойдет по пути создания «коалиции согласных» (Coalition of the willing) во главе с Британией и Польшей вне формальных рамок НАТО, чтобы обойти вето Венгрии или Германии.

К чему пришли аналитики: Механизм консенсуса НАТО — это самая уязвимая деталь западной оборонной архитектуры. Быстрый fait accompli на земле в сочетании с когнитивным давлением гарантированно парализует Брюссель на критические первые двое суток.

А что, если этот анализ сам по себе являются частью когнитивного противоборства, чтобы убедить одну сторону в хрупкости НАТО, а другую сторону вынудить действовать более согласовано?

В истории Вьетнамской войны есть один важный эпизод, который подробно описывает Роберт Макнамара в своей книге "In Retrospect: The Tragedy and Lessons of Vietnam". Я её несколько раз цитировал.

После Карибского кризиса 1962 года американская элита жила в постоянном страхе ядерной эскалации. Поэтому была придумана стратегия дозированного давоения на противника. Логика такая: постепенно наращиваешь давление, раз за разом жестче и жестче. Противник видит сигнал, понимает намёк и садится за стол переговоров. На практике, как мы знаем, все пошло по одному месту.

Вот март 1965 года. Операция Rolling Thunder, одна из самых интенсивных в истории воздушных операций с бесконечными авиаударами. Три года американцы бомбят.
Но Макнамара лично установил запретные зоны. Вокруг Ханоя бомбить было нельзя. Хайфон нельзя. Вблизи китайской границы тоже нельзя.

Бомбардировки начинались с малозначимых целей, дальше по экспоненте: следующий более серьезный, следующий - еще сильнее. Но каждый реально значимый удар требовал политического одобрения из Вашингтона. То есть не группировка решала что бомбить.

Порт Хайфон - самый яркий пример абсурдности всей этой стратегии.
Именно через Хайфон весь Северный Вьетнам с 1965 по 1972 год получал сотни тысяч тонн советского оружия, топлива, запчастей. Макнамара и Линдон Джонсон запрещали его бомбить. Семь лет порт не трогали, и только при Никсоне стратегия изменилась. Политики в Вашингтоне боялись потопить советские корабли и спровоцировать прямое вмешательство СССР, как это случилось в Корее в 1950 году. Там, правда, был не СССР, а Китай.

Макнамара как раз писал в книге:

"Мы не хотели рисковать эскалацией конфликта с Советским Союзом или Китаем. Мы думали, что можем победить, не трогая самые чувствительные цели".

Параллельно действовал запрет на преследование Вьетконга в Камбодже и Лаосе, хотя именно там проходила "тропа Хо Ши Мина". Главная партизанская дорога. Американские генералы в какой-то момент предложили прямое вторжение на Север. Начальник штаба ВВС генерал Лемэй настаивал на том, что нечего сопли жевать, надо бомбить все в тотал. В 1964 году он лично представил Джонсону план: заминировать порты, уничтожить нефтяные склады, отрезать морские пути доставки советского оружия. Джонсон побоялся реакции СССР и Китая и план зарубил.

Председатель Объединённого комитета начальников штабов генерал Эрл Уилер и командующий силами США во Вьетнаме генерал Уэстморленд настаивали на принципиально иной стратегии. Первое: перерезать Тропу Хо Ши Мина тремя дивизиями, то есть вторжение в Камбоджу и Лаос. Второе: значительно расширить операции против Северного Вьетнама, включая прямое вторжение на Север. Линдон Джонсон и Макнамара и эти планы зарубили, потому что были уверены, что "лестница эскалации" заставить Ханой вести переговоры.

Командиры в Северном Вьетнаме про лестницы эскалации ничего не знали. Вьетнамцы просто воевали чем могли и как могли. Пока американцы дозировали удары, Ханой получал оружие от СССР, во Вьетнаме были советские прокси, по тропе Хо Ши Мина шло оружие на юг.

Макнамара пишет:

"Мы думали, что можем применять силу постепенно, как в лабораторных условиях, и контролировать реакцию противника. Это было фундаментальной ошибкой
Мы применяли силу постепенно, шаг за шагом, в надежде, что каждый следующий шаг заставит Ханой задуматься и пойти на компромисс. Мы не хотели тотальной войны, но и не были готовы применить всю необходимую силу для быстрой победы. Мы оказались в промежуточном положении - достаточно агрессивные, чтобы разозлить противника и мировое мнение, но недостаточно решительные, чтобы сломить его волю".

Потом, в 1972 пришел Никсон и принял план генералов аж 1964 года. Хайфон заминировали, инфраструктуру Севера стали бомбить без сантиментов. Ханой начал переговоры. Другое дело, что это уже ни на что не влияло. Поздно было. Еще несколько лет и мир увидит дикую эвакуацию из Сайгона.

ФСБ РФ вскрыта и задокументирована широкомасштабная акция иностранных спецслужб по внедрению и применению на мобильных средствах коммуникации высокопоставленных российских служащих вредоносного программного обеспечения, используемого для снятия имеющихся данных, прослушивания ведущихся переговоров, а также негласного акустического и видеоконтроля обстановки вблизи электронных устройств, направленная на получение чувствительной информации.

Эта новость — редкий случай, когда официальное заявление спецслужб действительно читается как признание системной проблемы. ФСБ публично объявила о том, что вскрыла и задокументировала широкомасштабную акцию иностранных спецслужб, направленную на внедрение вредоносного ПО в мобильные устройства высокопоставленных российских чиновников.

По версии следствия, через возможности крупных международных IT-корпораций злоумышленники не просто снимали данные, а вели скрытую прослушку переговоров, а также акустический и видеоконтроль обстановки вокруг гаджетов. Фактически ведомство подтверждает, что давние подозрения об утечках имели под собой реальную основу, и теперь источник проблемы наконец найден.

Уголовное дело возбуждено по статьям о неправомерном доступе к компьютерной информации и о создании вредоносных программ, но главный вывод здесь не юридический, а дисциплинарный.

ФСБ предупреждает: обсуждение конфиденциальной информации по мобильным средствам связи и даже вблизи них отныне недопустимо. Иными словами, проблема не в нерадивости чиновников, а в современных технологических возможностях противника. Партнёры, как пишут в таких случаях, не придут — Трампу нужен мир, но до него, судя по этому заявлению, ещё далеко, а окно возможностей для шпионажа активно используют все, кому не лень.

💥Удар по ТЦК

Заявляется, что на фото последствия удара по зданию ТЦК в Днепропетровске.

Это хорошие новости. Если мы начнем систематически бить по бандеровским людоловам, то очень быстро у нас на Украине появиться достаточно много сочувствующих.

Это будем выглядеть как месть за простого украинского мужика.

‼️ «Крипта — это развод!»

Сказал муж. Теперь считает её деньги — 23-30 тысяч каждый вечер😅

Кто не знал — Диана обучила в своем канале уже больше 2 000 человек зарабатывать на простых действиях — без опыта и знания в финансовой сфере.

Суть простая: заходишь в канал, повторяешь ее шаги, выводишь деньги.

Первый доход 250 000 — личная гарантия. Не получишь за неделю — выплатит сама.

Мест мало — набор заканчивается 👉 https://t.me/+Cy5LbQ0VjYUxOGNi

AWACS не нужен:  SpaceX получила контракт на систему глобального наблюдения за ракетами и дронами

Пентагон ускоряет создание спутниковой системы SB-AMTI, которая должна в реальном времени отслеживать самолёты, крылатые ракеты, беспилотники и другие воздушные цели непосредственно с орбиты. На этот проект SpaceX получил контракт на $4,16 млрд от командования Космических сил США.

Смысл проекта значительно шире очередной спутниковой программы. Сегодня основой дальнего воздушного наблюдения остаются самолёты типа AWACS и E-7 Wedgetail. Их проблема в том, что они сами являются крупными и уязвимыми целями. В потенциальной войне против Китая или России такие машины могут оказаться слишком рискованными для работы вблизи зоны боевых действий, подчеркивает TWZ. Именно поэтому США пытаются перенести функцию обнаружения целей в космос.

Параллельно SpaceX получила ещё один контракт на $2,29 млрд для создания Space Data Network — спутниковой сети передачи данных, которая должна связывать сенсоры, средства ПВО, ракеты-перехватчики и командные центры в единую систему.

В чат призываются эксперты по теме «как дёшево и быстро сбить всю группировку Starlink бочкой гвоздей». А также люди, 12 лет назад радовавшиеся искрометной шутке про американцев, орбиту и батут. К настоящему моменту, у США разворачивается уже вторая глобальная сеть для гражданско-военных целей (а там ещё StarShield в перспективе). У нас же из достижений за то же время – зачем-то снятый на МКС фильм.

Если кто не понял, что означает новость про SB-AMTI и Space Data Network. США фактически строят не новую систему разведки, а орбитальный аналог боевой информационной сети. Если проект удастся, то спутники будут не просто наблюдать за воздушной обстановкой, а непрерывно выдавать целеуказание для средств поражения. То есть космос начинает превращаться из среды наблюдения в полноценный элемент контура управления боем. Потому что будут работать и контуры постоянного мониторинга обстановки, и контур наведения на всякое интересное подходящего ударного средства, выбранного оптимальным образом (см. Украина, CNN, Palantir).

В этом плане, война на Украине – «песочница». Если украинский конфликт показывает исчезновение тактического тыла на глубину десятков километров, то SB-AMTI — это попытка распространить подобную логику на весь земной шар. Условные украинские дроны будут в реальном времени лететь куда-то за Урал, причем не по заданным координатам, а корректируя задачу сообразно тому, что видно с орбиты, и будучи управляемым на всей протяженности полёта.

И о хороших новостях - в российский бюджет пошли первые безвозмездные платежи от крупных бизнесменов – об этом со ссылкой на источники пишет журнал «Эксперт». По итогам года власти рассчитывают получить около 300 миллиардов рублей, хотя точную сумму предсказать невозможно: размер взносов, как подчеркивают собеседники издания, «личное дело каждого».

История получила развитие после мартовского съезда Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП). Тогда, по данным Financial Times, Владимир Путин в закрытом режиме встретился с членами бюро правления объединения и предпринимателями, где призвал бизнес профинансировать специальную военную операцию, а глава «Роснефти» Игорь Сечин предложил сделать взносы. В Кремле подтвердили: один из участников встречи по собственной инициативе пообещал выделить крупную сумму. Имя не назвали, зато глава РСПП Александр Шохин охарактеризовал предложенный взнос как «неожиданно большой».

И вот теперь «Эксперт» со ссылкой на источники сообщает, что платежи действительно идут. Причем не напрямую от миллиардеров, а со счетов небольших компаний и фондов. Суммы разбивают на части – по несколько миллиардов рублей. По данным правительственного портала «Электронный бюджет» на 27 мая, безвозмездные поступления в казну от негосударственных организаций уже достигли 220 млрд рублей, хотя в законе о бюджете на 2026 год этот вид доходов планировался на уровне всего 1,7 млрд.

Напомню, что федеральный бюджет за январь–апрель 2026 года исполнен с дефицитом 5,9 триллиона рублей при плане 3,8 триллиона на весь год. На этом фоне возникает резонный вопрос: почему квазиналоговые взносы крупнейших бизнесменов остаются сугубо добровольными и никак не регламентированы – даже ставкой НДФЛ, – в то время как налог на добавленную стоимость повысили для всех?

Кстати, в начале мая уже писал об этой проблеме в серии постов – «Золотой поток на крови падающих зарплат»:

«Выход один: радикальная реформа принципов налогообложения. Нужно ввести прогрессивную шкалу налога на дивиденды и доходы от прироста капитала от операций с акциями. Сделать так, чтобы первые, скажем, $1-10 млн прибыли в год облагались минимально (поощряя средний класс). Все, что выше $10 млн и, например, до $50 млн в месяц – по прогрессивной шкале налогообложения от 30 до 50% (как на Западе). А начиная с $50 млн в месяц и выше – пропорционально в бюджет по ставке 50-75%.

Сейчас у нас максимальная ставка налога на сверхкрупные доходы – всего 22%! Во Франции и Британии, например, 45%. Даже в США – 38%. То есть, что, получается, в этих странах больше социальной справедливости, чем у нас? Так, а что, этого никто не знает? Знает. Так почему тогда тридцать лет не принимаются соответствующие законы?

Нам как счастье подается то, что государство обратилось к богатым людям и некоторые милостиво согласились сброситься в бюджет на СВО. Не бред ли? Не проще ли принять закон, тем более, в ГД сейчас рулит «ЕР» – партия власти, чтобы все было в рамках закона, без исключений и на постоянной основе, а не выглядело как разовая подачка милостыни?

В общем логика мысли понятна – если мы не на словах, а на деле ратуем за социально-ориентированное государство, то те гигантские средства, которые последние 30 лет оседают в карманах узкой группы людей, должны пойти в бюджет государства: на детские пособия, поддержку многодетных семей, бесплатную медицину, жилье для военнослужащих, зарплату полицейским. Иначе скоро нас некому будет ни охранять на улицах, ни лечить в больницах, ни учить в школах, ни охранять по внешнему периметру.

Общество не просит милостыню – оно требует долю того пирога, который само испекло. И если бизнес-элита не способна на добрую волю, государство обязано ввести для нее военно-налоговый режим».