20 идей по развитию России:

1. Отключить интернет
2. Увеличить утильсбор
3. Запретить англицизмы
4. Запретить выбивать ковры
5. Увеличить все штрафы
6. Запретить ВПН
7. Разрешить ВПН, но за деньги
8. Придумать что-то с валежником
9. А потом с грибами и ягодами
10. Запретить в кино всё непонятное
11. Запретить Roblox
12. Запретить соцсети
13. Запретить ютуб
14. Увеличить НДС
15. Ввести НДС для ИП
16. Запретить мат
17. Запретить пиво на стадионах
18. Запретить вейпы
19. Выслать Нурлана Сабурова
20. Рожать будут все.

Полиция Иерусалима сообщила, что схождение Благодатного огня пройдёт в закрытом режиме, без участия многочисленных паломников и духовенства.

Интересный гешефт получается. Со слов корреспондента "Вести", даже избирательный. 
Евреи празднуют Пейсах. Все синагоги полны народа. Власти не беспокоятся о своих гражданах!? Где угодно, но только не в Израиле.

То, что сейчас происходит в Святой Земле - чистый элемент давления на международную общественность с целью показать себя жертвой. Очередной раз.

Дальше — больше. Полный газ!

Если верить свежим новостям, то:
1. Минцифры просит операторов связи ввести плату за использование более 15 Гб международного трафика в месяц на мобильных сетях (чтобы ходить в зарубежный интернет было ДОРОГО);
2. интернет-платформы обязаны будут ограничить использование своих сервисов клиентами, заходящими через VPN (чтобы ходить в зарубежный интернет было НЕУДОБНО);
3. Максут Шадаев не исключил также возможность введения административной ответственности за использование средств обхода блокировок (чтобы ходить в зарубежный интернет было НАКАЗУЕМО).

Интересно, учитывают ли авторы запретов (согласованных, получается, до САМОГО верха), что в РОССИЙСКОМ Интернете нет НИ-ХУ-Я?

Нельзя заниматься финансами, программированием, наукой, культурой, медициной, инвестициями, космосом, ИИ, геймдизайном, мейдикой — ничем, блин, нельзя нормально заниматься, оставаясь только в российском сегменте интернета.

Без VPN в западную сеть не попасть. Либо сайты заблокированы РКН (как, например, YouTube), либо сами сайты блокируют российских пользователей (как, например, ChatGPT). Всё, дорогой соотечественник! Ты остался не у дел.

Ты просто будешь лохом, ничего не знающим ванькой, который из деревни позавчера приехал, на фоне любого, у кого есть доступ к международным источникам информации.

Никакую великую страну так не построить, никакого патриотизма не будет, и не развить в России абсолютно ничего, если не взаимодействовать с внешним миром. Это всем было очевидно, начиная ещё с Ивана Грозного и Петра Великого.

Чебурнетизация России это не патриотизм, а просто бред, какая-то шизофрения. Со своими сраными мессенджерами и говноплатформами, которые, сука, даже не работают. Даже в хорошую погоду.

Это будет тотальная депрессия граждан на уровне начала СВО. Которая, напомню, никуда не делась ещё.

Плюс, мы потеряем всё молодое поколение как в патриотическом, так и в культурно-интеллектуальном плане.

Для чего и кому это надо? Я просто пытаюсь понять. Может, кто-то знает? Может, я чего не понимаю?

Нам опять врезали кованным сапогом по яйцам. Порт в Усть-Луге на Финском заливе снова горит. Я помню, когда по нему ударили чуть ранее, была информация, что БЛА прилетели из Прибалтики, официальных заявлений не было. Я сейчас совершенно не про необходимость нашего ответа, я о падении уверенности в том, что за спиной русского солдата стоит мощная Россия.

Добавлю то, о чем ранее не писал. Когда украинский коптер ударил по центру Московского Кремля, то в окопах СВО обрадовались. Неожиданно, правда? Так вот в чем было дело, наши солдаты говорили: «Наконец-то наверху очнутся, ударят по-настоящему». Они ожидали пробуждения и железной решительности в верхах.

Нет. Бить по инфраструктуре Украины мы начали два года спустя. И то, нежно, чтоб не расстроить врага. Это ведь так? Это ведь правда? Мы стараемся, чтоб наш военный ответ был чуть слабее удара противника. Почему - не известно.

Я абсолютно уверен в нашей мощи, я абсолютно поддерживаю цели СВО. Но чтоб достигнуть этих целей надо к ним идти. Не «гусиным шагом» сидя на корточках, а реально двигаться вперед, сопровождая каждый день нестерпимой мукой врага.

Это не моя личная обеспокоенность. Я вынужден сообщить о растущем раздражении простых людей, и, особенно, военных. Раздражение тем, что солдаты идут на смерть, решительно, не сохраняя себя, за Родину, а где-то там осторожничают, берегут, или берегутся.
Солдаты начинают задумываться, а единым ли строем мы идем, или кто-то нерешителен, а их, солдат, решительно посылают вперед.

Многое в кулуарах говорится о нашем, возможно, хитром плане. Но кто-то сомневается: это что ж за хитрый план такой, по которому наши предприятия лупят, как мух мухобойкой, а мы только две недели назад разрешили официально частным предприятиям защищаться самостоятельно, коль государственных сил не хватает. Разрешили ЧОПам применять коммерческое ПВО.

Если у нас есть план, надо хоть как-то поддерживать уверенность населения в его наличии.

https://t.me/rian_ru/336025

Г-н Сладков, откуда такая суетливость?

Не Вы ли весной 2022 поддержали своим молчанием идею с эвакуацией террористов из Азова из Азавостали в обмен на удобное кресло на Фрунзенской набережной?

Именно тогда этот самый «поворот не туда» и начался.

Рассказывали - из того кабинета ради вашей нижней части спины даже генерала попросили...

А теперь что случилось? Кресло жопу жать начало? Терпите уже.
Вопросы следует в зеркало задавать.

@romanov_92

Товарищ Чадаев поднял интересную мысль по поводу административного аспекта недавно созданных ВБпС ВС РФ. Согласно его наблюдениям, в оборонных кругах существует мнение, что, возможно, следовало бы подумать об учреждении ВБпС в качестве отдельного ведомства вне контура Минобороны по аналогии с Росгвардией, МВД, МЧС и так далее.

Кроме того, с учетом критической важности беспилотных технологий в военных, а то и гражданско-экономических аспектах, столь крупное направление по уму должно опираться на значительный ресурсно-политический потенциал. Некоторые справедливо проводят параллели с такой структурой, как иранский КСИР.

Сильная и разветвленная организация, которая помимо фактически альтернативной палитры конвенциональных вооруженных сил также обладает широкими полномочиями в разведке, финансах, дипломатии, промышленности и прочих доменах. В пользу успешности такой модели говорит тот факт, что во-многом именно роль КСИР обуславливает серьезную устойчивость Ирана против продолжающейся американо-израильской агрессии.

Возможен ли российский аналог КСИР, что он из себя бы представлял и как это сделать технически? Вопросы эти по своему масштабу выходят за рамки и без того априори обширного БпЛА-контекста, заставляя критически осмыслять логику функционирования госмашины. И хотя различия между Россией и Ираном, очевидно, носят глубинный культурно-исторический характер, выбросить эту идею сразу в урну было бы непродуманно.

Годы СВО наглядно показали, что Минобороны, пусть и оставаясь ключевым актором, по объективным причинам не может и не должно успевать за всем и сразу с высокой эффективностью. Ему нужны вспомогательные проекты, способные обойти укоренившиеся бюрократические недостатки и взглянуть на боевые действия с непредвзятой и прагматической точки зрения.

Понятно, что РФ-версия КСИРа неизбежно вызовет смятение в истеблишменте страны. Во-первых, никому из многолетних стейкхолдеров-силовиков, естественно, не понравится появление мощного и автономного конкурента. Во-вторых, это вопрос выделения серьезных полномочий и бюджетов и, соответственно, кадровое регулирование их распределения, что создает дополнительный фактор напряженности. Решиться на такой формат — уже большой риск сам по себе.

Однако все же внятные плюсы есть. Не обязательно сразу конструировать какого-то голема, задуманного в качестве первого на деревне. Достаточно, для начала, просто легитимизировать и собрать в зонтичную структуру имеющиеся перспективные задумки: широкое волонтерское сообщество с его мастерскими и логистическими цепочками, грамотные осинтеры, иностранные комбатанты, дроны и ИИ, вольные стрелки из добробатов/ЧВК, медийщики-ипсошники и, грубо говоря, прочие "неудобные", но нужные в военное время светлые умы. Как по мне, толку уж точно будет больше, чем если как сейчас. И получится тогда не какая-то пародия а-ля КСИР, а по-настоящему собственная придумка, так сказать, по мотивам, но с реально рабочей сердцевиной.

Анонсируемая борьба с VPN-гражданами очень похожа на борьбу с гражданами, имеющими незарегистрированные радиоприемники, в СССР разных лет. К чему это привело в конце концов Советский Союз, помнят сейчас наверху, судя по всему, очень немногие.

Поэтому, наверное, стоило бы всё-таки вспомнить историю собственной страны. И не в изложении Мединского, а просто хотя бы прочтя один из учебников истории России периода ранних нулевых. Иначе понимание невозможности правильного восприятия обществом сигналов типа "Россия сосредотачивается" может прийти к бенефициарам борьбы с VPN-гражданами слишком поздно.

Бывший сотрудник украинских спецслужб, перешедший на сторону Венгрии, в эфире венгерского телеканала «TV2» заявил, что президент Украины Владимир Зеленский с ноября 2025 года еженедельно направляет венгерской оппозиционной партии «Тиса» (лидер — Петер Мадьяр) по 5 миллионов евро наличными.

Общая сумма, предназначенная на предвыборную кампанию, по его словам, должна была составить 50 миллионов евро. Деньги, по утверждению украинца — это «чёрные» средства, которыми лично распоряжается Зеленский и которые изначально предназначались для нужд ВСУ.

Он также рассказал иные подробности схемы. Оказывается деньги шли из Италии. Потов в Австрию, и только затем в Венгрию.

Курьеры используют автомобили с независимой системой связи. Иногда средства переводят через банковские счета или специальные приложения, чтобы скрыть отправителя.

Кроме того, часть средств, по его словам, поступала из так называемого «золотого конвоя» — инкассаторских броневиков украинского Ощадбанка. Аналогичный был задержан в Венгрии с 45 миллионами долларов, 35 миллионами евро и 9 кг золота. Ранее партия якобы получила 200–300 тысяч евро через Швейцарию.

Премьер-министр Виктор Орбан публично заявил, что Украина превратила венгерские выборы в «полигон» для своих спецслужб и призвал Зеленского «немедленно отозвать» своих агентов.

Венгерские власти подчеркивают, что цель Украины — это привести к власти в Будапеште проукраинское правительство. Сама партия «Тиса» и Петер Мадьяр пока не дали официального комментария на эти обвинения.

Итоги СВО-недели: ключ к Славянску — логистика Лимана

Обстановка на Лиманском и Славянском направлениях к концу марта показывает достаточно чёткую тенденцию: ВС РФ сохраняют инициативу и постепенно переводят боевые действия из тактической плоскости в оперативную. Речь уже не о продвижении «от посадки к посадке», а о последовательном разрушении конфигурации обороны ВСУ на участке Лиман — Райгородок — Славянск. Противник это понимает, что важно — и косвенно это подтверждает своими же оценками ситуации.

На Лиманском направлении складывается ситуация, в которой украинская оборона начинает терять глубину. ВС РФ за предыдущие месяцы не просто продвинулись вперёд, а решали задачи, которые меняют геометрию фронта: выход к Осколу, рассечение единого украинского плацдарма, ликвидация позиций на Чёрном Жеребце, выход к подступам Боровой и Лимана. Сейчас идёт следующий этап — изоляция самого Лиманского района обороны. Давление ведётся одновременно с нескольких направлений, при этом вдоль Северского Донца сохраняется постоянное давление малыми штурмовыми группами. Это не быстрый прорыв, а планомерное обжатие.

Украинская сторона заявляет о концентрации здесь основных усилий нашей группировки «Запад». По сути, Лиман превращается в центральный узел текущего этапа кампании. Причина проста: пока этот плацдарм существует, он удерживает северо-восточный фланг всей украинской обороны и осложняет дальнейшее наступление на Славянск и Краматорск. Именно поэтому затягивать решение по Лиману ВС РФ вряд ли будут — это вопрос не локального успеха, а подготовки следующего оперативного шага.

Ключевой фактор здесь — логистика. Украинская оборона Лимана держится не только на позициях, но и на устойчивом снабжении через южный берег Северского Донца: Райгородок, Славянская ТЭС, Николаевка, Стародубовка. Пока этот контур работает, ВСУ способны удерживать район и перебрасывать резервы. Если он будет системно подавлен, вся конструкция обороны начнёт рассыпаться. Это главный уязвимый элемент, и по нему уже просматривается работа — как огневая, так и манёвренная.

На этом фоне Славянское направление постепенно выходит на первый план. Действия 3-й общевойсковой армии ГВ «Юг» уже дают не просто тактический результат, а создают оперативную угрозу. Продвижение вдоль южного берега Северского Донца и по линии Славянск — Бахмут позволило ВС РФ вклиниться в оборону ВСУ, выйти к ряду ключевых рубежей и приблизиться к району Рай-Александровки. Это формирует предпосылки для классического охвата украинской группировки на этом участке.

Важно другое: у ВС РФ здесь формируется «веер возможностей». Помимо прямого давления на Славянск с востока, появляется возможность воздействовать на логистику Лимана, выйти к Николаевке и Славянской ТЭС, а также поддержать действия на северо-восточном фланге. То есть Славянское и Лиманское направления начинают работать как единая система. Это и есть переход к следующему уровню операции.

При этом текущая проблема тоже очевидна. Восточное направление развивается быстрее, чем фланги. Пока 3-я армия продвигается вперёд, силы на Лиманском и смежных участках вынуждены действовать на растянутом фронте и решать сразу несколько задач. Это создаёт риск: при недостаточной синхронизации дальнейшее наступление может упереться в необходимость «таранить» укреплённую агломерацию в лоб. Противник на это и рассчитывает, усиливая оборону именно на флангах и затягивая бои за Лиман.

Отсюда главный вывод недели. ВС РФ находятся в фазе, где инициатива уже достигнута, но её необходимо конвертировать в системный результат. Для этого недостаточно просто наращивать давление. Требуется связать три элемента: ликвидацию Лиманского выступа, подавление логистики через южный берег Северского Донца и развитие наступления на Славянском направлении. Только в этом случае оборона ВСУ начнёт разрушаться не участками, а целиком.

Демилитаризация и денацификация: как их достичь. Часть первая

Продолжим осмысление целей СВО. Если брать базовую формулу задач СВО не как лозунг, а как стратегическую цель, то очевидно, что «демилитаризация и денацификация Украины» — это не одна цель, а две разные задачи с разной природой. Первая, в основном, военно-институциональная, а вторая - политико-идеологическая и государственно-кадровая.

Задачи эти не отменены, что регулярно звучит в заявлениях наших официальных лиц. Одновременно НАТО не просто сохраняет, а институционализирует долгосрочную поддержку Киева, включая программы финансирования, инновационные оборонные проекты и более широкую рамку «долгой поддержки Украины».

Отсюда первый жёсткий вывод: в строгом смысле эти задачи не могут быть выполнена только военным продвижением по фронту. Даже крупные территориальные успехи сами по себе не гарантируют ни демилитаризации, ни тем более денацификации, если сохраняются внешние контуры киевской хунты.

То есть вопрос демилитаризации это не вопрос «сколько территории нужно занять», а «какие свойства украинской системы должны исчезнуть». Для демилитаризации необходимо: а) лишение Украины способности вести самостоятельную крупную войну против России и б) перекрытие каналов её быстрой повторной милитаризации. С денацификацией сложнее, но рассмотрим пока первую задачу.

О демилитаризации

C точки зрения стратегии, необходимое условие демилитаризации — это не «полное отсутствие армии», а отсутствие у Украины возможности в обозримом будущем угрожать России как военной системе. Иначе говоря, Украина не должна иметь возможности быстро восстановить ударный потенциал, опираясь на собственные ресурсы плюс внешнюю помощь. Пока НАТО сохраняет инфраструктуру поддержки, обучение, долгий финансовый и технологический контур, одной лишь убылью текущих вооружений и личного состава ВСУ задача не решается.

Отсюда вытекает, что минимальный набор необходимых условий для демилитаризации включает:

Во-первых, нейтрализацию внешнего контура. Не в красивой декларации, а в рабочем смысле: отсутствие иностранных военных баз, постоянных контингентов, инфраструктуры оперативного приёма войск, систем внешнего целеуказания, каналов интеграции в натовский военный цикл и долгосрочных механизмов вооружения Украины как форпоста. Пока это всё сохраняется, демилитаризация фиктивна и временна.

Во-вторых, необходима внутренняя военная несамодостаточность Украины. Проще говоря, Киев не должен иметь ни масштабной армии (не больше 100-150к штыков), заточенной под реванш, ни военно-промышленной модели, позволяющей за короткий срок восстановить такую армию. Здесь важно не число бригад само по себе, а способность к восстановлению. Киев можно временно разоружить, но если у него остаются кадры, ВПК, внешние поставки и политическая воля на реванш, это не демилитаризация, а передышка.

В-третьих, необходимо статусное закрепление ограничений. Без юридически, политически и технически зафиксированных ограничений на определённые классы вооружений, военную инфраструктуру, зарубежные военные миссии, разведку и планирование всё возвращается к старой проблеме: на бумаге перемирие, на деле — подготовка к следующему циклу войны.

Теперь о достаточном условии. Демилитаризация может считаться достигнутой тогда, когда одновременно выполнены две вещи:

а) Киев не способен вести крупномасштабную войну против РФ собственными силами;

б) внешний блок не способен быстро превратить её обратно в фронтовой плацдарм без перехода к травматичному и невыгодному столкновению с Россией.

И это состояние не ситуативно, а закреплено на годы вперед через статус режима в Киеве, режим контроля и ограничений. Если эти два элемента есть, то с точки зрения результата демилитаризация состоялась, даже если у Украины остаются ограниченные силы самообороны. Полное отсутствие армии здесь не требуется; требуется отсутствие опасного для России военного качества системы.

Вторая часть тут.

Денацификация — как её организовать. Часть вторая

Первая часть тут.

Продолжаем работу с целями СВО и фазами их достижения. Про демилитаризацию сказал выше, теперь – про ещё более сложную задачу. Сложную, потому что «денацификация» это термин ещё менее конкретный.

Минимальное содержательное ядро этой задачи — это не просто борьба с отдельными радикальными группами, а слом той модели украинской государственности, в которой антироссийская идентичность, культ насилия против «русского мира», героизация соответствующих фигур и кадровое продвижение таких носителей стали элементом нормы.

Отсюда главное необходимое условие денацификации — это не разовая «зачистка» и не смена нескольких персон, а демонтаж механизма воспроизводства. Должны перестать воспроизводиться пять вещей:

- Соответствующая кадровая матрица в силовом аппарате и органах власти.
- Пантеон героев и легитимирующих мифов.
- Образовательная и медийная машина, которая нормализует такую идеологию. Правовой режим, в котором политически и культурно антироссийская дискриминация считается допустимой.
- Международная внешняя подпитка этой модели.

И вот здесь возникает неприятная, но центральная мысль: денацификация невозможна как чисто внешняя процедура, если внутри самой Украины сохраняется массовая политическая база для прежней модели.

В отличие от демилитаризации, которую можно в значительной степени навязать извне через угрозу насилия, ограничения и контроль, денацификация требует либо глубокой трансформации самого украинского политического режима, либо долгого внешнего надзора за такой трансформацией. То есть это уже не вопрос фронта, а вопрос власти, идеологии, школы, памяти, медиа и кадрового набора. Т.е. гуманитарных технологий. Упс...

Следовательно, достаточным условием денацификации можно было бы считать только такую конфигурацию, при которой украинское государство перестаёт быть носителем радикально антироссийской этнополитической модели. На практическом языке это означает:

- Изменены основы исторической политики, устранены из нормального государственного оборота ключевые носители радикального насильственного национализма.
- Прекращена институциональная героизация соответствующих фигур и практик. Все носители проходят процедуру публичный суд - каторга - Сибирь.
- Гарантированы права русскоязычного и в целом лояльного к России культурного пространства.
- Школа, медиа и силовой аппарат перестают работать как фабрика войны.

Если для демилитаризации в принципе возможен ограниченный вариант достижения - нейтральный статус, военные ограничения и т.д., то для денацификации нужна полная очистка организма. Потому что политическая идентичность и государственный миф живут дольше техники. Танки можно уничтожить. Учебник истории, пантеон памяти и кадровый отбор силовиков сохраняются гораздо легче. Отсюда рамки возможных вариантов.

Первый уровень — тактический. Россия удерживает занятые территории, наносит Украине тяжёлый военный ущерб, получает паузу. Это может быть временным военным успехом, но не равно ни демилитаризации, ни денацификации.

Второй уровень — оперативно-стратегический. Украина теряет возможность в среднесрочной перспективе вести большую войну, её натовская интеграция ограничивается, часть её военного потенциала и инфраструктуры уничтожается и обрезается. Частичная демилитаризация, но не денацификация.

Третий уровень — политико-системный. Меняется не только силовой баланс, но и природа украинского режима как антироссийского проекта. Только это в полном смысле отвечает обоим официальным целям.

Неприятный вывод: необходимым условием всей связки является изменение статуса Украины. Достаточным условием является изменение статуса плюс изменение режима воспроизводства украинского государства. Без первого не будет демилитаризации. Без второго не будет денацификации.

Достижение этой цели требует либо очень крупной политической перестройки самой Украины, либо такого международно-силового положения, при котором спонсоры укропской хунты откажутся от её поддержки. Однако это уже не украинский вопрос, а вопрос наших отношений с Западом (НАТО).

Процесс цифровой деградации готовится к запуску

Министерство цифровой деградации, обрыва связи и нарушения коммуникаций (такое название больше соответствует действительности) готовит к маю новый подарок пролам. Лидер данной организации попросил ввести плату за использование более 15 Гб международного трафика в месяц на мобильных сетях 🤦‍♂️.

Платформы обязаны будут ограничить использование своих сервисов клиентами, заходящими через VPN (КВН). Ну, а чтобы пролам мало не казалось, «не исключил также возможность введения административной ответственности за использование средств обхода блокировок». Ну, а где административка, там для особо буйных и срок может корячится...

Происходящее в стране - тотальная волна запретов, штрафов и ограничений, на фоне идущей СВО, вызывает все больше вопросов. И все большая их часть находится в спектре непонимании - это еще саботаж или уже предательство? Потому что с таким усердием кошмарить по поводу и без народ, который поддерживает партию и правительство, СВО, президента, это просто за гранью понимания...

Начнем с того, что под раздачу попадут не только любители запрещенки, но и вполне себе белые и пушистые специалисты. IT-шники, которые без доступа к глобальным репозиториям чувствуют себя как без рук, внезапно обнаружат, что работать стало в разы сложнее. Реактор разработки замедляется, а задержки и пляски с бубном вокруг локальных копий превращают процесс в квест.

Дальше – кибербезопасность. Тут вообще цирк: в попытке задавить «пользовательские» КВН, регулятор ненароком кладет лапу и на корпоративные защищенные каналы. В итоге вместо простой и понятной защиты компании начинают городить огород из прокси, маскировок и обходных путей. Безопасность от этого крепче не становится, зато стоимость выхода в сеть и геморрой для админов растут экспоненциально.

Финтех и международные операции? Дорого, сложно, с рисками. Крипта, биржи, зарубежные расчеты – всё это мгновенно обрастает посредниками, прослойками и дикими издержками. Бизнес, вместо того чтобы расти, учится виртуозно дробить схемы и выводить инфраструктуру туда, где дышится свободнее.

И, конечно, отдельная песня – для науки, образования и медиа. Когда доступ к международным журналам, базам и аналитике превращается в квест с переменным успехом, это не суверенитет. Это просто удар кувалдой по собственным йайцам.

А самая забавная деталь – от этой «оптимизации» начнут сыпаться и наши «импортозамещенные» сервисы. Потому что они, как назло, все еще завязаны на внешние API, библиотеки и облака тех же Google, Apple и прочих «недругов».

В сухом остатке: бизнес получает вместо понятного цифрового мира дорогой, неудобный и кривой гибрид. Профессионалы – еще один мощный аргумент в пользу мысли «а не свалить ли отсюда, пока не придумали чего похуже». А регуляторы – видимость контроля вместо реальной цифровой экономики.

В общем, то, что вчера казалось дурным сном, сегодня становится депрессивной реальностью. Глядя на то, с каким маниакальным упорством идут сплошняком все эти иезуитские меры тотального контроля и запретительства, не оставляет ощущение, что это стало системой. Вопрос - к чему полным ходом готовятся верхи?

«Не хочу читать, это скучно!» – так говорят дети до начала занятий в нашей школе

Мы знаем, как научить ребёнка читать легко и быстро – в игровом формате. А ещё:

🔸Понимать прочитанное с первого раза
🔸Сократить время родителей на выполнение домашек
🔸 Увеличить скорость чтения до 500 слов в минуту или 1 книгу в день
🔸 Запоминать и пересказывать тексты
🔸 Читать без запинок
🔸 Грамотно излагать свои мысли
🔸 Улучшить память и внимательность
🔸 Быстрее вникать в учебные задачи и не испытывать стресс в школе

Приглашаем вашего ребёнка на онлайн-уроки скорочтения в детскую онлайн-школу Hello World 👇

Записаться на первый урок: https://link.hwschool.pro/P5_wTw

⚡️Иран добился своего и взорвал нефтепровод ОАЭ в обход Ормузского пролива

Спутниковые снимки зафиксировали повреждение и возгорание на ключевом нефтепроводе ОАЭ, который соединяет Абу-Даби с портом Фуджейра и позволял в обход Ормузского пролива поставлять нефть на внешние рынки. Теперь он стоит.

Трубопровод Habshan–Fujairah, также известный как ADCOP (Abu Dhabi Crude Oil Pipeline), был построен в 2012 году специально для обеспечения экспорта нефти в обход Ормузского пролива. Его мощность составляет от 1,5 до 1,8 млн баррелей в день. По данным аналитиков, пожары зафиксированы, как минимум, на двух насосных станциях вдоль трассы трубопровода.

Этот инцидент стал частью более широкой кампании Ирана по ударам по энергетической инфраструктуре стран Персидского залива на фоне продолжающегося конфликта с США и Израилем. Ранее сообщалось об атаках на сам порт Фуджейра — один из крупнейших нефтяных хабов в мире, а также на другие объекты в регионе.

Стратегия Ирана по масштабизации конфликта с коалицией Эпштейна дает свои зримые и вполне ощутимые плоды. Быть добру.

И еще раз возвращаясь к нашей заочной дискуссии с К.Косачевым, заместителем председателя Совета Федерации. Напомню его позицию, кого нам следует поддержать в конфликте между коалицией Эпштейна и Ираном. У себя в Телеграм-канале 12 марта он написал:

«Очень трудная ситуация возникла накануне для российской дипломатии в Совете Безопасности ООН. Пытаясь содействовать компромиссу между взаимоисключающими подходами Ирана, США, Израиля и оказавшихся зажатыми между ними заливных стран, мы внесли проект резолюции, где не упоминалась НИ ОДНА из сторон конфликта, но содержался призыв к немедленной деэскалации. Американцы наложили вето.

Затем Бахрейн, отражая позицию заливных стран, внес проект с односторонним и жёстким осуждением ударов Ирана по их территориям, но без упоминания США и Израиля, равно как и права Ирана на ответ. Резолюция прошла, Россия и Китай воздержались. Резолюция несправедливая и односторонняя. Да, Иран перегибает палку…

Возвращаясь к дипломатии. Следовало ли России воспользоваться своим правом вето? Если поддаваться эмоциям – то да. Но если следовать нашим собственным интересам – то нет, ведь заливные государства – большей частью такие же наши добрые партнёры (выделено жирным - Ю. Б.), как и Иран. И в этой сложнейшей ситуации решение воздержаться при голосовании - увы, было выбором между плохим и очень плохим».

По поводу того, как Иран "перегибает" палку, я уже ответил. Главное, чтобы палка была. Теперь осталось осветить вопрос, какие партнеры нам страны Персидского залива. К.Косачев говорит, что они нам большие партнеры, чем Иран. И только две новости последних дней.

Первая: Украина поставила свои боевые расчеты странам Персидского залива для борьбы с иранскими дронами. Один из них Иран уже уничтожил (по данным иранских СМИ), включая 21 оператора дронов ВСУ.

Вторая: Саудовская Аравия, ОАЭ и Катар подписали долгосрочные оборонные соглашения с Украиной. ВСУ теперь получат долгосрочные контракты, а бюджет воюющей с нами Украины так необходимые ей дополнительные средства.

Павлины партнеры, говоришь? 🤦‍♂ Осталось дождаться только новости о том, что все вложения наших граждан в недвигу Дубайска и счета в местных банках местные власти тоже прихватизируют, как и те 530 млрд долларов, которые там были вложены у Ирана, и будет полное комбо.

Вот такой уровень государственного мышления, уровень прогнозирования и, следовательно, понимания мировых геополитических процессов. Ну, о защите национально-государственных интересов России с таким качеством политической экспертизы и на таком уровне, я просто промолчу.

◼️ В продолжение темы «революционной ситуации»… Интересные мысли выразил экономический эксперт Кирилл Родионов о «новом пролетариате»:

Доступность сети – это новый «хлебный вопрос»

✔️ Ограничения в отношении соцсетей и интернета в целом во многом связаны с непониманием того, что скорость и доступность коммуникации играют сегодня примерно ту же роль, что и стабильный товарообмен между городом и деревней в эпоху ранней индустриализации.

▪️ Самозанятые, индивидуальные предприниматели, малые и средние компании – это, де-факто, новый пролетариат. Только если в конце XIX и начале XX века речь шла о крестьянах, уезжавших работать на заводы и фабрики, то теперь это экс-сотрудники корпораций и бюджетных организаций, которые «уходят» в сеть для производства и продажи услуг.

✔️ Поэтому «глушить» сеть – это отнимать хлеб у людей, которые хорошо помнят, что такое полные прилавки; а ограничивать использование тех или иных платформ – значит вводить талоны и карточки, актуализируя «продовольственный вопрос».

▪️ Беспрепятственный доступ к сети – это основа социальной стабильности, особенно в условиях, когда реальный сектор балансирует между стагнацией и рецессией. И здесь от государства не нужны какие-то сверхусилия: достаточно расширять порог выручки для самозанятых; гарантировать стабильность налоговых и регуляторных условий для индивидуальных предпринимателей и МСП; и, самое главное, не вводить ограничения для цифровых сервисов.

👁‍🗨 «Хлебный вопрос» говорите… А «Ламповый Преемник» уже как-то напоминал, что что февральская революция в 1917 году в Петрограде началась с «хлебного бунта». Хотя реального голода в Петрограде тогда не было, а продовольственный кризис был кратковременным, буквально последствием логистических затруднений с подвозом муки из-за снежных заносов. Все это было помножено на слухи о введении карточек (кстати, в Германии продовольственные карточки были введены еще в 1915 году), вызвало панику и переросло в «хлебный бунт» с далекоидущими последствиями...

По поводу запретов.

Я, вообще, сторонник такого подхода. Надо просто вместо Конституции принять документ следующего вида:

1. ВСЕМ ВСЁ НЕЛЬЗЯ.
2. За исключением:

И дальше пункты 2.1, 2.2 и так до бесконечности. И именно из этой логики построить всю систему законодательства, иерархическим деревом.

Надо честно признать: мы таки построили феодализм. Вместо капитализма, который совсем недавно ещё был, а теперь уже почти умер, ненамного пережив социализм. В феодальном обществе нет и не может быть прав, есть только привилегии. И эти привилегии нарезаются определённым социальным группам (сословиям, цехам и т.д.) согласно спискам.

В этом смысле логика "белых списков" вполне продуктивна. Её следует всемерно расширить. Всем нельзя все сайты, но некоторые можно. Всем вообще нельзя интернет, но некоторым можно. Всем кредит под 20%, но некоторым под 5%. Всем нельзя ругать начальство, но некоторым можно. Всем нельзя коррупцию, но некоторым можно. И т.д.

Если кто-то думает, что это какая-то ирония, гротеск или троллинг, то это не так: я сейчас вот вообще не шучу. В такой системе есть логика и даже есть некоторая правда. Права — они для всех, а для всех сейчас неправильно, ибо ценность разных людей для государства разная, у некоторых она вообще отрицательная. Поэтому замена логики прав логикой привилегий — нормально. Скажем, идея формировать новую элиту из участников СВО — это же тоже логика привилегий: не воевал — всё, никакая ты нафиг не элита. Хочешь попасть в белые списки — заслужи.

А что вы думали? Традиционные ценности — это ведь, в пределе, отказ не только от "завоеваний Октября", но и вообще от завоеваний Модерна (читай — буржуазных революций, особенно французской). Никакого больше либерте, фратерните и уж тем более алиготе. Есть податные, есть служивые, есть торговые, есть духовные, у каждого свой набор привилегий сообразно значимости в соборно-катехонной симфонии. Пейзане — те так вообще деталь пейзажа.

Европейское слово State (Staat, Etat, Estado и т.д.) — "государство" — является производным от латинского слова Status, и исторически восходит к системе имперских статусов в восстановленной ещё Каролингами Западной Римской Империи. У всех есть какой-то статус, дающий те или иные преимущества. А роль имперского центра — эти самые статусы раздавать, а равно и лишать статуса тех, кто утратил полезность; как персонально, так и целыми сословиями.

Поэтому я не против: пусть всё запрещают. Всем. Но и первое, и второе — за некоторым исключением, см. соответствующий список. Справедливость же — это споры о том, что/кто в списке, а что/кто нет, и почему.