Автоботы, десептиконы, эта битва будет легендарной)
https://t.me/donrf22/92484

Кстати, в предыдущей эпичной битве в Очень Злой Империи, были вычерпаны все лимиты ботов на русскоязычных площадках. Их, оказывается, меньше полумиллиона всего. И поэтому, когда льют с обеих сторон из одного источника – он тупо пересыхает. Такие дела.

Иронично) Причем госуха льет ботов аккуратно, по чучуть. И это реально большое социальное достижение было в свое время, Горелкину респект, Дурову дизреспект. Горелкин хоть и на стороне зла в этой истории, но видно, что с мозгами и понимает че почем. Раньше госуха прост кидала 5-10-15 тысяч ботов в удобные для себя варианты и всё. Прям 15к спящих бизнесменов внезапно пробудились и единоразово в один из вариантов залились. И это было прям палевно. Но потом они както научились лить органически, по чучуть. В течении нескольких часов накидывая по паре десятков-сотен в минуту. И ты прям видишь, что график поплыл, но это к делу не пришьешь. Чтоб обвинять в ботоводстве – надо прям за руку поймать, всё остальное это "бла-бла-бла". А за руку при таком заливе не поймаешь, тут Горелкин нас переиграл и уничтожил.

Ровно до момента, пока уже на нашей стороне не появились те, кто умеет ботов лить. И вот тут, что называется, пошла масть. Потомушта эта нанотехеология аккуратного залива, она работает на органике. Когда счет голосов идет на тысячи, максимум на десятки тысяч. Когда в бой идут сотни тысяч единоразово – тут уже всё, ты либо льешь как из брансбоита, либо сливаешься. Автоботов нужно отправлять в бой десятками тысяч ежечасно, иначе такие Верденские Мясорубки не выигрываются. И вот тут уже не до органики. Сражайтесь большими батальонами или идите нахуй. Сто тысяч отборных солдат Кибертрона, сумеете ли вы совладать с ними?)

А главное, что по сути похуй, сумеют или нет. Потомушта это заливщикам с той стороны нужно симулировать мнение народа для самого народа и для отчетности. А нам этого не нужно. В опросы в ТГ льют голоса всегда, это факт, именно поэтому я их провожу крайне редко. Меня дискредитация самого формата – устраивает полностью. Так что когда я вижу аккуратную ювелирную заливку – то сами понимаете.

Дуров, почини опросы, заебал.

Понятно, что перед нами подлая американская провокация. Потому что люди смотрят на соболезнования посольства США в годовщину Крокуса - и начинают искать: а кто из наших стратегических партнеров сегодня соболезнования в связи с трагедией выразил? Азербайджан? Узбекистан? Может, Таджикистан, который некоторым образом с этой трагедией связан? Подлая американская провокация, еще раз повторю. Нет чтоб помолчать как стратегические партнеры

Оказывается, забивать скот у фермеров без анализов – это не баг, а фича. Чтобы предотвратить распространение вируса по тактике выжженной земли. Вакцинация возможна, но мясо вакцинированного скота имеет больше ограничений для импорта по сравнении с мясом "иммунулогически наивного" скота, не болевшего вирусом.

То есть скот фермеров, никогда не планировавших продажу мяса ближе, чем в соседнюю "Пятерочку", забивают, чтобы оградить стоящие рядом "мираторги", которые боятся сорвать план поставок в Казахстан. Это может даже быть не хитрым планом, а просто следствием режима борьбы с ящуром. Но голый факт в том, что этот режим уничтожает частников и обеспечивает выгоды корпорациям. Заговор тут уже не нужен.

Да, "мираторги" обеспечивают более высокий уровень биобезопасности своего скота, чем частные фермеры, к тому же имеют финансовые ресурсы для гашения рисков и страховки. Поэтому частные фермеры исчезнут, а "мираторги" останутся.

Уничтожение мелких хозяйств под предлогом ящурапо сути, это принудительный перевод населения на централизованное "пищевое обслуживание". Земля зачищается от "дикого" производства, чтобы сделать переход безальтернативным.

И это лишь один из фронтов построения нового общества корпоративного фашизма, в котором зависимость людей будет ключом, а уничтожение правового равенства и дальнейшее расслоение приведёт к стагнирующему неофеодализму.

Со временем "мираторги" запустят синтез искусственного мяса из стволовых клеток в биогенераторах, которое будет дешевым и возможно даже вкусным, но бесполезным из-за нехватки микронутриентов, которые коровы получают на травяном откроме. Мясо таких коров будет стоить дорого и поставляться на стол элите, обеспечивая ей здоровье и долголетие.

А пролы будут потреблять пустой синтфуд, который ведет к метаболическим нарушениям, воспалениям, и снижением когнитивных способностей. Фармацевтические гиганты (принадлежащие тем же инвестиционным фондам, что и мираторги) будут продавать им лекарства от последствий такого питания. Пролы станут пожизненными подписчиками обеих систем, доимым скотом для корпораций и государства.

Контроль над базовыми ресурсами — землей, водой и едой — перейдёт к узкой группе корпораций, любое частничество будет запрещено как "небезопасное", возродятся сословия неокрепостных и неоаристократии. Экономика, основанная на владении патентами (на семена, на штаммы клеток в биореакторе, на алгоритмы ИИ) и огромными территориями, будет опираться не на интеллект, а на доступы к управлению и распределению. Высшие должности в корпоративной среде будут передаваться по наследству или внутри узкого круга "своих".

Пролы будут изначально в проигрышной позиции: сниженный когнитивный потенциал, ограниченный образовательный путь. Рождаемость окончательно пойдёт вниз; неоаристократы будут жить по 120-150 лет, занимая все ключевые посты и распихивая туда своих детей до самого низа иерархии. Вот так будет реализовано "кжи" и "джи" Ивана Ефремова.

В условиях монополизации стагнирует и наука, которой будут оплачивать лишь поиск прибыли вместо истины. Конкуренция идей заменится на патентные войны и уничтожение инноваторов на стадии стартапов.

Антиутопия возникнет как система, в которой социальный статус закреплен биологически.

Для корпораций неофеодальная стагнация станет осознанной политикой стабилизации своего статуса. Под господством корпораций вся система заснет, цементируясь в жесткую иерархию, где всё распределено на десятилетия вперед.

А путь к этому несчастливому будущему начинается прямо вот сейчас – с выбора между свободой и подчинением, который каждый из нас делает в своей голове.

В сборнике Борхеса «История вечности» есть небольшой текст - три страницы и пара сносок, отсылающая к утраченному фрагменту Кассиодора. Называется он «Белые тропы».

Борхес пишет о вожде крупного остготского рода по имени Тиудагардс — слово, которое он переводит как «народная ограда», хотя тут же оговаривается, что точнее было бы «то, внутри чего народ существует, не замечая границы». Тиудагардс жил во время, когда остготы вошли в соприкосновение с римской инфраструктурой - дорогами, акведуками, почтовой, водопроводом - и были поставлены перед вопросом, которого прежде не существовало: пользоваться или не пользоваться чужим?

Большинство вождей отвечали прагматически. Тиудагардс ответил теологически. Он объявил, что боги рода Вотан, Тиу и Эрда обитают не в небе и не в земле, а в способе движения. В том, как нога ступает на незнакомую почву. В усилии, с которым тело прокладывает путь через бурелом, в последнем стоне воина, тонущего в болоте. Римская дорога есть богохульство не потому, что построена врагами, но потому, что устраняет усилие, а усилие и есть молитва. Ехать по ней значит молиться чужим богам, не зная об этом. Это худший из видов измены.

Для состояния, к которому должен стремиться род, Тиудагардс ввёл слово айгинвилья — буквально «своя воля», но в употреблении означавшее нечто большее: непроницаемость для чужого порядка вещей. Не независимость, независимость предполагает наличие того, от кого отделился. Айгинвилья это когда чужое не входит внутрь по определению, вне зависимости от его качества. Борхес замечает, что у этого понятия нет аналога ни в латыни, ни в греческом, ни в одном языке, которым говорили те народы, которые строили дороги.
Совет принял учение. Были избраны жрецы - «хранители пути». Они были образованны и говорили не языком богов, а языком порядка. Каждый новый запрет они объясняли не гневом Вотана, а требованиями айгинвильи «строго в соответствии с заветами Тиудагардса», как гласила формула, которую Борхес цитирует трижды.

Поначалу жрецы следили лишь за тем, чтобы род не пользовался римскими дорогами. Затем запретили объездные тропы, которые слишком близко подходили к римским, ведь они развращали взгляд. Затем запретили карты, ибо карта есть уже римский способ думать о пространстве. Взамен ввели белые тропы - единственные разрешённые маршруты, освящённые жрецами. Чтобы выйти на белую тропу, требовался знак, который жрецы присылали через особых гонцов в обмен на изрядную сумму денег. Гонцов, однако, становилось всё меньше, поскольку их передвижение тоже подпадало под ограничения. Борхес перечисляет всё это с бухгалтерской точностью, без интонации.

Каждое следующее ограничение выводилось из предыдущего с безупречной внутренней логикой, и человек, принявший первый запрет, не имел инструментов, чтобы отвергнуть последний. Айгинвилья росла. Род уменьшался. Это не воспринималось как противоречие. Напротив, служило доказательством: чем нас меньше, тем мы чище.
Сами жрецы, впрочем, пользовались римскими дорогами. По делам рода. Это было необходимо.

Борхес называет происходящее «теологией чистого отрицания» и замечает в сноске, что она отличается от аскезы принципиально: аскет отказывается от блага ради высшего блага, тогда как жрецы Тиудагардса запрещали пользоваться благами всем остальным формально ради сохранения процедуры отказа, которую считали важной опорой своей особой культуры.

Род рассеялся в болотах прежде, чем Теодорих взял Равенну. Последнее, что о них известно из источников - запись в хронике монастыря Райхенау на Боденском озере, сделанная неизвестным переписчиком: «Истощили себя, подтвердив тщету многобожия». Теодорих построил дворец в римском стиле, управлял по римским законам и создал королевство, которое историки назовут «остготским». Возможно, замечает Борхес, это и есть айгинвилья, которую всего лишь поняли правильно.

Ультиматум Трампа Ирану обернется очередным избиением евреев и, вероятно, арабов

Трамп пригрозил уничтожить энергетику Ирана, если Ормузский пролив не будет открыт в течение 48 часов. В ответ представитель центрального командования армии Ирана Зольфагари заявил, что в случае эскалации иранские военные нанесут массированный удар по установкам по опреснению морской воды в странах Ближнего Востока. Как, собственно, и предполагал ранее https://t.me/barantchik/34860. Кроме того, Иран полностью перекроет Ормузский пролив.

По всем признакам, Трамп в очередной раз сделал заявление, после которого трудно отыграть назад, а терпеть будут евреи и арабы. Последние – если не договорятся с персами. Если через 48 часов ничего не будет, то это сразу бьёт по всей системе американских гарантий в регионе. Тогда Саудовская Аравия начинает сомневаться в защите, страны залива начинают искать другие опоры, Китай получает возможность давить через энергетику, а рынок нефти начинает жить в режиме постоянного риска. И в плане нефти и газа становится важнее, что думают в Тегеране – а не мнение типа с автозагаром в Белом доме. Теперь Трампу нужно наносить удары хотя бы символически.

Если бы речь шла просто о «жёстком ответе» или «всех вариантах на столе», это можно было бы списать на политическую риторику. Но когда говорится про уничтожение электростанций, это уже язык военного планирования. Нельзя исключать, что Трамп к тому же правда думает, что удары по энергетике — это хороший способ победить Иран без вторжения. С Сербией же прокатило.

Однако, Иран тоже в узком коридоре. Если он уступает, это выглядит как слабость, после которой на него накинутся с удвоенным усердием. На то, что будет, смотрят одновременно в Тегеране, в Эр-Рияде, в Пекине, в Тель-Авиве, на рынках, в Пентагоне, в Конгрессе. Если ультиматума Трампа ничего не происходит, значит, США не готовы доводить угрозы до конца. Стойкое ощущение не блефа, а опасной точки, где стороны могут начать двигаться дальше просто потому, что уже зашли слишком далеко в риторике.

Что характерно, даже наследник шаха Пехлеви, Реза Пехлеви, переобулся и теперь призывает Трампа и Нетаньяху «наносить удары по режиму и его репрессивному аппарату, одновременно избегая нанесения ущерба гражданской инфраструктуре, которая понадобится иранцам для восстановления нашей страны». Самым умным для Трампа было бы сделать вид, что он прислушался к просьбам общественности, и свой ультиматум пересматривает.

"Это провал, воин": Трамп отложил намеченный на конец марта визит в Китай

Как я и прогнозировал 8 марта, Трамп перенес свой официальный визит в Пекин, который должен был состояться в конце марта. Основная причина – конфликт с Ираном пошел не по плану, блицкрига не получилось. И сильных аргументов, нужных Трампу для разговора с Си, пока у него на руках нет. Взять Пекин за горло по вопросу поставок нефти с Ближнего Востока через Ормузский пролив - не получилось. Война затягивается, и Иран создает коалиции Эпштейна все больше проблем.

Трамп хотел приехать в Пекин как победитель, но пока он так и не смог добиться поставленных целей. Наоборот, в сильной позиции пока находится уже лидер Китая. Поэтому Трамп и вынужден перенести свою поездку в Пекин, как он заявил, минимум, на месяц.

Встреча Трампа с Си должна была стать одним из ключевых событий для администрации Белого дома в преддверии промежуточных выборов в Конгресс (второе – мир между Россией и Украиной, третье – победа в Иране), до которых остается меньше полугода, чтобы всем продемонстрировать торговую сделку. Но пока ни по одному из этих треков у Белого дома нет никаких достижений. Наоборот – все они тесно переплелись для Трампа в один большой клубок нерешаемых задач.

Пекин слив Вашингтона зафиксировал. Как отметил представитель внешнеполитического ведомства Поднебесной Линь Цзянь: «Мы зафиксировали неверное утверждение относительно оснований для изменения сроков визита Трампа. Важно подчеркнуть, что время проведения мероприятия не связано с обеспечением свободного судоходства в Ормузском проливе».

Уроки для Москвы из этой ситуации просты: переговоры с Западом возможны только с позиции силы, когда у него не остается иных вариантов, кроме как договариваться в невыгодных для себя условиях. Так было и будет всегда.