США перебрасывают дополнительные силы на Ближний Восток. Интересно для чего?

США ускоряют переброску дополнительных сил на Ближний Восток, сообщает Newsmax. В регион направляются сразу две амфибийные группировки, которые в сумме дадут около 8 тысяч военнослужащих, включая примерно 4–5 тысяч морских пехотинцев. Речь идет о шести десантных кораблях, на борту которых размещены подразделения морской пехоты и техника для проведения операций с моря. Часть сил уже находится на пути в регион, включая группировку с десантным кораблем USS Tripoli, а новая группа с USS Boxer выходит досрочно — военнослужащим сократили отпуска, чтобы ускорить переброску. После соединения обеих группировок это станет одним из крупнейших усилений американского присутствия в зоне конфликта за последнее время.

Главный вопрос, что с этим будут делать. Десант на материковый Иран маловероятен. Для реального захвата и удержания побережья у Ормуза или крупного плацдарма 4–5 тысяч морпехов недостаточно, нужно на порядок больше. Текущее количество годится для рейда, но не для сколько-нибудь долговременной войны.

Не исключена высадка на Харк, но риски огромные - писал пару дней назад об этом тут. Харк находится примерно в 26 км от иранского берега, он меньше 10 километров в длину, и загнать туда несколько тысяч солдат без понятной эвакуации – это гарантированное самоубийство для сотен и тысяч. Прятаться на острове негде, и он доступен для обстрела даже не самыми современными РСЗО.

Можно предположить, что вместо Харка цель – другие острова, Кешм, Хормуз, Абу-Муса или Тунб. Теоретически, контроль над ними снизит риски для Ормуза, но проблемы тут те же, что и с Харком. Если у Ирана найдется несколько удачных противокорабельных ракет, то ничем хорошим для США это не кончится.

Возможно, в Белом доме полагают, что занять Харк и поставить там американский флаг – это хорошая почва для торга с Ираном. Вопрос в том, насколько американцы верят в свою способность развернуть быстро зонтик ПВО/ПРО над островом и сколько гробов по итогу поедет в США.

Маразм крепчал:

В России готовятся заблокировать доступ к зарубежным нейросетям — ChatGPT, Claude, Gemini и другим. Причина, типа, в том, что использование этих сервисов ведет к передаче персональных данных, пользовательских запросов и истории диалогов иностранным разработчикам. Минцифры уже разработало законопроект, дающий основания для блокировки таких ИИ-сервисов из-за оттока данных за рубеж.

Я не против такого решения, но только тогда, когда у нас внутри страны будет 2-3 таких ИИ, как тот же ЧатДЖипити, ДипСик, Грок и т.д. И заход на них не будет регулироваться обязаловкой захода через Госуслуги или иную идентификацию личности, типа, паспорт предъявите, плиз. Такие решения, направленные на тотальное ограничение творчества и быстроту решения организационных, содержательных и иных задач у миллионов людей - это уже хуже, чем в СССР.

"Успех" с запретом иностранного ИИ будет ещё круче, чем запрет Телеги. Часть первая

Сейчас более подробно объясню, что имел в виду своим ранним постом. А то многие не вполне понимают, какого масштаба задачу придется решить. Потому что реальный, полноценный ИИ – это не Яндекс AI 🤦‍♂️, и не какая-то Алиса🤦‍♂️, и не какой-нибудь, прости Господи, Гигачат. Чтобы создать полноценный ИИ уровня ChatGPT или DeepSeek, нужны не одна программа или технология, а целая цепочка компетенций — от энергетики до микроэлектроники и фундаментальной науки.

Первое — вычислительные мощности. Современные большие языковые модели обучаются на тысячах специализированных GPU или ускорителей. Для обучения модели уровня GPT-4 требуется десятки тысяч GPU-класса A100/H100 или аналогичных ускорителей, объединённых в дата-центры. Это не бытовые серверы, а суперкомпьютерные кластеры с высокоскоростными сетями, специализированной памятью и сложной системой охлаждения. Мало у кого есть такие мощности в достаточном количестве.

Второе — энергия. Один крупный AI-кластер может потреблять десятки мегаватт, а крупнейшие центры — сотни мегаватт. Для сравнения, это уровень небольшого города или крупного завода. Важна не только генерация, но и стабильность сети, потому что обучение модели длится неделями и требует непрерывной работы. Поэтому страны, которые активно развивают ИИ, одновременно строят новые дата-центры и энергомощности. Это означает, что надо много дешевой энергии. Поскольку у нас уже Китай не хочет покупать энергию из-за высокой стоимости, то перспективы успеха представить нетрудно.

Третье — полупроводники. Без собственных или доступных чипов создать полноценный ИИ почти невозможно. Ключевые чипы сейчас делают считанные компании: NVIDIA, AMD, Google, Huawei и ряд других. Производство таких чипов требует технологического уровня 5-7 нм и ниже, что доступно ограниченному числу фабрик в мире. Если страна (то есть – мы) не имеет доступа к этим технологиям, ей приходится либо покупать готовые ускорители, либо разрабатывать свои, что занимает годы и требует огромных вложений. Если не выйдет ещё какое-то «Роснано», куда ухнули десятки миллиардов с нулевым выходом.

Четвёртое — данные. Большие модели обучаются на огромных массивах текстов, кода, изображений и других данных. Нужны не просто большие объёмы, а разнообразные и качественные данные, плюс инфраструктура для их хранения и обработки. Кроме того, для современных моделей важна дообучающая стадия с участием людей-экспертов, что требует большого числа специалистов и хорошо организованных команд.

Пятое — научная школа и команды разработчиков. Создание крупных моделей — это не только инженерная задача. Нужны специалисты по машинному обучению, математике, распределённым системам, компиляторам, обработке языка, архитектуре нейросетей. Ведущие модели создаются командами в сотни и тысячи человек, и такие команды формируются годами. Даже при наличии денег быстро воспроизвести эту экосистему трудно.

Шестое — программная экосистема. Большие модели опираются на сложные фреймворки, библиотеки, оптимизаторы, инструменты распределённых вычислений. Значительная часть этих инструментов создавалась коллективными усилиями. Если доступ к ним ограничен, приходится писать свои аналоги, изобретая велосипед. Поэтому страны, которые хотят собственный ИИ, должны развивать не только модель, но и всю программную платформу.

Седьмое — экономика. Обучение крупной модели может стоить сотни миллионов долларов, а поддержка инфраструктуры — ещё больше. Поэтому полноценные системы сейчас создают либо крупнейшие корпорации, либо государства с очень большими ресурсами. Даже в Европе нет ни одной своей модели ИИ уровня GPT или DeepSeek, потому что это дорого и сложно. А что есть у нас? То, что есть, мы видим - это либо смешно в плане ИИ, либо отставание на порядки, что, в принципе, одно и тоже.

Вторая часть тут.

"Успех" с запретом иностранного ИИ будет ещё круче, чем запрет Телеги. Часть вторая

Первая часть тут.

Запрет технологий без их реально действующего аналога — это уже даже не саботаж. Это подрыв конкуренции на низовом уровне.

Возьмем, например, программирование. Кто напишет больше кода — отечественный специалист вручную 🤦‍♂️ или с ограниченным доступом через ВПН, или еще какую хрень, к ГитХабу и ИИ, под угрозой иноагентства, или его конкурент-релокант? Или, например, китайский и американский программер, у которых нет проблем с доступом к любым ИИ?

Но программирование — лишь верхушка айсберга. ИИ уже проник в десятки профессий, где он становится не роскошью, а рабочим инструментом. И запрет — это не просто ограничение на чат с ботом, это лишение целых отраслей конкурентного преимущества.

Возьмём медицину. Врачи во всём мире используют ИИ для анализа снимков МРТ и КТ: модели способны заметить микроскопические новообразования, которые человеческий глаз может пропустить. ИИ помогает подбирать схемы лечения, анализировать истории болезней, прогнозировать риски осложнений. Наш хирург или онколог, оставшись без этих инструментов, будет работать вслепую против коллег, у которых есть такой помощник.

Образование. ИИ-репетиторы уже сейчас могут объяснять сложные темы на пальцах, подстраиваться под уровень ученика, проверять сочинения и генерировать тысячи заданий за минуты. Учитель с доступом к таким инструментам тратит часы на подготовку вместо дней. Студент может изучать сложнейшие дисциплины с персональным наставником 24/7. Без этого наша школа и вузы обречены отставать, сколько бы бюджетных денег ни вливалось в «отечественные аналоги».

Юриспруденция. Анализ многотомных дел, поиск прецедентов, составление договоров — всё это современные LLM делают за секунды. Юрист, вооружённый ИИ, обрабатывает объём работы в десятки раз быстрее. Судьи в ряде стран уже используют нейросети для вспомогательного анализа доказательств. Без этого наша судебная система остаётся на уровне ручного труда в эпоху автоматизации.

Наука и инженерия. ИИ ускоряет разработку новых материалов, моделирует химические реакции, генерирует гипотезы для исследований. Фармацевтические компании сократили цикл разработки лекарств с нескольких лет до нескольких месяцев благодаря генеративным моделям. Инженеры проектируют сложнейшие конструкции с ИИ-помощниками, которые проверяют тысячи вариантов и находят оптимальные решения. Наш учёный без доступа к этим инструментам оказывается на позиции догоняющего — и его статьи, патенты, открытия к моменту выхода в печать будут уже устаревшими.

Маркетинг, дизайн, журналистика, перевод, архитектура, логистика, бухгалтерия — этот список можно продолжать бесконечно. В каждой из этих сфер ИИ уже стал не экзотикой, а базовым инструментом, который повышает производительность уже не в разы, а на порядки.

Так что запрет иностранного ИИ — это не история про «защиту данных» и не «импортозамещение». Это история про то, как инженер, врач, учитель, учёный или юрист в России окажутся без инструмента, который есть у их конкурентов за границей. И пока мы будем изобретать свой велосипед — с нулевой энергетикой, без своих чипов, без вычислительных мощностей и без научной школы, — мир уйдёт вперёд настолько, что догонять станет бессмысленно. Хотя, может, это и ест настоящая цель запретителей?

Согласно соц опросам рядовые MAGовцы поддерживают Трампа в нападении на Иран.

Эти славные консервативные реднеки поддерживают убийства иранских девочек и гражданских, террор против политического руководства, стирание в пыль домов, цветущих проспектов и городов.

Йеху!!! Мы это можем. Мы Америка!

Мы убьём вас всех!

Отберем и поделим вашу нефть, кожу, волосы, золотые коронки, сделаем блядьми ваших женщин, сварим из детей и прочих хорошее мыло. Натур продукт.

Не волнуйтесь, ничего не пропадёт. Все учтём. У нас работают лучшие аудиторы в мире.

Это наш мир. Ваше добро распределят нужные люди.

Вы будете жить – как мы скажем, как мы хотим.

Мы любим смотреть войну по телевизору. По телевизору убивать так весело. Так безопасно.

Про консервативную, правую, с пепельными крестами на лбу Америку многие писали, писая кипятком: она – наш лучший союзник.

У этой консервативной, раскроенной на тысячи религиозных сект, Америки, в целом, примерно такой коллективный портрет, такие мораль и этика.

Как здорово – что наши суперточные ракеты убивают русских в Белгороде.

Мы поставляем Зеленскому много хороших вещей, чтобы убивать русских. Мы заставили за это платить европейцев.

Америка снова великая! Нам есть чем гордится!

«НАТО – это мы. Вы можете спросить Путина. Путин нас боится. У него нет никакого страха перед Европой. Он боится Соединенных Штатов Америки и армии, которая была построена мной в первый срок», – Трамп.

Ну конечно, мы с ними договоримся. С кем как не с ними. Иран уже договорился.

! РД в МАХ

@russdiary

Ну что, друзья, констатируем факт, что разведке и службам придётся переформатироваться на ходу. Телегу душат, а вместе с тем и поток информации, приходящей в боты обратной связи, координаты целей и информация по врагу тоже упали вдвое вместе с просмотрами. Хорошо это или плохо?
Скорее хорошо, придется вспоминать, как учили в разведшколах, восстанавливать советское наследие разведки, обретут ценность агенты, методы вербовки вспомнятся. Прекратится тупая игра в телеграмах между СБУ, которая пытается вкинуть дезу, и мамкиными спецагентами с нашей стороны, которые между куннилингусом и походом за памперсами строчат отчёты о том, как они добыли сверхсекретные позиции хохлов, почитывая бот. Потом ракеты туда летят дорогие, а это все, оказывается, дезинформация. У хохлов целые отделы созданы для введения в заблуждение и растраты наших БК на ложные цели. Боимся даже представить, что будет, если хохлы телегу запретят))) В общем, на арену выходит профессионализм. Теперь надо работать по-настоящему.

Присоединюсь к словам коллеги Антонова по поводу еще одного идиотизма, который родился в стенах Госдумы, - предложения помечать контент, созданный ИИ 🤦‍♂️🤦‍♂️:

"Трудно описать словами, насколько же дурацкая идея «закрепить законодательно требования по маркировке контента, в создании которого использовался ИИ». Это надо вообще технологию не понимать.

Поверьте, пройдёт совсем немного времени, и не будет никакого «сделало с помощью нейросетей». Строго говоря, практически ВСË будет сделано с помощью нейросетей.

Это как если бы сейчас ты требовал маркировать контент, сделанный «с помощью компьютерной сети Интернет». Ясен хрен, что «с помощью интернета» или «с помощью компьютера». С помощью чего ещё?".

Это насколько надо не понимать то, что происходит в области цифровизации в мире и темпов роста и прогресса в использовании ИИ, чтобы придумывать такую чушь? Лишь бы только что-то запрещать или регулировать...

В этой связи приведу👇 свой пост от 29 октября прошлого года, в котором уже писал на эту тему - что через 10 лет (реально, сейчас уже, думаю, что всего через 5 лет) ИИ будет производить 99% всего контента в сети, а человек только 1%.

Размышлизм #15.

Интересные мысли первого зампреда комитета Госдумы по информационной политике Антона Горелкина, которые тот высказал на форуме «Диалог о фейках 3.0», по поводу масштабов того контента, который через 10 лет будут генерировать кожаные мешки и нейросистемы, приводят коллеги.

Думаю, все же, что предполагаемые им 10%, которые будет генерировать человек, это очень и очень оптимистическая оценка. Более реальная - это все же 1% или менее. На днях в телеге был размещен график по годам контента, созданного ИИ и человеком. Так вот, за последние три года контент, созданный ИИ, вырос с 3-5% до 55-60%. За три года. И это только начало. Потому что ИИ за 5 мин может создать столько картин, например, что человек будет писать месяц.

Что касается идеи помечать контент, производимый человеком, то тоже поспорил бы с депутатом - это сейчас еще можно заметить, и то не всегда, какой текст написан человеком, а какой нейросетью. С учетом того, что активно текстовые ИИ развиваются всего три-четыре года, то через 10 лет (т.к. прогресс в этой области будет ускоряться в геометрической прогрессии) отличить текст, написанный человеком, от текста, написанного ИИ, станет невозможно.

ИИ зачастую уже думает и пишет лучше нас. Не вижу проблемы в том, кто написал текст - человек или ИИ по промптам человека. Главное - содержание.

Вопрос совсем в другом, и писал об этом уже как пару лет назад, - что мы растим себе замену новым и более совершенным биологическим видом. Многие, конечно, будут спорить с тем, что ИИ - это новый биологический вид, т.к. это не укладывается в то определение биологического вида, которым сегодня оперирует наша мифология наука. Но кто сказал, что это определение истина в последней инстанции?

Нет. Оно лишь только интерпретирует тот очень ограниченный опыт, которое имеет наша цивилизация, которая еще даже не вышла за пределы нашей крошечной и периферийной даже в пределах нашей Галактики Земли. Поэтому запасаемся попкорном и готовимся жить под присмотром Матрицы и роботов. Хорошо, если лет через 50 они не поместят нас в зоопарки, как мы обезьян, и оставят жить в городах и селах без ограды с колючей проволокой.

Франция вновь задержала танкер российского «теневого флота», следовавший из Мурманска под флагом Мозамбика — «Deyna». Это уже не первый подобный случай: ранее французские власти захватывали танкер, который впоследствии был отпущен после выплаты многомиллионного залога. Тогда инцидент сопровождался арестом капитана, однако и он вскоре оказался на свободе.

Действия Франции и других европейских стран, демонстрируют устойчивую линию давления на российскую морскую логистику. Несмотря на формальные юридические основания, подобные задержания носят системный характер и направлены на создание дополнительных рисков для перевозчиков. В политическом контексте такие шаги подаются как часть общей санкционной политики, именно такую цель ранее заявлял Эммануэль Макрон.

Даже временные задержания судов позволяют нарушать цепочки поставок, увеличивать издержки и формировать атмосферу неопределенности для экипажей. В результате экипажи и судовладельцы могут отказываться от сотрудничества с российскими грузоотправителями из-за опасений санкций и подобных арестов.

На этом фоне изменения в законодательство о необходимости усиления защиты судоходства с помощью бойцов Минобороны выглядят недостаточными. Предлагаемые меры, включая военное сопровождение, распространяются только на суда под российским флагом, тогда как значительная часть перевозок в адрес России осуществляется через иностранные юрисдикции «теневого флота», и она по-прежнему будет оставаться уязвимой для подобных действий.