Все меньше сомнений в том, что Трамп не совсем психически здоров. Это мягко говоря.

Тему вновь подкинула Графономика. Да, 1973 год стал причиной скачка ядерной энергетики. Нет, не конкретное эмбарго (которого, как утверждает Крутаков, никогда не было, и мы с ним согласны), а сам факт исчерпанности американских месторождений нефти, роста значимости ближневосточной нефти и необходимости снизить энергетическую зависимость мировой экономики от нефти вообще. То же самое сегодня происходит с помощью развития солнечной и ветровой энергетики.

Тогда действительно начался расцвет атомной энергетики, показатель EROI (энергетическая рентабельность) в атомной энергетике превысил нефтяную отдачу (сколько добытых бочек нефти приходится на одну затраченную). Точнее – EROI в нефтянке упал ниже атомного уровня.

Тогда США активными внешнеполитическими операциями (военный переворот в Пакистане, исламская революция в Иране) стали отрезать развивающийся мир от самой возможности развития ядерной энергетики. Позже (на старте разгона «зеленой энергетики» и ESG-повестки) отрезать от ядерной энергетики станут уже Европу.

Причина была в том, что ядерная энергетика меняет не только энергетический ландшафт планеты и структуру мирового производства, но и контуры мировой безопасности. Создает угрозу возникновения столь любимой сегодня конструкции многополярного мира. Но не абстрактную конструкцию на добром слове, а с ядерным «кольтом» в руке.

В 1975 году Бразилия заключила контракт с Германией. «Крафт Верк Юнион» должна была построить в Бразилии 8 ядерных реакторов полного топливного цикла за 25 лет.

Одновременно был заключен контракт с Францией на строительство экспериментального реактора на быстрых нейтронах. В том же году Мексика объявила о программе строительства 15 АЭС в течение 20 лет.

В 1974 году Пакистан ускорил реализацию своей атомной программы, для чего Бхутто вынужден был заявить о выходе из Британского Содружества Наций, после чего начал переговоры с Францией о строительстве завода по обогащению урана (построен был через 2 года).

В 1977 году Бхутто свергнут и казнят. Пакистан надолго войдет в политическую орбиту Вашингтона. Перед казнью Бхутто заявит, что за переворотом стоял Киссинджер.

Но (здесь парадокс для современных аналитиков с когнитивным потенциалом из 90-х годов) самой масштабной (4-я во всем мире и 1-я в развивающемся) ядерной программой обладал шахский Иран.

Шах планировал с помощью Германии и Франции построить 20 АЭС мощностью 23 тыс. мегаватт. Шахский режим активно вкладывался в европейскую экономику (имел 25% акций «Крупп» и значительную долю во французских заводах обогащения урана).

Складывалась опасная для США промышленная, технологическая и финансовая интеграция Европы и развивающихся стран (Третий мир, Глобальный Юг). Доктринально в Европе она носила характер формулы «нефть в обмен на технологии» (ничего не напоминает?).

Накануне своего свержения в ходе исламской революции шах заявил о необходимости пересмотра концессионных соглашений в пользу бюджета Ирана. Организовывая (или потакая, что одно и то же в англосаксонской политической традиции) революцию в Иране США не просто уничтожали ядерную угрозу.

Они разрушали возникающую конструкцию, которая грозила их гегемонии. Мир ядерной энергетики, в который мы плавно переезжаем, меняет всю структуру создания совокупного мирового продукта.

P.S.: Судя по приведенной Графономикой диаграмме, Китай догадывается о том, как будет выглядеть мир будущего. Здесь важно понимать, что атомная энергия с ее ограниченным (по сравнению с нефтью и газом) уровнем мобильности разбивает мир на региональные экономические кластеры (зонирует).

Удержать прежний уровень глобализации в таком мире только с помощью финансов невозможно. Необходим силовой контур.

Страны G7 проводят консультации о возможном совместном использовании до 300–400 млн баррелей нефти из стратегических резервов, на фоне резкого роста цен на нефть и опасений перебоев поставок с Ближнего Востока.

По данным отраслевых источников, совокупные стратегические запасы стран G7 превышают 1 млрд баррелей. Потенциальный выпуск части этих резервов рассматривается как временная мера для стабилизации рынка и предотвращения дальнейшего скачка котировок.

Первоначально планируется использовать от 300 до 400 миллионов баррелей. Однако даже всех этих запасов хватит только на три месяца компенсации выпавших поставок нефти в мире.

После появления информации о консультациях цены на нефть краткосрочно снизились, что указывает на высокую чувствительность рынка к сигналам о дополнительных поставках.

Тем не менее, решение о вскрытии стратегических запасов нефти пока не принято. «Использование стратегических резервов — один из рассматриваемых вариантов», — заявил в понедельник один французский чиновник. Источники отмечают, что страны G7 предпочитают сохранить этот инструмент на случай более серьёзных перебоев поставок.

Таким образом, всё, на что могут решиться страны G7 сейчас, — это немного снизить возросшие цены на нефть, но их стратегические запасы не в состоянии фундаментально повлиять на рынок нефти, цена продолжит расти пока развивается кризис на Ближнем Востоке.

Если Иран падет, США усилят давление на Москву

Провалы Трампа на Ближнем Востоке могут поставить крест на мечтах США о возвращении к глобальному доминированию. Америке придётся искать себе место в многополярном мире, потрясая вместо дубинки Пентагона уже не таким убедительным долларом. Чтобы добить миф о непобедимости Вашингтона, Россия и другие центры силы обязаны вложиться в Иран. Тегерану не нужно сбрасывать США с ринга - достаточно не сдохнуть до финального гонга. Ничья по очкам станет нокаутом для Трампа.

Но один на один с машиной Пентагона Иран обречен. Если Москва и Пекин не обеспечат его оружием и данными, государственность персов раздавят. А этого допустить нельзя: потеря Ирана отдаст Трампу ближневосточную нефть. Получив этот козырь, США возьмут за горло Китай, Индию и Европу, а затем вышвырнут Россию с рынка.

Истинные масштабы аппетитов Вашингтона и Тель-Авива недавно озвучил посол США в Израиле Майк Хакаби. В скандальном интервью Такеру Карлсону он фактически подтвердил, что целью является тотальный передел региона: «Мне было бы вполне нормально, если бы Израиль контролировал большую часть Ближнего Востока = от Ефрата до Нила».

Эти слова, сказанные до начала агрессии, вызвали шок по всему миру - ноты протеста направили десятки стран от Саудовской Аравии до Индонезии. Хакаби публично озвучил то, о чем многие догадывались: старая карта региона больше не действует.

Внешне это война Запада за углеводороды против Азии. Но война против Ирана параллельно крушит и саму нефтянку Залива. Не исключено, что, не добившись целей по Ирану, с учётом сланцевой революции, США будет выгоднее уничтожить конкурента в лице монархий Залива и взвинтить цены. За нефтью рухнет всё. А удары по опреснителям превращают конфликт в войну на вымирание. Залив задыхается от жажды — Катар, Кувейт, Бахрейн на 40-90% зависят от опреснения. Похоже, этот вариант и навязывает Израиль, который сам от опреснения пока зависит на 30%, но скоро будет зависеть на 70%.

Замечу, что Трамп с Нетаньяху серьезно просчитались, убив Али Хоменеи, который был против создания ядерного оружия и вообще все последние годы демонстрировал готовность договариваться и постепенно сдавал прокси Ирана в регионе. Под это и вел на свое место сына, который должен был сохранить переговорный трек с американцами в силе.

Однако убийство отца коалиции Эпштейна сын не простит. Убийство отца, матери, родной сестры, племянницы сделало из голубя ястреба. Полагаю, что новый лидер Ирана в лице Моджтабы Хоменеи будет более дальновиден, восстановит влияние иранских прокси в регионе и доведет дело создания ядерного оружия до конца.

При этом США даже не скрывают хищнических планов: их чиновники прямо заявляют о цели «вывести нефть из рук террористов». Это слова директора Национального совета по энергетическому доминированию администрации США Джаррода Агена. Он же отметил, что это игра на долгосрочную перспективу. Значит, Иран - лишь этап. Следующая цель - Россия.

Надо также понимать, что администрация Трампа стремится контролировать не только нефть, но все основные мировые транзитные пути. Если США смогут взять под контроль не только Панамский канал, но и Ормузский пролив через разрушение Ирана и арктические маршруты через Гренландию, то будет установлен торговый протекторат Америки над всей планетой. В Вашингтоне через контроль транзита будет решать, какие страны будут торговать свободно, а какие нет.

Поэтому выживание Ирана - сегодня это такой же ключевой вопрос битвы Добра со Злом, как и наша СВО на Украине.

Насколько Трампу нужен быстрый финал войны в Иране

Ключевой вопрос здесь не в том, «хочет ли Трамп закончить войну», а при каких условиях ему выгодно её закончить. Кто сказал – как в СВО? И из того, что видно по риторике и конфигурации конфликта, складывается довольно характерная картина: быстрый мир сам по себе для Трампа не является стратегической целью.

По формуле «целью любой войны является мир, лучший, чем предыдущий», Трамп стремится не к миру как таковому, а к выгодной конфигурации силы после войны. Если быстрый мир не даёт этой конфигурации, он теряет смысл. В случае Ирана для США существует только два действительно выгодных финала. Первый — политическая трансформация режима в Тегеране, при которой новая власть соглашается на серьёзные ограничения своей региональной политики и ядерной программы. Второй — длительное ослабление Ирана как регионального центра силы без обязательной смены режима. Всё, что находится между этими сценариями, для Вашингтона малоинтересно. Уточню, что тут мы разбираем логику намерения.

Первый сценарий — быстрый политический перелом — крайне труден. Иранская система власти устроена так, что внешнее давление почти автоматически усиливает наиболее жёсткие фракции внутри элиты. Это происходило и после санкций, и после убийства Сулеймани, и теперь после гибели Хаменеи. После которой к власти пришел другой Хаменеи. Поэтому ожидание, что умеренные силы смогут быстро взять верх и пойти на соглашение, выглядит слишком радужным.

Если этот вариант не срабатывает, остаётся второй — управляемое затяжное давление. И здесь начинается логика, которую редко формулируют открыто. Ограниченный конфликт вокруг Ирана может приносить США ряд системных преимуществ. Он повышает стратегическую зависимость союзников на Ближнем Востоке от американской военной поддержки. Он создаёт напряжение на энергетических рынках, что увеличивает доходы американского нефтегазового сектора. Он одновременно бьёт по экономическим интересам основных конкурентов США — прежде всего по Китаю и европейской промышленности, которые сильнее зависят от импорта энергии из этого региона. В условиях глобальной нестабильности усиливается и приток капитала в американскую финансовую систему, потому что инвесторы ищут безопасную гавань.

При этом важнейшее условие — чтобы война оставалась ограниченной. Для американской администрации действительно существует три критических риска: серьёзные потери американских войск, прямые удары по территории США или тяжёлые экономические последствия внутри страны. Если этих факторов нет, то политическая цена конфликта остаётся относительно низкой. Именно поэтому Вашингтон традиционно старается избегать крупных наземных операций и предпочитает форму войны, где основные боевые действия ведут союзники, а США обеспечивают разведку, авиацию, ракеты и технологическое превосходство.

В этом смысле резкая риторика Трампа может выполнять другую функцию, чем кажется на первый взгляд. Она не столько направлена на ускорение переговоров, сколько на демонстрацию решимости и поддержание давления. Такая линия поведения почти неизбежно усиливает радикальные элементы в иранской политике, но с точки зрения холодной стратегической логики это не обязательно считается проблемой. Сильный и самостоятельный Иран опасен для американской архитектуры безопасности в регионе. Ослабленный Иран, втянутый в долгий конфликт, гораздо более управляем. Но полный распад Ирана тоже может привести к непредсказуемым последствиям.

Трамп хотел бы быстрой победы, если бы она означала серьёзные политические уступки Ирана или трансформацию режима. Но если такой вариант недостижим, то затяжной конфликт в управляемых рамках для него не обязательно является плохим сценарием. В определённых условиях он может даже быть выгодным. Как с Украиной.

Но как только война выходит из-под контроля — через серьёзные потери, удар по американской территории или крупный экономический кризис — вся эта стратегия начинает работать уже против США. Так что Иран знает, что делать.

Вчерашние заявления Дональда Трампа после часового разговора вечером по Москве с Владимиром Путиным выглядят попыткой красиво выйти из иранского тупика, используя российский рычаг.

Судя по всему, главная интрига сейчас — не столько военная, сколько дипломатическая. Часовой разговор Трампа с Путиным, судя по дальнейшим намёкам, вращался вокруг двух тем: иранское урегулирование и нефть. Скорее всего, Трамп предложил Москве размен: помощь Кремля в диалоге с Тегераном (чтобы тот позволил амерам выйти из конфликта и сохранить лицо) в обмен на ослабление санкционного давления по российским энергоресурсам. Не случайно после этого разговора цены на нефть серьезно снизились.

Фраза о «временном снятии санкций для стабилизации рынка» — это, вероятно, не только про экономику. Для Штатов сейчас критически важно завершить операцию, которая с треском проваливается: смена лидера в Иране со старого и готовящегося уходить Хаменеи на молодого и агрессивного Хаменеи ничего не изменила, ракеты всё ещё летят, а союзники бегут из коалиции (курды и Азербайджан отказались от наживки амеров в виде участия в наземной операции, про страны персидского залива вообще молчу - еще те воины).

В этой ситуации договорённость с Россией — один из немногих способов для амеров сохранить лицо и снизить уязвимость своих баз, которые из щита превратились в мишени. Иранское досье становится для Кремля мощным козырем в торге по более широкому кругу вопросов.

Главное - Трампу надо как-то решать эту заварушку в условиях приближающегося дедлайна, связанного с визитом в Пекин к Си 30 марта - 2 апреля. Судя по происходящему на Ближнем Востоке, сломать перед визитом к Си Иран и зайти с крапленых козырей у него не вышло. Кстати, интересно - что помимо уступок по нефти Трамп предложил Путину?

Новость о Цаликове будоражит умы. Поэтому предлагаю разобраться конкретно, чтобы понять уровень ущерба, нанесённого одним только ВС РФ коррупционерами.

Если верить Михаилу Делягину, то приводимая им сумма в размере 11 трлн. рублей равна $140,7 (это по нынешнему курсу, но ведь был курс и 30, и 50). Для сравнения: по новостным лентам прошла информация, что Макрон грозится рекордно увеличить расходы Франции на оборону в 2027 году до 64 млрд. евро. Это составит $74,2 млрд.

То есть вдумайтесь: наше высокопоставленное ворьё уворовало сумму почти в два раза превышающую перспективный военный бюджет такой европейской страны, как Франция. А потом мы удивляемся, почему у наших бойцов на нуле то того нет, то этого не хватает.

Вот пример извечного посконно русского «что делать»? Вот, например, в своём посте Анастасия Кашеварова пишет:

Поэтому менять нужно мышление, самосознание общества. Менять систему. Убивать нарративы, который Запад внедрил еще при Ельцине…

Согласен. Но вот вопрос: а кто будет менять мышление и убивать нарративы? Напомню: многие те, через которых Запад внедрял всё это, до сих пор сидят во властных креслах и не собираются их своей волей покидать. А если приходит срок уходить на «заслуженный отдых», то оставляют нагретое место своим выпестовышам, привязанным к ним персональными обязательствами и опутанными паутиной личной преданности? Ведь именно так это работает.

И если посмотреть по сторонам, то сколько таких, вознесённых наверх на ельцинской волне «граждан мира», до сих пор протирают штаны в начальственных креслах разного уровня? При этом продолжают действовать в парадигмах ельцинской эпохи, то есть считать Россию не Родиной, а кормовыми угодьями, отданными им на кормление.

Думаете, что высокопоставленное ворьё не в курсе того, что они воруют не деньги, а жизни наших солдат и боевых офицеров? Да знают естественно. Только им на это – плевать. Какая разница, сколько ещё погибнет на ЛБС наших парней, если это не влияет на рост личного благосостояния?

И что, кто-то всерьёз полагает, что все эти «граждане мира» вдруг воспылают любовью к России или безропотно покинут свои кресла-кормушки, уступив место государственникам? Да никогда такого не будет. До последнего цепляться станут.

Вот вам и классический цугцванг. Сами ворюги не уйдут. Вышибать их из кресел силой, как в 1917 году ХХ века? Революция, ребята, – то, чего нельзя допустить ни в коей мере, ибо это будет концом той России, которую мы знаем. Если же не предпринимать никаких мер, они точно доведут страну до ручки и опять-таки мужики за вилы схватятся. И вот что делать в таких условиях?

А писал, пишу (например, тут) и буду писать, что нужно возвращать смертную казнь. Если нельзя заменить действующие элиты на новые, нужно принудительным порядком заставить работать на благо страны старые. Пара-тройка публичных расстрелов вот таких деятелей и… нет, эти люди не изменятся. Но они мимикрируют. Из страха перед наказанием. Используя сложившуюся ситуацию в качестве «Окна возможностей», вновь вернуть госидеологию и воспитывать новые поколения не в духе «за деньги да», а патриотами-государственниками. Как минимум.

Но вот, уверен, многие другие, которые будут смотреть на это со стороны, все-таки задумаются, что можно, а что нельзя и хоть какие-то внутренние рамки себе поставят.

Пока руководство Центробанка РФ рапортует о замедлении инфляции, реальный сектор фиксирует клиническую смерть инвестиций. Аргументы монетарных властей о необходимости «дожать» цены разбиваются о факты: экономика задыхается, а таргет в 4% остается миражом. Лекарство оказалось смертельнее болезни.

Главный парадокс: ЦБ борется со следствием, уничтожая причину. Инфляция сегодня имеет структурную природу — ее разгоняют тарифы монополий, логистика и дефицит кадров. Но регулятор упрямо давит ставкой, уничтожая спрос. В Госдуме звучат жесткие оценки: политика ЦБ наносит ущерб, сопоставимый с санкциями. Депутаты от КПРФ называют это «удушением экономики». А оппоненты справа вынуждены признать: в реальном секторе созрели системные проблемы.

Официальная статистика вещает о росте кредитования, но за цифрами — трагедия людей. Заемщики берут новые кредиты под чудовищные проценты, чтобы рассчитаться по старым. Количество граждан с тремя и более кредитами выросло вдвое. Это не рост благосостояния, а затягивание удавки. Депутат Николай Коломейцев точно заметил: банки превратились в рантье, которые отказываются инвестировать в реальный сектор. Большая часть выдаваемых ссуд идет не на развитие, а на погашение процентов перед теми же банками. Образовался депозитный пузырь под 120 триллионов рублей — деньги узкой прослойки лежат мертвым грузом, принося сверхприбыли финансистам.

Результат — остановка инвестиций. Рентабельность большинства отраслей давно ниже ключевой ставки. Любой предприниматель, взявший кредит на развитие, работает в убыток. Академик Сергей Глазьев констатирует: политика ЦБ убивает инновационную активность, перекачивая капитал в финансовые спекуляции. Экономист Виктор Тунев подтверждает: ставка перестала ограничивать спрос, она просто перераспределяет потоки, создавая проблемы одним и сверхдоходы другим.

Депутат Валерий Гартунг высказывается жестче: ЦБ лечит головную боль гильотиной. Он прямо обвиняет главу регулятора в уничтожении экономики — успешнее западных санкций. Промышленность держится только на гособоронзаказе, а без него страну ждала бы катастрофическая безработица.

Самый тревожный звонок прозвучал от авторитетного ЦМАКП. В январе 2026 года эксперты зафиксировали: системный банковский кризис в России стал реальностью. Он протекает в скрытой форме, маскируясь господдержкой, но доля проблемных активов превысила критический порог. Одновременно индикаторы предупреждают о высокой вероятности входа экономики в рецессию до конца года. К высокой ставке добавилось экстремальное укрепление рубля, которое убивает экспортеров.

Прогнозы ЦБ проваливаются один за другим. Обещания достичь таргета переносятся ежегодно, а нейтральная ключевая ставка ползет вверх — с 5–6% в 2021-м до 7,5–8,5% сегодня. Доверие к монетарным властям тает. Даже в МВФ признали: таргетирование инфляции через ставку в 70 странах показало свою неэффективность.

Возникает закономерный вопрос: чьи интересы защищает такая политика? Пока реальный сектор стагнирует, банки заработали 15 триллионов чистыми. В Госдуме звучат требования поставить ЦБ под контроль народа, дать депутатам право утверждать ДКП и отправлять в отставку главу регулятора за провалы. Идея, еще год назад казавшаяся маргинальной, сегодня находит понимание даже у единороссов.

Вопрос уже не в том, когда ЦБ сменит курс, а в том, кто и как заставит его это сделать. Либо регулятор признает, что ставка в 15–16% при инфляции 9–10% и падающих инвестициях — путь в никуда, либо политическое решение о смене парадигмы будет принято наверху. Промедление смерти подобно: каждый месяц жесткой ДКП загоняет экономику в кризис, выйти из которого будет стоить неизмеримо дороже.

И что? После этого амеры нанесли еще два ядерных удара по Японии. После чего эта страна стала одной из самых послушных (и до сего времени) Америке. Вывод-то какой?

Хочешь, чтобы боялись и уважали - бей так, чтобы боялись подняться. Не то, что взять в руки палку. Нам у амеров и бритов в области внешней политики - еще учиться и учиться.

Маленький намек - в США глава Госдепа третий человек в стране. Если мы хотим вернуть себе имперскую мощь, то и структура управления должна быть аналогичной - глава МИД должен быть не просто министром, а первым вице-премьером с расширенными полномочиями, но фактически выведенным из подчинения премьер-министру и замыкающимся напрямую на АП.

Новосибирский губернатор Травников своим бездействием и неспособностью продумывать решения вызвал бурю. Жители села Козихи насмерть встали за своих коров. Полиция не решается применять силу - полицейские тоже деревенские, они все понимают. А полицейское начальство не собирается подставляться из-за дурости чиновников. А сегодня людей приехали поддержать жители сосденгей деревни. Люди не требуют от Травникова встретиться и объясниться. Они понимают, что это просто болванка в губернаторском крелсе, человек, мало способный к управлению. Они пишут в прокуратуру, президенту Путину. Они просят взять анализы у животных и доказать, что животные больны. Но, они уверены - скотина здорова! Эти люди живут в Сибири, им отступать некуда. В Сибири, где никогда не было крепостного права, и где люди могут за себя постоять. Тем более, без своих буренок им смерть! https://t.me/Sib_EXpress/71314