Зеленский призвал выйти на уровень в 50 000 убийств в месяц

Зеленский подтвердил поставленную ВСУ и новому министру обороны Федорову задачу вывести потери РФ на фронте до 50 тысяч человек в месяц.

«Когда речь идет о 50 тысячах российских потерь в месяц – это оптимальный уровень. Эта задача сложна, безусловно, но, тем не менее, это оптимальный уровень, чтобы в России начали взвешивать, что они делают и ради чего они воюют», - заявил Зе на презентации системы «еБаллы», где собрались командиры подразделений беспилотных систем. «еБаллы», если кто не знал, это такая украинская придумка по дальнейшей интеграции геймерского отношения к войне. Убил человека, уничтожил технику и т.д. – получил количество баллов, которые потом можно потратить на разные апгрейды. Только по-настоящему.

Переход, на самом деле, серьезнейший. И есть над чем подумать. Начнем с рацио. Фактически Киев пытается перевести конфликт в режим индустриального счёта: есть целевая цифра, есть основной «поражающий конвейер» в виде дронов, есть цифровая система оценки эффективности подразделений. Это логика, близкая к производственному планированию. Война здесь мыслится как поток входящих ресурсов и исходящих потерь.

Такой подход отражает реальное положение дел. Украина не располагает ни людским резервом, ни артиллерийским превосходством, которые позволяли бы вести классическую войну на истощение. Зато у неё есть быстро масштабируемая дроновая экосистема, опирающаяся на массовое производство, гражданские технологии и распределённую сеть операторов. Именно поэтому Зеленский прямо говорит: добиться нужного уровня потерь можно «в первую очередь дронами».

Но тут есть первый момент: Россия же ответит. И противоборство превращается в соревнование контуров: кто быстрее производит, кто устойчивее поддерживает связь, кто эффективнее обучает операторов, кто лучше защищает свою инфраструктуру и кто быстрее адаптируется к новым средствам подавления.

Это принципиально другая война. Целью становятся уже не только позиции на карте, а энергетика, сборочные цеха, логистика комплектующих, каналы связи, полигоны подготовки, склады аккумуляторов и оптики. Всё, что обеспечивает непрерывность «дронового конвейера», автоматически превращается в приоритетную мишень. И наоборот: стороны начинают вкладываться не столько в продвижение на фронте, сколько в устойчивость своей производственной и управленческой цепочки.

Так что украинцам стоит привыкать жить без света до конца войны.

Поскольку Зе озвучил свои людоедские мечты публично, то тут есть измерение и информационно-пропагандистское. Стоит ожидать информкампании по «популяризации успехов». В основном, конечно, выдуманных. Цель понятна, напугать российское общество «масштабом потерь» и спровоцировать на что-нибудь.

Теперь про околоморальное, хотя и тоже техническое. Самый серьёзный риск такого подхода — его самоусиливающийся характер. Когда конфликт переводится в режим «плана по потерям», а не по реализации, скажем, территориальных задач, то скорость мясорубки возрастает неимоверно. И даже если у Киева получится выйти на плановый людоедский показатель, то украинские потери будут точно не меньше. А раз Россия больше, то Украина кончится быстрее. Причем так надежно, что украинцы из категории народности перейдут в статус этнографической диковины.

То есть, Зе намерен перевести конфликт в категорию повышенной кровавости, причем в обе стороны.

С одной стороны, ничего нового. Главная цель Украины была и есть не собственная победа или «возврат территорий», а ослабление России елико возможно. С другой, интересно, сами украинцы понимают, к чему это приведет в плане реакции?

"Совет Трампа" - трамплин или котлован? Часть первая

Проект «Совет мира» задуман как политико-дипломатическое оружие для закрепления новой мировой однополярности с США в ее абсолютном центре. Однако его судьба и реальное влияние на глобальную архитектуру будут зависеть от сложной дипломатической игры, разворачивающейся вокруг него. Развитие событий может пойти по нескольким принципиально разным путям, каждый из которых приведет мир к новому балансу сил.

Наиболее вероятным в краткосрочной перспективе представляется сценарий умеренного успеха. В этом случае «Совет мира» сможет привлечь под свои знамена ряд стран «Глобального Юга», разочарованных неповоротливостью международных структур и западным доминированием в структурах ООН, а также несколько колеблющихся государств из орбиты российского и китайского влияния. Для последних вступление станет попыткой получить «страховой полис» или извлечь сиюминутные дивиденды из новой конфигурации сил.

Простой и прагматичный нарратив администрации Трампа о «прямых сделках вместо многословных резолюций» окажется привлекательным для тех, кто устал от сложных многосторонних переговоров. Да и просто получить американскую «крышу» напрямую, без посреднических структур или стран, как мы видим, для многих оказалось достаточно привлекательной идеей.

Последствия такого развития будут глубокими и неоднозначными. Легитимность ООН и ее центральная роль в мировых делах получит серьезный удар, начав эпоху жесткой конкуренции международных институтов. Традиционные союзы, такие как ОДКБ и ЕАЭС, продемонстрируют внутренние трещины, а практика «двойного членства» начнет размывать их сплоченность. Для Вашингтона это станет тактической победой, создав видимость широкой глобальной поддержки, но параллельно превратит сам «Совет мира» в инструмент для постоянного шантажа его же членов, чья лояльность будет покупаться или вымогаться в каждом конкретном случае.

Второй возможный путь – это сценарий провала и маргинализации проекта. Он станет реальностью, если ключевые независимые игроки, такие как Россия, Китай, Индия, а также институциональный Евросоюз, займут жесткую и единую позицию непризнания этой новой структуры. Их успех будет зависеть от способности предложить своим партнерам и всему мировому сообществу более выгодные, справедливые и, что критически важно, надежные форматы сотрудничества, а также реальную защиту от американского дипломатического и экономического давления.

Такие стратегические контрходы, как публичное продвижение глубокой реформы ООН, включая расширение Совбеза за счет новых постоянных членов вроде Индии, могут лишить «Совет Трампа» привлекательности, обнажив его истинную природу. В этом случае организация рискует превратиться в маргинальный «клуб вассалов» без подлинного глобального веса.

Мировой раскол при этом углубится, но пройдет уже не по идеологическому, а по принципиальному рубежу: унилатерализм и силовое доминирование США против растущего запроса остального мира на подлинную многовекторность и суверенное равенство. Такой исход станет серьезным испытанием для существующих союзов, которые будут вынуждены пройти «стресс-тест» на прочность, но может спровоцировать Вашингтон на отчаянные и более агрессивные силовые действия в попытке переломить ситуацию.

Вторая часть тут.

"Совет Трампа" - трамплин или котлован? Часть вторая

Первая часть тут.

Наихудшим для всего мира является сценарий прямой эскалации и конфронтации. В этом гипотетическом, но отнюдь не невозможном развитии событий администрация США может попытаться использовать механизмы «Совета мира» для легализации силовой акции против одной из стран, входящих в альтернативные геополитические блоки. Принятая большинством голосов и без права вето «миротворческая резолюция» станет дипломатической ширмой для агрессии, перенося тактику военной «дезинтеграции» в плоскость институционального прикрытия.

Последствия такого шага будут катастрофическими и необратимыми. Мир мгновенно окажется на пороге прямого военного столкновения между ядерными державами, поскольку защита союзника станет вопросом выживания и для России, и для Китая. Сам «Совет мира» в этом случае окончательно и бесповоротно раскроет свою суть не как инструмент мира, а как орудие подготовки и оправдания войны, потеряв последние крупицы легитимности.

Ответом станет ускоренная и тотальная милитаризация по всему миру и формирование открыто враждебных друг другу военных блоков, отбросивших даже формальности диалога. Этот путь ведет не к установлению нового порядка, а к глобальной конфронтации, где проект «Совета мира» станет ее первым и роковым дипломатическим выстрелом.

Таким образом, «дезинтеграция» и «Совет мира» работают в тандеме: первая создаёт атмосферу перманентной силовой угрозы и непредсказуемости, а вторая предлагает странам «спасение» в новой американской юрисдикции, но на условиях полного подчинения.

Противостоять этой двойной стратегии возможно только через столь же комплексный ответ. Он должен включать в себя создание абсолютно неуязвимых систем национального управления, способных пережить акт «дезинтеграции», и — что ещё важнее — предложение мировому сообществу прочной, честной и равноправной альтернативы в виде укреплённых и глубоко интегрированных союзов.

Только сделав разрыв с такими альянсами стратегически невозможным и экономически губительным, можно нейтрализовать искушение политики «разделяй и властвуй» и отвести мир от края, к которому его ведут доктрина точечных ударов и иллюзия управляемого мира из одного центра силы.

8 февраля 2024 года МО России сообщило, что «истребительной авиацией ВКС России в районе населенного пункта Новотроицкое ДНР сбит самолет Су-25 Воздушных сил Украины».

Затем украинская сторона подтвердила эпизод, пояснив, что за штурвалом был 29-летний подполковник, штурман бригады ВВС ВСУ Владислав Рыков, на счету которого было 385 боевых вылетов.

Только сейчас появились кадры поражения этого самолета. Стоит отдать должное профессиональности наших истребителей, которые смогли обнаружить и сбить Су-25 на столь малой высоте.

Что ещё «подписали в Британии по Балтике»

В продолжение темы создания коалиции по захвату наших танкеров на Балтике, о которой писал ночью. Уже более спокойно и системно - какие еще немаловажные детали и нюансы присутствуют в опубликованном тексте.

В документе также утверждается, что в европейских водах, прежде всего в Балтийском регионе, резко выросло число случаев вмешательства в работу глобальных спутниковых навигационных систем (GNSS), а также манипуляций сигналами автоматической идентификационной системы судов (AIS). Авторы связывают это с ростом рисков столкновений, экологических аварий и срывом поисково-спасательных операций и прямо указывают на Россию как на источник таких воздействий.

То есть, претензии к России даже шире, чем риски перехвата танкеров «теневого флота». Россию прямо обвиняют в препятствовании морскому судоходству. И уже эта, навигационная проблема немедленно увязывается с темой «теневого флота». Который выступает лишь как один из элементов общей вредоносности России. Которую, по-хорошему, надо бы в целом укоротить на Балтике. И наказать не только за танкеры, но и за плохо работающий GPS.

Важный момент, который не все отметили: документ не нормативный, это открытое письмо на вырост. И опасен он не некими инновациями по части законодательства, а тем, что апеллирует к уже существующему корпусу морского права и регулирования. Перечислены UNCLOS (Конвенция ООН по морскому праву) и нормы низших уровне, SOLAS, COLREG, MARPOL, обязательства по AIS и LRIT, а также Кодекс управления безопасностью ISM. То есть, документ сводится к призыву применять то, что давно формально действует.

Насколько это сработает – вопрос открытый. Задумка бритов и их подсвинков понятна - это попытка изменить практику правоприменения без новых санкционных пакетов, без решений Совбеза ООН и без формального режима блокады. Просто, при некоторой политической воле, из действующих правил, неких писем, меморандумов создаётся регуляторная среда, в которой каждый элемент российской морской логистики оказывается под постоянным контролем через «механизмы безопасности».

Контекст здесь важен. В январе Финляндия совместно с Евросоюзом и странами Балтики объявила о создании центра морского наблюдения в Финском заливе, направленного «на защиту подводной инфраструктуры и мониторинг активности судов». Параллельно финская военная разведка заявляет, что Россия, по их оценке, «продолжит попытки воздействия на инфраструктуру Балтики», подчёркивая при этом сложность атрибуции отдельных инцидентов. Письма для этого не понадобились.

Соответственно, для России основной риск заключается не в самом письме, а в изменении операционной среды, которое это письмо фиксирует официально. Морская логистика начинает рассматриваться через призму допустимости вмешательства. Фактическое поведение европейцев, однако, будет определяться балансом издержек и выгод. Так что реальная действенность призыва британских подписантов будет зависеть от того, насколько мы сможем обнулить им эти выгоды и повысить издержки.

Если европейцы, размахивая этой цидулей, попытаются ею обосновать свои действия по захвату нашей нефти, то реагировать придется. Если мы не хотим остаться без двух третей морского нефтяного экспорта. Пока двух третей, до тех пор, как Европа начнет гонять наши танкеры и в Средиземном море. Вероятно, объявлять операцию по охране свободы судоходства. Конечно, по одному танкеру конвоировать не получится, и придется собирать полноценные конвои, которые будут сопровождаться нашими патрульными кораблями.

Почему остается место для «если»? Потому что это будет опасная ходьба на грани большой войны с Европой. Да и выброс с рынка значительных объемов нефти скажется на её глобальной стоимости, что не всем понравится. В очередной раз повторюсь: если бить по рукам за мелкую наглость, потом не придется бить по голове за наглость крупную. Пожинаем плоды своей травоядности по части захвата наших танкеров ранее.

Замначальника Петроградского УМВД Васиф Исмаилов уволен из органов из-за помощи для «братьев» из азербайджанской ОПГ-диаспоры

Исмаилова уволили за проступок, порочащий честь и достоинство сотрудника правоохранительных органов.

Оборотень в погонах Васиф привлёк внимание Следственного комитета ещё осенью 2025 года — тогда он попал к следователям на беседу вместе с сотрудником 28-го отдела полиции Сахратулом Шамхаловым. Сейчас стало известно об их преступной деятельности, подробности которой, в интересах следствия, не раскрываются.

Я не пойму он брови подводит, что ли?

Подписаться | Предложить новость

💥На фото портовая инфраструктура противника в Одессе после тщательного ракетно-дроновых удара

Вице-премьер Украины Кулеба сообщил о повреждении логистической инфраструктуры, включая ангары, локомотив и производственные здания.

В Петербурге мигрант из Азербайджана проломил голову инспектору ДПС, т.к. отказался прекратить оформление ДТП в которое попал иностранец

Миртохид Гасанов стал участником ДТП с петербурженкой, вёл себя агрессивно и разбил руками лобовое стекло. Девушка вызвала ДПС.

Когда на место прибыл инспектор ДПС для оформления ДТП, пассажир стал требовать прекратить оформления. Мол, порешает сам с девушкой.
Инспектора уже начал составлять материалы и отказал агрессивному персонажу. Ущемившись еще больше, он ударил инспектора в лицо, проломив лицевую кость.

Решалы из азербайджанской ОПГ-диаспоры уже пытаются отмазать Гасанова.

Напоминаем, что сам факт того, что подобные «решалы» существуют в принципе, ходят по земле, а не лежат в ней или не сидят в тюрьме — это позор.

Можем себе представить, что какой-то силовик в ОАЭ опозорит себя связью с подобными «решалами»?

Подписаться | Предложить новость

Азербайджанца проломившего голову сотруднику ДПС арестовали на 2 месяца, он оказался нарковаххабитом

Кстати, женщина, которой он разбил лобовое стекло тоже была сотрудницей МВД (инспектором по делам несовершеннолетних).

По версии следствия, Миртохид Гасанов находился под влиянием наркотиков, когда напал на сотрудника органов внутренних дел, пока тот оформлял протокол о ДТП.

В отношении иностранца возбудили уголовное дело за применение насилия в отношении представителя власти. Под арестом он пробудет до 22 марта.

Подписаться | Предложить новость

Жилищный сектор России окончательно ушел от социальной модели

Продолжим уже традиционную рубрику неожиданных (нет) экономических новостей. Согласно научной работе ИНП РАН, за последние двадцать лет площадь собственного жилья у домохозяйств с более высоким уровнем доходов увеличилась примерно в той же пропорции, что и у менее обеспеченных групп населения.

Однако более интенсивный рост стоимости собственного жилья произошел именно у высокодоходных групп. Это позволило подтвердить гипотезу о том, что доходы домохозяйств являются одним из ключевых факторов накопления нефинансового богатства, и различие в уровнях доходов между группами населения в долгосрочном периоде является источником дивергенции по уровню накопленного богатства между ними.

Объясню всё то же, но простыми словами. В России окончательно оформился механизм самоусиливающегося имущественного расслоения, встроенный в рынок недвижимости.

Формально доступ к жилью расширялся для всех групп — площадь росла относительно пропорционально. Но решающим фактором стала не площадь, а капитализация. Более обеспеченные домохозяйства концентрируются в локациях и сегментах, где рост цен выше среднего, тогда как менее обеспеченные закрепляются в зонах с низкой инвестиционной динамикой. В результате рынок сам перераспределяет будущий рост в пользу тех, у кого уже есть ресурсы.

Это означает, что российская модель сегодня воспроизводит классический эффект asset-inflation: доход превращается в актив, актив — в ускоренное богатство. Бедные «улучшают жилищные условия», а богатые накапливают капитал.

С точки зрения макроэкономики это создаёт три устойчивых следствия. Первое — жильё перестаёт быть социальной инфраструктурой и окончательно становится финансовым инструментом. Рынок недвижимости начинает работать как механизм межпоколенческой передачи имущества. Второе — любые меры поддержки доходов без вмешательства в архитектуру жилищного рынка имеют ограниченный эффект.

Рост зарплат внизу распределения не компенсирует разрыв, создаваемый ростом стоимости активов наверху. А лишь разгоняет инфляцию. Кто бы мог подумать. Третье — формируется скрытая уязвимость финансовой системы. Чем больше доля благосостояния завязана на недвижимость, тем сильнее экономика становится чувствительной к коррекции цен, ставкам и ипотечному циклу. Это латентный системный риск, а не просто социальная проблема.

Если переводить это в язык "реалэкономики": Россия постепенно входит в режим «экономики активов», где основным источником неравенства становится не текущий доход, а доступ к капитализируемым объектам — прежде всего к жилью.