Bloomberg со ссылкой на источники пишет, что участники сегодняшнего саммита в Париже стремятся согласовать соглашение о гарантиях безопасности, которое включает возможность присутствия американских войск в Украине после завершения конфликта.

Британское BBC подтверждает этот инсайд сообщением о том, что в течение нескольких месяцев европейцы пытаются согласовать так называемый «страховочный механизм» — получить от США обещание участвовать в реагировании на действия России в случае нарушения ею условий мирного соглашения.

Однако Дональд Трамп неоднократно заявлял, что роль США может быть лишь в оказании помощи европейцам в обеспечении гарантий безопасности Украине.

В переговорах принимают участие главы государств и высокопоставленные чиновники из более чем 30 стран, входящих в так называемую Коалицию желающих, в том числе, американские посредники на мирных переговорах Стив Уиткофф и Джаред Кушнер — зять президента Дональда Трампа.

При этом BBC отмечает, что переговоры в Париже, типа, "омрачены" последствиями военной операции США в Венесуэле и публичными претензиями Трампа на Гренландию.

На этом фоне европейцы наверняка воздержатся даже от попыток давления на американскую делегацию, и мероприятие пройдет лишь в режиме ритуала, где США делятся с европейцами своим взглядом на происходящее.

Опять на просторах телеграма столкнулся с высказыванием очередного горе-политолога о том, что насильственное похищение, сопряжённое с массовыми убийствами непричастных людей, президента Венесуэлы Николаса Мадуро, открывает возможности к «любой сделке между Москвой и Вашингтоном» по Украине.

Мне трудно даже представить, что у транслирующих подобное творится в голове.

1. Отбросив любой стыд, Америка провозгласила – нам нужен мир, желательно весь.

2. Для достижения этой цели Вашингтон прибегает и продолжит к насилию.

Горе побежденным.

❗️С этим императивом договориться нельзя.

Он не предполагает никакой договоренности, кроме добровольного рабства.

3. Прямо сейчас береговая охрана США пытается захватить русский нефтяной танкер “Маринера”.

Кирилл Дмитриев негодует, а РД полагает – западное морское пиратство узаконенным фактом бытия.

Так продолжится до поры пока нападающие на наши суда – пиндосы и европейцы, не начнут тонуть в следствии ответного огня.

Но совсем прекратится только после уничтожения политического Запада.

4. Война на Украине для США способ ослаблять Россию.

Наносить ракетные и другие удары по объектам нашей энергетики и важным производствам.

Зачем её останавливать?

5. Война с Россией на Украине для США способ ослаблять и держать в узде Европу.

Зачем им договариваться? С кем и о чём?

6. Война с Россией для Европы способ передать управление в никем неизбираемые общеевропейские бюрократические структуры, легализовав таким образом систему жесткой, коллективной олигархо-бюрократической диктатуры.

Война с Россией – самая главная европейская надежда на тотальный, беспросветный и кровавый грабеж русских после их победы.

7. Поэтому Европа сделает все, чтобы США остались актором войны, втягивая их в ускоряющуюся эскалацию.

8. Мир с Россией
равен обрушению существующей политической системы Европы.

В тридцать шестой раз спрашиваю у политолухов: зачем врагу прекращать войну?

Они стали самоубийцами? Когда? Решили отказаться от бабла и власти?

9. Важно – война за мировую гегемонию для США, их стремление уничтожить Россию, сопрягаются с их патологической антикоммунистической риторикой и ненавистью к социализму.

Это брызжет из уст Трампа, американских сенаторов, всего политикума.

10. Политическая Америка нехотя вступила в войну с Гитлером.

Идеологического конфликта между либеральной олигархической диктатурой и нацизмом нет.

11. Идеи социальной справедливости – единственное, что по-настоящему угрожает безраздельной монополии капитала на власть.

Отсюда животная ненависть ко всему левому.

12. И здесь вражеская ненависть «удивительным» образом смыкается с нашими «правачками-недоумками» вроде Антоновского, Холмогорова, Корчевникова, с антисоветским бредом, который они несут, играя на стороне врага.

Пытаясь натянуть православие то на крепостное право, то на либеральный капитализм.

13. Их и их последователей можно игнорировать, идиоты, но ведь за этими рупорами трансгуманизма в консервативных одеяниях, стоят большие деньги.

Не будет этого Холмогорова, большие деньги за недорого купят и предъявят миру следующего.

14. Эти денежные круги, объективно, являются двигателем нереальной сделки с врагом.

Они отвлекают силы, рождают лживые иллюзии и т.д.

И они – наша Ахиллесова пята.

15. У врага тоже полно уязвимостей. Их логичнее использовать, чем перечислять.

16. Повторю: политический Запад – абсолютное зло.

Договориться с ним нельзя.

Можно только воевать всем большим миром и победить.

@russdiary

Парижский саммит как реквием перемоге

Судя по итоговому заявлению так называемого Парижского саммита, стороны, как и предполагалось, не договорились ни о чём, что виделось Киеву и некоторым аналитикам. оглашении, а о фазе согласования параметров будущего торга.

Заявление спецпредставителя Белого дома Стива Уиткоффа показательно прежде всего тем, чего в нём нет. США сознательно не подтвердили идею размещения международных или американских сил в Украине, не зафиксировали формат «гарантий» и ограничились языком процесса — «framework», «workstreams», «continue discussions». Это означает, что Вашингтон пока не готов брать на себя прямые силовые обязательства, которые автоматически делали бы его стороной возможного будущего конфликта.

На этом фоне слова Джареда Кушнера о том, что «практически все вопросы по гарантиям безопасности решены», выглядят скорее как политический сигнал для внутренней и союзнической аудитории, чем как описание реального статуса договорённостей. Мы уже слышали и про согласование 90%, и даже 95%. Сейчас это, допустим, 98,5%. Технически от этого ничего не меняется. Тем более что сам Кушнер прямо оговаривается: это не означает достижения мира. Иными словами, согласованы не решения, а рамки, внутри которых ещё предстоит договариваться.

Отдельного внимания заслуживает заявление Макрона о предельной численности ВСУ после войны. Снижение планки с 800 до 700 тысяч человек — это не техническая деталь, а политический маркер. Запад де-факто даёт понять, что модель Украины как постоянно мобилизованного военного государства с армией максимального размера не рассматривается как долгосрочно приемлемая. Просто потому, что это бешеное бабло, которое никто тратить не хочет. Даже российских активов Украине хватит от силы года на полтора-два. Формула о «поддержке украинской армии» при этом остаётся декларативной: ни объёмы, ни сроки, ни механизмы этой поддержки публично не зафиксированы.

Ключевой сдвиг произошёл и в риторике США по территориальному вопросу. Уиткофф впервые публично называет его «одним из самых сложных» и прямо говорит о надежде на компромисс. Это качественное изменение дискурса. Фактически Вашингтон начинает готовить почву к признанию того, что без территориальных уступок со стороны Украины мирное соглашение маловероятно. При этом позиция Зе последовательно отвергающего вывод войск из Донецкой области, всё более явно входит в противоречие не только с Москвой, но и с американской логикой переговоров. Так что прогибать будут Зе.

В совокупности это позволяет сделать несколько выводов.

Во-первых, США не рассматривают «гарантии безопасности» как эквивалент вступления Украины в НАТО или размещения западных войск на её территории. Речь идёт о гораздо более гибкой, политически обратимой конструкции, которая должна снизить риск возобновления войны, но не создавать автоматических обязательств для Вашингтона.

Во-вторых, Европа пытается сохранить видимость субъектности, но фактически следует в фарватере американских ограничений. Сокращение военных параметров Украины и отсутствие собственных силовых инициатив это подтверждают.

В-третьих, Украина постепенно подводится к необходимости пересмотра исходных максималистских требований. Пока этот процесс завуалирован дипломатическим языком, но сам факт обсуждения компромисса по территории и параметрам армии говорит о начале новой фазы конфликта и диалога по нему.

Планы по размещению многонациональных сил в Украине после войны обретают оформленность: соответствующую декларацию подписали Украина, Франция и Британия.

Однако конкретные договорённости пока не достигнуты. Как отметил премьер-министр Польши Дональд Туск, обсуждаемые гарантии со стороны каждой страны находятся на стадии «черновиков».

Остаётся неясной и позиция США: поддерживает ли Вашингтон эту инициативу, или она отражает пока лишь устремления Киева, Лондона и Парижа. Однако главный вопрос следующий: как вяжется подписание этой бумажки с теми переговорами, которые мы ведем с США? Мы давно говорили, что присутствие войск НАТО после окончания СВО на территории Украины неприемлемо. Тут подписывается соглашение, которое в гробу видало нашу политическую установку. Вопрос: о чем мы будем подписывать соглашение с США, если оно уже дезавуировано Украиной, Британией и Францией?

Военные эксперты ЕС не сомневаются в реальности плана захвата Гренландии

Опрошенные BILD эксперты единодушно пришли к выводу, что в обозримой перспективе у США не возникнет проблем с захватом Гренландии, если Белый дом примет такое решение.

Отмечено, что все населённые пункты Гренландии расположены на побережье и изолированы, там почти нет укрытий или возможностей для скрытого передвижения. Отмечается слабость датских сил, небольшое количество местной полиции, превосходство США в воздухе и уже находящаяся в регионе американская база Туле. Всё это делает в принципе невозможным переброску датских или любых других подразделений из Европы через Атлантику.

В качестве базового сценария описывается высадка небольших десантов морской пехоты с вертолетов, которые берут под контроль правительственные здания, телецентры, порт и аэропорт. На местные власти оказывалось бы политическое давление «с целью заставить их принять принудительное управление США». Многие эксперты даже заявили, что Гренландия для Трампа будет «Крымом 2.0».

Другие специалисты отмечают, что война тут и не нужна, отсутствие вариантов защиты Гренландии может заставить Данию согласиться либо на достаточное (для США) усиление американского присутствия на острове, либо на его совместное использование, или на долгосрочную аренду.

В интересное время живём. Правда, с Крымом Гренландию можно сравнивать очень условно, с какой стороны ни глянь. В Копенгагене, насколько известно, не анонсировали массовые убийства гренландцев, а Нуук ни один из американских президентов не основывал. Поскольку Трамп явно живет в логике «смогу или не смогу», а не «что скажет мировое сообщество», то десант в Гренландии вполне возможен.

По последним оценкам ООН на январь 2025 года, численность населения Гренландии — 55 790 человек. Даже если каждому, от мала до велика, выдать по 5 миллионов баксов за неудобства, то можно будет обойтись и без военных действий.

Мы готовимся победить или проиграть?

Действия США 3 января 2026 года по похищению и вывозу на свою территорию президента Венесуэлы Николаса Мадуро с супругой ещё раз подтвердили очевидную истину: "Война – это искусство обмана". Переговоры, как уже повелось у администрации Трампа, послужили дымовой завесой и отвлечением внимания перед проведением военной операции.

В аналогичную переговорную ловушку ранее попал Иран и тоже получил не только прямую военную агрессию и серьезный ущерб для своей ядерной программы, но, как показывают события начала января, и серьезный удар по стабильности всей политической системы - люди разочарованы неспособностью аятолл жестко ответить на атаки Тель-Авива и попытки договориться за счет национальных интересов.

Мы почему-то с упорством, достойным лучшего применения, держимся за переговорный кейс с США. При этом Вашингтон использует переговоры для контроля уровня эскалации в войне с Россией через Украину, а также для обеспечения нашего неучастия в противодействии агрессивным действиям Америки против наших союзников (Сирия, Иран, теперь вот Венесуэла). В то же время никаких выгод от переговоров с администрацией Трампа Россия до сих пор не получила. А первые озвученные результаты Парижа вообще вступают в противоречие с идеей переговоров с США.

Надо понимать, что столь наглые и успешные действия Вашингтона против Мадуро воодушевят Америку на подобные действия не только против Ирана и России, но и других стран. Точка приложения сил – вертикаль управления государством. Разрушение цепочек управления приводит к распаду организованного сопротивления врагу и неспособности решительных ответных действий. А отсутствие вменяемого ответа приводит к разрушению веры людей.

Мы почему-то упорно соблюдаем некое «международное право». Со стороны это выглядит достаточно непонятно, особенно в условиях того экзистенциального вызова, который нам бросили США и НАТО поддержкой украинской хунты, не говоря про похищение президента Венесуэлы. О «международное право» 3 января 2026 года, как и 3 января 2020 года, когда американцы по приказу Трампа убили Кассема Сулеймани, просто вытерли показательно ноги.

Про последние заявления американских чиновников - замглавы аппарата Белого дома Миллера и госсекретаря США Рубио - я вообще молчу:

"Можно сколько угодно говорить о международных приличиях и всем остальном, однако мы живем в мире, в реальном мире, который управляется силой и мощью. Это железные законы мира", — заявил замглавы аппарата Белого дома Миллер, комментируя операцию США в Венесуэле.

Госсекретарь Рубио продолжил: "ООН? Меня не волнует, что говорит ООН. ООН понятия не имеет, что оно делает".

Т.е., прямым текстом говорится: "Ребята, пока вы не готовы воевать и убивать за свои интересы и заявления, как мы за свои, что мы вам всем показали в Венесуэле, мы вас не будем видеть в упор".

Или вопрос о гарантиях жизни Зеленскому и его окружению, данные по просьбе Израиля. В то время как за неполный год в Москве спецслужбы Украины убивают трёх генерал-лейтенантов МО РФ. Хотя ликвидация руководящего состава противника - это азы любого противостояния.

Мы теряем и так небольшую сферу нашего влияния. Получается, что переговоры - это всего лишь отвлекалово, с помощью которого американцы наносят удары по нашей стратегической периферии, а мы, в отличие от них, оказываемся почему-то скованы этими самыми переговорами. Почему? Что не так?

Поэтому вариант у нас только один – измениться. Стать жестче. Мочить террористов и не только террористов. И не важно где – на природе или в сортире. Как ранее говорилось. Мы либо изменимся, либо проиграем.

Первый транш кредита ЕС на 90 млрд евро для Украины будет выплачен не позднее второго квартала 2026 года, заявил спикер Еврокомиссии Мачей Берестецкий.

Речь идет о совместном долге ЕС, принятом для поддержки Украины вместо репарационного кредита за счет активов РФ. Правда, окончательно решение о кредите еще должно быть утверждено Советом ЕС и Европарламентом, однако ожидается, что это будет сделано в ближайшие недели. Кредит предоставляется на беспроцентной основе и должен быть возвращен Украиной только после окончания войны и выплаты репараций со стороны РФ.

Формально это, конечно, помощь. Совместный долг ЕС, беспроцентный кредит, возврат которого Украина должна будет осуществить только после окончания войны и выплаты репараций со стороны России. Вот только репарации пока не признаны, не согласованы, не оформлены и не обсуждены ни в каком юридически обязывающем формате. Но именно они становятся фундаментом финансовой архитектуры. Это примерно как взять ипотеку под доходы от выигрыша в лотерею, которую даже разыгрывать пока не собираются.

Ключевая деталь — сроки. Не «в ближайшие месяцы», не «в 2025 году», а «не позднее второго квартала 2026 года». Формулировка означает ровно одно: в обозримой перспективе денег не будет. Но формально — обещание сохранено, галочка поставлена, пресс-релиз готов.

При этом решение ещё должно быть утверждено Советом ЕС и Европарламентом. То есть даже этот отложенный и условный кредит пока существует в жанре «ожидается, что будет одобрен». Такое впечатление, что в ЕС начали надеяться, что война к лету закончится сама собой, и вопрос получится замести под ковёр.

Структурные кризисы и геополитическое наступление: логика современного глобального противостояния

Современный этап международных отношений всё чаще характеризуется как фаза широкомасштабного, но гибридного глобального конфликта. Его отличительная черта — синхронное давление на ряд государств, которые бросают вызов устоявшейся западной гегемонии или сохраняют модели суверенного развития, альтернативные либеральному глобализму.

В этот список входят как давние «изгои» мировой системы (Иран, КНДР, Сирия, Куба, Венесуэла), так и крупные центры силы, претендующие на пересмотр правил игры (Китай, Россия), и даже традиционные союзники, проявляющие растущую автономию (такие страны Европы как Венгрия, Словакия, Чехия).

Исторически сложившаяся стратегия ведущей державы — избегать прямого первоначального столкновения, предпочитая роль внешнего арбитра, который вступает в конфликт на выгодных для себя условиях. Эта логика, наблюдаемая в двух мировых войнах, сегодня трансформировалась.

Новый конфликт ведётся одновременно на нескольких фронтах: военно-политическом (Украина, Ближний Восток), экономическом (санкции, торговые войны) и идеологическом. Задача — не столько в классическом военном разгроме, сколько в системном ослаблении противников через истощение ресурсов, подрыв внутренней стабильности и разрушение альянсов.

Ключевой уязвимостью государств-мишеней становится их зависимость от жёстких политических моделей и хронические внутренние противоречия. Экономические трудности, социальная усталость, концентрация власти создают точки приложения для внешнего давления.

Сирия и Венесуэла демонстрируют сценарий тотального кризиса и потери субъектности. Для Ирана, Кубы, Беларуси и России актуальны риски дальнейшей дестабилизации, где внешние санкции и информационная война усугубляются внутренними вызовами.

Особенностью текущего этапа является его нелинейность. Война на Украине выполняет функцию взаимного истощения Европы и России. Ближневосточный узел (противостояние Израиля и Ирана, разгром проиранских сил) радикально меняет баланс в регионе. Параллельно ведётся жёсткая экономическая конкуренция с Китаем, где будущим кризисным пунктом может стать Тайвань.

Таким образом, современное глобальное противостояние представляет собой не единую битву, а серию взаимосвязанных кампаний по «обрезке» суверенитетов и переформатированию мировой периферии и полупериферии.

Успех или поражение в этой войне будут зависеть не только от военной мощи, но и от способности целевых государств преодолеть внутренние слабости, обеспечить экономическую устойчивость и выстроить жизнеспособные альянсы перед лицом скоординированного многофронтового наступления.

Трамп, похоже, отобрал таки поставки венесуэльской нефти для Китая

Президент США Дональд Трамп заявил, что временные власти Венесуэлы передадут США 30-50 миллионов баррелей нефти.

Он сообщил, что нефть продадут по рыночной цене, а средства Трамп будет контролировать самостоятельно. По словам президента США, он уже поручил министру энергетики Крису Райту приступить к выполнению плана. Нефть будет напрямую доставлена в американские порты для разгрузки.

Агентство Reuters пояснило ситуацию, исходя из инсайдов от американских чиновников. Согласно их информации, на этой неделе официальные лица Венесуэлы и США обсудили возможные механизмы продажи, в том числе аукционы, на которых заинтересованные американские покупатели могли бы делать ставки на грузы, а также выдачу лицензий США деловым партнёрам венесуэльской нефтяной компании PDVSA, что могло бы уже привести к заключению контрактов на поставку.

Каракас и Вашингтон заключили сделку об экспорте венесуэльской нефти на сумму до 2 миллиардов долларов в США. Поток нефти из Венесуэлы полностью контролируется американской компанией Chevron, основным партнёром PDVSA по совместному предприятию.

США и Венесуэла также обсуждали возможность использования венесуэльской нефти в Стратегическом нефтяном резерве США в будущем, сообщил один из источников Reuters.

Таким образом, США, вероятно, перехватывают основную отгрузку венесуэльской нефти в Китай, которая достигала около 68% всего венесуэльского нефтяного экспорта.

Причём у Китая нет альтернатив для замены венесуэльской нефти, которая является «тяжёлой» и в результате переработки из неё можно получить до 60% битума и материалов для производства асфальта.

Это достаточно сильный экономический удар по Китаю, так как если поставки прекратятся, то китайские НПЗ придётся перестраивать под более лёгкие сорта нефти.

Если китайцы думали просто отсидеться, то это у них не получилось. В том случае, если реакции от них не последует, Трамп будет давить уже в другом месте.

Теперь в мире действует только право сильного.