Мы часто произносим: «русский менталитет», «восточный менталитет», «менталитет победителя». Но что скрывается за этим понятием? Это не просто набор черт характера нации. Менталитет — это комплексная операционная система общества, этика его социальных ценностей, выраженная и закодированная во всех сферах человеческой деятельности. Это та самая «условная информация», та невидимая матрица, в рамках которой мы живём, думаем и принимаем решения, часто даже не отдавая себе в этом отчёта.

Столпы, на которых стоит менталитет.
1. Этика и социальные ценности. Это ядро системы. Что общество считает добром и злом, справедливым и несправедливым, достойным и постыдным? Эта этика — моральный компас, задающий общее направление.
2. Традиции и конфессии. Это историческая память и духовный каркас. Ритуалы, праздники, обычаи, религиозные доктрины — они транслируют базовые ценности из поколения в поколение, превращая абстрактные идеи в конкретные практики. Они отвечают на экзистенциальные вопросы, формируют отношение к жизни, смерти, семье, труду, создавая общее смысловое поле.
3. Наука и технологии. Это инструментальное воплощение менталитета. Они показывают, как общество взаимодействует с миром. Ориентировано ли оно на практическое применение знаний или на чистое познание? Доверяет ли оно техническому прогрессу или относится к нему с опаской?
4. Искусство. Это эмоциональный и образный язык системы. Литература, живопись, музыка, кино — не просто развлечение. Они отражают, закрепляют и иногда оспаривают ключевые архетипы, мифы, страхи и мечты общества. Через искусство менталитет проникает в подсознание, формируя эстетическое чувство и картину мира.
5. Образование и воспитание. Это главный механизм передачи и воспроизводства кода. Школа и семья — это «фабрики» по производству носителей определённого менталитета, где ценности и поведенческие паттерны внедряются напрямую.
6. Инструменты СМИ. Это нервная система, обеспечивающая коммуникацию и актуальное программирование. Новости, социальные сети, реклама не просто информируют — они выбирают темы, задают рамки обсуждения, формируют повестку дня и эмоциональный фон, постоянно подкрепляя и актуализируя базовые установки.

Менталитет — это динамическая информационная система, созданная и отточенная для ключевой цели: выживания и развития конкретной социальной системы в её уникальных исторических и географических условиях.
Он действует как код, который:
• Кодирует поведение: автоматически подсказывает, как вести себя в типовых ситуациях.
• Фильтрует реальность: помогает быстро отличить «своё» от «чужого», «правильное» от «неправильного», отсеивая избыточную информацию.
• Снижает трение: обеспечивает взаимопонимание между членами общества на основе общих символов, шуток, намёков и ожиданий.
• Накопляет опыт: в нём «зашиты» уроки прошлых кризисов, побед и поражений, которые становятся частью коллективного бессознательного.

Менталитет не статичен. Под давлением глобализации, технологических шоков (как интернет), миграции или глубоких социальных потрясений его коды могут пересматриваться, возникать «системные ошибки» и конфликты между поколениями. Старая программа иногда не справляется с новыми вызовами.

Однако ядро системы невероятно устойчиво. Попытки резко и насильственно «перепрошить» менталитет общества, не понимая его глубинной логики, обречены на сопротивление и непредсказуемые последствия.

Понимание менталитета — это ключ к пониманию любого общества. Это взгляд под капот истории и культуры. Видя в традициях, законах, медиа и образовательных практиках не разрозненные явления, а части единого кода, мы можем лучше понимать мотивы людей, прогнозировать развитие событий и находить точки для диалога между разными «операционными системами». Менталитет напоминает нам, что человек — не изолированный атом, а носитель сложного, исторически сложившегося программного обеспечения, которое определяет, как он воспринимает мир и действует в нём. Это коллективный разум, плетущий непрерывную нить из прошлого в будущее.

✅ Подписаться

Друзья. Знаете, весь двадцатый век мы жили в ритме бешеного роста населения. Численность людей росла так быстро, что кривая на графиках уходила почти вертикально вверх. А сейчас всё меняется на глазах: этот рост замедляется, линия становится гораздо пологее. Учёные говорят, что скоро мы выйдем на уровень примерно в 10–11 миллиардов и дальше особого прироста не будет.

Кто-то сразу видит в этом проблему: мол, ресурсы кончаются, система даёт сбой, и вообще это как будто история подходит к своему пределу, в духе тех старых идей Мальтуса. Но я думаю, что это не так просто.

Давайте посмотрим на дело шире. Это не тупик, а вполне естественный поворот.
Если вспомнить историю человечества, то такие демографические скачки случались не раз. Каждый раз перед резким ростом населения происходили большие перемены в том, как люди производят еду и вещи: сначала неолитическая революция — люди перешли к земледелию, потом промышленная революция, потом все эти научные и технические прорывы. Благодаря этому преодолевались старые ограничения, открывались новые горизонты.

Сейчас мы как раз в середине такого большого перехода. То, что население стабилизируется, — это нормальная реакция всей системы на то, что мы дошли до определённого уровня. Старые общественные устройства, экономика, подход к экологии — они уже не совсем подходят. Все эти кризисы, по сути, признаки того, что общество растёт и нуждается в переходе на следующий этап.

А что дальше, после этого плато?
История показывает: за периодами затишья всегда идёт новый подъём, но уже на другом уровне, более высоком.
Раньше рост шёл в основном вширь: больше людей — больше производства — больше всего потребляем.
Теперь он будет идти вглубь. Главное — не количество, а качество: качество жизни, технологий, образования, того, как мы управляем делами.

Мы уже видим, куда всё движется: искусственный интеллект развивается семимильными шагами, биоинженерия творит чудеса, экономика потихоньку переходит на замкнутый цикл, где ничего не пропадает зря, и вообще люди начинают по-другому смотреть на то, что значит человеческая жизнь и труд. Система не рухнет, она просто перестраивается, готовится к новому качеству.

На всё это уйдёт время — примерно два-три поколения, то есть лет 60–90. Большие перемены в цивилизации никогда не происходят за ночь. Нужно, чтобы новые идеи прижились, старые институты ушли, а на их месте выросло что-то свежее.

Наши дети, а может, и внуки увидят, как начнётся новый демографический подъём — но уже в совсем другой реальности. Там ценность человека будет не в том, сколько нас, а в том, насколько мы умеем творить, сотрудничать и приспосабливаться к изменениям.

В общем, бояться стабилизации не стоит. Это не финал, а сигнал, что пора менять подходы. Мы как раз в той точке, где старое уже не тянет, а новое только пробивается. И в этом, честно говоря, огромный шанс для всего человечества.

✅ Подписаться

Знаете, в последнее время я всё чаще ловлю себя на мысли: мы тонем в болтовне про "инновации", "цифровизацию" и "устойчивое развитие", но никто толком не отвечает на главный вопрос. А на какой, собственно, социальной базе мы собираемся строить это самое светлое завтра? Кто будет в центре? Олигархи с яхтами? Блогеры с миллионами подписчиков? Или, может, ребята из фондов, которые перекладывают цифры из одного кармана в другой?

Нет, друзья. Если говорить честно и без красивых обёрток, основой любого нормального общества всегда были и будут люди труда. Те, кто реально что-то создаёт руками, головой или обеими сразу. Не абстрактный "народ" из телевизора, а конкретные люди, чья жизнь и доход зависят от того, насколько хорошо они делают своё дело.

Кто это такие сегодня? Инженер, который проектирует мосты и ракеты. Учёный, сидящий ночами в лаборатории. Врач, вытаскивающий людей с того света. Учитель, который учит детей думать, а не просто зубрить. Рабочий на заводе или фермер, кормящий страну. Программист, пишущий код, от которого зависит, будет ли работать банк или метро. Художник, дизайнер, музыкант — все, кто создаёт что-то осязаемое, полезное, настоящее.

Их объединяет простая вещь: они живут тем, что производят. Их успех — это не удачная сделка на бирже и не рента с недвижимости. Это результат их собственного труда. И да, именно эти люди — настоящая основа общества. Всё остальное держится на них.

А теперь давайте посмотрим правде в глаза. Есть огромный слой, который ничего не производит. Финансовые спекулянты, трейдеры, фонды, которые гоняют триллионы по экранам. Они не делают ни станков, ни хлеба, ни лекарств. Их работа — перераспределять то, что создали другие. Часто — в свою пользу. Это паразитическая надстройка, которая раздулась до неприличных размеров. И пока она доминирует, нормального развития не будет. Будет только всё больше пены и всё меньше вещества.

Конечно, есть понятие "народ" — оно шире. Туда входят дети, которые ещё учатся. Пенсионеры, которые уже отработали своё. Люди с инвалидностью, которым нужна поддержка. Чиновники, военные — те, кто обеспечивает порядок и безопасность. У всех у них есть общие интересы, и это нормально. Но фундамент, на котором всё стоит, — это всё-таки люди труда. Без них система просто рухнет, как дом без несущих стен.

Я не призываю к революциям и баррикадам. Я просто говорю очевидное: если мы хотим общество, в котором есть смысл жить, нужно перестать делать вид, что деньги сами себя рожают. Нужно вернуть управление экономикой к логике реального производства. Поддерживать тех, кто создаёт. Образовывать, мотивировать, давать перспективу.

Потому что будущее строят не те, кто жонглирует активами. Его строят те, кто встаёт утром и идёт делать дело. И чем раньше мы это признаем — тем лучше будет всем. Включая тех, кто сейчас думает, что может жить без труда.

✅ Подписаться

Когда я впервые разбирался в том, почему счета за электричество растут не только из-за инфляции, наткнулся на эту штуку под названием ДПМ — договоры о предоставлении мощности. Это один из главных механизмов, который держит российскую энергетику на плаву уже пятнадцать лет.

Всё началось после той большой реформы, когда РАО ЕЭС разделили на куски. К 2010 году ситуация была печальная: половина электростанций работала на оборудовании старше сорока лет, износ бешеный, а новые блоки никто не хотел строить — окупаемость слишком долгая, риски высокие. Инвесторы просто проходили мимо. Вот правительство и решило: надо дать гарантии. Идею продвигали сверху, основную схему рисовало Минэнерго, а Минпромторг следил, чтобы как можно больше оборудования делали у нас. Официально всё оформили постановлением №1172 в конце 2010-го — с тех пор рынок мощности работает по этим правилам.

Суть в чём? Компания берёт обязательства: построить новую станцию или глубоко модернизировать старую и ввести её точно в срок. За это ей платят повышенный тариф за мощность лет десять-двадцать. И платим мы с вами — через счета за свет. Главный фокус: деньги идут не только за реально выработанные киловатты (их продают на оптовом рынке), но и просто за то, что станция стоит готовая и может в любой момент включиться на полную. Это как резерв на чёрный день. Благодаря такой подушке проект окупается лет за пятнадцать, даже если спрос не всегда пиковый.

Потом программу расширяли. В 2013-м добавили ветку для зелёной энергии — ветер, солнце, малые ГЭС. В 2019-м запустили ДПМ-2, или КОММод (конкурентный отбор модернизируемых мощностей) — специально под обновление тепловых станций, которые уже выработали ресурс. За первую волну ДПМ ввели блоков примерно на 30 гигаватт установленной мощности. Сейчас по программе ДПМ-2 отобраны проекты ещё на пару десятков тепловых станций, а всего планируют довести до 41 ГВт где-то к 2035 году. Деньги крутятся огромные — триллионы рублей инвестиций.

Есть, конечно, и ответственность. Сорвал сроки или станция простаивает — плати штрафы, до 37,5 % от месячной платы за мощность. Для больших объектов это миллиарды. Деньги потом перераспределяют нам, потребителям. Но на практике государство часто смягчает угол: отсрочки дают без особых споров, а в этом году вообще разрешили спокойно выходить из некоторых проектов по ВИЭ (возобновляемые источники энергии) без штрафов.

Многие эту систему критикуют, и небезосновательно. Говорят, мы переплачиваем за лишние мощности: часть станций загружена всего на 10–15 %, потому что спрос вырос не так сильно, как рассчитывали. Надбавка по ДПМ уже серьёзно влияет на цену электричества и продолжит расти. Плюс вечные вопросы к локализации — требования жёсткие, но импортные турбины никуда не делись, а с санкциями их обслуживать стало сложнее.

Таким образом, программа ДПМ позволила провести серьезную модернизацию российской генерации. За эти годы вывели из эксплуатации 18 гигаватт устаревшего оборудования, сеть стала надёжнее, появилось своё производство турбин, да и зелёная генерация наконец пошла в рост — несколько гигаватт ветра и солнца уже реально работают. Это такой прагматичный компромисс: платим чуть больше сейчас, чтобы завтра не остаться без света и чтобы отрасль постепенно обновлялась. Не идеально, но работает.

Из всей этой истории у меня остается основной вопрос: почему правительство в очередной раз переложило нагрузку за модернизацию российской энергетики на наши плечи? За развитие платит потребитель, а прибыль получает генерирующая компания, и, как это часто встречается в России, уводит ее в зарубежные банки. ✅ Подписаться

22 декабря, День энергетика — праздник, который отмечают в России, Беларуси и других странах на постсоветском пространстве. Установили его еще в 1966-м, чтобы вспоминать ту самую дату 1920 года, когда приняли план ГОЭЛРО. В те годы, после гражданской войны, страна лежала в руинах, а тут вдруг — грандиозный замысел электрифицировать всё. Ленин прямо говорил, что это вторая программа партии. И ведь сработало! Сегодня этот день — не просто повод поздравить коллег, а напоминание, насколько важна энергетика для жизни страны. Без надежного света и тепла нет ни экономики, ни нормальной повседневности, особенно сейчас, в эпоху всех этих вызовов.

Помню, как в школе рассказывали про ГОЭЛРО — казалось чем-то из сказки. А на деле это была настоящая революция в инженерии. Глеб Кржижановский с командой спланировали 30 больших станций, общую мощность в 1,75 миллиона киловатт — и всё за какие-то 10–15 лет. Для разрушенной страны это выглядело фантастикой. Но уже к 1926-му восстановили старое, а к 1931-му перевыполнили план. Волховская ГЭС, ДнепроГЭС — эти названия до сих пор звучат как символы той эпохи. Благодаря им запустилась индустриализация, заводы заработали на полную, города зажглись огнями. К 1935-му СССР уже был в тройке лидеров мира по электроэнергии. Не просто техника — это был шаг к новой жизни для миллионов.

После Великой Отечественной энергетика вообще пошла в гору семимильными шагами. Война разрушила десятки станций, но люди быстро всё подняли из пепла. Строили настоящих гигантов: ТЭС в Сибири и на Урале, волжские ГЭС, а в 1954-м — первую в мире атомную станцию в Обнинске. И главное — создали Единую энергетическую систему, которая связала регионы в одно целое. Можно было перекидывать энергию из одного конца страны в другой, всё работало как часы. К восьмидесятым СССР давал пятую часть мировой энергии, ТЭК был основой всей экономики. Конечно, Чернобыль в 86-м стал страшным уроком, притормозил атомную отрасль, но в целом система держалась крепко.

А потом пришел 91-й, и всё изменилось. В девяностые энергетика еле дышала: износ, недофинансирование. В двухтысячных Чубайс взялся за реформу РАО «ЕЭС». Идея была ввести рынок — разделить генерацию, сделать её конкурентной, привлечь частные инвестиции, а сети оставить государственными. В 2008-м монополию ликвидировали, деньги действительно потекли, новые мощности появились.

Только вот не всё так радужно вышло. Критики — и их немало — говорят, что тарифы просто взлетели до небес, для людей и заводов стало дороже в разы. Конкуренции настоящей не получилось: рынок поделили несколько больших игроков, олигополия вместо свободного поля. Единая система раскололась, надежность пострадала, износ никуда не делся. Многие считают это «развалом» — прибыль утекла в карманы частников. Реформа дала инвестиции, да, но цена оказалась высокой: энергия подорожала, риски выросли.

Сейчас в отрасли около 270 гигаватт мощности — цифра внушительная. Но проблем хватает: сети изношены на 60%, в регионах дефицит, нагрузки растут. Планы большие — до 2042-го ввести кучу новых мощностей, вложить триллионы. Идут вперед по всем фронтам: газ, атом, ВИЭ с ветряками и солнечными панелями. Россия всё еще лидер по газу и нефти на экспорт, проекты типа «Ямал-СПГ» впечатляют. Плюс новые вызовы: климат, санкции, цифровизация, водородные технологии на подходе.

От простой «лампочки Ильича» до умных сетей и плавучих АЭС — какой путь пройден! Энергетика как зеркало страны: были взлеты, были ошибки, но всегда движение вперед. В этот праздник особенно хочется поблагодарить тех, кто на передовой — инженеров, диспетчеров, монтажников. Пока свет горит, мы их не замечаем, а ведь без них ничего не работает. Здоровья вам, успехов в работе и чтобы всё было стабильно. С праздником!

✅ Подписаться

Знаете, иногда сидишь и думаешь: ну как же так, все твердят про ограниченные ресурсы Земли, про то, что нефть кончится, металлы закончатся, еды на всех не хватит. А потом начинаешь копать глубже — и понимаешь, что это всё миф, навязанный старой системой, которая сама себя загоняет в угол. На самом деле ресурсы Земли не ограничены. Совсем. Не в том смысле, что их бесконечно много в сыром виде, а в том, что при правильном подходе их можно раскрывать снова и снова, без конца. Это как с водой в океане: вроде конечный объём, но если научиться опреснять и перерабатывать — её хватит на миллиарды людей навсегда.

Возьмём простой пример. Люди веками боялись, что дрова кончатся — и «придумали» уголь. Уголь стал заканчиваться — перешли на нефть. Нефть пугает пиком добычи — а тут уже солнечная энергия, ветер, термояд, геотермальные источники. И каждый раз казалось, что вот-вот конец, но человечество находило новый слой, новый способ. Почему? Потому что ресурсы — это не просто то, что лежит в земле. Это то, что мы умеем из неё вытащить и использовать. А наш интеллект, наша способность изобретать — вот это и есть по-настоящему неисчерпаемое.

Сейчас многие проблемы кажутся нерешаемыми именно потому, что мы живём в системе, которая построена на дефиците. Капитализм, глобальный рынок, долги, неоколониализм — всё это искусственно создаёт ощущение нехватки. Деньги печатают триллионами, а ресурсы якобы на исходе. Но ведь это абсурд! Земля огромна, технологии развиваются экспоненциально, а мы всё ещё думаем категориями XIX века. Если перестроить подход, отказаться от бесконечного роста ради роста, перейти к осмысленному развитию — ресурсы перестают быть проблемой.

Представьте: огромные территории, особенно в России, просто стоят неосвоенными. Там леса, реки, полезные ископаемые, плодородная земля. Не потому что их мало, а потому что нет нормальной инфраструктуры, нет желания вкладываться в долгосрочное. А если начать осваивать по-умному — строить города, дороги, заводы, которые работают в цикле, перерабатывают отходы, возвращают всё в оборот — то ресурсы начнут умножаться. Один гектар леса может давать древесину десятилетиями, если вести хозяйство правильно. Одна река может снабжать энергией миллионы людей, если построить каскад ГЭС и не загрязнять воду.

И главное — человеческий потенциал. Вот что действительно безгранично. Каждый человек способен придумать что-то новое, улучшить процесс, найти альтернативу. А в нынешней системе этот потенциал подавляется: люди заняты выживанием, конкуренцией, гонкой за прибылью. Дайте им свободу, безопасность, цель — и они горы свернут. Буквально. Мы уже умеем выращивать еду в пустыне, добывать металлы из морской воды, синтезировать материалы лучше природных. И это только начало.

Конечно, переход не случится сам собой. Нужно менять мышление, отказываться от старых схем, где одни страны выкачивают ресурсы из других, а потом продают им долги. Нужна солидарность, этика доверия, когда люди работают не ради личной выгоды любой ценой, а ради общего будущего. Тогда ресурсы Земли раскрываются полностью. Они не кончаются — они растут вместе с нами.

В общем, пора перестать бояться нехватки и начать жить в реальности изобилия. Ресурсы Земли не ограничены. Они ждут, когда мы наконец повзрослеем и начнём использовать их по-настоящему умно. И тогда хватит на всех — и на детей, и на внуков, и дальше. Без войн за нефть, без экологических катастроф, без искусственного голода. Просто потому, что мы это можем.

✅ Подписаться

Любое общество, от небольшого племени до огромной страны, мы привыкли описывать через его формальные структуры: государство, экономику, законы. Эти слова звучат как нечто самостоятельное. Но в такой абстракции кроется риск: мы можем забыть простую и главную мысль. Основой всего являются люди, народ. Только они наполняют систему жизнью.

Можно представить себе огромный город с высотными зданиями, заводами, разветвленными дорогами — но абсолютно пустой. Без жителей. Это не общество, а лишь безмолвные декорации, музейный экспонат для тех, кто будет жить после нас. В таком городе некому управлять, некому создавать богатство, некому разделять общие идеи. Все ключевые ресурсы — власть, капитал, культура, знания — теряют смысл, когда исчезает их источник и воплощение — человек.

По своей сути, социум — это живая сеть из множества человеческих связей. Его первичная цель, если смотреть с точки зрения биологии и эволюции, — помочь своим членам выжить и продолжить род. Все остальное — производство, искусство, наука — это надстройки. Они либо служат основной задаче, либо становятся ее побочными результатами. Поэтому устойчивое воспроизводство населения — не просто одна из государственных функций. Это глубинный, системный императив, условие самого существования общества.

«Воспроизводство» здесь — понятие широкое. Оно включает в себя три важнейших пласта.
Первый — количественный. Это поддержание численности, достаточной для заполнения всех необходимых обществу ролей: нужны и рабочие, и учителя, и врачи, и защитники. Если рождаемость долгое время падает ниже уровня простого замещения поколений (около двух детей на женщину), возникает демографическая яма. Ее последствия будут тянуться десятилетиями, ослабляя все сферы жизни.
Второй пласт — качественный. Обществу требуются не просто люди «в количестве», а здоровые, образованные, социально адаптированные граждане. Сюда относится и физическое состояние нации, и уровень знаний, и профессиональные умения. Поэтому инвестиции в медицину, образование, спорт — это не просто расходы. Это стратегические вложения в главный ресурс, от которого зависит будущее и конкурентоспособность всей страны.
Третий, самый тонкий аспект — ценностное, или культурное, воспроизводство. Общество должно передавать новым поколениям не только гены и навыки, но и свою систему координат: язык, память, нормы, смыслы. Именно эта передача скрепляет разрозненных людей в единый народ, создает ощущение связи времен. Если эта нить рвется, если молодежь перестает чувствовать себя частью общего целого, общественный организм слабеет изнутри, даже если формально людей достаточно.

В прошлом небольшие общины — племена, деревни — имели мощные естественные механизмы, поддерживавшие рождаемость. Этому способствовали традиции, религия, прямая экономическая польза от множества детей. Крупные же современные общества, особенно городские, столкнулись с парадоксом. Достигая высокого уровня комфорта и личной свободы, они часто невольно подрывают собственные демографические основы.

Индустриализация, эмансипация женщин, растущая стоимость жизни, культура индивидуализма — все эти несомненные достижения цивилизации одновременно являются факторами, снижающими рождаемость. Получается, что обществу постоянно приходится искать хрупкий баланс между прогрессом и самосохранением. Нужно создавать такую среду, где желание и возможность растить детей не будут вступать в непримиримое противоречие с личными устремлениями и экономическими реалиями.

Таким образом, демографическое воспроизводство — это точный индикатор, лакмусовая бумажка здоровья всего общественного организма. Оно наглядно показывает, насколько эффективно общество справляется с фундаментальной задачей — создавать условия, в которых его граждане не только выживают, но и хотят и могут уверенно смотреть в будущее, рожать и воспитывать новых членов.

✅ Подписаться

Знаете, как приятно держать в руках старую бумажную карту города? Всё по полочкам: прямые улицы, кварталы на своих местах — расписание маршрутов и привычный порядок. Вот небольшая аналогия: классическая механика и есть такая карта. Мы отлично научились ей пользоваться, чтобы ориентироваться в обычной жизни — будь то езда на велосипеде или запуск спутника.

Но однажды кто-то берёт лупу (или даже микроскоп), и вдруг привычные линии расползаются, здания дрожат словно миражи на раскалённом асфальте, а угол поворота и вовсе потерял смысл — потому что на этой глубине мир устроен совсем по-другому.

Вот здесь, между строк нормального порядка вещей, начинает звучать квантовая механика. Она не просто дополняет старую карту деталями — она меняет само представление о том, что считать «реальностью».

Законы Ньютона сложно переоценить: они великолепно описывают всё прилично крупное — машины, яблоки, планеты. Их магия в том, что при огромных скоплениях атомов всяких чудес квантового мира просто не видно; мы наблюдаем аккуратную усреднённую картину.

Квантовая механика разбирает привычные нам законы на молекулы и подаёт их с неожиданной стороны.
Теперь — к сюрпризам квантовой сцены:
-Электрон может быть похож одновременно на шарик и на волну в пруду. Такой знаменитый эксперимент с двумя щелями показывает: брось по одной частицe раз за разом — дождёшься красивой волновой картины! Как будто электрон проходит сразу через обе щели и сам с собой вступает во взаимодействие. Тут не получится сказать: этот путь или тот; они как бы все сразу.
- Запутанность: «телепатия» без проводов
Две частицы могут связаться так крепко (в прямом физическом смысле), что после разлёта куда угодно судьба одной влияет на состояние другой мгновенно. Никаких сигналов со скоростью выше света — просто классические законы отделяют вещи друг от друга строже, чем это позволяет реальность на квантовом уровне. Сложно поверить? Эксперименты Алена Аспекта и его последователей доказали всем скептикам: никаких тайных каналов передачи нет; просто мир иногда нелокален.

В макромире мы привыкли получать чёткие ответы: монетка либо орлом, либо решкой вверх. Квантовый аналог говорит иначе — пока не взглянем внутрь ящика (берём мысленный эксперимент Шрёдингера), частица существует сразу во всех разрешённых состояниях суперпозиции. Она словно бы и «орёл», и «решка». Реальность определяется лишь в момент измерения. Грани предмета проявляются только после нашей встречи взглядом.

Всё это не фантазии философов-отшельников; эти эффекты видели своими глазами тысячи экспериментов по миру:
- интерференция крупных молекул (например, фуллеренов) — кто мог подумать;
- поразительный счёт с нарушением неравенств Белла;
- хитрые трюки типа эксперимента с отложенным выбором — когда решение стереть информацию о частице меняет прошлое поведение системы.
Честное слово: точнее квантовой механики пока ничего человечество не придумало; её формулы работают до последней запятой с любыми испытаниями.

Что удивительно: эти сюжеты давно вырвались за пределы академических журналов и вызывают эффект бабочек для современной жизни:
- Квантовые компьютеры уже не сказка для физиков-фантастов — они пробуют решать задачи так, как классике никогда не снилось;
- Квантовая криптография сулит связь почти абсолютно защищённую от подслушивания (о таком мечтают спецслужбы!);
- Вещи вроде сверхпроводимости или сверхтекучести легли фундаментом новых материалов и медицинских аппаратов.

Иногда кто-то (я среди них!) задумывается: может быть сам феномен жизни или мышления тоже когда-то окажется связан с этими вероятностными квантовыми свойствами? Но тут ещё слишком много домыслов...

Ньютон остался при деле — он гарантированно годится для наших самых насущных задач – строить мосты или летать в самолёте совершенно безопасно.

Но сам мир оказывается толще нашей карты города; иногда приходится отказаться от иллюзии полного контроля и однозначности только для того, чтобы дать место большему количеству чудес.

✅ Подписаться

В основе всех общественных процессов лежит одна простая, но очень важная штука. Есть такие ключевые ресурсы — власть, менталитет (то есть идеи и убеждения людей), капитал и сам народ. Они не живут отдельно друг от друга, а постоянно перемешиваются, перетекают один в другой. Из-за этого и возникают то подъёмы цивилизаций, то их спад. Если понять эту динамику, то можно объяснить многое в истории, что происходит сейчас и даже прикинуть, какие кризисы нас ждут впереди.

Каждая система в обществе обычно тянется к тому, чтобы один из этих четырёх ресурсов был главным — это и определяет её лицо. Например, в капитализме на первом месте капитал, деньги и экономика. В теократиях или странах, где правит какая-то идеология, доминирует менталитет — вера, идеи, доктрины. Авторитарные режимы ставят всё на власть и её институты. А демократии, по крайней мере в идеале, говорят, что народ — это основа всего, источник легитимности. Но на деле ничего статичного тут нет. Сила системы в том, насколько она умеет превращать один ресурс в другой, а слабость — когда баланс нарушен.

Давайте разберёмся, как это перетекание работает на практике.
Капитал, когда его много накопится, естественно превращается во власть и влияние. Это не только лоббирование или покупка политиков, но и спонсорство выборов, контроль над СМИ, финансирование университетов и культуры. Деньги позволяют менять правила игры и влиять на решения.

Власть же может переделывать менталитет общества. Через законы, школу, пропаганду, поддержку определённых ценностей — элиты формируют, как люди видят мир, что считают правильным. Политическая сила становится идеологической.

Менталитет масс — это вообще мощная вещь. Он может превратиться и во власть, и в активность народа. Если контролируешь идеи — религию, национализм или какую-то социальную теорию, — то можешь мобилизовать толпу. Это приводит то к спокойным выборам и смене власти, то к революциям и захватам.

А народ как организованная масса — тоже ресурс. Его труд, энергия, поддержка превращаются в экономику, в тот же капитал. Плюс массовые действия могут свергнуть элиты и перераспределить власть. История полна примеров, когда народ становился тем самым толчком для больших перемен.

Всё это циклично, идёт по кругу без остановки. Власть помогает копить капитал, капитал создаёт культуру и идеи, менталитет направляет народ, а народ рождает новую власть. Общество как будто в постоянном круговороте, похожем на оборот веществ в природе.

Практически эта модель крутая тем, что помогает разбираться в кризисах. Они часто из-за того, что главный ресурс слабеет или перетоки ломаются. Для планирования — в политике, бизнесе или активизма — важно уметь управлять этими потоками. Успех сейчас не в том, чтобы сидеть на одном ресурсе, а в том, чтобы вовремя его конвертировать в нужный другой. Так сохраняется стабильность и развитие.

В общем, эти социальные законы перетока ресурсов — не просто теория для описания мира, а реальный инструмент, чтобы его менять осознанно. В итоге будущее в руках тех, кто разбирается в правилах этой сложной, но логичной игры. По-моему, это стоит того, чтобы об этом подумать.

✅ Подписаться

Публицист и блогер Павел Иванов делится впечатлениями об итогах 2025 года.

✅ Подписаться

Китай и зеленая энергетика.

Кажется, 2025-й стал переходным историческим рубежом в энергетике. Эксперты из Ember утверждают что , солнечная и ветровая энергия впервые обогнали уголь по объёмам выработки электричества в мире. Журнал Science определят взрывной рост ВИЭ главным научным прорывом года. Дело в том, что за первое полугодие всё дополнительное потребности в электричестве на планете покрыли именно за счёт «зелёных» источников.

Ключевую роль здесь сыграл Китай. Представьте: на эту страну приходится примерно 80% мирового производства солнечных панелей, 70% ветряков и столько же литиевых аккумуляторов. Благодаря господдержке, гигантским мощностям и жёсткой конкуренции цены на технологии рухнули. Запустилась цепная реакция: больше производство → ниже цена → выше спрос → снова рост производства. Сегодня на ВИЭ держится уже более 10% китайской экономики.

Всего за десять лет генерация солнечной энергии в КНР выросла более чем в 20 раз. Совокупной мощности китайских солнца и ветра теоретически хватило бы на всю США. И что важно: выбросы CO₂ в стране практически перестали расти, хотя экономика по-прежнему на подъёме.

Руководство Китая чётко осознаёт масштаб сдвига. Осенью 2025-го на сессии ООН было заявлено о планах сократить выбросы на 10% в следующем десятилетии. И не за счёт ограничений, а через удвоение инвестиций в солнце и ветер. Как отмечают аналитики вроде Ханны Ричи из Оксфорда, Китай реально приближается к отказу от угля как основы энергетики.

Дешёвые китайские технологии молниеносно распространились по миру, особенно в Африке и Южной Азии. Импорт солнечных панелей туда взлетел в разы. Для многих людей это стало спасением: установил панель на крыше — и получил свет для дома, зарядки телефона, работы вентилятора. Часто это выходит дешевле, чем платить за нестабильную сеть или дорогой генератор на дизеле.
Примеры поражают. В Пакистане с 2022 по 2024 год импорт панелей вырос впятеро — скачок цен на газ после украинских событий сделал солнце очевидным выбором. В ЮАР старые угольные станции постоянно ломаются, оставляя миллионы без электричества. В Эфиопии засухи бьют по гидроэнергетике, бывшей основой системы. Везде на помощь приходят солнце и ветер.
Что главное — поменялась сама мотивация. Раньше ВИЭ были вопросом экологии и готовности платить больше. Теперь это чистая экономика и стремление к энергонезависимости. Во многих местах «зелёная» энергия уже стала самым выгодным вариантом безо всяких оговорок.

Успехи — успехами, однако трудности остаются колоссальными. Даже Китай, лидер перехода, достраивает новые угольные блоки — как резерв для надёжности. В США после возвращения Трампа уголь снова пошёл в рост, а китайские панели упираются в высокие пошлины. Инфраструктура — сети и накопители — развивается слишком медленно. Авиация, судоходство и тяжёлая промышленность всё ещё с трудом переходят на электричество.

Что будет дальше? Нынешний бум основан на технологиях, которым не один десяток лет. Те же кремниевые элементы изобрели в США ещё в середине XX века. Китай же сделал их супер массовыми и дешёвыми. Следующий этап улучшений уже на подходе: перовскиты повысят КПД панелей, более длинные лопасти и плавучие платформы расширят возможности ветра, появятся новые аккумуляторы — натриевые, ванадиевые.
Чтобы понять масштаб, вот вам цифра: в 2004 году во всём мире за год ставили около 1 ГВт солнечных мощностей. Сегодня такой объём вводят примерно каждый день.

2025 год стал моментом, когда возобновляемая энергетика перестала быть нишей для энтузиастов. Она превратилась в самый рациональный, экономически оправданный выбор. И тот факт, что движущей силой теперь стала не абстрактная экология, а конкретная выгода, делает этот процесс по-настоящему необратимым. Всё, что мы увидели в 2025-м, — лишь старт. Дальше всё решит скорость: успеем ли мы построить инфраструктуру, найти решения для сложных отраслей и не сбиться с темпа.

✅ Подписаться

В ближайшие пять лет Россия может оказаться в очень неприятной ситуации, когда она не сможет воплотить в реальность даже простые прототипы новых технологий , а о выходе на мировой уровень не стоит даже и мечтать. Эксперты говорят, что экономика страны медленно скатывается в застой, и это уже всем очевидно.

В чем корень зла? Проблем хватает: бюджет слишком рано начали урезать, кредиты стали неподъемными из-за завышенных ставок, инвестиции тают на глазах, а не связанные с обороной отрасли промышленности и вовсе в упадке.
Между тем, представители власти видят все в розовом свете. Только на днях из правительства прозвучало, что потенциал у страны колоссальный, и они точно знают, на какие силы опереться, чтобы обеспечить полную независимость в промышленности и технологиях. Законы под это дело уже готовы, приоритеты расставлены, и целая серия национальных программ запущена.

Однако эксперты вне официальных кругов настроены скептически и не спешат радоваться таким новостям.
Взять хотя бы доклад Дмитрия Белоусова из Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) по поводу технологической самостоятельности. Он отметил, что Россия в числе немногих стран, где на науку и разработки уходит всего около процента от ВВП — это крайне мало.

Количество ученых в России не увеличивается, а, наоборот, сокращается. По этому критерию страна уже выпала из ведущей пятерки мировых держав.

Если частные компании не подтянутся с инвестициями в исследования, то число специалистов может уменьшиться еще процентов на тридцать-сорок — до показателей вроде французских или итальянских, если считать по паритету. В итоге потеряем не только кадры, но и целые направления науки, готовые разработки и тот ценный опыт, который передается из поколения в поколение устно.
В конечном счете, через те же годы мы рискуем остаться без способности даже на экспериментальные модели замахнуться.

Усугубляет все структура расходов: государство берет на себя больше двух третей финансирования науки — это выше, чем в большинстве развитых экономик, и даже опережает Китай, Индию или Бразилию. Но наращивать это дальше не выйдет: бюджет трещит по швам, а доходы от экспорта ресурсов падают.

И даже эти средства, которые кажутся солидными , не дают отдачи: инноваций мало, высокотехнологичный экспорт хромает, а рынок технологий не приносит прибыли.

Власти, тем не менее, уверены в своей стратегии.
Первый вице-премьер Денис Мантуров недавно заявил, что девять проектов по технологическому прорыву запустят настоящий каскад преобразований в пятнадцати и более промышленных секторах.
Эти проекты Денис Мантуров упомянул в декабре 2025 года во время презентации программы «Платформа будущего: 100 проектов России. Технологии». По его словам, они нацелены на усиление 15 ключевых отраслей промышленности и запуск трансформации (каскада преобразований) основных сегментов экономики.
Хотя точный список всех девяти проектов в открытых источниках не детализирован полностью , они охватывают критически важные направления, такие как:
• новые материалы и химия,
• транспортная мобильность (включая скоростной транспорт нового поколения),
• развитие космоса,
• передовые решения для здравоохранения,
• продовольственная безопасность,
• новые атомные и энерготехнологии,
• биоэкономика (биотехнологии, биопластики, биохимия).

Реализация этих проектов предполагает создание замкнутых технологических цепочек и как следствие импортозамещение и подготовку кадров для высокотехнологичных отраслей. Развитие их должны привести к значительному экономическому эффекту и технологическому прорыву в приоритетных отраслях экономики.

У меня возникает вопрос : эти точечные меры смогут изменить общее негативное развитие, о котором твердят экономисты?

✅ Подписаться

На какой развилке мы стоим сейчас? Прогресс рисует картины будущего, где главным героем может стать уже не человек, а нечто, созданное им — тот самый искусственный сверхразум. Словно мы сами готовим себе наследника, который будет умнее, быстрее, совершеннее.
И вот в этой идее — создать «лучшую версию разума» — кроется странный и тревожный посыл. Вдруг оказывается, что мы сами, со всей нашей биологической хрупкостью, медлительностью мыслей, усталостью и ранимостью, — это просто устаревшая модель. Как телефон, который пора сменить на новый. Но разве ценность человека — в его процессоре и сроке службы?

А если нет? Наша ценность — в другом. В том, что мы умеем любить так иррационально и глубоко. Творить что-то просто потому, что не можем не творить. Страдать от потери и чувствовать искреннее сострадание к чужой боли. Это не сбои старой системы, а её главные достоинства. И если согласиться с этим, то и выводы придется делать неприятно четкие.
Если человек — не черновик для будущего киборга, а уникальный и конечный результат долгой истории, то каждая жизнь — это абсолют. Не предмет для оптимизации. И тогда любые теории, которые видят в сокращении числа людей решение проблем — будь то экология или экономика — это не прогресc. Это, простите, древнейшее варварство в новой упаковке.

Самое опасное — когда такие мысли проскальзывают исподволь. Вот говорят: «Планета задыхается от перенаселения». Звучит разумно. Но часто за этим следует невидимый, но чёткий вывод: «Нас слишком много. Значит, должно стать меньше». Это скользкая дорожка. Даже идеи «добровольного вымирания» — это, по сути, философия капитуляции. Для вида, который хочет жить, она подобна яду.

Поэтому тихий демографический коллапс в развитых странах — это не скучная статистика. Это прямая угроза. Если мы хотим будущего, где будут наши дети и внуки, а не тихо жужжащие машины, то это — красный, мигающий сигнал тревоги.

И тут мы подходим к главному механизму, который эту угрозу останавливает. Семья. Не «ячейка общества» из учебника, а простой союз мужчины и женщины, который почему-то работает миллионы лет. Это не «один из вариантов». Это фундаментальный способ продолжения жизни во всей её полноте — биологической, культурной, духовной. Здесь рождаются дети, здесь им передают язык, память, понятия о чести и совести.
Это та самая мастерская, где из хаоса рождается новый человек.
Когда этот институт начинают сознательно размывать и деконструировать, заменяя «маму и папу» на безликие «родитель №1», — это не расширение прав. Это обеднение реальности. Ребёнок инстинктивно ищет не «родителя», а мать и отца. Это заложено в нашей природе.
То же самое с полом. Говорить о «множестве полов» — значит играть с словами вопреки биологии. Наша репродуктивная система, вся наша эволюционная история построены на простом и гениальном принципе: мужское и женское начало. Это не социальный конструкт — это условие самого нашего существования как вида. Отрицать это — всё равно что отрицать гравитацию, прыгая с крыши.

Так какое будущее мы выбираем? Технократическую утопию, где человек — промежуточное звено? Или мир, где остаётся место для человеческого — со всеми его слезами, смехом, детским лепетом и седыми волосами?

Мой выбор прост. Нужно защищать простые, как мир, вещи:
Жизнь как дар. Каждую. Без условий и оговорок. И значит, нам нужно больше детей, а не меньше.

Семью как крепость. Ту самую, традиционную, где есть папа, мама и дети. Это наш главный культурный код и гарантия того, что через сто лет здесь ещё будут звучать наши песни.
Реальность как основу. Признавать нашу биологическую природу — не для того, чтобы ограничивать, а чтобы иметь твёрдую почву под ногами в мире, который всё больше напоминает цифровой сон.

Выбор за нами. Остаться людьми или стать сырьём для следующего витка эволюции, в котором мы будем уже не нужны. Лично я — за людей.

✅ Подписаться

Историк Александр Колпакиди делится впечатлениями об итогах 2025 года


✅ Подписаться

🧐 Итоги 2025 года. Год, в котором прошлое выдали за будущее

2025 год закончился без фанфар. Да и кому их трубить, если оркестр давно уволен «по оптимизации», а трубы сданы на металлолом в рамках импортозамещения...

Это был год, в котором власть официально призналась в том, о чём КПРФ и мы говорим много лет: людей в стране не хватает, рождаемость падает, демография провалилась. И вместо того чтобы строить детсады, жильё и нормальную экономику, нам снова предложили старое доброе решение – «замещающую миграцию». Не где-то в кулуарах, не в блогах, а в официальных документах и стратегиях. Чёрным по белому: «миграционный прирост остаётся важным фактором». То есть латать демографическую дыру будут не социальной политикой, а завозом рабочей силы.

И те, кто громче всех кричит «против понаехавших», по-прежнему не могут произнести вслух очевидное: миграцию в страну тащит не абстрактный Запад. Её тащит сама власть – сознательно, из года в год, под бурные аплодисменты собственной статистики.

🧐 2025-й вообще стал годом удивительного идеологического цирка.

Мы увидели «русские форумы», где под вывеской «духовности» продают нафталин с имперским ароматом. Нам рассказывали про космические корабли Российской Империи, про «цивилизационный код», про «прошивку народа». Забыли только объяснить, почему при всей этой «высокой духовности» цены растут быстрее зарплат, медицина превращается в квест, а молодёжь голосует ногами и чемоданами...

🧐 Отдельной строкой прошёл сезон большого переобувания.

Те, кто ещё вчера рассуждал о компромиссах и диалоге, сегодня с пеной на губах требуют переписать историю и вынести Ильича из мавзолея. Люди, которые в 2019-м цитировали Ленина без раздражения, к 2025-му объявили его источником всех бед. Одни и те же фамилии, одни и те же лица.

Попутно продолжилась тихая десоветизация – под соусом «примирения с историей». Память опять пытаются заменить декорациями, а вместо анализа — предлагают ритуалы. Разрушим мавзолей – и всё наладится. Экономика вздохнёт, цены упадут, чиновники перестанут воровать. Магия простых решений для сложной страны.

🧐 2025-й был годом, когда СВО окончательно стала фоном.

Она перестала быть новостью и превратилась в погоду: «местами прилёты, без осадков, ветер переменных направлений». При этом на экране всё так же обсуждают рейтинги, ток-шоу и очередные «форумы традиционалистов».

🧐 Годом медиапророков тоже запомнился.

Корчевниковы и прочие носители откровений бодро предсказывали захоронения, покаяния и «возвращение к истокам». В реальности же к «истокам» вернулись только цены на бензин и коммуналку – они текут, как чистый родник, всё выше и выше по наклонной.

🧐 А экономика?

Экономика сделала то, что она любит больше всего: подняла всё, что можно поднять. Налоги, сборы, пошлины, тарифы. Каждое утро россиянина начинается с маленького экономического сюрприза: то госпошлина выросла, то интернет подорожал, то бензин опять решил стать элитным продуктом. При этом всегда находятся те, кто объяснит: «Это во благо. Так надо. Потерпите ещё чуть-чуть». «Чуть-чуть» у нас длится десятилетиями.

🧐 Политика тоже удивила – предсказуемостью.

Выборы прошли ровно так, как должны были пройти выборы без выбора. Но на этом фоне раздавались голоса, которые всё ещё позволяли себе спорить и задавать вопросы. И факт того, что с ними вообще вынуждены разговаривать, показывает: живая политика ещё не умерла. Она просто загнана в резервацию.

🧐 И всё же главный итог года – не в бумагах, не в форумах, не в указах. Главный итог – состояние людей.

Усталость стала базовой эмоцией. Люди не верят в большие слова, не ждут чудес, не строят иллюзий.

🧐 2025-й был годом, когда прошлое пытались выдать за будущее, а идеологию – за ответ на социальные проблемы.

Но у людей хорошая память на простые вещи: сколько стоит хлеб, лекарства, проезд и сколько времени занимает запись к врачу.

🧐 2026-й наступил.

Обещать ничего не будем – этим заняты другие люди и другие каналы. Просто будем дальше смотреть на реальность без прикрас. И называть вещи своими именами, даже если они кому-то мешают спать.

КТО МЫ?

В прошлой жизни, работая на ниве идеологии и политической журналистики, мне регулярно доводилось участвовать в совещаниях на тему: «Кто мы?»

Я не шучу. Cерьёзные люди собирались и пытались договориться, кто они такие в общественно-политической системе координат. Поначалу я удивлялся, потом привык, а на закате тогдашней моей политической карьеры понял причину отсутствия у коллег и однопартийцев чёткой идеологической самоидентификации. Это была игра, правила которой постоянно менялись, а роли не были определены. Участники оказывались в игре порой совершенно случайно, их богатый жизненный и профессиональный опыт в иных сферах деятельности не мог им помочь оперативно сориентироваться на местности, поэтому вопрос: «Кто мы?» звучал с регулярной периодичностью (как минимум раз в год в начале каждого избирательного цикла), зависал в воздухе и в общем-то оставался всегда открытым. Чем чаще перед носом игроков распахивались и захлопывались двери на высшие уровни политической пирамиды, тем всё шире открывался этот вопрос.

Уходя в определённый момент из политики, я даже не хлопнул дверью. А зачем, ведь в ответ донеслось бы лишь: «Кто это?» Для тех, кто не знает себя, свойственно и не узнавать других. У меня же никогда не было проблем с самоидентификацией, даже одновременно с несколькими. Впрочем, особо циничные знакомые считают, что я просто играю роли. Да без разницы, дело в другом.

Недавно у нас на Радио АВРОРА вопрос «Кто мы?» прозвучал уже применительно ко всей нашей современной российской общности – гражданскому обществу, политической нации, многонациональному народу, государству и т.д. И я снова удивился.

Думаю, это нас специально приучили сомневаться в самих себе, в своей реальности, историчности и идентичности. Системным бюрократам так легче управлять. Единственная позволенная сверху форма идентификации для россиян – это ИНН. На этом я закончу читать мораль, и просто отвечу на вопрос. Вдруг мой вариант ответа кому-то пригодится.

Итак, вот кто мы есть.

Мы - это каждый из нас по отдельности. Фёдоры, Кириллы, Михаилы, Дмитрии, Светланы, Елены, Максимы, Александры, Виктории, Ульяны, Степаны, Сергеи, Григории, Георгии, а также непременно Иваны, Владимиры, Петры, Павлы, Екатерины и все остальные (тут просто назовите своё имя). Мужчины и женщины (тут всё просто и абсолютно традиционно). Русские, татары, евреи, армяне, якуты, немцы и вообще «всяк сущий язык», когда речь идёт о национальности. Атеисты, православные христиане и католики, мусульмане, иудеи и буддисты, родноверы и староверы, исходя из свободы совести и религиозной принадлежности. Многие из нас успели побывать советскими людьми по паспорту и сознанию, укладу жизни, теперь мы россияне или же обладатели других гражданств. У каждого из нас, как правило, есть своя профессия, работа, хобби, культурные и политические предпочтения и прочие опции, которыми мы пользуемся в процессе самореализации на протяжении всей жизни. Полагаю, все читатели легко самоидентифицируются.

И вот это и есть все мы. Расцветающие стопятьсот цветов, буйство цветущей сложности, оркестр личностей, играющих симфонию нации. А оркестры наций на глобальном уровне исполняют симфонию человечества. И это отнюдь не предел. «Человек есть нечто, что должно преодолеть», - писал философ Ницше. Но об этом же преодолении говорят и духовные учителя - боги и пророки священных книг. Мы рождаемся, приходим в этом мир, чтобы преодолевать предлагаемые обстоятельства, строить «наш новый мир», плодиться, размножаться и творить. Всё это - свобода. Свобода в нас - и мы в свободе.

Личности и коллективам для успешной самореализации необходима энергия развития, получаемая в вечном процессе завоевания и применения свободы. Разве диалектические единство и борьба противоположностей, противоречие между свободой воли и кармой не определяет развитие всех и каждого? Разве не в этом заключается и весь исторический русский путь, и наше будущее?

Мы - это и есть Россия. И далее по списку выше. Наше дело - быть собой, а не путаться казаться кем-то ещё. Для этого и нужна свобода.

Фёдор Бирюков, ведущий Радио АВРОРА

Взгляд в 2050: Как наука изменит всё.

Иногда я ловлю себя на мысли: а что будет через двадцать пять лет? 2050-й кажется далёким, но если оглянуться, 2000-й был вчера. И вот я представляю мир, где главный учёный — не человек, а сверхразумный ИИ. Он будет решать задачи, на которые нам понадобились бы века, а мы, пожалуй, останемся в роли любителей, ковыряющихся в пробирках для души. Звучит грустно? Может, и так, но честно — сегодняшние нейросети уже решают задачи лучше многих специалистов. К середине века появятся лаборатории, где роботы круглосуточно экспериментируют, анализируют, открывают. И да, кто-то из этих машин вполне может получить Нобелевку. Мы станем зрителями собственного триумфа.

Климат. Всё идёт к тому, что к 2040-му мы перешагнём опасную отметку в два градуса потепления. К 2050-му споры о том, существует ли глобальное потепление, утихнут сами собой — ледники сделают это за нас. Зато начнутся другие: стоит ли охлаждать планету искусственно, распыляя в стратосфере частицы, чтобы отражать солнце. Представьте: одна страна решает, что хватит терпеть жару, и начинает эксперимент. А последствия — засухи, наводнения — достаются всем. Я думаю, это слишком рискованно, почти как игра в русскую рулетку с погодой. Но есть и светлая сторона: вдруг удаление углекислого газа из воздуха станет прибыльным? Пластик, топливо, лекарства — всё из того, что мы сейчас выдыхаем. Воздух как фабрика. Если так пойдёт, бизнес сам очистит планету. Только вот геополитика всё портит: сегодня людям важнее еда и мир, чем далёкие ледники. В итоге рискуем прийти к трём градусам к концу века.

Космос. Люди на Марсе — это уже не фантазия, а вопрос времени. Кто-то обещает высадку в тридцатых, кто-то в сороковых. Я скептичен: мы до сих пор не решили, как защитить человека от радиации в глубоком космосе и от разрушения костей в невесомости. Инженеры верят в новые материалы, а биологи качают головой. Но другие миссии выглядят реальнее: роботы на Меркурии, пробы с комет, детекторы антиматерии на орбите. Космос — это долгосрочная игра, и 2050-й как раз тот горизонт, куда целятся агентства.

В физике жду настоящего переворота. Новые квантовые датчики и детекторы гравитационных волн помогут заглянуть в первые мгновения Вселенной, найти первичные чёрные дыры. Это может наконец объяснить, что такое тёмная материя и тёмная энергия. Старая модель космологии уже скрипит — данные последних лет её основательно пошатнули. А ядерный синтез? Последние годы дали больше, чем полвека до того. Кажется, к 2050-му мы наконец получим чистую энергию, о которой мечтали с середины прошлого века.

Но есть и тёмная сторона. Популизм любит быстрые ответы, а наука — нет. Бюджеты урезают, учёных заставляют оправдываться за каждый грант. Фундаментальные исследования могут отойти на второй план, уступив место прикладным — особенно медицине, ведь население стареет, хронические болезни никуда не денутся. И главное препятствие — не технологии, а данные. Без них даже самый умный ИИ бессилен.

Прогнозировать на четверть века вперёд — неблагодарное дело. Через десять-пятнадцать лет ещё можно угадать, дальше начинается фантастика. Но именно такие даты заставляют нас ставить цели, вкладывать деньги, мечтать. Я вспоминаю, как в детстве читал про будущее — летающие машины, колонии на Луне. Часть сбылась, часть нет. 2050-й будет другим: сложным, противоречивым, но точно не скучным. Главное — не потерять себя в этом вихре открытий. Ведь наука меняет мир, но мир — это всё ещё мы.

✅ Подписаться

Представьте: информация летит не по проводам или воздуху, а мгновенно, благодаря чудесам квантовой физики. Похоже на сказку из фантастики? Но в феврале 2025 года учёные из Оксфордского университета воплотили это в жизнь. Под руководством физика Дугала Мэйна они впервые передали квантовое состояние между двумя отдельными квантовыми компьютерами. Это настоящий прорыв, который может перевернуть наши представления о вычислениях.

Разберёмся по порядку. В лаборатории стояли два небольших квантовых процессора — каждый на основе ионов, запертых в специальных ловушках. Они находились в двух метрах друг от друга. Вместо прямых проводов учёные использовали сеть из света: оптоволокно и частицы света. Главный секрет — квантовая запутанность. Это когда две частицы связаны так, что изменение одной сразу влияет на другую, даже через расстояние. Альберт Эйнштейн называл это "жутким действием на расстоянии", но оно реально работает!

Эксперимент проходил так: сначала создали запутанную пару частиц света. Одна осталась в первом компьютере, вторая — во втором. Затем передали не просто данные, а целые логические операции — "ворота". Они запустили алгоритм Гровера, который ищет нужный элемент в списке гораздо быстрее обычных машин.

Что такое алгоритм Гровера? В обычных компьютерах, чтобы найти что-то в неупорядоченном списке из миллиона элементов, нужно проверить в среднем половину — это долго. Гровер предложил этот алгоритм в 1996 году, который использует особенность квантовых частиц: они могут быть в нескольких состояниях сразу. Компьютер "проверяет" все варианты параллельно. Потом с помощью специальных шагов усиливает вероятность правильного ответа, поворачивая "стрелки" в нужную сторону. В итоге — всего квадратный корень от числа элементов! Для миллиарда вариантов — не полмиллиарда проверок, а всего миллион. Это как волшебный фонарик, который сразу подсвечивает нужное в огромной тёмной комнате.

Точность передачи достигла 86 процентов, а общая работа алгоритма — 71 процент. Не идеально, но для первого раза — потрясающе. Результаты опубликовали в престижном журнале, и весь мир заговорил о распределённых квантовых вычислениях.

Почему это впервые? Раньше передавали состояния между отдельными частицами — светом или атомами. А здесь два полноценных компьютера работали как один, без проводов между своими "кирпичиками". Это решает главную беду: квантовые машины очень капризные, их трудно делать большими. Вместо одного гиганта с миллионами элементов — сеть из маленьких модулей, как современные суперкомпьютеры. Плюс, это путь к квантовому интернету: сети, где данные невозможно украсть незаметно, потому что любое вмешательство разрушает связь.

Конечно, это не телепортация людей или вещей, как в кино. Только информация. Чтобы всё сработало, нужен ещё обычный канал для координации. Но подумайте о применении: банки с абсолютно безопасными переводами, искусственный интеллект, решающий задачи за секунды, или медицина — моделирование молекул для новых лекарств.

Оксфордские учёные не одни. В Китае кипит работа над квантовыми технологиями — это приоритет страны. В марте 2025 года там создали сверхпроводящий квантовый компьютер "Цучунчжи-3" с 105 элементами, который в квадриллион раз быстрее обычных суперкомпьютеров. А в августе открыли первую фабрику по серийному выпуску фотонных квантовых компьютеров в Шэньчжэне — они не требуют сверх холода и проще в производстве. В феврале протестировали сверх надёжную квантовую связь на 105 километров по оптоволокну — она устойчива даже к шуму и помехам. Ещё в июне показали защиту от взлома обычных линий с помощью квантовой прямой связи. Китай инвестирует миллиарды, планируя глобальную сеть к 2030 году. Они уже обогнали многих в спутниковой квантовой связи и коммерческих системах.

В 2025 году, когда искусственный интеллект и кванты на пике интереса, такие новости вдохновляют. Может, через десять лет ваш телефон будет мгновенно обмениваться данными? Пока это мечта, но она становится ближе. Наука не стоит на месте — она телепортирует нас в будущее.

✅ Подписаться