«Укрепляющий доверие» Джей Бхаттачарья

Мрачна картина происходящего в Национальных институтах здравоохранения под руководством директора Джея Бхаттачарьи.

На словах он толкует о «деполитизации» и восстановлении доверия. В реальности, по мнению нынешних и бывших сотрудников, всё выглядит ровно наоборот.

Вот ключевые моменты, которые бросаются в глаза.

Доверие стремительно падает: уверенность в NIH снизилась с 74 до 62 процентов с момента его прихода, при этом доверие со стороны демократов обрушилось особенно резко.

Один из сотрудников заметил: «Бхаттачарья похож на пожарного, который в итоге оказался поджигателем».

Разрыв между словами и делами: сотрудники говорят о «большом расстоянии» между его заявлениями и действиями. Он отрицает существование списка запрещённых слов, хотя внутренние документы показывают, что вычислительный инструмент помечает для проверки такие термины, как «равенство в здоровье», «структурный расизм» и даже «афроамериканец».

Рушится экспертная оценка. Агентство планирует скрывать от заявителей баллы рецензирования, из-за чего станет невозможно отличить грант из верхнего одного процента от гранта на уровне двадцать пятого процентиля. Такая непрозрачность легко позволит использовать политические соображения вместо научных при принятии решений о финансировании.

Начинающие исследователи испытывают страдания при этом директоре. Несмотря на заявления о поддержке, грантов начинающим учёным выдаётся меньше, а ключевые программы развития новых кадров закрыты.

Авторы материала «Бетесдская декларация: год спустя» утверждают, что Бхаттачарья «продолжает газлайтить научное сообщество».

https://www.insidehighered.com/news/government/science-research-policy/2026/08/31/nih-director-says-lot-critics-call-much-it

Екатерина Галяева

Между божественным вмешательством и эффектом Даннинга — Крюгера

NIH — это место, где должны править данные, а не догмы. Но последняя смена руководства выглядит как бегство от одной крайности к другой.

Коллинз — это наука с примесью мистики. Геном как «язык Бога», водопады как «указатели свыше». Руководитель главного научного агентства мира, который верит, что высшие силы подкручивают переменные, — это интересно.

Бхаттачарья — это отрицание науки как таковой. Его деятельность во время пандемии — это уже не интерпретация данных, а их фальсификация. Единственная переменная, которую он признаёт, — это собственное мнение.

Один пытался примирить науку с божественным, другой пытается заменить науку бредом.

Нужен ли NIH директор, который видит руку Бога в укладке белка? Нужен ли тот, кто видит заговор в рецензируемом журнале?

На самом деле, было бы неплохо, если бы на этом посту сидел кто-то умный.

#NIH #SciencePolicy #HealthcareLeadership #EvidenceBasedMedicine #PublicHealth #Leadership

Иван Порфирьев

Человек, разговаривающий с телевизором, о Виленской:

Комментатор отмечает: Виленская признала ошибки, но аудитория разделилась — одни всё простили, другие начали травлю, третьи бросились защищать «наше всё». Дальше он задаётся вопросом: а музыковед ли она вообще? Нет, скорее музыкальный критик.

Он цитирует её оправдания: мол, я не биографии пересказываю, а учу слушать, ищу закономерности, даю инструменты. А ещё первые слушатели помогли преодолеть страх ошибок и продолжать без консерваторского диплома. Комментатор хмыкает: отсутствие систематического образования имеет свойство вылезать, особенно когда находишь итальянские мотивы у Шамана. Видимо, потому что он поёт в трусах, как на пляже в Римини.

Её метод он называет натягиванием совы на глобус: классические схемы к современной попсе не приклеиваются. Жанровая путаница, на которой она строит контент, реальна, но использовать её для видимости глубокого анализа — это умное лицо перед инструкцией к пылесосу.

Отдельно достаётся её попыткам выдать беседы с Гребенщиковым и Noize MC за научные достижения. «Я вчера с таксистом о политике поговорил — пора кафедру открывать?» Вишенка на торте: она сама ставит подачу выше фактов. Для комментатора это индульгенция: «Я артистка, я так вижу, а если перепутала — это перформанс».

Он намекает и на либеральные медиа: не они ли двигают её в топы? Манера подачи, по его словам, инфантильная — рассчитана на тех, кто хочет развлечения, а не знаний, и готов простить любые ляпы ради красивой картинки.

Финал благородный: «Запрещать не будем, у нас свобода слова. Но вопрос к зрителям: вы правда хотите узнавать о музыке из пересказов человека, который сам в ней не разобрался?»

https://youtu.be/JbxkMjlh4Uo?si=aSoqTUA-aEM2HH7d

Результаты конкурса нейропрофилирования

Трио научных журналистов

Твердая мозговая оболочка — дура. И как делать молекулы.

Маленькая жизнь

Принудительный бис

Финал: Виктория Ефимова, Вадим Донау и Борис Бирман

Поют все