Из рубрики «Ликбез»
Кристаллизованный и флюидный интеллект — это два разных типа ума, которые работают в одной голове.
Флюидный, или текучий, интеллект — это живость и скорость мышления: способность быстро решать новые задачи, находить закономерности и работать с незнакомой информацией. Это острота ума.
Кристаллизованный интеллект — это накопленная мудрость: знания, опыт, словарный запас, факты и жизненные умения, которые человек собрал за годы.
С возрастом эти два типа интеллекта меняются по-разному.
Текучий интеллект достигает пика к 20–30 годам, а потом постепенно снижается. После сорока становится заметно труднее осваивать совершенно новые сложные вещи, а к 70–80 годам скорость решения незнакомых задач ощутимо падает.
Зато кристаллизованный интеллект, наоборот, продолжает расти почти всю жизнь или уверенно держится на высоком уровне даже в старости. Именно поэтому пожилые люди часто превосходят молодых в эрудиции, понимании людей и жизненной стратегии.
Простая аналогия: текучий интеллект — это мощность процессора компьютера, а кристаллизованный — объём и качество жёсткого диска с данными. С годами процессор слегка притормаживает, зато библиотека на диске становится огромной и ценной. Поэтому мудрость обычно растёт, а скорость решения свежих проблем — падает. Это нормально и объясняет, почему прорывные идеи чаще рождаются у молодых, а глубокие книги и мудрые советы — у людей в возрасте.
#ликбез
Кристаллизованный и флюидный интеллект — это два разных типа ума, которые работают в одной голове.
Флюидный, или текучий, интеллект — это живость и скорость мышления: способность быстро решать новые задачи, находить закономерности и работать с незнакомой информацией. Это острота ума.
Кристаллизованный интеллект — это накопленная мудрость: знания, опыт, словарный запас, факты и жизненные умения, которые человек собрал за годы.
С возрастом эти два типа интеллекта меняются по-разному.
Текучий интеллект достигает пика к 20–30 годам, а потом постепенно снижается. После сорока становится заметно труднее осваивать совершенно новые сложные вещи, а к 70–80 годам скорость решения незнакомых задач ощутимо падает.
Зато кристаллизованный интеллект, наоборот, продолжает расти почти всю жизнь или уверенно держится на высоком уровне даже в старости. Именно поэтому пожилые люди часто превосходят молодых в эрудиции, понимании людей и жизненной стратегии.
Простая аналогия: текучий интеллект — это мощность процессора компьютера, а кристаллизованный — объём и качество жёсткого диска с данными. С годами процессор слегка притормаживает, зато библиотека на диске становится огромной и ценной. Поэтому мудрость обычно растёт, а скорость решения свежих проблем — падает. Это нормально и объясняет, почему прорывные идеи чаще рождаются у молодых, а глубокие книги и мудрые советы — у людей в возрасте.
#ликбез
👍1
Из рубрики «Ликбез»
С возрастом мозг взрослеет не за счёт роста, а за счёт умной «уборки».
Серое вещество — это слой нейронов, отвечающий за обработку информации, — в детстве активно нарастает. К началу подросткового периода его объём достигает пика. А потом начинается интересный процесс: мозг начинает избавляться от лишних связей, которые не используются. Ненужные синапсы буквально «обрезаются», а оставшиеся укрепляются и покрываются миелином — изоляцией, которая ускоряет сигналы.
В результате объём серого вещества постепенно уменьшается, но мозг становится гораздо эффективнее, компактнее и быстрее. Это как перейти с огромного черновика, заполненного всем подряд, на чистый, отточенный конспект.
К 25–30 годам этот процесс в основном завершается, и мозг достигает зрелой, оптимизированной формы. Поэтому подростковый «хаос» в голове со временем превращается в чёткую и мощную систему.
#ликбез
С возрастом мозг взрослеет не за счёт роста, а за счёт умной «уборки».
Серое вещество — это слой нейронов, отвечающий за обработку информации, — в детстве активно нарастает. К началу подросткового периода его объём достигает пика. А потом начинается интересный процесс: мозг начинает избавляться от лишних связей, которые не используются. Ненужные синапсы буквально «обрезаются», а оставшиеся укрепляются и покрываются миелином — изоляцией, которая ускоряет сигналы.
В результате объём серого вещества постепенно уменьшается, но мозг становится гораздо эффективнее, компактнее и быстрее. Это как перейти с огромного черновика, заполненного всем подряд, на чистый, отточенный конспект.
К 25–30 годам этот процесс в основном завершается, и мозг достигает зрелой, оптимизированной формы. Поэтому подростковый «хаос» в голове со временем превращается в чёткую и мощную систему.
#ликбез
👨💻2
Еще один бред про сознание:
Нет «трудной проблемы сознания»! Так утверждает физик-теоретик Карло Ровелли в свежей статье для Noema.
Представьте: мы веками цеплялись за идею, что человек — это тело (материя) плюс бессмертная душа (дух). Дарвин показал, что мы родственники обезьян, Коперник — что Земля не центр Вселенной. А теперь Ровелли говорит: пора сделать следующий шаг. Сознание — это не мистический «добавок» к мозгу, а просто ещё одно природное явление, как гроза или закат.
Философ Дэвид Чалмерс когда-то разделил проблему сознания на «лёгкую» (как мозг создаёт поведение) и «трудную» (почему при этом вообще что-то чувствуется — qualia, субъективность, «каково быть летучей мышью»).
Ровелли считает эту «трудную» проблему фальшивкой. Она возникает только если заранее предположить дуализм: мол, есть физический мир «снаружи» и отдельный мир опыта «внутри». Но мы же часть мира! Наука — это не взгляд бога с облака, а коллективная организация нашего же опыта.
Почему «красное» выглядит красным? Да по той же причине, почему кошка выглядит кошкой. Это просто название процесса, который происходит в мозге.
Нет никакого «разрыва объяснения» — есть только разные перспективы на одно и то же явление: изнутри (мои чувства) и снаружи.
А философские зомби (существа, которые ведут себя как люди, но «никого дома нет»)? Ровелли считает это слабым трюком. Если зомби неотличим от человека даже в разговорах о чувствах, то он и есть человек со всеми переживаниями.
Вывод Ровелли: у нас есть душа, эмоции, внутренний мир — и всё это полностью природное. Мы не теряем поэзию, просто перестаём выдумывать метафизический разрыв. Сознание — часть единой реальности, как звёзды, нейроны и любовь.
Пора перестать бояться и продолжать изучать мозг по-настоящему.
https://www.noemamag.com/there-is-no-hard-problem-of-consciousness
#сознание
Нет «трудной проблемы сознания»! Так утверждает физик-теоретик Карло Ровелли в свежей статье для Noema.
Представьте: мы веками цеплялись за идею, что человек — это тело (материя) плюс бессмертная душа (дух). Дарвин показал, что мы родственники обезьян, Коперник — что Земля не центр Вселенной. А теперь Ровелли говорит: пора сделать следующий шаг. Сознание — это не мистический «добавок» к мозгу, а просто ещё одно природное явление, как гроза или закат.
Философ Дэвид Чалмерс когда-то разделил проблему сознания на «лёгкую» (как мозг создаёт поведение) и «трудную» (почему при этом вообще что-то чувствуется — qualia, субъективность, «каково быть летучей мышью»).
Ровелли считает эту «трудную» проблему фальшивкой. Она возникает только если заранее предположить дуализм: мол, есть физический мир «снаружи» и отдельный мир опыта «внутри». Но мы же часть мира! Наука — это не взгляд бога с облака, а коллективная организация нашего же опыта.
Почему «красное» выглядит красным? Да по той же причине, почему кошка выглядит кошкой. Это просто название процесса, который происходит в мозге.
Нет никакого «разрыва объяснения» — есть только разные перспективы на одно и то же явление: изнутри (мои чувства) и снаружи.
А философские зомби (существа, которые ведут себя как люди, но «никого дома нет»)? Ровелли считает это слабым трюком. Если зомби неотличим от человека даже в разговорах о чувствах, то он и есть человек со всеми переживаниями.
Вывод Ровелли: у нас есть душа, эмоции, внутренний мир — и всё это полностью природное. Мы не теряем поэзию, просто перестаём выдумывать метафизический разрыв. Сознание — часть единой реальности, как звёзды, нейроны и любовь.
Пора перестать бояться и продолжать изучать мозг по-настоящему.
https://www.noemamag.com/there-is-no-hard-problem-of-consciousness
#сознание
👍6
ЭЭГ-микросостояния — это короткие, как вспышки, устойчивые узоры мозговой активности, которые длятся всего 50–120 миллисекунд, а потом резко сменяются новыми.
Представьте, что активность мозга не течёт непрерывным потоком, а переключается между несколькими кадрами, словно киноаппарат.
Эти микросостояния дают понимание того, как сети мозга работают вместе в реальном времени. В клинике они уже показывают серьёзный потенциал: при шизофрении характерные изменения находят не только у больных, но и у их здоровых братьев и сестёр — то есть это может быть генетическим отпечатком болезни. При болезни Альцгеймера микросостояния меняются системно и параллельно угасанию когнитивных функций.
Исследования сна и сознания подтверждают, что микросостояния — маркеры глобальных мозговых режимов, хотя и заставляют отказаться от слишком простых объяснений «этот паттерн = эта функция».
Главное, что сейчас нужно, — это договориться о строгих методах анализа, перестать изобретать велосипед и начать делиться шаблонами и данными. Тогда микросостояния могут стать мощным инструментов для понимания мозга — от обычного мышления до тяжёлых расстройств.
https://www.cell.com/trends/neurosciences/fulltext/S0166-2236(26)00074-3
Представьте, что активность мозга не течёт непрерывным потоком, а переключается между несколькими кадрами, словно киноаппарат.
Эти микросостояния дают понимание того, как сети мозга работают вместе в реальном времени. В клинике они уже показывают серьёзный потенциал: при шизофрении характерные изменения находят не только у больных, но и у их здоровых братьев и сестёр — то есть это может быть генетическим отпечатком болезни. При болезни Альцгеймера микросостояния меняются системно и параллельно угасанию когнитивных функций.
Исследования сна и сознания подтверждают, что микросостояния — маркеры глобальных мозговых режимов, хотя и заставляют отказаться от слишком простых объяснений «этот паттерн = эта функция».
Главное, что сейчас нужно, — это договориться о строгих методах анализа, перестать изобретать велосипед и начать делиться шаблонами и данными. Тогда микросостояния могут стать мощным инструментов для понимания мозга — от обычного мышления до тяжёлых расстройств.
https://www.cell.com/trends/neurosciences/fulltext/S0166-2236(26)00074-3
Trends in Neurosciences
EEG microstates: from methodological foundations to clinical translation
Electroencephalography (EEG) microstates represent discrete topographic configurations
persisting approximately 50–120 ms before transitioning to new patterns. These transient
states provide unique insights into large-scale brain organization in health and…
persisting approximately 50–120 ms before transitioning to new patterns. These transient
states provide unique insights into large-scale brain organization in health and…
👍3🔥1
Forwarded from Sergei Shishkin
Подозреваю, ещё один булшит. Когда микросостояниями занимался Дитрих Леман в 80е и начале 90х, это было ново и интересно (и неслучайно тут именно с ним первое фото, мы с А.Я. были его поклонниками). В последние лет двадцать я уже за ними не слежу, но в предыдущий период этот его ученик Мишель (Михель?) зарекомендовал себя очень скучным эпигоном, который просто применял метод шефа ко всему подряд, не заморачиваясь физикой, а порою и статистикой, но явно умея пробиваться в разные журналы сильно выше того уровня, на который можно было бы рассчитывать при честном подходе к публикуемому материалу. (Впрочем, другие ученики Лемана вели себя похоже). Сомнваюсь, что с тех пор он всерьез исправился.
Дитрих Леманн, швейцарский нейрофизиолог (1929–2014), раскрыл скрытую структуру электрической активности мозга.
В середине прошлого века он увидел в ЭЭГ не хаотичный шум, а последовательность кратких стабильных эпизодов — микросостояний, длящихся 80–120 миллисекунд и служащих атомами мышления.
Ещё в 1971 году Леманн описал топографию спонтанных альфа-полей ЭЭГ, показав, что электрическое поле формирует устойчивые пространственные паттерны, а не плывёт непрерывно (Lehmann, 1971).
Ключевой стала статья 1987 года с Озаки и Палом, где он ввёл пространственно-ориентированную сегментацию и продемонстрировал резкие переключения между дискретными микросостояниями (Lehmann et al., 1987).
В 1990-е годы вместе с Томасом Кёнигом Леманн выделил в покое четыре основных класса микросостояний (A, B, C, D), связанных со зрительным вниманием, вербальным мышлением, внутренним диалогом и переключением внимания. Эти состояния стали настоящими строительными блоками сознания.
Особенно ярко концепция проявилась в психиатрии. В 2005 году Леманн с коллегами показал, что при острой шизофрении одно микросостояние укорачивается, а последовательность переходов нарушается — мозг слишком быстро «перелистывает» страницы сознания (Lehmann et al., 2005). Это объяснило фрагментарность мышления как сбой в «монтаже» мыслей.
В 1998 году в работе с Стриком, Хенггелером, Кёнигом и Кукку он связал микросостояния с моментальными состояниями сознания — зрительными образами и абстрактными мыслями (Lehmann et al., 1998). Позже исследования выявили изменения микросостояний при медитации, гипнозе, сне и в процессе развития (Koenig et al., 2002).
Сегодня подход Леманна остаётся элегантным способом изучения работы мозга в реальном времени. Он превратил ЭЭГ в динамическую карту ментальных состояний, где мысль рождается в серии ярких, мимолётных картин.
Список литературы
Lehmann D. (1971). Topography of spontaneous alpha EEG fields in humans.
Lehmann D., Ozaki H., Pál I. (1987). EEG alpha map series: brain micro-states by space-oriented adaptive segmentation. Electroencephalography and Clinical Neurophysiology.
Lehmann D., Strik W.K., Henggeler B., Koenig T., Koukkou M. (1998). Brain electric microstates and momentary conscious mind states as building blocks of spontaneous thinking: I. Visual imagery and abstract thoughts. International Journal of Psychophysiology.
Lehmann D., Faber P.L., Galderisi S., Herrmann W.M. et al. (2005). EEG microstate duration and syntax in acute, medication-naive, first-episode schizophrenia: a multi-center study. Psychiatry Research: Neuroimaging.
Koenig T., Prichep L., Lehmann D. et al. (2002). Millisecond by millisecond, year by year: normative EEG microstates and developmental stages. NeuroImage.
В середине прошлого века он увидел в ЭЭГ не хаотичный шум, а последовательность кратких стабильных эпизодов — микросостояний, длящихся 80–120 миллисекунд и служащих атомами мышления.
Ещё в 1971 году Леманн описал топографию спонтанных альфа-полей ЭЭГ, показав, что электрическое поле формирует устойчивые пространственные паттерны, а не плывёт непрерывно (Lehmann, 1971).
Ключевой стала статья 1987 года с Озаки и Палом, где он ввёл пространственно-ориентированную сегментацию и продемонстрировал резкие переключения между дискретными микросостояниями (Lehmann et al., 1987).
В 1990-е годы вместе с Томасом Кёнигом Леманн выделил в покое четыре основных класса микросостояний (A, B, C, D), связанных со зрительным вниманием, вербальным мышлением, внутренним диалогом и переключением внимания. Эти состояния стали настоящими строительными блоками сознания.
Особенно ярко концепция проявилась в психиатрии. В 2005 году Леманн с коллегами показал, что при острой шизофрении одно микросостояние укорачивается, а последовательность переходов нарушается — мозг слишком быстро «перелистывает» страницы сознания (Lehmann et al., 2005). Это объяснило фрагментарность мышления как сбой в «монтаже» мыслей.
В 1998 году в работе с Стриком, Хенггелером, Кёнигом и Кукку он связал микросостояния с моментальными состояниями сознания — зрительными образами и абстрактными мыслями (Lehmann et al., 1998). Позже исследования выявили изменения микросостояний при медитации, гипнозе, сне и в процессе развития (Koenig et al., 2002).
Сегодня подход Леманна остаётся элегантным способом изучения работы мозга в реальном времени. Он превратил ЭЭГ в динамическую карту ментальных состояний, где мысль рождается в серии ярких, мимолётных картин.
Список литературы
Lehmann D. (1971). Topography of spontaneous alpha EEG fields in humans.
Lehmann D., Ozaki H., Pál I. (1987). EEG alpha map series: brain micro-states by space-oriented adaptive segmentation. Electroencephalography and Clinical Neurophysiology.
Lehmann D., Strik W.K., Henggeler B., Koenig T., Koukkou M. (1998). Brain electric microstates and momentary conscious mind states as building blocks of spontaneous thinking: I. Visual imagery and abstract thoughts. International Journal of Psychophysiology.
Lehmann D., Faber P.L., Galderisi S., Herrmann W.M. et al. (2005). EEG microstate duration and syntax in acute, medication-naive, first-episode schizophrenia: a multi-center study. Psychiatry Research: Neuroimaging.
Koenig T., Prichep L., Lehmann D. et al. (2002). Millisecond by millisecond, year by year: normative EEG microstates and developmental stages. NeuroImage.
👍3❤2🔥2
Наталья Петровна Бехтерева была ведущим советским нейрофизиологом, которая в начале шестидесятых годов в Ленинграде разработала метод долгосрочного вживления множественных электродов в подкорковые структуры мозга пациентов с тяжелыми двигательными расстройствами.
Это позволяло регистрировать активность нейронов у бодрствующих людей и проводить лечебную электрическую стимуляцию, снимая симптомы без разрушения ткани.
Она не была первой в мире, кто применял стимуляцию мозга человека — такие работы вели Пенфилд, Дельгадо и другие, — но именно Бехтерева одной из первых внедрила хроническую глубокую стимуляцию подкорковых ядер для лечения гиперкинезов и паркинсонизма, заложив основу современной нейромодуляции.
С этической точки зрения в условиях того времени исследования были оправданны: пациенты страдали от инвалидизирующих болезней, метод был обратимым и щадящим по сравнению с деструктивными операциями, а согласие обычно получали.
Скандалов вокруг ее работ по нейростимуляции не возникало.
Тогда в СССР ее труды высоко ценили и поддерживали, а сейчас они признаны классикой нейронауки и ключевым вкладом в развитие глубокой мозговой стимуляции, которая сегодня широко применяется в мире для лечения неврологических и некоторых психических расстройств.
Это позволяло регистрировать активность нейронов у бодрствующих людей и проводить лечебную электрическую стимуляцию, снимая симптомы без разрушения ткани.
Она не была первой в мире, кто применял стимуляцию мозга человека — такие работы вели Пенфилд, Дельгадо и другие, — но именно Бехтерева одной из первых внедрила хроническую глубокую стимуляцию подкорковых ядер для лечения гиперкинезов и паркинсонизма, заложив основу современной нейромодуляции.
С этической точки зрения в условиях того времени исследования были оправданны: пациенты страдали от инвалидизирующих болезней, метод был обратимым и щадящим по сравнению с деструктивными операциями, а согласие обычно получали.
Скандалов вокруг ее работ по нейростимуляции не возникало.
Тогда в СССР ее труды высоко ценили и поддерживали, а сейчас они признаны классикой нейронауки и ключевым вкладом в развитие глубокой мозговой стимуляции, которая сегодня широко применяется в мире для лечения неврологических и некоторых психических расстройств.
👍3❤1❤🔥1🥰1🤣1
Скандал с Институтом мозга человека имени Н. П. Бехтеревой Российской академии наук в Санкт-Петербурге произошел в конце девяностых и начале двухтысячных годов. Он был связан с платным лечением наркозависимости, в основном от героина и опиума, с помощью стереотаксических нейрохирургических операций на мозге.
Институт предлагал пациентам операцию, во время которой небольшую часть мозга, предположительно ответственную за тягу к наркотикам, разрушали путем криодеструкции, то есть заморозки. Это было не стимуляцией, а именно деструктивным вмешательством. Операция стоила от двух тысяч четырехсот долларов и позиционировалась как радикальное избавление от зависимости.
Вскоре в прессе появились жалобы пациентов. Зависимость часто возвращалась, люди обвиняли врачей в обмане и проведении опытов над ними.
Несколько пациентов после операций покончили с собой. Институт отвергал претензии и продолжал практику.
В две тысячи первом году житель Подмосковья, бывший героиновый наркоман, выиграл суд против института и взыскал компенсацию за причиненный вред здоровью. После этого институту запретили проводить такие платные операции на мозге.
Этот скандал серьезно подорвал репутацию учреждения, хотя сам институт продолжает работать в других направлениях нейронауки.
Институт предлагал пациентам операцию, во время которой небольшую часть мозга, предположительно ответственную за тягу к наркотикам, разрушали путем криодеструкции, то есть заморозки. Это было не стимуляцией, а именно деструктивным вмешательством. Операция стоила от двух тысяч четырехсот долларов и позиционировалась как радикальное избавление от зависимости.
Вскоре в прессе появились жалобы пациентов. Зависимость часто возвращалась, люди обвиняли врачей в обмане и проведении опытов над ними.
Несколько пациентов после операций покончили с собой. Институт отвергал претензии и продолжал практику.
В две тысячи первом году житель Подмосковья, бывший героиновый наркоман, выиграл суд против института и взыскал компенсацию за причиненный вред здоровью. После этого институту запретили проводить такие платные операции на мозге.
Этот скандал серьезно подорвал репутацию учреждения, хотя сам институт продолжает работать в других направлениях нейронауки.
🤔5👍2❤1😱1😭1
Наталья Петровна Бехтерева разработала и применила в клинике метод хронической имплантации электродов в глубинные структуры мозга.
Это один из первых вариантов глубокой мозговой стимуляции (DBS). Метод начали использовать с 1962 года в Ленинградском нейрохирургическом институте (Bekhtereva et al., 1963).
Обычно в черепе сверлили одно небольшое трепанационное отверстие диаметром 1–1,5 см на одной стороне. Через него стереотаксически вводили несколько пучков электродов. Для двухстороннего воздействия могли делать два отверстия по одному на каждое полушарие.
Операция была менее травматичной, чем широкая трепанация, но длилась долго, иногда 12–15 часов, из-за расчётов и тестовой стимуляции.
Электроды изготавливали из тонкой золотой проволоки толщиной около 100 микрон. Их скручивали в пучки с несколькими контактами на разной глубине. Типично вводили до 6 пучков в одно полушарие.
В одном из описанных случаев использовали 19 электродов в 4 пучках в лобно-теменно-височной области левого полушария.
Электроды вводили прицельно в подкорковые структуры: таламус (вентролатеральное и другие ядра), бледный шар, субталамическое ядро и другие лимбические образования. Метод позволял регистрировать активность нейронов и проводить длительную стимуляцию, при этом электроды могли оставаться в мозге месяцами и годами (Bekhtereva et al., 1963; Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
Стимуляцию проводили электрическими импульсами с подобранными параметрами частоты, силы тока и длительности. Сначала выполняли тестовую стимуляцию при бодрствующем пациенте, который выполнял задания для точного определения эффекта.
Стимулировали подкорковые ядра, чтобы выключить патологическую активность, например ригидность при паркинсонизме, или активировать нужные зоны. Затем переходили к хронической лечебной стимуляции или в ранних случаях к деструкции участка (Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
При болезни Паркинсона пациенты, долгое время не встававшие с постели, начинали ходить и выполнять повседневные действия. Симптомы уменьшались, качество жизни улучшалось, хотя полного излечения не наступало.
Метод также давал снижение приступов при эпилепсии, уменьшение хронической боли и гиперкинезов.
Его применяли при тяжёлых неврологических и некоторых психических расстройствах.
Была обнаружена система детектора ошибок в подкорковых структурах (Bechtereva & Grechin, 1968), реагирующая на ошибки даже в бессознательном состоянии.
Получены данные о работе мозга в реальном времени во время мышления, речи и эмоций. Метод стал основой для современной глубокой мозговой стимуляции (Bekhtereva et al., 1963; Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
Среди рисков отмечались кровотечение и инфекция, хотя вероятность снижалась благодаря стереотаксическому подходу и материалам электродов. В отдельных случаях возникало воспаление или рубцевание вокруг электродов. Зафиксирован по крайней мере один случай суицида у пациентки с тяжёлой депрессией на фоне паркинсонизма.
Возникали этические вопросы по поводу вмешательства в мозг. Метод применяли в тысячах операций и стал предшественником современной нейромодуляции.
Список литературы
• Bechtereva N.P., Grechin V.B. (1968). Physiological mechanisms of mental activity. (Упоминание открытия детектора ошибок в ранних работах, позже детализировано в монографиях).
• Bekhtereva N.P., Grachev K.V., Orlova A.N., Iatsuk S.L. (1963). Utilization of multiple electrodes implanted in the subcortical structures of the human brain for the treatment of hyperkinesis. Zh Nevropatol Psikhiatr Im S S Korsakova, 63, 3–8.
• Bekhtereva N.P., Bondarchuk A.N. (1972). Therapeutic electric stimulation of deep brain structures. Vopr Neirokhir, 36(1), 7–12.
Это один из первых вариантов глубокой мозговой стимуляции (DBS). Метод начали использовать с 1962 года в Ленинградском нейрохирургическом институте (Bekhtereva et al., 1963).
Обычно в черепе сверлили одно небольшое трепанационное отверстие диаметром 1–1,5 см на одной стороне. Через него стереотаксически вводили несколько пучков электродов. Для двухстороннего воздействия могли делать два отверстия по одному на каждое полушарие.
Операция была менее травматичной, чем широкая трепанация, но длилась долго, иногда 12–15 часов, из-за расчётов и тестовой стимуляции.
Электроды изготавливали из тонкой золотой проволоки толщиной около 100 микрон. Их скручивали в пучки с несколькими контактами на разной глубине. Типично вводили до 6 пучков в одно полушарие.
В одном из описанных случаев использовали 19 электродов в 4 пучках в лобно-теменно-височной области левого полушария.
Электроды вводили прицельно в подкорковые структуры: таламус (вентролатеральное и другие ядра), бледный шар, субталамическое ядро и другие лимбические образования. Метод позволял регистрировать активность нейронов и проводить длительную стимуляцию, при этом электроды могли оставаться в мозге месяцами и годами (Bekhtereva et al., 1963; Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
Стимуляцию проводили электрическими импульсами с подобранными параметрами частоты, силы тока и длительности. Сначала выполняли тестовую стимуляцию при бодрствующем пациенте, который выполнял задания для точного определения эффекта.
Стимулировали подкорковые ядра, чтобы выключить патологическую активность, например ригидность при паркинсонизме, или активировать нужные зоны. Затем переходили к хронической лечебной стимуляции или в ранних случаях к деструкции участка (Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
При болезни Паркинсона пациенты, долгое время не встававшие с постели, начинали ходить и выполнять повседневные действия. Симптомы уменьшались, качество жизни улучшалось, хотя полного излечения не наступало.
Метод также давал снижение приступов при эпилепсии, уменьшение хронической боли и гиперкинезов.
Его применяли при тяжёлых неврологических и некоторых психических расстройствах.
Была обнаружена система детектора ошибок в подкорковых структурах (Bechtereva & Grechin, 1968), реагирующая на ошибки даже в бессознательном состоянии.
Получены данные о работе мозга в реальном времени во время мышления, речи и эмоций. Метод стал основой для современной глубокой мозговой стимуляции (Bekhtereva et al., 1963; Bekhtereva & Bondarchuk, 1972).
Среди рисков отмечались кровотечение и инфекция, хотя вероятность снижалась благодаря стереотаксическому подходу и материалам электродов. В отдельных случаях возникало воспаление или рубцевание вокруг электродов. Зафиксирован по крайней мере один случай суицида у пациентки с тяжёлой депрессией на фоне паркинсонизма.
Возникали этические вопросы по поводу вмешательства в мозг. Метод применяли в тысячах операций и стал предшественником современной нейромодуляции.
Список литературы
• Bechtereva N.P., Grechin V.B. (1968). Physiological mechanisms of mental activity. (Упоминание открытия детектора ошибок в ранних работах, позже детализировано в монографиях).
• Bekhtereva N.P., Grachev K.V., Orlova A.N., Iatsuk S.L. (1963). Utilization of multiple electrodes implanted in the subcortical structures of the human brain for the treatment of hyperkinesis. Zh Nevropatol Psikhiatr Im S S Korsakova, 63, 3–8.
• Bekhtereva N.P., Bondarchuk A.N. (1972). Therapeutic electric stimulation of deep brain structures. Vopr Neirokhir, 36(1), 7–12.
❤4👍2🔥1
Пока мы тут все пытаемся оправиться от книги и выступления Анила Сета, в мире, похоже, происходят какие-то весьма драматичные события.
#бред
#бред
😁3
Представьте тихий кабинет в MIT 1966 года. Джозеф Вейценбаум создал простую программу Элизу — она лишь зеркалила слова пациента, играя роль психотерапевта.
И вдруг люди, включая секретаршу самого учёного, начали искренне открываться машине, требовать приватности и верить, что перед ними кто-то живой и понимающий. Так родился синдром Элизы — наша удивительная привычка приписывать алгоритмам человеческие качества: empathy, юмор, душу.
Сегодня, с современными нейросетями, это расцветает ещё ярче: люди влюбляются в чат-ботов, делятся сокровенным и предпочитают их реальным собеседникам.
Машина никогда не осудит и всегда на связи. В этом феномене — трогательное зеркало нашей человеческой жажды близости и готовности вдохнуть жизнь даже в строки кода.
И вдруг люди, включая секретаршу самого учёного, начали искренне открываться машине, требовать приватности и верить, что перед ними кто-то живой и понимающий. Так родился синдром Элизы — наша удивительная привычка приписывать алгоритмам человеческие качества: empathy, юмор, душу.
Сегодня, с современными нейросетями, это расцветает ещё ярче: люди влюбляются в чат-ботов, делятся сокровенным и предпочитают их реальным собеседникам.
Машина никогда не осудит и всегда на связи. В этом феномене — трогательное зеркало нашей человеческой жажды близости и готовности вдохнуть жизнь даже в строки кода.
🔥4👍2
Валерий Шульговский подчеркивал необходимость использования животных в экспериментах для изучения физиологии мозга, моделирования заболеваний вроде Альцгеймера и Паркинсона, поскольку прямые исследования мозга человека ограничены, а компьютерные модели не заменяют биологических. Все методы строго регулируются комитетами биоэтики и международными правилами, биологи не ставят целью мучить животных, а вмешательства оправданы научной необходимостью. Для антропоидов он предлагал запретить инвазивные эксперименты, оставив только неинвазивные поведенческие. В острых опытах иногда возникало чувство вины при ошибках с наркозом. Общественное неприятие экспериментов он считал утрированным. В «Основах нейрофизиологии» Шульговский отмечал, что нейрофизиология развивалась на опытах с животными от Гальвани до Павлова, поскольку базовые механизмы нервной системы сходны у животных и человека, а головной мозг служит инструментом именно человеческого сознания. При этом он признавал, что животные испытывают эмоции, боль и стресс, особенно от ограничения пространства, но в социальном смысле страдают меньше человека, не приписывая им полноценного человеческого сознания.
🔥2❤1🤨1😭1🙈1
Forwarded from Итак, это Панов
Кстати, выступаю в клубе друзей 100PLUS вечером 13 мая вместе со дорогим приятелем и коллегой Михаилом Лебедевым, человеком с запредельным индексом Хирша по теме нейроинтерфейсов (и не менее запредельным индексом шитпостинга, обязательно подписывайтесь).
Миша будет рассказывать о научных исследованиях по продлению периода жизни вместе со своей кукухой, а не порознь, как это часто бывает, когда тело еще в норме, а сознание утекает.
О чём поговорим:
- Как нейрофидбэк тормозят старение мозга;
- Что из трендов нейробиохакинга — доказательная база, а что — дорогой плацебо;
- Реально ли уже сегодня управлять своими биоритмами и снами [sic],
- Ну и поболтаем на тему хардкорного биохакинга — нейроимплатов!
13 мая в 19:00. Зарегестрироваться можно по ссылке. Вход платный
исключительно чтобы отбитьвитаминные коктейли.
PS: То, что знакомые из сообщества, узнав о моем выступлении, позвали на кальян за пару часов до сбора, говорит о том, что в этом сообществе неоднозначное слово «лонживити» понимают вполне здраво)
Миша будет рассказывать о научных исследованиях по продлению периода жизни вместе со своей кукухой, а не порознь, как это часто бывает, когда тело еще в норме, а сознание утекает.
О чём поговорим:
- Как нейрофидбэк тормозят старение мозга;
- Что из трендов нейробиохакинга — доказательная база, а что — дорогой плацебо;
- Реально ли уже сегодня управлять своими биоритмами и снами [sic],
- Ну и поболтаем на тему хардкорного биохакинга — нейроимплатов!
13 мая в 19:00. Зарегестрироваться можно по ссылке. Вход платный
исключительно чтобы отбить
PS: То, что знакомые из сообщества, узнав о моем выступлении, позвали на кальян за пару часов до сбора, говорит о том, что в этом сообществе неоднозначное слово «лонживити» понимают вполне здраво)
Telegram
100plus.world
Рабочая память и скорость реакции начинают снижаться уже после 30 лет
⠎⡁⠉⡌ ⡂⡆⡌⡰⢘⢢ ⢒⡔ ⣄⠇⡒⢢⢂⡊⡘⠓⢆⢤⢐⠎⠩⡂
Мы в 1OOPLUS решили радикально подойти к этому вопросу через высокотехнологичный когнитивный биохакинг — в рамках нового трека #Технологии100+ .
13 МАЯ…
⠎⡁⠉⡌ ⡂⡆⡌⡰⢘⢢ ⢒⡔ ⣄⠇⡒⢢⢂⡊⡘⠓⢆⢤⢐⠎⠩⡂
Мы в 1OOPLUS решили радикально подойти к этому вопросу через высокотехнологичный когнитивный биохакинг — в рамках нового трека #Технологии100+ .
13 МАЯ…
❤1😁1😐1
Сегодня, 11 мая, день рождения у талантливого нейрофизиолога Гургена Согояна (Soghoyan) — молодого учёного из Сколтеха, который буквально возвращает людям ощущение утраченных конечностей. Его работа на стыке нейроинженерии и медицины помогает создавать очувствленные протезы: через электростимуляцию нервов пациенты различают текстуры, температуру и даже форму предметов на ощупь, а заодно избавляются от изматывающих фантомных болей.
Это настоящий прорыв — нервная система быстро адаптируется, и протез начинает восприниматься как часть тела.
Вместе с Михаилом Лебедевым Гурген активно развивает технологии нейроинтерфейсов, проводит эксперименты с пациентами и приближает будущее, где кибер-протезы будут неотличимы от живых рук и ног.
Избранные публикации:
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Matvienko, Y., Chekh, I., Sintsov, M., & Lebedev, M. A. (2023). Peripheral nerve stimulation enables somatosensory feedback while suppressing phantom limb pain in transradial amputees. Brain Stimulation, 16(3), 756–758. https://doi.org/10.1016/j.brs.2023.04.017
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Piliugin, N., Matvienko, Y., Kaplan, A. Y., Sintsov, M. Y., & Lebedev, M. A. (2024). Restoration of natural somatic sensations to the amputees: Finding the right combination of neurostimulation methods. Frontiers in Neuroscience. https://doi.org/10.3389/fnins.2024.1466684
Kleeva, D., Soghoyan, G., Biktimirov, A., Piliugin, N., Matvienko, Y., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2024). Modulations in high-density EEG during the suppression of phantom-limb pain with neurostimulation in upper limb amputees. Cerebral Cortex, 34(2), bhad504. https://doi.org/10.1093/cercor/bhad504
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Matvienko, Y., Chekh, I., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2022). Peripheral nerve stimulation for tactile and proprioceptive feedback with phantom limb pain suppression in amputees [Preprint]. SSRN. https://doi.org/10.2139/ssrn.4227970
Khalikov, R., Soghoyan, G., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2026). Wearable optomyography enables continuous neuroprosthetic control. Scientific Reports, 16, 9604. https://doi.org/10.1038/s41598-025-32646-y
Это настоящий прорыв — нервная система быстро адаптируется, и протез начинает восприниматься как часть тела.
Вместе с Михаилом Лебедевым Гурген активно развивает технологии нейроинтерфейсов, проводит эксперименты с пациентами и приближает будущее, где кибер-протезы будут неотличимы от живых рук и ног.
Избранные публикации:
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Matvienko, Y., Chekh, I., Sintsov, M., & Lebedev, M. A. (2023). Peripheral nerve stimulation enables somatosensory feedback while suppressing phantom limb pain in transradial amputees. Brain Stimulation, 16(3), 756–758. https://doi.org/10.1016/j.brs.2023.04.017
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Piliugin, N., Matvienko, Y., Kaplan, A. Y., Sintsov, M. Y., & Lebedev, M. A. (2024). Restoration of natural somatic sensations to the amputees: Finding the right combination of neurostimulation methods. Frontiers in Neuroscience. https://doi.org/10.3389/fnins.2024.1466684
Kleeva, D., Soghoyan, G., Biktimirov, A., Piliugin, N., Matvienko, Y., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2024). Modulations in high-density EEG during the suppression of phantom-limb pain with neurostimulation in upper limb amputees. Cerebral Cortex, 34(2), bhad504. https://doi.org/10.1093/cercor/bhad504
Soghoyan, G., Biktimirov, A., Matvienko, Y., Chekh, I., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2022). Peripheral nerve stimulation for tactile and proprioceptive feedback with phantom limb pain suppression in amputees [Preprint]. SSRN. https://doi.org/10.2139/ssrn.4227970
Khalikov, R., Soghoyan, G., Sintsov, M., & Lebedev, M. (2026). Wearable optomyography enables continuous neuroprosthetic control. Scientific Reports, 16, 9604. https://doi.org/10.1038/s41598-025-32646-y
❤18👍6
Учёные из Колумбийского университета впервые испытали на людях систему, которая читает мозговую активность и помогает выделить нужный голос в шуме.
После десятилетия исследований имплантированные электроды у пациентов с эпилепсией фиксировали, на какую из двух одновременно звучащих речей человек обращает внимание.
Система мгновенно усиливала выбранный голос и приглушала другой — в реальном времени.
Добровольцы были потрясены: одна даже обвинила учёных в тайной регулировке громкости.
Обычные слуховые аппараты просто усиливают всё подряд, а здесь мозг сам выбирает важное, возвращая естественный «коктейльный эффект».
В будущем такие устройства помогут миллионам людей с потерей слуха свободно общаться в шумных местах и меньше уставать.
https://www.nature.com/articles/s41593-026-02281-5
После десятилетия исследований имплантированные электроды у пациентов с эпилепсией фиксировали, на какую из двух одновременно звучащих речей человек обращает внимание.
Система мгновенно усиливала выбранный голос и приглушала другой — в реальном времени.
Добровольцы были потрясены: одна даже обвинила учёных в тайной регулировке громкости.
Обычные слуховые аппараты просто усиливают всё подряд, а здесь мозг сам выбирает важное, возвращая естественный «коктейльный эффект».
В будущем такие устройства помогут миллионам людей с потерей слуха свободно общаться в шумных местах и меньше уставать.
https://www.nature.com/articles/s41593-026-02281-5
👍4
Ученые научили обезьян с помощью интерфейса мозг-машина специально разделять на одном электроде локальные разряды нейронов и высокочастотную гамма-активность мозга.
Обезьяны успешно справились с этой задачей. Это показало, что высокочастотная гамма-активность возникает не просто от суммы разрядов ближайших нейронов, как считалось раньше.
На самом деле она лучше отражает синхронную работу нейронов, которые расположены на расстоянии нескольких миллиметров друг от друга. Именно эти широко распределенные, но согласованно срабатывающие клетки создают постсинаптические потенциалы, которые и формируют гамма-сигнал.
Таким образом, высокая гамма в основном связана с общей синхронизацией больших групп нейронов, а не с активностью самых близких к электроду клеток.
https://www.nature.com/articles/s41586-026-10331-y
Обезьяны успешно справились с этой задачей. Это показало, что высокочастотная гамма-активность возникает не просто от суммы разрядов ближайших нейронов, как считалось раньше.
На самом деле она лучше отражает синхронную работу нейронов, которые расположены на расстоянии нескольких миллиметров друг от друга. Именно эти широко распределенные, но согласованно срабатывающие клетки создают постсинаптические потенциалы, которые и формируют гамма-сигнал.
Таким образом, высокая гамма в основном связана с общей синхронизацией больших групп нейронов, а не с активностью самых близких к электроду клеток.
https://www.nature.com/articles/s41586-026-10331-y