Ну и, конечно, вышла из музея я не с пустыми руками, а как обычно — с книжками. В этот раз взяла дочери на вырост несколько книг из серии VoiceBook “Сказки в стиле великих художников”.
Там у меня:
— «Три поросёнка» в стиле Василия Кандинского — сказка, собранная через абстракцию, цвет и форму;
— «Дюймовочка» в стиле Марка Шагала — очень воздушная, фантасмагоричная, почти сонная;
— «Алиса в стране чудес» в стиле Сальвадора Дали — логичный союз, потому что абсурд и сюрреализм там просто созданы друг для друга;
— «Карлик Нос» в стиле Рене Магритта — и это вообще очень точное попадание, потому что превращения и странности Магритту идут идеально.
Сама серия у VoiceBook так и задумана: известные сказки, пересобранные через манеру великих художников.
Мне в этом очень нравится сама идея: ребёнок получает не только сказку, но и первый, очень мягкий вход в язык искусства.
Я вообще всё больше думаю о том, что вкус ребёнка во многом начинается с книжной картинки. Через иллюстрацию он учится смотреть, различать и чувствовать красоту. И мне как родителю очень хочется, чтобы этот визуальный опыт был не случайным. Наверное, поэтому я так зацепилась за тему детской иллюстрации и ушла в неё глубже, чем сама ожидала. Расскажу вам немного позже, куда меня этот интерес привёл 😉
И, наверное, поэтому же пошла потом на выставку Билибина — потому что в какой-то момент становится интересно не только что мы показываем детям, но и откуда вообще растёт этот язык книжной красоты.
Там у меня:
— «Три поросёнка» в стиле Василия Кандинского — сказка, собранная через абстракцию, цвет и форму;
— «Дюймовочка» в стиле Марка Шагала — очень воздушная, фантасмагоричная, почти сонная;
— «Алиса в стране чудес» в стиле Сальвадора Дали — логичный союз, потому что абсурд и сюрреализм там просто созданы друг для друга;
— «Карлик Нос» в стиле Рене Магритта — и это вообще очень точное попадание, потому что превращения и странности Магритту идут идеально.
Сама серия у VoiceBook так и задумана: известные сказки, пересобранные через манеру великих художников.
Мне в этом очень нравится сама идея: ребёнок получает не только сказку, но и первый, очень мягкий вход в язык искусства.
Я вообще всё больше думаю о том, что вкус ребёнка во многом начинается с книжной картинки. Через иллюстрацию он учится смотреть, различать и чувствовать красоту. И мне как родителю очень хочется, чтобы этот визуальный опыт был не случайным. Наверное, поэтому я так зацепилась за тему детской иллюстрации и ушла в неё глубже, чем сама ожидала. Расскажу вам немного позже, куда меня этот интерес привёл 😉
И, наверное, поэтому же пошла потом на выставку Билибина — потому что в какой-то момент становится интересно не только что мы показываем детям, но и откуда вообще растёт этот язык книжной красоты.
👍13👏7🔥6🥰2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Раз уж затронули тему иллюстрации, давайте её и продолжим.
Главная мысль, которую я унесла из своего интереса к иллюстрации и до сих пор перевариваю: иллюстрация должна быть разной. Ребёнку важно видеть разные художественные языки — не только красиво, но и странно, смешно, коллажно, грубо, минималистично. И вот тут мне уже приходится учиться смотреть шире собственных предпочтений и задаваться пока совсем не простыми для меня вопросами: что художник хотел сказать? почему именно так? И отдельный вопрос: показывать ли ребёнку то, что мне самой эстетически не близко, если дочери это гипотетически может зайти. Пока Аня конечно сильно маленькая для моих таких рассуждений, но я уже думаю навырост.
Парадокс: есть серии, которые дети обожают, а взрослые морщатся и при этом книги популярные и дорогие. Есть Эрик Карл и я знаю взрослых, которым его коллажи не нравятся, а дети от них в восторге. Мне на первый взгляд тоже резануло, но мне удалось там отыскать определённую эстетику и смысл.
Тема иллюстрации - это отдельная глубина: про восприятие, про свободу воображения, про визуальную грамотность, про вкус, который воспитывается насмотренностью.
И на этой волне я очень захотела расширять и собственную насмотренность не только современными художниками, но и тем, что было раньше. Потому что истоки — это всегда самое любопытное: откуда растут сегодняшние решения, как менялся язык детской книги, что считалось “правильной” картинкой, как выглядело детство в разные десятилетия.
И вот чем я разжилась (принудила мужа купить мне на 14 февраля):
«Обложка детской книги советского времени. Коллекция Нины и Вадима Гинзбург»
Это огромный том на 464 страницы, где собраны 1217 обложек и 314 художников, в фокусе период 1950-е — начало 1990-х. То есть позднесоветская детская книга как визуальная среда — та самая, где дети того времени впервые “встречались” с искусством, даже не зная, что это оно.
И чем же эта книга интересна?
🧙 здесь только обложки. И это очень правильное решение. Потому что обложка — это первый контакт, вход в историю, вход в настроение. Часто решающий.
👧 есть небольшой, но важный текстовый блок: он объясняет “язык обложки” и то, как менялось оформление по десятилетиям — шрифты, композиция, степень условности, смелость, наивность, “серьёзность” и “игра”. Это даёт опору глазам: начинаешь видеть не хаос картинок, а эволюцию визуального мышления.
🦅 есть каталог — и это отдельная радость. Он фиксирует собрание: авторы, книги, данные, и туда входят позиции, которые не попали в основную “выставочную” часть.
Некоторые обложки меня несколько удивили, ибо они выглядят совсем неожиданно: где-то простовато, даже можно сказать примитивненько, а где-то дерзко. Интересно поразмышлять: почему так? как и чем это работало на ребёнка? что в этом времени считалось красивым, смешным, правильным?
Параллельно я сейчас читаю книгу Антона Ломаева про то, как создаются иллюстрации к детским книгам и это тоже сильно влияет на мой взгляд. Потому что иллюстрация — это отдельный слой смысла, огромная работа, собственные детские воспоминания художника, его внутренний опыт, ассоциации, наблюдения и воображение, особая техника. Иллюстратор в детской книге — соавтор. Иногда даже более заметный соавтор, чем мы готовы признать.
И мне очень жаль, что во взрослой литературе мы редко получаем такой визуальный слой. Он бы делал чтение богаче и глубже: добавлял бы ещё один способ думать и чувствовать.
А я пока готовлю финальный пост проинициации в детской сказке и как это связано с ЕГЭ. Спойлерочек вам такой.
#детское_чтение #детская_книга #иллюстрации #ломаев #гинзбург #книжный_обзор
Главная мысль, которую я унесла из своего интереса к иллюстрации и до сих пор перевариваю: иллюстрация должна быть разной. Ребёнку важно видеть разные художественные языки — не только красиво, но и странно, смешно, коллажно, грубо, минималистично. И вот тут мне уже приходится учиться смотреть шире собственных предпочтений и задаваться пока совсем не простыми для меня вопросами: что художник хотел сказать? почему именно так? И отдельный вопрос: показывать ли ребёнку то, что мне самой эстетически не близко, если дочери это гипотетически может зайти. Пока Аня конечно сильно маленькая для моих таких рассуждений, но я уже думаю навырост.
Парадокс: есть серии, которые дети обожают, а взрослые морщатся и при этом книги популярные и дорогие. Есть Эрик Карл и я знаю взрослых, которым его коллажи не нравятся, а дети от них в восторге. Мне на первый взгляд тоже резануло, но мне удалось там отыскать определённую эстетику и смысл.
Тема иллюстрации - это отдельная глубина: про восприятие, про свободу воображения, про визуальную грамотность, про вкус, который воспитывается насмотренностью.
И на этой волне я очень захотела расширять и собственную насмотренность не только современными художниками, но и тем, что было раньше. Потому что истоки — это всегда самое любопытное: откуда растут сегодняшние решения, как менялся язык детской книги, что считалось “правильной” картинкой, как выглядело детство в разные десятилетия.
И вот чем я разжилась (принудила мужа купить мне на 14 февраля):
«Обложка детской книги советского времени. Коллекция Нины и Вадима Гинзбург»
Это огромный том на 464 страницы, где собраны 1217 обложек и 314 художников, в фокусе период 1950-е — начало 1990-х. То есть позднесоветская детская книга как визуальная среда — та самая, где дети того времени впервые “встречались” с искусством, даже не зная, что это оно.
И чем же эта книга интересна?
Некоторые обложки меня несколько удивили, ибо они выглядят совсем неожиданно: где-то простовато, даже можно сказать примитивненько, а где-то дерзко. Интересно поразмышлять: почему так? как и чем это работало на ребёнка? что в этом времени считалось красивым, смешным, правильным?
Параллельно я сейчас читаю книгу Антона Ломаева про то, как создаются иллюстрации к детским книгам и это тоже сильно влияет на мой взгляд. Потому что иллюстрация — это отдельный слой смысла, огромная работа, собственные детские воспоминания художника, его внутренний опыт, ассоциации, наблюдения и воображение, особая техника. Иллюстратор в детской книге — соавтор. Иногда даже более заметный соавтор, чем мы готовы признать.
И мне очень жаль, что во взрослой литературе мы редко получаем такой визуальный слой. Он бы делал чтение богаче и глубже: добавлял бы ещё один способ думать и чувствовать.
А я пока готовлю финальный пост про
#детское_чтение #детская_книга #иллюстрации #ломаев #гинзбург #книжный_обзор
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍10🔥8❤4🥰2👏1
Каждому времени — своя Баба-яга 🧹 . Почему в сказках детей уводят в лес, а у нас — на ЕГЭ.
Вот мы и добрались до финального поста в серии про сказки. Немного затянулось наше исследование, но, кажется, оно того стоило.
Мы всё это время крутились вокруг темы “жестокости”: почему в этих текстах детей могут увести в лес, выгнать из дома, оставить одних — и почему взрослому от этого хочется закрыть книжку и открыть что-нибудь, где максимум опасности — потерянная варежка.
Сегодня хочу поговорить про вещь, без которой народные сказки вообще не складываются в цельный смысл. Про инициацию.
Если сказать совсем просто, сказки часто рассказывают историю перехода. Как человек выходит из привычного состояния “я маленький” и оказывается в мире, где нужно справляться самому.
В сказках это устроено довольно узнаваемо: героя отправляют из дома, он оказывается чаще всего в лесу. Там появляется фигура, которая проверяет его на прочность (часто это Баба-яга), начинаются испытания, и в конце герой возвращается уже другим — с ощущением, что у него появился доступ к силе и самостоятельности.
Для меня здесь важна одна мысль: сказка говорит примерно следующее — когда внешняя опора исчезает, у человека появляется шанс вырастить внутреннюю.
Лес в сказках — это граница. Там заканчивается знакомый мир и начинают действовать другие правила. Там уже не работает логика “как дома”, где тебя знают и подстрахуют.
Поэтому в лесу и появляются персонажи: Баба-яга, Морозко, Кощей. Они сторожат порог и проверяют, способен ли герой выдержать переход.
Да, взрослому тяжело читать, когда ребёнка везёт в лес собственный отец, как в “Морозко”. В пересказе это звучит почти как криминальная хроника. Но сказка транслирует не бытовую логику, у неё другая задача — показать момент, когда герой выходит из прежней жизни.
И здесь важно сказать отдельно: речь не про оправдание жестокости. Речь про попытку понять, как устроен сам сюжет.
А дальше начинается то, что мне особенно интересно как психологу.
Мы читаем сказки и думаем: “ну и времена были”. А потом я закрываю книгу, открываю расписание на завтра и вижу подростков, которые проходят свою собственную инициацию. Не сказочную. Современную.
Очень часто эту роль сегодня играет ЕГЭ.
Я вижу это в кабинете постоянно. Уже с девятого класса у многих подростков появляется фоновая тревога: надо выбирать профиль, думать про поступление, не промахнуться. Вроде впереди ещё два года, но ощущение такое, будто тебя уже подвели к границе леса и сказали: “готовься”.
В десятом классе давление только растёт: репетиторы, пробники, разговоры дома, бесконечные “давай определяйся”. Тревога становится частью повседневности.
А в одиннадцатом это превращается в настоящий переход. Камеры, рамки, регламенты, бланки, тайминги, чужая комиссия — пространство чужих правил, в которое подросток попадает как раз в тот момент жизни, когда пытается понять, кто он вообще такой и куда хочет идти.
Испытание идёт сразу по нескольким линиям: ресурс (сон, усталость), эмоции (тревога, давление, страх ошибки), смысл — “зачем я это делаю и моя ли это дорога”.
После ЕГЭ подросток действительно возвращается другим. Меняется статус, меняется ощущение себя, появляется новая свобода — и новая ответственность.
И вот тут идея инициации вдруг становится очень актуальной. Потому что за стрессом и давлением видно закономерный переход, который в разных культурах просто выглядит по-разному.
В сказках этот переход изображали через лес, испытания и встречи с персонажами вроде Бабы-яги — фигуры, которая проверяет готовность героя выйти из прежнего состояния. В современной жизни эту роль часто играют экзамены, выбор пути и необходимость выдержать мир, который вдруг начинает относиться к тебе как к взрослому.
Каждому времени — свои формы инициации. И в этом смысле можно сказать, что у каждого поколения - своя Баба-яга.
#сказки #детское_чтение #баба_яга #егэ
Вот мы и добрались до финального поста в серии про сказки. Немного затянулось наше исследование, но, кажется, оно того стоило.
Мы всё это время крутились вокруг темы “жестокости”: почему в этих текстах детей могут увести в лес, выгнать из дома, оставить одних — и почему взрослому от этого хочется закрыть книжку и открыть что-нибудь, где максимум опасности — потерянная варежка.
Сегодня хочу поговорить про вещь, без которой народные сказки вообще не складываются в цельный смысл. Про инициацию.
Если сказать совсем просто, сказки часто рассказывают историю перехода. Как человек выходит из привычного состояния “я маленький” и оказывается в мире, где нужно справляться самому.
В сказках это устроено довольно узнаваемо: героя отправляют из дома, он оказывается чаще всего в лесу. Там появляется фигура, которая проверяет его на прочность (часто это Баба-яга), начинаются испытания, и в конце герой возвращается уже другим — с ощущением, что у него появился доступ к силе и самостоятельности.
Для меня здесь важна одна мысль: сказка говорит примерно следующее — когда внешняя опора исчезает, у человека появляется шанс вырастить внутреннюю.
Лес в сказках — это граница. Там заканчивается знакомый мир и начинают действовать другие правила. Там уже не работает логика “как дома”, где тебя знают и подстрахуют.
Поэтому в лесу и появляются персонажи: Баба-яга, Морозко, Кощей. Они сторожат порог и проверяют, способен ли герой выдержать переход.
Да, взрослому тяжело читать, когда ребёнка везёт в лес собственный отец, как в “Морозко”. В пересказе это звучит почти как криминальная хроника. Но сказка транслирует не бытовую логику, у неё другая задача — показать момент, когда герой выходит из прежней жизни.
И здесь важно сказать отдельно: речь не про оправдание жестокости. Речь про попытку понять, как устроен сам сюжет.
А дальше начинается то, что мне особенно интересно как психологу.
Мы читаем сказки и думаем: “ну и времена были”. А потом я закрываю книгу, открываю расписание на завтра и вижу подростков, которые проходят свою собственную инициацию. Не сказочную. Современную.
Очень часто эту роль сегодня играет ЕГЭ.
Я вижу это в кабинете постоянно. Уже с девятого класса у многих подростков появляется фоновая тревога: надо выбирать профиль, думать про поступление, не промахнуться. Вроде впереди ещё два года, но ощущение такое, будто тебя уже подвели к границе леса и сказали: “готовься”.
В десятом классе давление только растёт: репетиторы, пробники, разговоры дома, бесконечные “давай определяйся”. Тревога становится частью повседневности.
А в одиннадцатом это превращается в настоящий переход. Камеры, рамки, регламенты, бланки, тайминги, чужая комиссия — пространство чужих правил, в которое подросток попадает как раз в тот момент жизни, когда пытается понять, кто он вообще такой и куда хочет идти.
Испытание идёт сразу по нескольким линиям: ресурс (сон, усталость), эмоции (тревога, давление, страх ошибки), смысл — “зачем я это делаю и моя ли это дорога”.
После ЕГЭ подросток действительно возвращается другим. Меняется статус, меняется ощущение себя, появляется новая свобода — и новая ответственность.
И вот тут идея инициации вдруг становится очень актуальной. Потому что за стрессом и давлением видно закономерный переход, который в разных культурах просто выглядит по-разному.
В сказках этот переход изображали через лес, испытания и встречи с персонажами вроде Бабы-яги — фигуры, которая проверяет готовность героя выйти из прежнего состояния. В современной жизни эту роль часто играют экзамены, выбор пути и необходимость выдержать мир, который вдруг начинает относиться к тебе как к взрослому.
Каждому времени — свои формы инициации. И в этом смысле можно сказать, что у каждого поколения - своя Баба-яга.
#сказки #детское_чтение #баба_яга #егэ
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥7❤5💯5👏4👍1
Новый формат чтения
Сейчас будут мамские страдания.
Я психолог. Я мама маленького ребёнка. И я пытаюсь жить свою «лучшую жизнь» в интервалах детского сна.
Сейчас в моей жизни одновременно: консультации, ведение трёх телеграм-каналов под разные проекты, открытие новых кабинетов в Кабинете НСК, группа самообучения, книжный клуб, плюс попытки находить время на реализацию новых задумок (а их у меня всегда много).
Ну и материнство конечно.
И если говорить про чтение для себя, не по работе, то его почти нет.
На днях я снова взяла в руки «Тень ветра» Сафона — книгу, которую читаю уже несколько месяцев. Она объёмная, читается легко и интересно, но я вдруг поймала себя на мысли: так долго я, кажется, не читала ни одну книгу. Не потому что она сложная, а потому что “долго” теперь измеряется не страницами, а свободными минутами.
И вот тут у меня случилось неожиданное открытие. Пока я медленно двигаюсь по этой большой взрослой книге, я успела прочитать много детских — не ребёнку, а для себя. И в какой-то момент меня накрыло: я нахожу в этих небольших книгах то, что мне сейчас жизненно нужно как взрослому человеку.
Они короткие — да. Но они не “маленькие”.
Они умеют быть глубокими. Умеют запускать размышления. Умеют оставлять след внутри и надолго.
И для меня это стало очень важным: книги продолжают быть в моей жизни. Просто в другом формате. И это удивительно: я как будто заново получила доступ к чтению — в тех условиях, которые есть.
С недавнего времени я стала внимательно смотреть в сторону Поляндрии, потому что такие книги, которые меня заставляют думать, я нахожу именно у этого издательства. Там часто выходят книги, которые формально стоят на полке “детское”, но по ощущениям — очень взрослые. Это книги, которые можно прочитать быстро, а потом долго носить внутри. И это, кажется, ровно тот формат, который сейчас помещается в мою жизнь: маленький объём — и большая глубина.
Мне вообще нравится мысль, что современная литература будто придумала отдельный формат для людей с очень ограниченным временем. А может, это просто я такая голодная и вижу смыслы и глубину даже в простом, потому что мне очень надо.
Но как бы то ни было, я рада, что я открыла для себя, такой формат - быстрый, но очень глубокий, где чувствуешь себя, как после большой истории: закрываешь, и понимаешь, что внутри что-то сдвинулось.
И одна такая книга-картинка недавно снова случилась со мной.
Про неё расскажу вам завтра...
А пока ждём нового обзора, с вас ❤️
Сейчас будут мамские страдания.
Я психолог. Я мама маленького ребёнка. И я пытаюсь жить свою «лучшую жизнь» в интервалах детского сна.
Сейчас в моей жизни одновременно: консультации, ведение трёх телеграм-каналов под разные проекты, открытие новых кабинетов в Кабинете НСК, группа самообучения, книжный клуб, плюс попытки находить время на реализацию новых задумок (а их у меня всегда много).
Ну и материнство конечно.
И если говорить про чтение для себя, не по работе, то его почти нет.
На днях я снова взяла в руки «Тень ветра» Сафона — книгу, которую читаю уже несколько месяцев. Она объёмная, читается легко и интересно, но я вдруг поймала себя на мысли: так долго я, кажется, не читала ни одну книгу. Не потому что она сложная, а потому что “долго” теперь измеряется не страницами, а свободными минутами.
И вот тут у меня случилось неожиданное открытие. Пока я медленно двигаюсь по этой большой взрослой книге, я успела прочитать много детских — не ребёнку, а для себя. И в какой-то момент меня накрыло: я нахожу в этих небольших книгах то, что мне сейчас жизненно нужно как взрослому человеку.
Они короткие — да. Но они не “маленькие”.
Они умеют быть глубокими. Умеют запускать размышления. Умеют оставлять след внутри и надолго.
И для меня это стало очень важным: книги продолжают быть в моей жизни. Просто в другом формате. И это удивительно: я как будто заново получила доступ к чтению — в тех условиях, которые есть.
С недавнего времени я стала внимательно смотреть в сторону Поляндрии, потому что такие книги, которые меня заставляют думать, я нахожу именно у этого издательства. Там часто выходят книги, которые формально стоят на полке “детское”, но по ощущениям — очень взрослые. Это книги, которые можно прочитать быстро, а потом долго носить внутри. И это, кажется, ровно тот формат, который сейчас помещается в мою жизнь: маленький объём — и большая глубина.
Мне вообще нравится мысль, что современная литература будто придумала отдельный формат для людей с очень ограниченным временем. А может, это просто я такая голодная и вижу смыслы и глубину даже в простом, потому что мне очень надо.
Но как бы то ни было, я рада, что я открыла для себя, такой формат - быстрый, но очень глубокий, где чувствуешь себя, как после большой истории: закрываешь, и понимаешь, что внутри что-то сдвинулось.
И одна такая книга-картинка недавно снова случилась со мной.
Про неё расскажу вам завтра...
А пока ждём нового обзора, с вас ❤️
❤🔥15👍7🔥5🙏3
Я отыскала метафоричную книгу, об которую можно много о чем подумать.
«Мой угол» (Поляндрия), где главная героиня — ворона.
Если смотреть на неё не как на историю для детей, а как на метафору, у меня складывается очень конкретная картинка процесса, который я постоянно вижу в кабинете - процесс терапии.
Ворона получает свой угол. И первое, что мы видим — он почти пустой. Так часто выглядит внутренний мир человека, который только начинает с собой соприкасаться. Пока ещё нет опоры, нет привычки заглядывать внутрь. Есть пространство, которое вроде бы есть, но оно не освоено.
И дальше ворона делает то, что в терапии происходит шаг за шагом.
Сначала появляется базовый минимум, чтобы было на что опереться. Если переводить на человеческий язык — это тот этап, когда мы вначале наводим элементарный порядок: начинаем отличать свои чувства от чужих ожиданий, учимся слышать свои потребности, строим первые границы, собираем кусочки собственного “я” во что-то более понятное.
Потом угол начинает наполняться деталями. Он становится более “своим”. Это уже не просто функциональная база, а пространство, где появляется вкус, выбор, узнаваемость. В терапии это похоже на момент, когда человек начинает не только “чинить поломанное”, но и присваивать: что мне важно, как я хочу, какие у меня ориентиры и ценности.
А потом возникает очень знакомый момент: вроде бы всё неплохо, но чего-то не хватает. И тогда ворона делает потрясающее — она начинает рисовать. То есть не просто добавлять готовые предметы, а создавать новое. И вот это место для меня — про то, что после знакомства с собой часто приходит творческое вдохновение. Полёт. Расширение. Когда внутренний мир уже не пустой и страшный, а живой и растущий. Когда у человека появляются идеи, желания, интерес, энергия. Когда он перестаёт только справляться и начинает создавать.
И дальше происходит то, что в книге меня особенно тронуло как психолога: ворона вырезает окно. И открывает его. И за окном — другое существо. И на этом книга заканчивается.
Для меня это очень точная метафора того, что происходит, когда человек действительно познакомился с собой. Когда внутри стало достаточно опоры, согласованности и аутентености — появляется готовность выйти к другим. Не из нехватки, не из попытки спастись, не из одиночества, а из внутренней наполненности: я есть, я знаю себя, я могу быть в контакте.
И вот почему мне кажется, что эту книгу можно держать в голове не только как красивую книжку-картинку, а как очень красочную и точную метафору психотерапии:
Иногда такую книгу можно аккуратно предложить подготовленному клиенту, тому, кому хорошо заходят образы. Иногда просто иметь её как внутренний ориентир. А иногда — поделиться в соцсетях как способом говорить о терапии на понятном языке, через простую историю: как человек строит свой внутренний угол и учится в нём жить.
Потому что вне зависимости от возраста — ребёнок, подросток, взрослый — я правда очень часто вижу одну и ту же историю: приходя в терапию, человек начинает знакомиться с собой заново. И если бы мне нужно было показать этот процесс одной картинкой, я бы показала… ворону, которая сначала обживает угол, а потом рисует окно и открывает его.
#детское_чтение #книжный_обзор #недетские_книги #поляндрия #психотерапия #книжная_терапия
@polyandria
«Мой угол» (Поляндрия), где главная героиня — ворона.
Если смотреть на неё не как на историю для детей, а как на метафору, у меня складывается очень конкретная картинка процесса, который я постоянно вижу в кабинете - процесс терапии.
Ворона получает свой угол. И первое, что мы видим — он почти пустой. Так часто выглядит внутренний мир человека, который только начинает с собой соприкасаться. Пока ещё нет опоры, нет привычки заглядывать внутрь. Есть пространство, которое вроде бы есть, но оно не освоено.
И дальше ворона делает то, что в терапии происходит шаг за шагом.
Сначала появляется базовый минимум, чтобы было на что опереться. Если переводить на человеческий язык — это тот этап, когда мы вначале наводим элементарный порядок: начинаем отличать свои чувства от чужих ожиданий, учимся слышать свои потребности, строим первые границы, собираем кусочки собственного “я” во что-то более понятное.
Потом угол начинает наполняться деталями. Он становится более “своим”. Это уже не просто функциональная база, а пространство, где появляется вкус, выбор, узнаваемость. В терапии это похоже на момент, когда человек начинает не только “чинить поломанное”, но и присваивать: что мне важно, как я хочу, какие у меня ориентиры и ценности.
А потом возникает очень знакомый момент: вроде бы всё неплохо, но чего-то не хватает. И тогда ворона делает потрясающее — она начинает рисовать. То есть не просто добавлять готовые предметы, а создавать новое. И вот это место для меня — про то, что после знакомства с собой часто приходит творческое вдохновение. Полёт. Расширение. Когда внутренний мир уже не пустой и страшный, а живой и растущий. Когда у человека появляются идеи, желания, интерес, энергия. Когда он перестаёт только справляться и начинает создавать.
И дальше происходит то, что в книге меня особенно тронуло как психолога: ворона вырезает окно. И открывает его. И за окном — другое существо. И на этом книга заканчивается.
Для меня это очень точная метафора того, что происходит, когда человек действительно познакомился с собой. Когда внутри стало достаточно опоры, согласованности и аутентености — появляется готовность выйти к другим. Не из нехватки, не из попытки спастись, не из одиночества, а из внутренней наполненности: я есть, я знаю себя, я могу быть в контакте.
И вот почему мне кажется, что эту книгу можно держать в голове не только как красивую книжку-картинку, а как очень красочную и точную метафору психотерапии:
сначала пусто, потом появляется базовый минимум, потом детали, потом — творчество и расширение, и в конце — окно как возможность настоящего контакта.
Иногда такую книгу можно аккуратно предложить подготовленному клиенту, тому, кому хорошо заходят образы. Иногда просто иметь её как внутренний ориентир. А иногда — поделиться в соцсетях как способом говорить о терапии на понятном языке, через простую историю: как человек строит свой внутренний угол и учится в нём жить.
Потому что вне зависимости от возраста — ребёнок, подросток, взрослый — я правда очень часто вижу одну и ту же историю: приходя в терапию, человек начинает знакомиться с собой заново. И если бы мне нужно было показать этот процесс одной картинкой, я бы показала… ворону, которая сначала обживает угол, а потом рисует окно и открывает его.
#детское_чтение #книжный_обзор #недетские_книги #поляндрия #психотерапия #книжная_терапия
@polyandria
❤11👍7🔥6👏2
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
А я снова к вам с анонсами.
Так много про что рассказать хочется. Подготовила несколько обзоров
📗 детских книг,
📗 детских книг, которые более взрослые, чем детские
📗 и взрослых книг с иллюстрацией
Ведь этот канал не только про детское чтение, а в целом про книги.
Мне кажется несправедливым, что у литературы для взрослых нет картинок, поэтому я решила изучить этот вопрос и поделиться тем, что удалось отыскать.
На видео как раз три таких, последняя очень необычная, расскажу отдельно.
ПС: буду благодарна, если поделитесь взрослыми книгами с иллюстрацией, мне пока непросто их находить. К графическим романам пока не подходила, но, чувствую, скоро...
Так много про что рассказать хочется. Подготовила несколько обзоров
Ведь этот канал не только про детское чтение, а в целом про книги.
Мне кажется несправедливым, что у литературы для взрослых нет картинок, поэтому я решила изучить этот вопрос и поделиться тем, что удалось отыскать.
На видео как раз три таких, последняя очень необычная, расскажу отдельно.
ПС: буду благодарна, если поделитесь взрослыми книгами с иллюстрацией, мне пока непросто их находить. К графическим романам пока не подходила, но, чувствую, скоро...
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥6❤5👏5👍2
Дорогие друзья, поделюсь с вами планами на май.
Помимо того, что я рассказываю о детских книгах я же ещё и психолог, и на регулярной основе веду книжный клуб, где мы читаем практикоориентированные книги по психологии. То есть такие книги, где есть упражнения, задания, а не только повествование о психических процессах. И в рамках группы мы все это пропускаем через себя. Что затем берём в качестве личностного роста или проф знаний и навыков в терапию с клиентами.
И на май я взяла книгу на тему, которая, не побоюсь этого слова, интересна ВСЕМ. Подробнее рассказала в посте, чем именно она меня заинтересовала и почему считаю её полезной⬇️
Помимо того, что я рассказываю о детских книгах я же ещё и психолог, и на регулярной основе веду книжный клуб, где мы читаем практикоориентированные книги по психологии. То есть такие книги, где есть упражнения, задания, а не только повествование о психических процессах. И в рамках группы мы все это пропускаем через себя. Что затем берём в качестве личностного роста или проф знаний и навыков в терапию с клиентами.
И на май я взяла книгу на тему, которая, не побоюсь этого слова, интересна ВСЕМ. Подробнее рассказала в посте, чем именно она меня заинтересовала и почему считаю её полезной
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥4🙏3👏2💘1
Forwarded from Карточный домик
Долгое время моей любимой книгой по самооценке была «Садись, пять» Ярославы Рындиной. И она по-прежнему для меня одна из лучших. Но для книжного клуба я её осознанно не брала: при всей её силе она не очень ложится на наш формат.
И вот в мае в книжный клуб я беру другую книгу по самооценке — и считаю её действительно очень достойной. Это книга Анны Бабич.
Мне особенно нравится в этой книге, что автор не сужает тему до "просто полюби себя", а напротив, рассматривает очень разные темы через призму самооценки: она пишет про границы, про отношения взрослых детей с родителями, про прокрастинацию, про умение просить и отказывать, про перфекционизм, про предназначение и реализацию, про нормативные кризисы,про планирование и движение к целям. И это очень ценно, потому что мы будем читать не про какую-то одну узкую проблему, а разбирать очень разные части жизни, которые на самом деле связаны между собой.
Автор по сути собирает для читателя цельный пазл: как самооценка связана с тем, как мы живём, выбираем, строим отношения, справляемся с кризисами и двигаемся вперёд.
Ещё один большой плюс книги в том, что она написана как сериал. Мы идём через историю терапии одной героини, в которой многие из нас узнают себя (ну уж в какой-то из её сфер жизни точно найдём созвучие). За счёт этого книга очень легко читается и хорошо удерживает внимание. И в конце каждой "серии" автор даёт нам аккуратный спойлерочек о чем будет дальше, я считаю это очень классных ход на подогрев интереса.
И даже если вам кажется, что с самооценкой у вас всё в порядке, книга всё равно даст вам много. Потому что можно быть в целом устойчивым человеком, но всё равно проваливаться в отдельных сферах: в отношениях с собственным телом, работе, самореализации, материнстве, возрасте, деньгах, проявленности.
Ну и не только в работе с собой, но и в терапию с клиентами будет много того, что интересно унести - упражнения, практики, взгляд автора (я многое подчеркивала и брала себе на вооружение, особенно метафоры и сравнения).
Как обычно, мы будем разбирать её в нашем околотерапевтическом формате: не просто читать и обсуждать, а связывать с собой, со своей жизнью, со своей практикой и своими внутренними процессами.
Приглашаю в майский книжный клуб, расписание чтения и ссылка на оплату здесь https://cardshouse.ru/knizhniy-klub
Если вам хочется не просто прочитать книгу, а действительно взять из неё что-то важное для своей жизни — присоединяйтесь, ведь читатели книжного клуба говорят, что наши еженедельные встречи по понедельникам часто полезнее и глубже, чем сама книга.
И вот в мае в книжный клуб я беру другую книгу по самооценке — и считаю её действительно очень достойной. Это книга Анны Бабич.
Мне особенно нравится в этой книге, что автор не сужает тему до "просто полюби себя", а напротив, рассматривает очень разные темы через призму самооценки: она пишет про границы, про отношения взрослых детей с родителями, про прокрастинацию, про умение просить и отказывать, про перфекционизм, про предназначение и реализацию, про нормативные кризисы,про планирование и движение к целям. И это очень ценно, потому что мы будем читать не про какую-то одну узкую проблему, а разбирать очень разные части жизни, которые на самом деле связаны между собой.
Автор по сути собирает для читателя цельный пазл: как самооценка связана с тем, как мы живём, выбираем, строим отношения, справляемся с кризисами и двигаемся вперёд.
Ещё один большой плюс книги в том, что она написана как сериал. Мы идём через историю терапии одной героини, в которой многие из нас узнают себя (ну уж в какой-то из её сфер жизни точно найдём созвучие). За счёт этого книга очень легко читается и хорошо удерживает внимание. И в конце каждой "серии" автор даёт нам аккуратный спойлерочек о чем будет дальше, я считаю это очень классных ход на подогрев интереса.
И даже если вам кажется, что с самооценкой у вас всё в порядке, книга всё равно даст вам много. Потому что можно быть в целом устойчивым человеком, но всё равно проваливаться в отдельных сферах: в отношениях с собственным телом, работе, самореализации, материнстве, возрасте, деньгах, проявленности.
Ну и не только в работе с собой, но и в терапию с клиентами будет много того, что интересно унести - упражнения, практики, взгляд автора (я многое подчеркивала и брала себе на вооружение, особенно метафоры и сравнения).
Как обычно, мы будем разбирать её в нашем околотерапевтическом формате: не просто читать и обсуждать, а связывать с собой, со своей жизнью, со своей практикой и своими внутренними процессами.
Приглашаю в майский книжный клуб, расписание чтения и ссылка на оплату здесь https://cardshouse.ru/knizhniy-klub
Если вам хочется не просто прочитать книгу, а действительно взять из неё что-то важное для своей жизни — присоединяйтесь, ведь читатели книжного клуба говорят, что наши еженедельные встречи по понедельникам часто полезнее и глубже, чем сама книга.
🔥6👏4❤2👍2
Правильные полки
Если вас тожесильно заботит, как и меня, вопрос детского чтения и что можно сделать по этому поводу, когда ребёнку ещё только год или чуть больше, то вот первая рекомендация.
❤️ Правильные полки
Почему они правда классные? Потому что маленькому ребёнку важно книгу видеть. Не знать, что она где-то есть на верхней полке, не ждать, пока взрослый торжественно её выдаст, а самому заметить, узнать, выбрать и достать. А ещё здесь включаются и внимание, и память, и инициатива, и то самое драгоценное «я сам». Для малыша это и есть настоящая доступная среда
Особенно хорошо такие полки работают в раннем возрасте — примерно с того момента, когда малыш начинает уверенно перемещаться по дому и проявлять интерес к предметам вокруг, и дальше ещё несколько лет.
С точки зрения развития такая полка работает сразу на несколько задач: поддерживает ориентировку, внимание, зрительное восприятие, память и инициативу.
С точки зрения Монтессори тут вообще всё прекрасно: низко, понятно, красиво, доступно. Среда не мешает ребёнку, а помогает. Не взрослый решает за него каждую книжку, а ребёнок может сделать выбор сам.
Самое смешное, что я прекрасно знаю: книг в доступе должно быть меньше. Правда знаю. Правда согласна. Но, как вы видите на фото, я понатыкала на каждый доступный сантиметр по три книги. В общем, я пока работаю над собой... У меня же ещё в закромах библиотека на два стеллажа на вырост, так что мой путь к идеальной ротации книг — это путь смирения, принятия и периодического книжного расхламления.
Но сами полки такого типа — любовь. Потому что они не просто хранят книги. Они делают книгу частью жизни ребёнка.
Доче 1 год и 7 мес. Рассказать что у нас на полке сейчас и почему?
Если вас тоже
Почему они правда классные? Потому что маленькому ребёнку важно книгу видеть. Не знать, что она где-то есть на верхней полке, не ждать, пока взрослый торжественно её выдаст, а самому заметить, узнать, выбрать и достать. А ещё здесь включаются и внимание, и память, и инициатива, и то самое драгоценное «я сам». Для малыша это и есть настоящая доступная среда
Особенно хорошо такие полки работают в раннем возрасте — примерно с того момента, когда малыш начинает уверенно перемещаться по дому и проявлять интерес к предметам вокруг, и дальше ещё несколько лет.
С точки зрения развития такая полка работает сразу на несколько задач: поддерживает ориентировку, внимание, зрительное восприятие, память и инициативу.
С точки зрения Монтессори тут вообще всё прекрасно: низко, понятно, красиво, доступно. Среда не мешает ребёнку, а помогает. Не взрослый решает за него каждую книжку, а ребёнок может сделать выбор сам.
Самое смешное, что я прекрасно знаю: книг в доступе должно быть меньше. Правда знаю. Правда согласна. Но, как вы видите на фото, я понатыкала на каждый доступный сантиметр по три книги. В общем, я пока работаю над собой... У меня же ещё в закромах библиотека на два стеллажа на вырост, так что мой путь к идеальной ротации книг — это путь смирения, принятия и периодического книжного расхламления.
Но сами полки такого типа — любовь. Потому что они не просто хранят книги. Они делают книгу частью жизни ребёнка.
Доче 1 год и 7 мес. Рассказать что у нас на полке сейчас и почему?
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤14👍8👏4
Гуляю вчера вечером по разным книжным бложикам и в одном наталкиваюсь на пост о том, сколько куплено книг за месяц и сколько денег на все это потратила автор блога. Я подумала, что это интересная рубрика - вести подобные заметки для себя. И решила посчитать сколько книг за апрель купила я. В общем, в чате, где подписчики делились своими цифрами, похоже, я была в лидерах.
Купила я 55 книг. Сколько потратила - не скажу. Страшно. В три раза больше, чем подписчики того самого блога. Апрель вышел не типично разорительным. Хотя я в целом веду бюджет и статья этих расходов у меня аккуратно считается.
Многие покупают распродажи на Озоне. Помните я рассказывала вам об этом? Сложно удержаться, когда книги по 120-180 руб, а дорогушник не дороже 350 за книгу. Там не грех и на вырост набрать, ибо стоимость книг сейчас реально пугает.
Я ещё покупаю разные книги на Авито бэушные, вот они как правило дорогие. Там редкости и интересности.
А пока покажу вам половинку своей стопочки. Остальное уже распределено по полочкам. Здесь 9 книг из архивов московской библиотеки большого формата, с шикарными иллюстрациями и в великолепнейшем состоянии (покупала за сущие копейки), некоторые с библиотечными кармашками, милота такая.
А вы много на книги тратите? Есть у вас такая строка расходов?
Купила я 55 книг. Сколько потратила - не скажу. Страшно. В три раза больше, чем подписчики того самого блога. Апрель вышел не типично разорительным. Хотя я в целом веду бюджет и статья этих расходов у меня аккуратно считается.
Многие покупают распродажи на Озоне. Помните я рассказывала вам об этом? Сложно удержаться, когда книги по 120-180 руб, а дорогушник не дороже 350 за книгу. Там не грех и на вырост набрать, ибо стоимость книг сейчас реально пугает.
Я ещё покупаю разные книги на Авито бэушные, вот они как правило дорогие. Там редкости и интересности.
А пока покажу вам половинку своей стопочки. Остальное уже распределено по полочкам. Здесь 9 книг из архивов московской библиотеки большого формата, с шикарными иллюстрациями и в великолепнейшем состоянии (покупала за сущие копейки), некоторые с библиотечными кармашками, милота такая.
А вы много на книги тратите? Есть у вас такая строка расходов?
🤩7👍5🏆3❤1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
🔥5👏3
Анонсы ближайших обзоров. Будет и про детское, и про взрослое. Однако же, как мне кажется, несмотря на то, что здесь присутствует литература для детей, - абсолютно все это для взрослых.
🔥6❤4👍4
Тем более, что эта книга есть в свободной продаже на Озоне за непозволительно низкую цену.
Это редкая книга, я таких ещё не встречала и очень удивлена, что о ней не пишут книжные блогеры, не говорят психологи и другие ценители глубокого смысла и шедевральных иллюстраций. Эта книга детская по форме, но взрослая по переживанию. И я бы не бралась её читать ребёнку, здесь может быть тяжело именно из-за визуального ряда. А вот взрослому и особенно подростку она может попасть прямо в сердце.
Наткнулась я на неё самым обычным способом: взгляд, блуждающий по рекомендациям детской литературы на Озоне, вдруг зацепился за странную, совсем не детскую обложку. Я, как водится, пошла смотреть отзывы, листать развороты, читать описание и довольно быстро поняла, что это что-то невероятное.
Так ко мне и попал «Подснежник» издательства "Редкая птица"
И если уж я купилась сначала на картинку, с неё и начну.
Иллюстрации здесь — отдельное произведение искусства. Очень взрослые. Тревожные, густые, сложные, местами почти болезненные. Это совсем не та детская книга, где все милое и мультяшное. Здесь красота другая — тяжёлая, вязкая, метафоричная. Такая, которую хочется долго рассматривать и не всегда сразу удаётся переварить. Художница Эмма Вакарелова вообще работает не как человек, который “рисует для детей”, а как человек, который проживает историю через живопись. И это очень чувствуется.
Самое сильное, что она делает: Подснежник у неё — не просто цветок. Он почти ребёнок. Почти человек. С лицом, с уязвимостью, с внутренней жизнью. И из-за этого книга считывается совсем иначе. Ты смотришь уже не на растение, а на маленькое живое существо, которое идёт через грубый, тяжёлый, равнодушный мир.
Подснежник очень хочет расцвести. Просто быть собой. Дойти до света. Но на пути ему всё время кто-то встречается. И почти каждый хочет его оставить себе. Не обязательно из злобы. Скорее из своей тоски, дефицита, пустоты. Кто-то соблазняет, кто-то уговаривает, кто-то почти ласково удерживает. Все видят в нём красоту, живость, надежду и хотят присвоить себе, в поисках спасения. Как будто говорят: останься, побудь для меня, укрась мою жизнь, утешь меня собой.
Это интересно, ведь в жизни нас далеко не всегда сбивает с пути что-то страшное и откровенно разрушительное. Иногда нас удерживают очень мягко, очень по-человечески: чужой нуждой, чужой грустью, чужим одиночеством. И нужно много внутренней верности себе, чтобы не спутать сочувствие с отказом от собственного пути.
Подснежник в этой сказке как раз про это. Про то, что хрупкое — не значит слабое. Про то, что можно быть тонким, уязвимым, нежным — и при этом очень стойким. Про то, что идти к своему свету иногда приходится буквально вопреки всему. И не потому, что ты самый сильный, а потому, что ты очень точно знаешь, кто ты и зачем тебе туда.
Наверное, в этом и есть главный смысл книги: предназначение не требует разрешения. Свой путь нельзя выпросить, выторговать или подстроить под чужую пустоту. Его можно только узнать, выдержать и не предать. И тогда даже самая хрупкая жизнь оказывается сильнее всего, что пыталось её остановить.
И да, я очень рекомендую купить эту книгу в библиотеку — вообще независимо от того, есть у вас дети или нет. Как коллекционный объект, как красивую и необычную книгу, как вещь, к которой хочется возвращаться. Эти иллюстрации можно рассматривать долго. Они сложные, насыщенные, многослойные. Это предмет искусства.
#детское_чтение #недетские_книги #библиотерапия #редкая_птица @redkajaptitsa
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥6👍4👏3