Новый эпизод «Неловкой паузы» — про фильмы, которые мы любим смотреть во время зимних праздников.

Arzamas

Вы вот как считаете: «Крепкий орешек» — это рождественский фильм или нет? А если мы вам скажем, что жена Джона МакКлейна в каком-то смысле Скрудж из «Рождественской песни»?

В новой «Неловкой паузе» рассказываем, какие ленты смотрят на праздниках в Италии, Франции и Японии, что объединяет все рождественское кино и какой литературный источник можно взять за основу для фильмов о православном Рождестве.

Слушайте бесплатно у нас на сайте, в «Радио Arzamas», приложениях для подкастов или прямо в телеграме.

Jólabókaflóð — рождественский книжный потоп

В слове jólabókaflóð два корня, которые опознает тот, кто знает английский или немецкий: bók — «книга», flóð — «потоп». А вот исландское слово jól — «Рождество» — менее понятно: как и в других скандинавских языках, оно восходит к названию главного языческого зимнего праздника Йоля.

В Исландии очень любят читать и издают много книг — больше, чем где-либо в мире, если пересчитать на душу населения. Зимние праздники — время так называемого рождественского книжного потопа: абсолютное большинство людей покупают книги — как в подарок, так и себе. В прошлом году книжный каталог Ассоциации исландских издателей даже вышел с девизом: «Можете ли вы вообразить себе Рождество без книг?»

У Исландии богатая и живая литературная традиция. Древние тексты читают в школе, экранизируют, адаптируют: за почти тысячу лет язык изменился относительно мало и в основном в произношении, поэтому переводить с древ­неисландского на современный не нужно. Важно и то, что сочинение стихов в Исландии никогда не считалось элитарным занятием: стихи на случай или рассказы из жизни предков мог создать практически любой. Многие совре­менные исландцы не просто умеют «отличить ямб от хорея», но разби­раются в куда более тонких деталях. Современная исландская поэзия использует и средневековую манеру стихосложения, и классическую европейскую, привычную нашему уху, и свободный стих.

Сейчас в стране переводят много зарубежной литературы. Кроме того, многие исландцы читают и на других скандинавских языках, и на английском.

Слушайте и читайте об этом и других рождественских понятиях в нашем специализированном выпуске проекта «Слова культур».

Книжный магазин. Рейкьявик, 2010 год
Dammit Jack / CC BY-NC 2.0

В Древней Ирландии лосось был культовой рыбой, точнее даже культовым животным, которому поклонялись: считалось, что в мясе лосося содержится вековая мудрость.

Существует предание о том, что юный Финн, сын Кулла, случайно отведал кусочек лосося, который запекал на костре его учитель, сразу стал мудрецом и даже научился понимать язык животных. Другая легенда рассказывает об орехах мудрости, которые падают в священный источник в Ином мире — там их поедают лососи. А в «Книге захватов Ирландии», повествующей о древних племенах, заселявших остров, говорится, что Финтан, один из первых насельников острова, превратился в лосося и так спасся от потопа. Потом он возродился в человеческом облике и поведал о том, чему был свидетелем в древние времена.

Конечно же, связанные с лососем легенды не могут обойти и святого Патрика. В его житии рассказывается, что, придя на запад острова, он позвал рыбаков и велел ждать рыбу в устье реки. Все удивились, ведь время для нереста еще не пришло. Но, конечно, огромный лосось тут же появился, был пойман и торжественно вручен Патрику. Тот принял дар и благословил реку, в которой с тех пор лосось водился круглый год.

В древние времена лососину жарили на костре на открытом огне, добавляя в качестве консерванта мед, в котором, кстати, тушили и мясо. Позднее была освоена технология горячего и холодного копчения лосося, а также засаливания. К Рождеству рыбу ловили заранее, немного коптили, обмазывали солью, смешанной с маслом, и вывешивали на крыше. Так она доходила до готовности, а все соседи знали: в этом доме будет что есть на праздник.

В современной Ирландии копченый лосось остается одним из традиционных рождественских блюд. Его могут подавать на тарталетках в качестве закуски, и он же может быть основным блюдом рождественского ужина. Гости часто приносят с собой в качестве подарка копченого лосося в красивой коробке.

Что ставят на рождественский и новогодний стол в разных уголках земного шара? Слушайте аудиоцикл «Праздничные блюда».

В «Журнале» есть сокращенная текстовая версия материала.

Пир у правителя. Гравюра из книги «The Image of Irelande». 1581 год
Edinburgh University Library / Wikimedia Commons

Привет! Это Настя Муяссарова, я заведую соцсетями Arzamas. Сначала я подумала, что непременно возьму с собой на необитаемый остров томик стихов, потому что из всех видов искусства поэзия спасает меня лучше всего. Но я никак не могла принять решение: Блок? Айзенберг? Бродский? Эмили Дикинсон?! В общем, это невозможно. Когда-нибудь обязательно появится собранная мной антология стихов, и мы вернемся к этому разговору, а сейчас я остановлю свой выбор на «Если однажды зимней ночью путник» Итало Кальвино. И буду честна: я немножко схитрила (случайно написала «стихрила»).

В чем здесь уловка? Дело в том, что это много книг сразу и в то же время всего одна. Постмодернист Кальвино составил свое произведение из множества зачинов разных романов (все придумал сам), у которых нет продолжения, но есть взаимосвязь. И автор лихо жонглирует сюжетами и жанрами, создает десятки сценариев и сотни ролей и кружит-кружит-кружит тебя в своем танце — тебе некуда деваться, да ты и не хочешь. (Кальвино так играючи пишет, я ему всегда дико завидую, когда читаю.)

Конечно, у Кальвино есть более дорогие моему сердцу вещи, но «Путник» будет спасать на одиноком и пустом острове. В этой книге очень яркие, живые сценки и много страстей: если заскучаете по обстановке захолустного вокзальчика или прибрежного пансиона, то вот они, перед вами, со всеми своими запахами; если захочется будоражащей шпионской игры, антиутопии, любовного фатума, то и это здесь есть.

Я высоко ценю изобретательность и ментальную игру. Кальвино плетет один виток за другим не потому, что Шахрияр уготовил ему казнь по окончании сюжета. Он просто любит рассказывать истории и всегда находит оправдание, чтобы начать новую. Порой это даже приводит к раздражению, но никогда не навевает скуку.

А в сухом остатке это роман о Читателе, Читательнице, страсти к литературе, разнообразных началах и, конечно, о любви. Что может быть важнее любви? Да, даже на необитаемом острове.

А какую книгу взяли бы с собой Сергей Гандлевский, Армен Захарян, Алина Бодрова и другие гости подкаста «Остров сокровищ»? Можно узнать у нас на сайте и в приложении «Радио Arzamas».

Одесские корни, толстый Карлсон и частушки в миноре — в новом выпуске подкаста «Песня за песней»!

Филолог и бард Псой Короленко рассказывает о песне Джо Дассена «Siffler sur la colline». Почему в СССР название композиции перевели как «Песенка велосипедистов»? Как Дассен использует апокалиптические мотивы в своих песнях? И почему в советской повседневности огромное место занимает велосипед?

Слушайте выпуск бесплатно на нашем сайте и в приложении «Радио Arzamas».

Волшебная палочка, ящик Пандоры, ковер-самолет и другие предметы-помощники — в подкасте «Краткая история волшебных вещей».

В пяти выпусках фольклорист Эста Матвеева рассказывает о магических артефактах и эволюции их образов в мировой культуре:

1. Волшебная палочка

Символ власти и главный магический инструмент.

2. Предметы-невидимки

Мантии, шапки и кольца, которые дают человеку свободу.

3. Ковер-самолет

Волшебный транспорт как мечта о путешествии.

4. Магический меч

Атрибут великих королей и благородных рыцарей.

5. Ящик Пандоры

Сосуд, который стал символом бедствий и надежды.

Привет, это редактор Arzamas Наташа Фаликова. Я хочу немного схитрить и взять на необитаемый остров «‎В поисках утраченного времени» Марселя Пруста.

Почему «‎схитрить»? Потому что это не просто книжка, а целых семь томов — один из самых объемных классических романов, раза в два больше «‎Войны и мира». Надеюсь, хотя бы там у меня получится выделить на него достаточно времени, он явно неспроста так называется.

Вот еще два аргумента в пользу моего выбора:

1. Он поможет мне не сойти с ума от одиночества и тоски. Из-за проблем со здоровьем во время создания романа автору пришлось отказаться от когда-то частых встреч с людьми, сделав исключение только для самых близких. В результате 14 лет уединенной и ужасно интенсивной работы получился текст, который остроумно показывает и даже как будто дает пережить, насколько большое разочарование приносят стремление к славе, всепоглощающая влюбленность и прочие страсти. И тут же есть противоядие — никто лучше Пруста не подскажет, как заново обрести счастье через детские воспоминания и как ярко можно чувствовать каждый момент вполне повседневной жизни.

Так что, может, не так уж плохо посреди океана и без других людей. Всегда можно вспомнить что-то хорошее и вообще посмотреть на мир глазами художника.

2. Много бумаги — в хозяйстве пригодится.

А какую книгу взяли бы с собой Юрий Сапрыкин, Герман Лукомников, Екатерина Лямина и другие гости подкаста «Остров сокровищ»? Можно узнать у нас на сайте и в приложении «Радио Arzamas».

Главные события, герои и фильмы советского кинематографа в одной таблице.

А есть ли магистральный сюжет, проходящий через всю историю советского кино? Совсем скоро нам об этом расскажет Евгений Марголит — на бесплатном (!) курсе Arzroom «Советское кино: пробуждение героя от коллективного сна».

Вы узнаете:
— почему главные герои советского кино 1920-х годов словно спят;
— о чем мечтают молодые москвичи — герои оттепельного кино 1960-х годов;
— почему знаковым моментом в самых разных фильмах 1970-х становится танец без партнера.

В рамках курса пройдут три лекции и один семинар, их все можно прослушать бесплатно, если зарегистрироваться заранее.

Добившись огромного успеха своими монументальными полотнами, Питер Пауль Рубенс начинает получать многочисленные заказы. С 1611 по 1626 год художник создает десятки огромных картин для заказчиков из Фландрии, Германии и Северной Франции.

Как художнику это удалось? Он масштабирует работу, набирает несколько десятков помощников и создает в своей мастерской целую фабрику по производству шедевров.

О том, как художник организовал работу в мастерской, а также об удивительном увлечении Рубенса переписыванием чужих картин можно послушать в четвертой лекции курса искусствоведа Алексея Ларионова.

Привет, я Маша Касаткина, старший дизайнер Arzamas. На необитаемый остров я бы взяла с собой сборник народных сказок. Их можно читать бесконечно — анализировать и каждый раз находить что-то новое, даже если знаешь сюжет наизусть.

Ближе всего мне, конечно, русские сказки — из-за культурного кода. Я думаю, в одиночестве важно не только читать, но и думать, разгадывать, чувствовать, и, кажется, сказки для этого подходят лучше всего.

P. S. Как дизайнер я бы взяла «Кодекс Серафини», но это совсем другая история!

А какую книгу выбрали Андрей Зорин, Наталья Мавлевич, Ксения Прихотько, Евгения Лавут и другие гости подкаста «Остров сокровищ»? Можно узнать у нас на сайте и в приложении «Радио Arzamas».

Готовиться к трудовым будням не хочется, но придется! Предлагаем сделать это за прослушиванием лекций филолога Екатерины Ляминой о том, как трудились дворяне в первой половине XIX века — военные, чиновники, значительные лица и, конечно, люди искусства.

Почему на героинях картины Питера Пауля Рубенса современные одежды? Почему мертвое тело Христа как будто невесомо? И как Рубенс примирил пожелания заказчика с запретами Церкви? Искусствовед Алексей Ларионов подробно разбирает картину «Снятие с креста» в «Журнале». 

А про жизнь Рубенса, его творческий метод и коммерческий талант слушайте в курсе «Питер Пауль Рубенс. Часть 1. Гений, бизнесмен и интеллектуал».

Onze-Lieve-Vrouwekathedraal Antwerpen (Собор Антверпенской Богоматери) 
www.artinflanders.be / photo: Hugo Maertens

Привет! Меня зовут Миша Постников, я редактор соцсетей Arzamas и проекта «Личный XX век». На необитаемый остров я бы взял с собой поэму Венедикта Ерофеева «Москва — Петушки». У этого выбора есть несколько причин помимо моей фанатичной любви к фигуре Ерофеева, книге и общему петушковскому лору.

Причина первая: это короткая книга. На необитаемом острове явно будет много дел помимо чтения, а вот выучить текст и повторять его про себя можно будет достаточно быстро.

Причина вторая: текст ерофеевской поэмы состоит из огромного количества цитат, отсылок и руин мировой культуры, по которым можно было бы восстановить немного альтернативную историю этой культуры. И такая альтернатива, кажется, нравится мне больше.

Причина третья: поэма Ерофеева навсегда связана в моей памяти с днем, когда мы со школьными подругами поехали в Петушки, чтобы найти там закрытый музей, мороженое «Пижон» и очень маленький памятник Ленину. Один из самых счастливых дней в моей жизни.

А какую книгу взяли бы с собой Сергей Гандлевский, Армен Захарян, Алина Бодрова и другие гости подкаста «Остров сокровищ»? Можно узнать у нас на сайте и в приложении «Радио Arzamas».