Итальянский аристократ и дипломат Пьетро делла Валле очень любил путешествовать и привозил домой всё, что считал ценным или любопытным.

Благодаря ему в Европу попали первые клинописные надписи и первые длинношёрстные кошки. А в 1615 году он привёз два портрета, найденных в захоронениях египетского Мемфиса. Портреты, выполненные на деревянных досках в технике энкаустики, по сути своей, были погребальными масками и должны были закрывать лица мумий.

Несколькими веками позже британская археологическая экспедиция обнаружила множество подобных портретов в захоронениях священного для древних египтян региона Фаюм. Образцы этого уникального жанра египетского искусства I–III веков нашей эры объединили под общим названием «портреты фаюмских мумий», хотя позже подобные маски стали находить в погребальных комплексах по всему Египту.

Чем же уникальны фаюмские портреты, кроме специфического предназначения?

Тем, что они дают очень полную и яркую картину культурной жизни и торговых связей Египта первых веков новой эры.

На фаюмских портретах изображены самые разные люди – египтяне, греки, семиты, финикийцы, римляне.

Но портреты выполнены в стиле, присущем римской классической живописи, а причёски, одежда и украшения у них – «по римской моде».

При этом большинство надписей сделаны на греческом, да и использование энкаустики говорит о том, что художники были знакомы с живописными техниками античной Греции.

Но сами по себе портреты связаны исключительно с египетскими погребальными традициями: египтянам важно было сохранить тело и образ. Римляне и греки усопших обычно кремировали.

Всё это говорит о том, что Египет того времени был своеобразным плавильным котлом, где смешались греческая, римская и египетская культуры.

А использование при изготовлении портретов «импортных» материалов – испанского красного пигмента, индийского тёмно-синего красителя, досок из европейской липы – указывает на развитые торговые связи Египта.

Исследование портретов ведётся и сегодня: на помощь искусствоведам и историкам пришли новые технологии – инфракрасная рефлектография, исследования в ультрафиолетовом свете, рентгенография. И кто знает, какие ещё тайны откроют фаюмские мумии, какие истории они ещё расскажут...

В посте изображена женская мумия с портретом. Антинополь, Египет, II в.н.э. Место хранения: Лувр.

#Творческаяконвергенция
#ПлатформаХУДОЖНИКИ
#Фондкультурныхинициатив
#Грантдлякреативныхкоманд

Французский живописец Клод Моне был увлечённым садоводом. Правда, сажал он не картошку и не огурцы. Художник отдавал предпочтение цветам.

Моне жил в 80 километрах от Парижа в деревушке под названием Живерни. Здесь он владел примерно гектаром земли, прилегающим к его дому. Как только Моне поселился в деревне, он первым же делом вырубил существующую там аллею ёлок и кипарисов: они казались художнику слишком мрачными. Вместо них он высадил плетистые розы. И уже через несколько лет вместо тёмной подъездной аллеи к дому вёл тоннель из роз.

Участок перед домом, который было видно из окон, художник превратил в самую настоящую цветочную композицию, создав сложный орнамент из клумб.

Дни Моне проводил в своём саду, а по вечерам читал книги и журналы о садоводстве. Он также вёл оживлённую переписку с питомниками, делился с другими садоводами своим опытом, семенами и саженцами.

В 1883 году Моне решил расширить свой сад и купил болотистый участок, который располагался по соседству. Здесь художник первым делом создал пруд (не без помощи профессионалов, разумеется). В пруд он высадил нимфеи разных сортов, а берег засадил самыми разными деревьями. Эти деревья росли настолько плотно, что попасть в «водный» сад Моне можно было только по тоннелю, проложенному под дорогой.

Через ручей и пруд, находившиеся в потайном саду, Моне проложил сразу несколько мостов. Самым красивым и самым знаменитым из них был увитый глицинией мост в японском стиле.

Художник невероятно любил этот сад и постоянно в него заглядывал. Иногда – чтобы подумать о жизни, а иногда чтобы поработать. На многих его известных картинах можно увидеть уголки любимого сада.

Моне, в отличие от многих своих коллег по цеху, прожил долгую и счастливую жизнь. У него была любимая работа и любимое хобби, благодаря которому сегодня мы знаем его не только как великого художника, но и как самого настоящего мастера ландшафтного дизайна.

#Хобби
#ПлатформаХУДОЖНИКИ
#Фондкультурныхинициатив
#Грантдлякреативныхкоманд

Итальянский художник Марио Мерц черпал вдохновение из необычных вещей.

В 1967 году он объединился с другими художниками в группу под названием Arte Povera (бедное искусство), которая со временем выросла в самое настоящее художественное течение. Главной тематикой группы был антиэлитаризм. Члены «Арте поверы» создавали свои произведения искусства из бросовых и общедоступных материалов. Это выставлялось как полномасштабный протест против индустриализации и потребительского капитализма.

В частности, Мерц нашёл свой фирменный мотив в иглу – аутентичном жилище эскимосов. Он создавал свои иглу из арматурной сетки и обтягивал их кожей, газетами, глиной, воском, грязью, стеклом – то есть всем, что попадалось художнику под руку. Такие иглу символизировали тяжёлый быт кочевников в условиях резких культурных перемен.

Зачастую Мерц выкладывал из неона фразы с политическим или литературным контекстом. Один из самых известных примеров – это иглу Гиапа, в котором была выложена фраза вьетнамского генерала Ву Нгуена Гиапа:

«Если враг собирает силы, он теряет землю; если он рассеивается, он теряет силу».

Таким образом художник на примере иглу показал противоречивость этой фразы, ведь кочевники всегда находятся в движении, а иглу остаются неизменными.

Довольно часто Мерц использовал для своих иглу материалы из тех мест, где проходили его выставки. Так, в Австралии он построил иглу из листьев эвкалипта.

Есть легенда, что в свободное от работы время художник увлекался сбором миниатюрных моделей кораблей и самолётов из подручных материалов. Это помогало ему в работе, ведь таким образом он мог открывать для себя новые материалы для своих любимых иглу, а заодно и прослеживать, как разные материалы сочетаются друг с другом.

Со временем иглу становились всё сложнее и сложнее. Например, одна из поздних работ Мерца для музея Гуггенхайма – это трёхчастное иглу. Верхний слой был выполнен из стекла и открывал миру два иглу поменьше – одно из дерева, а второе из каучука. Сам Мерц считал, что его иглу воплощают одновременно красоту и насилие.

Работа выставлялась на выставке «Арте повера»

#Творческаяконвергенция
#ПлатформаХУДОЖНИКИ
#Фондкультурныхинициатив
#Грантдлякреативныхкоманд

В 1960-х годах знаменитый каталонский художник Сальвадор Дали часто гулял по Фигейросу вместе со своим домашним оцелотом по кличке Бабу.

Однажды, когда Дали пришёл с оцелотом в ресторан, посетительница, сидевшая за соседним столиком, высказала сомнения – насколько это безопасно ходить в ресторан с диким животным. Дали не моргнув глазом ответил, что это обычная домашняя кошка, которую он покрасил.

В 1969 в СМИ была растиражирована фотография, на которой художник выходит из парижского метро с поводком в руке. Но вот держит он на поводке не собаку и даже не оцелота, а самого настоящего гигантского муравьеда, которые обитают в Центральной и Южной Америке, а никак не в Европе. Пресса сразу же раструбила на весь город, что Сальвадор Дали завёл себе новое экзотическое животное.

Чуть позже выяснилось, что журналисты стали жертвами розыгрыша. Дали не заводил муравьеда, он всего лишь одолжил его у Парижского зоопарка для фотосессии.

Есть две версии, почему Сальвадор Дали решил погулять с муравьедом.

Согласно первой версии, Дали попросту любил розыгрыши и это был один из них. К тому же быть в центре внимания – это хороший пиар.

Вторая версия куда более интересная. Друг Дали и основатель сюрреализма Андре Бретон имел ласковое прозвище Муравьед. У него даже было стихотворение, которое называлось «После гигантского муравьеда». Вполне вероятно, что таким образом Дали отдал некую дань уважения своему коллеге по цеху.

Чуть позже, в 1971 году, Сальвадор Дали пришёл вместе с муравьедом на американское ток-шоу «Шоу Дика Каветта». Когда у Дали спросили, чем же ему так нравятся муравьеды, художник немного задумался и ответил, что они напоминают ему ангелочков.

#Хобби
#ПлатформаХУДОЖНИКИ
#Фондкультурныхинициатив
#Грантдлякреативныхкоманд

Русский живописец Ефим Михайлович Чепцов родился в деревне Медвенки Курской губернии, но известность получил благодаря своим совершенно невероятным итальянским пейзажам.

Отец Чепцова был иконописцем, Ефим с детства ему помогал и, конечно же, пошёл по стопам отца. Он обучался мастерству сначала в рисовальной школе при Киево-Печерской лавре, затем – в мастерской Марии Тенишевой. Потом с отличием окончил Петербургскую академию художеств и в качестве признания его таланта получил право на зарубежную командировку.

Это был не первый выезд Чепцова за границу. Ещё до своего обучения в Академии он в составе группы учеников под руководством профессора Преображенского ездил во Флоренцию и помогал там расписывать православную церковь.

Зарубежная работа Чепцова началась в Париже, продолжилась на острове Капри (кстати, там он познакомился с Максимом Горьким).

В Италии Чепцов работал над простыми жанровыми сюжетами. Это были пейзажи и сцены из повседневной жизни. Современники считали такие картины не слишком ценными, потому что в них не было никакой Мысли (именно так, с большой буквы). Зато был яркий колорит, были персонажи, не похожие на театральных актёров в застывших позах.

В 1914 году художник вернулся в Россию. Он поселился в Петербурге, но каждое лето неизменно приезжал в родную Медвенку, чтобы работать над своими этюдами и зарисовками. Уже в Советском Союзе он стал признанным мастером в жанрах пейзажа и бытовой картины.

В очаровании его картин не было никакого секрета. Ведь даже работая в Италии и рисуя итальянские пейзажи и жителей небольших городов, он ни на секунду не забывал свою родину и вовсю пользовался советом Репина: «Не пишите Италию, пишите Курскую губернию». И Чепцов смог найти эту самую Курскую губернию в Италии.

Сегодня работы художника хранятся в Государственном Русском музее, Государственной Третьяковской галерее, региональных музеях и частных собраниях.

В посте изображена картина Ефима Михайловича Чепцова «Итальянский мотив». На данный момент картина хранится в Курской картинной галерее им. А.А. Дейнеки.

#Творческаяконвергенция
#ПлатформаХУДОЖНИКИ
#Фондкультурныхинициатив
#Грантдлякреативныхкоманд