«Оплакивание Христа» – фреска падуанской Капеллы Скровеньи – один из главных шедевров Джотто ди Бондоне. Преодолев византийский канон, его «Оплакивание» открыло для искусства множество неизведанных приёмов и новых возможностей. «Пьета» (греческое слово, обозначающее оплакивание) совсем скоро станет очень востребованным сюжетом итальянской живописи. И произойдёт это не без влияния работы Джотто, сконцентировавшей в себе множество новаторских находок.
В чём же заключены его художественные открытия?
Во-первых, в повествовательности. Мы видим, что Джотто воспринимает «Оплакивание Христа» не как готовую иконописную формулу. Напротив, ему интересно рассказать зрителю эту историю заново – так, как это до него не делал никто. Джотто откровенно увлечён драматургией. Ему важно показать эмоциональный смысл происходящего, то, как по-разному выражают свою печаль герои евангельских событий. Молчалива и неизбывно глубока скорбь Девы Марии. Женщины заламывают руки в отчаянии и тоске. Мария Магдалина плачет у ног Христа. Стоически переносят скорбь Никодим и Иосиф Аримафеский. А широко разведённые в стороны руки Иоанна Богослова, любимого ученика Спасителя, одновременно напоминают о распятии и о чём-то птичьем (орёл символизирует этого апостола в религиозной литературе).
Однако персонажи Джотто в «Оплакивании» – не эмблемы и не статисты. Они все по-разному вовлечены в происходящее действие, а их жесты и позы (подмеченные Джотто довольно точно и переданные с небывалой для начала XIV века реалистичностью и вместе с тем напоминающие о героях греческой трагедии, которые в порыве страстей воздымают руки вверх или закрывают ими лицо) складываются в единый эмоциональный фон. В византийской живописи позы и жесты имели символический смысл, но отныне живопись будет использовать их для выражения чувств. У Джотто не только люди, но даже ангелы теряют иконописную статичность и начинают демонстрировать эмоции.
Второе открытие Джотто следует из предыдущего. Оно заключается в том, что живопись перестаёт быть простой иллюстрацией библейского текста и приобретает самостоятельную ценность. Сакральный сюжет становится интересен художнику не только сам по себе, но и с точки зрения раскрытия новых пространственных возможностей, неожиданных композиционных решений. К примеру, что получится, если, сместить смысловой центр картины подальше от её центра геометрического? «Оплакивание» успешно решает эту творческую задачу. Смысловым центром здесь, безусловно, являются сближенные лица Христа и Девы Марии, вынесенные в левый нижний угол.
Вообще, две головы, расположенных вплотную друг к другу, – излюбленный приём Джотто. Художник умеет извлекать из него психологические и эмоциональные эффекты. Достаточно вспомнить поставленных нос к носу Искариота и Христа в «Предательстве Иуды». Но там два лица, сосредоточивающих на себе всё внимание зрителя, располагаются в пространственном центре фрески. В «Оплакивании» же смысловой центр сильно смещён, намеренно сдвинут. Но посмотрите, как мастерски Джотто направляет к нему взгляд зрителя: именно туда устремляются наши глаза, скользя вниз по диагонали скалы, ярким контрастом отодвигающей небо. Именно туда, в нижний левый угол, подобно радиусам невидимой окружности, направлены взгляды и парящих в небе ангелов, и склонившихся вокруг тела Христа людей. Композиция приобретает необычайную продуманность и стройность.
Конечно, в ретроспективе, после всех «Оплакиваний» итальянцев, испанцев и нидерландцев, написанных в эпохи Возрождения и барокко, фреска Джотто может показаться бесконечно наивной. Но она намечает путь всего дальнейшего европейского искусства.
Автор текста: Анна Вчерашняя
В чём же заключены его художественные открытия?
Во-первых, в повествовательности. Мы видим, что Джотто воспринимает «Оплакивание Христа» не как готовую иконописную формулу. Напротив, ему интересно рассказать зрителю эту историю заново – так, как это до него не делал никто. Джотто откровенно увлечён драматургией. Ему важно показать эмоциональный смысл происходящего, то, как по-разному выражают свою печаль герои евангельских событий. Молчалива и неизбывно глубока скорбь Девы Марии. Женщины заламывают руки в отчаянии и тоске. Мария Магдалина плачет у ног Христа. Стоически переносят скорбь Никодим и Иосиф Аримафеский. А широко разведённые в стороны руки Иоанна Богослова, любимого ученика Спасителя, одновременно напоминают о распятии и о чём-то птичьем (орёл символизирует этого апостола в религиозной литературе).
Однако персонажи Джотто в «Оплакивании» – не эмблемы и не статисты. Они все по-разному вовлечены в происходящее действие, а их жесты и позы (подмеченные Джотто довольно точно и переданные с небывалой для начала XIV века реалистичностью и вместе с тем напоминающие о героях греческой трагедии, которые в порыве страстей воздымают руки вверх или закрывают ими лицо) складываются в единый эмоциональный фон. В византийской живописи позы и жесты имели символический смысл, но отныне живопись будет использовать их для выражения чувств. У Джотто не только люди, но даже ангелы теряют иконописную статичность и начинают демонстрировать эмоции.
Второе открытие Джотто следует из предыдущего. Оно заключается в том, что живопись перестаёт быть простой иллюстрацией библейского текста и приобретает самостоятельную ценность. Сакральный сюжет становится интересен художнику не только сам по себе, но и с точки зрения раскрытия новых пространственных возможностей, неожиданных композиционных решений. К примеру, что получится, если, сместить смысловой центр картины подальше от её центра геометрического? «Оплакивание» успешно решает эту творческую задачу. Смысловым центром здесь, безусловно, являются сближенные лица Христа и Девы Марии, вынесенные в левый нижний угол.
Вообще, две головы, расположенных вплотную друг к другу, – излюбленный приём Джотто. Художник умеет извлекать из него психологические и эмоциональные эффекты. Достаточно вспомнить поставленных нос к носу Искариота и Христа в «Предательстве Иуды». Но там два лица, сосредоточивающих на себе всё внимание зрителя, располагаются в пространственном центре фрески. В «Оплакивании» же смысловой центр сильно смещён, намеренно сдвинут. Но посмотрите, как мастерски Джотто направляет к нему взгляд зрителя: именно туда устремляются наши глаза, скользя вниз по диагонали скалы, ярким контрастом отодвигающей небо. Именно туда, в нижний левый угол, подобно радиусам невидимой окружности, направлены взгляды и парящих в небе ангелов, и склонившихся вокруг тела Христа людей. Композиция приобретает необычайную продуманность и стройность.
Конечно, в ретроспективе, после всех «Оплакиваний» итальянцев, испанцев и нидерландцев, написанных в эпохи Возрождения и барокко, фреска Джотто может показаться бесконечно наивной. Но она намечает путь всего дальнейшего европейского искусства.
Автор текста: Анна Вчерашняя
Artchive
Пьета (Оплакивание Христа)
Пьета (Оплакивание Христа). Подробности читайте в Артхиве.
Ожесточенная критика, болезни, политические и природные катаклизмы, эпизоды, когда кажется, что весь мир идет на тебя войной. Эти художники не сломались, они выстояли, они это преодолели. Трудности их закалили. А нас их истории могут успокоить. Ободрить. Или даже вдохновить.
Arthive
They overcome: painters hardened by adversity
Among famous artists, you can find many characters with difficult fates. Fierce criticism, illness, political and natural disasters, episodes when the whole world seems to lead war against you. They did not break, they...
Над кем смеёмся? Над собой смеёмся:)
Если тоже любите и практикуете - вот тут у нас коллекция ссылок, по которым можно бесплатно скачать прикольные раскраски.
Если тоже любите и практикуете - вот тут у нас коллекция ссылок, по которым можно бесплатно скачать прикольные раскраски.
#весну_не_могут_отменить
Николай Богданов-Бельский. Пасхальный натюрморт. Начало XX века. Холст, масло. 88×71 см. Частная коллекция
Николай Богданов-Бельский. Пасхальный натюрморт. Начало XX века. Холст, масло. 88×71 см. Частная коллекция
#весну_не_могут_отменить
Балтазар ван дер Аст. Бабочка и ветка цветущей яблони (фрагмент). 1635. Берлинская картинная галерея
Балтазар ван дер Аст. Бабочка и ветка цветущей яблони (фрагмент). 1635. Берлинская картинная галерея
Сериал «Леонардо» начали снимать только в конце прошлого года, но поклонникам итальянского художника да Вични и ирландского актёра Эйдана Тёрнера, которому досталась заглавная роль, уже доступны первые кадры из него. Тёрнер прославился появлением в сериале «Полдрак» и ролью гнома Кили в трилогии «Хоббит». Но особенно интересно, что актёр не впервые оказывается в проектах, посвящённых знаменитым художникам. Если в анимационном фильме о Ван Гоге «С любовь, Винсент» Тёрнер всего лишь озвучил лодочника, то в сериале «Отчаянные романтики» (2009), посвящённом художникам-прерафаэлитам, он сыграл одного из основателей Братства прерафаэлитов — Данте Габриэля Россетти.
Arthive
Первые кадры из сериала "Леонардо": ирландец Эйдан Тёрнер в роли итальянца да Винчи
Сериал "Леонардо" начали снимать только в конце прошлого года, но поклонникам итальянского художника да Вични и ирландского актёра Эйдана Тёрнера, которому досталась заглавная роль, уже доступны первые кадры из него...
Воскресный дайджест. Самые интересные материалы, вышедшие в Артхиве на этой неделе:
1. История о шести жёнах английского короля Генриха VIII, проиллюстрированная живописными портретами и кадрами из кино.
2. Вдохновляющие истории художников, которые сумели преодолеть болезни, политические и природные катаклизмы, жестокую критику, которых невзгоды закалили.
3. История любви художника Михаила Врубеля и певицы Надежды Забелы – в новом выпуске подкаста Артхива.
4. Неуловимый Бэнкси показал, что бывает, если уличного художника запереть на карантин.
5. А создатели сериала «Леонардо» показали первые кадры с актёром Эйданом Тёрнером в роли да Винчи.
6. Новые статьи в Энциклопедии Артхива рассказывают о таких направлениях в живописи, как эстетизм и кубофутуризм.
Приятного чтения!
1. История о шести жёнах английского короля Генриха VIII, проиллюстрированная живописными портретами и кадрами из кино.
2. Вдохновляющие истории художников, которые сумели преодолеть болезни, политические и природные катаклизмы, жестокую критику, которых невзгоды закалили.
3. История любви художника Михаила Врубеля и певицы Надежды Забелы – в новом выпуске подкаста Артхива.
4. Неуловимый Бэнкси показал, что бывает, если уличного художника запереть на карантин.
5. А создатели сериала «Леонардо» показали первые кадры с актёром Эйданом Тёрнером в роли да Винчи.
6. Новые статьи в Энциклопедии Артхива рассказывают о таких направлениях в живописи, как эстетизм и кубофутуризм.
Приятного чтения!
Arthive
History in paintings - King Henry VIII and his six wives
The history of the relationship between King Henry VIII and his 6 wives in the paintings by the most famous painters.
#весну_не_могут_отменить
Адриана Джоанна Хаанен (1814-1895, Нидерланды). Натюрморт с розами и яблоневым цветом. Масло, дерево. 44х34 см. Частная коллекция
Адриана Джоанна Хаанен (1814-1895, Нидерланды). Натюрморт с розами и яблоневым цветом. Масло, дерево. 44х34 см. Частная коллекция
Кто написал картину с куском мыла и мыльной пеной, которые вы видели в предыдущем посте?
Anonymous Quiz
38%
Борис Кустодиев
5%
Фирс Журавлёв
8%
Доминик Энгр
7%
Жан-Леон Жером
5%
Андерс Цорн
36%
Зинаида Серебрякова
В 2015 году в Музее истории искусств в Вене прошла выставка, на которой демонстрировался только один портрет – «Шубка» Питера Пауля Рубенса. Картину просветили рентгеновскими лучами и увидели совсем другой фон, который позднее был переписан самим художником. Но картина достойна отдельной выставки, даже если бы пытливые ученые не нашли в ней никаких секретов, кроме очевидного – это работа страстно влюбленного и восхищенно любующегося художника.
Елене Фоурман было 16, когда она вышла замуж за 53-летнего Рубенса, дипломата, дворянина одновременно испанского и фламандского, самого знаменитого художника страны. Она была дочерью торговца коврами и шпалерами, кроме нее в семье было еще 10 детей, за ней не давали большого приданого, но она была молода и прекрасна. В богинях, грациях и нимфах Рубенс до сих пор только предсказывал себе образ Елены, наделяя всех этих мифических женщин ее еще не встреченными чертами. Теперь этот образ получил живое воплощение – нежное, добродетельное, сияющее.
Елена появляется в жизни Рубенса в то время, когда он уже научился писать женщин. В его ню нет пошлости и вызова, его женщины сияют светом тонкой кожи, через которую светятся синеватые вены. Глядя на одну из его обнаженных красавиц, восхищенный Гвидо Рени однажды сказал, что, должно быть, фламандец подмешивает настоящую кровь в свои краски – настолько изображенные тела полны жизни.
Рубенс был влюблен без памяти, он так спешил жениться, что послал эрцгерцогине Изабелле запрос провести обряд венчания в католический пост. Питер Пауль напишет другу: «Я взял молодую жену, дочь честных горожан, хотя меня со всех сторон старались убедить сделать выбор при дворе; но я испугался обычной для знати дурной черты – гордости, в особенности сильной у женского пола. Я хотел иметь жену, которая не краснела бы, видя, что я берусь за кисти». Он не просто отказывается искать счастья при дворе, он уйдет оттуда навсегда – пользуясь своей необъяснимой способностью оставаться любимчиком королей, выдвигая им собственные условия жизни и работы. Он уходит с дипломатической службы, поселяется в загородном замке, задаривает молодую жену драгоценностями и пышными нарядами, а еще бесконечно пишет ее портреты.
«Шубка» - самый интимный и игривый, Рубенс писал его в свое удовольствие и завещал после своей смерти Елене. Сначала он пишет поясной портрет, в котором отвешивает поклон в сторону тициановской «Девушки в меховой накидке». Потом добавляет к основной доске еще одну – и доставляет сам себе счастье написать Елену в полный рост.
Елена Фоурман была признанной красавицей, а Рубенс слишком образованным и мудрым мужем, чтобы запереть молодую жену в стенах загородного дома. Он пишет ее щедро и настойчиво: в образе Венеры в полотне «Суд Париса», в образе Вирсавии и одной из «Трех граций». Он без малейших сомнений спорит с заказчиком, между прочим, королем Испании, когда тому вдруг покажется слишком вызывающей нагота богинь в «Суде Париса». Рубенс уверен – это самое лучшее, что есть в его картине. Как и Елена Фоурман – лучшее, что есть в его жизни.
Автор текста: Анна Сидельникова
Елене Фоурман было 16, когда она вышла замуж за 53-летнего Рубенса, дипломата, дворянина одновременно испанского и фламандского, самого знаменитого художника страны. Она была дочерью торговца коврами и шпалерами, кроме нее в семье было еще 10 детей, за ней не давали большого приданого, но она была молода и прекрасна. В богинях, грациях и нимфах Рубенс до сих пор только предсказывал себе образ Елены, наделяя всех этих мифических женщин ее еще не встреченными чертами. Теперь этот образ получил живое воплощение – нежное, добродетельное, сияющее.
Елена появляется в жизни Рубенса в то время, когда он уже научился писать женщин. В его ню нет пошлости и вызова, его женщины сияют светом тонкой кожи, через которую светятся синеватые вены. Глядя на одну из его обнаженных красавиц, восхищенный Гвидо Рени однажды сказал, что, должно быть, фламандец подмешивает настоящую кровь в свои краски – настолько изображенные тела полны жизни.
Рубенс был влюблен без памяти, он так спешил жениться, что послал эрцгерцогине Изабелле запрос провести обряд венчания в католический пост. Питер Пауль напишет другу: «Я взял молодую жену, дочь честных горожан, хотя меня со всех сторон старались убедить сделать выбор при дворе; но я испугался обычной для знати дурной черты – гордости, в особенности сильной у женского пола. Я хотел иметь жену, которая не краснела бы, видя, что я берусь за кисти». Он не просто отказывается искать счастья при дворе, он уйдет оттуда навсегда – пользуясь своей необъяснимой способностью оставаться любимчиком королей, выдвигая им собственные условия жизни и работы. Он уходит с дипломатической службы, поселяется в загородном замке, задаривает молодую жену драгоценностями и пышными нарядами, а еще бесконечно пишет ее портреты.
«Шубка» - самый интимный и игривый, Рубенс писал его в свое удовольствие и завещал после своей смерти Елене. Сначала он пишет поясной портрет, в котором отвешивает поклон в сторону тициановской «Девушки в меховой накидке». Потом добавляет к основной доске еще одну – и доставляет сам себе счастье написать Елену в полный рост.
Елена Фоурман была признанной красавицей, а Рубенс слишком образованным и мудрым мужем, чтобы запереть молодую жену в стенах загородного дома. Он пишет ее щедро и настойчиво: в образе Венеры в полотне «Суд Париса», в образе Вирсавии и одной из «Трех граций». Он без малейших сомнений спорит с заказчиком, между прочим, королем Испании, когда тому вдруг покажется слишком вызывающей нагота богинь в «Суде Париса». Рубенс уверен – это самое лучшее, что есть в его картине. Как и Елена Фоурман – лучшее, что есть в его жизни.
Автор текста: Анна Сидельникова
Arthive
Rubens and big secrets of his Little Fur Coat
On top of the latest technology, the researchers of Old Masters make amazing discoveries. The famous portrait by Rubens, which depicts the artist’s second wife, Helena Fourment (1614—1673), presented another surprise to...
И в продолжение темы - видео Артхива:)
YouTube
Женщины Рубенса: красота по-фламандски
Всю жизнь великий Рубенс писал пышнотелых красавиц, а в 53 года встретил живое воплощение своих фантазий и грёз...
Тест на знание рубенсовских красавиц: https://artchive.ru/tests/test:49
Биография Рубенса в Артхиве: https://artchive.ru/artists/321
Тест на знание рубенсовских красавиц: https://artchive.ru/tests/test:49
Биография Рубенса в Артхиве: https://artchive.ru/artists/321
Правильный ответ на вчерашнюю загадку
Это было мыло с картины Бориса Кустодиева «Русская Венера» (1926, холст, масло; Нижегородский государственный художественный музей).
Художнику позировала его дочь Ирина. Кустодиев объяснял, что поместил свою Венеру в баню (а не на шёлковые простыни, например), потому что именно в бане «обнаженность целомудренной русской женщины естественна, закономерна». Ирине в этот момент было уже 20 лет. Так что ничего скандального. Но кое-что интересное есть!
«Русская Венера» написана на обратной стороне картины «На террасе», на которой Кустодиев в 1906-м изобразил свою семью: и там тоже изображена его дочка Ирина – совсем крошечная.
Это было мыло с картины Бориса Кустодиева «Русская Венера» (1926, холст, масло; Нижегородский государственный художественный музей).
Художнику позировала его дочь Ирина. Кустодиев объяснял, что поместил свою Венеру в баню (а не на шёлковые простыни, например), потому что именно в бане «обнаженность целомудренной русской женщины естественна, закономерна». Ирине в этот момент было уже 20 лет. Так что ничего скандального. Но кое-что интересное есть!
«Русская Венера» написана на обратной стороне картины «На террасе», на которой Кустодиев в 1906-м изобразил свою семью: и там тоже изображена его дочка Ирина – совсем крошечная.
Вообще, у всех художников, чьи имена были среди вариантов ответа на загадку о мыле⬆️, есть картины, изображающие сцены в бане. Но многих запутала именно Зинаида Серебрякова. Действительно, у неё на картине имеется похожий кусок мыла (в нижнем левом углу полотна).
Зинаида Серебрякова. Баня. 1913. Холст, масло. 135 x 174 см. Русский музей
Зинаида Серебрякова. Баня. 1913. Холст, масло. 135 x 174 см. Русский музей
Тюльпаны шотландского художника Сэмюэля Пепло (Samuel John Peploe, 1871 - 1935).
Подборка картин с тюльпанами в Артхиве
Подборка картин с тюльпанами в Артхиве