Поклонение вохвов. Мозаика в Сант-Аполлинаре-Нуово, Равенна, VI век.
Кто такие волхвы? Почему их принято изображать богато и вычурно одетыми? Какие подарки они принесли Младенцу Иисусу и другие вопросы (с ответами!), которые помогут вам лучше понимать картины о поклонении волхвов.
Кто такие волхвы? Почему их принято изображать богато и вычурно одетыми? Какие подарки они принесли Младенцу Иисусу и другие вопросы (с ответами!), которые помогут вам лучше понимать картины о поклонении волхвов.
Жорж де Латур. Новорожденный (Рождество). 1648. Холст, масло. 76×91 см. Музей изящных искусств, Ренн
⬇️
⬇️
Ни об одной из работ Жоржа де Латура не было сказано столько восхищенных слов, как о «Новорожденном». Написанная в середине XVII века, картина не нашла особого отклика у современников, однако век XIX вознёс её выше, чем на это мог рассчитывать Латур. Первым в XIX веке о картине восторженно написал позитивист Ипполит Тэн, причем имя автора «Новорожденного» было ему не известно – Тэн полагал, что полотно принадлежит кому-то из малоизвестных голландцев. И это тот редчайший случай, когда не картина воспринимается через призму славы художника, а наоборот: со славы картины начинается постепенное возвращение к зрителям имени и славы почти забытого автора.
Лотарингский мастер XVII столетия, Жорж де Латур был совершенно забыт уже в следующем веке и, кто знает: если бы не то неизгладимое впечатление, которое производит его анонимная до XIX века картина «Новорожденный», возможно, имя Латура так и не было бы возвращено потомству, а сам мастер не стал бы одним из самых желанных и дорогих художников на аукционах ХХ и ХХI века.
Прямо напротив зрителя, опустив глаза долу, сидит трогательная молодая женщина с новорожденным младенцем на коленях. Мы видим, с каким мастерством написаны её руки и по расположению пальцев понимаем, как именно она держит ребёнка – совсем неумело и в то же время бережно, словно бесценную реликвию. На её неправильном и нежном лице читается величайшее изумление от только что свершившегося факта: родился человек.
Сидящая слева пожилая женщина (возможно, мать молодой или повитуха) смотрит на роженицу и младенца с выражением сдержанной, мудрой усталости. Её жест можно истолковать двояко. С одной стороны, она прикрывает рукой свечу – чтобы её не задуло сквозняком или чтобы близкий свет не слепил глаза. С другой, именно так выглядит в религиозной живописи жест благословения.
«Новорожденный» Латура написан на стыке жанровой и религиозной живописи. Многие исследователи усматривают в бытовой сцене библейский план, отождествляя изображенных женщин с Девой Марией и её матерью, святой праведной Анной. В самом новорожденном видели нетривиальное и сильно отличающееся от любых канонов изображение младенца Христа, отсюда второе название картины – «Рождество». Как бы то ни было, созерцание «Новорожденного» создаёт ощущение величайшей внутренней тишины. Мир словно замер от факта того, что только что свершилось. Если согласиться, что перед нами библейская сцена, придётся признать: Латур достиг величайшей выразительности, обойдясь без ангелов, нимбов и золотого сияния. Что греха таить, многие канонические изображения Рождества ласкают глаз живописным совершенством, но не находят эмоционального отклика. Напротив, картина Латура заставляет сердце замереть. «Это какой-то насильственный шарм, завораживающий и пленящий», – признавался в неотразимом воздействии «Новорожденного» Эмиль Золя.
Невероятен, особенно для XVII века, реализм изображения младенца. Не «маленький старец» со средневековых икон, не упитанный ангелочек-путти с картин эпохи Возрождения – перед нами именно новорожденный, изображённый в профиль. У него характерные слегка припухшие веки (результат прохождения родовых путей), вздернутый нос и приподнятая верхняя губа – так природа физиологически приспосабливает младенцев для кормления грудью. Латур сам был отцом десяти детей и, конечно, не мог этого не знать. Но знать и видеть – одно, а настолько допустить физиологию в искусство – это было и смело, и ново.
Автор: Анна Вчерашняя
Лотарингский мастер XVII столетия, Жорж де Латур был совершенно забыт уже в следующем веке и, кто знает: если бы не то неизгладимое впечатление, которое производит его анонимная до XIX века картина «Новорожденный», возможно, имя Латура так и не было бы возвращено потомству, а сам мастер не стал бы одним из самых желанных и дорогих художников на аукционах ХХ и ХХI века.
Прямо напротив зрителя, опустив глаза долу, сидит трогательная молодая женщина с новорожденным младенцем на коленях. Мы видим, с каким мастерством написаны её руки и по расположению пальцев понимаем, как именно она держит ребёнка – совсем неумело и в то же время бережно, словно бесценную реликвию. На её неправильном и нежном лице читается величайшее изумление от только что свершившегося факта: родился человек.
Сидящая слева пожилая женщина (возможно, мать молодой или повитуха) смотрит на роженицу и младенца с выражением сдержанной, мудрой усталости. Её жест можно истолковать двояко. С одной стороны, она прикрывает рукой свечу – чтобы её не задуло сквозняком или чтобы близкий свет не слепил глаза. С другой, именно так выглядит в религиозной живописи жест благословения.
«Новорожденный» Латура написан на стыке жанровой и религиозной живописи. Многие исследователи усматривают в бытовой сцене библейский план, отождествляя изображенных женщин с Девой Марией и её матерью, святой праведной Анной. В самом новорожденном видели нетривиальное и сильно отличающееся от любых канонов изображение младенца Христа, отсюда второе название картины – «Рождество». Как бы то ни было, созерцание «Новорожденного» создаёт ощущение величайшей внутренней тишины. Мир словно замер от факта того, что только что свершилось. Если согласиться, что перед нами библейская сцена, придётся признать: Латур достиг величайшей выразительности, обойдясь без ангелов, нимбов и золотого сияния. Что греха таить, многие канонические изображения Рождества ласкают глаз живописным совершенством, но не находят эмоционального отклика. Напротив, картина Латура заставляет сердце замереть. «Это какой-то насильственный шарм, завораживающий и пленящий», – признавался в неотразимом воздействии «Новорожденного» Эмиль Золя.
Невероятен, особенно для XVII века, реализм изображения младенца. Не «маленький старец» со средневековых икон, не упитанный ангелочек-путти с картин эпохи Возрождения – перед нами именно новорожденный, изображённый в профиль. У него характерные слегка припухшие веки (результат прохождения родовых путей), вздернутый нос и приподнятая верхняя губа – так природа физиологически приспосабливает младенцев для кормления грудью. Латур сам был отцом десяти детей и, конечно, не мог этого не знать. Но знать и видеть – одно, а настолько допустить физиологию в искусство – это было и смело, и ново.
Автор: Анна Вчерашняя
Анри Матисс. Девушка с чёрной кошкой (Портрет Маргариты). 1910. Частная коллекция
Эта картина с кошкой будет представлена на грандиозной выставке Матисса (крупнейшей за последние полвека!), которая откроется этой весной в Центре Помпиду в Париже.
А здесь найдёте гораздо более известную "картину Матисса" с кошкой и аквариумом, которая никогда не появится на выставках Матисса:)
Эта картина с кошкой будет представлена на грандиозной выставке Матисса (крупнейшей за последние полвека!), которая откроется этой весной в Центре Помпиду в Париже.
А здесь найдёте гораздо более известную "картину Матисса" с кошкой и аквариумом, которая никогда не появится на выставках Матисса:)
Окончанию новогодних каникул и всем выжившим в майонезном марафоне посвящается:)
Майонез в Советском Союзе стали производить в 1936 году: Анастас Микоян раздобыл рецепт его промышленного производства на сельскохозяйственной выставке в Чикаго. Сразу же появилась реклама. Когда народ проигнорировал информацию о том, что это соус к холодным блюдам, и стал смазывать всё сущее майонезом перед затеканием, а также добавлять майонез в борщ и тесто для пирогов и печенья – история умалчивает. СССР давно нет, а майонез всё ещё с нами. И даже вот на боках немножко…
Сотни плакатов в Артхиве
Майонез в Советском Союзе стали производить в 1936 году: Анастас Микоян раздобыл рецепт его промышленного производства на сельскохозяйственной выставке в Чикаго. Сразу же появилась реклама. Когда народ проигнорировал информацию о том, что это соус к холодным блюдам, и стал смазывать всё сущее майонезом перед затеканием, а также добавлять майонез в борщ и тесто для пирогов и печенья – история умалчивает. СССР давно нет, а майонез всё ещё с нами. И даже вот на боках немножко…
Сотни плакатов в Артхиве