Самая знаменитая картина Эдварда Хоппера «Полуночники» (Nighthawks) стала фактически синонимом его имени. Написанная в тот недолгий период при жизни художника, когда его работы стали продаваться и принесли ему мировую известность, она, по признанию самого Хоппера, пронизана ощущением одиночества, которое порой чувствует каждый человек в большом городе. В городе, который, как живой организм, страдает, поет, смеется или, как здесь, отдыхает после тяжелого дня. Почему-то кажется, что на картине Хоппера изображена самая обычная ночь ничем не примечательного четверга.

По одной из версий, которую выдвигал биограф Хоппера Гейл Левин, на создание «Полуночников» художника вдохновила картина Ван Гога «Ночная терраса кафе»/ «Ночное кафе в Арле» (1888). Страстный любитель всего французского, Хоппер просто не мог пройти мимо знаменитого полотна, которое в январе 1942 года выставлялось в Нью-Йорке. Вот только вечер в кафе он интерпретировал в собственной неповторимой манере. Летняя терраса с невесомыми столиками превратилась в типичный американский дайнер с окнами-«аквариумами». А ленивую истому теплого вечера в Арле сменила тоскливо-щемящая нью-йоркская ночь.

Согласно еще одной версии (которая уже стала общепринятой), за появление «Полуночников» стоит поблагодарить Эрнеста Хемингуэя и его рассказ «Убийцы». Рассказ крошечный, всего три страницы, и на них гениальным образом ничего не происходит. Только диалоги, очень похожие на те, которыми славятся фильмы Квентина Тарантино. Если придерживаться этой версии, можно заметить, что художник сменил обеденное время на ночное и ввел дополнительного персонажа. И когда в 1946 году в Голливуде решили экранизировать «Убийц», то основой для фильма скорее послужила картина Хоппера, чем рассказ Хемингуэя. В пользу этого говорят не только типичные хопперовские сцены, использованные в фильме, но и появление этого самого дополнительного персонажа. Потому что просто невозможно представить себе приличное убийство без участия роковой красавицы.

Также на стиль фильма "Бегущий по лезвию" повлияли печатавшиеся во французском журнале «Кричащий металл» (Métal Hurlant) комиксы иллюстратора Мёбиуса. Вот этого Мёбиуса:
https://artchive.ru/publications/4116~18_mudrykh_sovetov_Mebiusa_nachinajuschim_khudozhnikam

Рокуэлл Кент. Река О Сейбл, Зима: Адирондак. 1960. Холст, масло. 72x100 см. Эрмитаж

Ответ на вчерашнюю загадку

Автор картины «Череп с зажженной сигаретой» (1886) – Винсент Ван Гог.

Иван Степанов. Снежок. 1967

Летом 1961 года неизвестный проник в Национальную галерею в Лондоне через открытое окно в мужском туалете и похитил «Портрет герцога Веллингтона» кисти Франсиско Гойи. Затем вор выскользнул обратно в окно. Эта кража, ставшая первой в истории музея, в течение многих лет будоражила всю Англию и до сих пор остаётся одним из самых необъяснимых арт-преступлений XX века. Теперь эту историю решил осмыслить и экранизировать режиссёр Роджер Мичелл, известный нам по фильмам «Ноттинг-Хилл», «Гайд-парк на Гудзоне» и ряду других. Съёмки фильма «Герцог» начнутся в январе, и главным героем ленты станет человек, которого в конечном итоге объявили вором. В фильме снимутся Хеллен Миррен и Джим Бродбент. Подробности...

«Портрет герцога Веллингтонского» кисти Гойи⬆️ уже появляся в кино. В «Докторе Ноу» (1962) - первом фильме бондианы. Портрет украли за год до премьеры и зрители, начинавшиеся криминальной хроники в газетах, сразу понимали, о чем речь.

Максфилд Пэрриш. Раннее зимнее утро. Первый снег. 1940-е. Масло, дерево. Частная коллекция

Однажды Клод Моне поделился своей мечтой с американской художницей-импрессионисткой Лилой Кэбот Перри: «Я хотел бы родиться слепым, а затем внезапно прозреть — так, чтобы начать писать, не зная, что собой представляют предметы, которые я вижу». Родился Моне зрячим. Но с возрастом у него начались серьёзные проблемы со зрением - и они сильно повлияли на его живопись.

Аркадий Рылов. Островок. 1922. Русский музей

Жан-Франсуа Рафаэлли. Бульвар Сен-Мишель. Начало ХХ века. ГМИИ им. Пушкина
⬇️

Картина «Бульвар Сен-Мишель» переливается всеми оттенками серого и жёлтого — мерцающее тёпло-жемчужное небо, серовато-охристый коридор из стен, ведущих к громаде Пантеона, сизая, серебристая, грязно-лимонная земля — и поверх всего россыпь сияюще-жёлтых мазков: точек фонарей, квадратов светящихся окон, длинных бликов на влажной мостовой.

По всем признакам — тема, свежий цвет, лёгкий длинный мазок, этюдная небрежность письма — эта работа должна быть импрессионистской, но классики импрессионизма с этим соглашаться не хотели. Да и самого Жана-Франсуа Рафаэлли — ученика академиста Жерома, итальянца по крови и парижанина по рождению — в своих рядах видеть не хотели. Масштабное участие Рафаэлли в пятой выставке импрессионистов привело к тому, что группу покинул один из родоначальников движения — Клод Моне, заявивший, что устроители «открыли двери малярам-самоучкам». Вместе с ним в выставке отказались участвовать и такие «монстры» импрессионизма, как Ренуар, Сислей и Сезанн.

Строго говоря, винить в этом расколе стоит не столько Рафаэлли или Гогена, живопись которого тоже чрезвычайно не нравилась Моне, сколько Дега, который не просто пригласил их на выставку, но и отобрал для экспонирования целых 37 работ Рафаэлли.

Нелюбовь Моне и прочих «отцов-основателей» к живописи Рафаэлли можно понять — при всём увлечении импрессионизмом, этот мастер пишет не столько «первое впечатление» от вечера, осени, бульвара, сколько продуманную и выверенную имитацию «первого впечатления». Анализ его работ позволяет почувствовать, как он оценивает художественные приёмы своих предшественников и коллег, выбирая у кого позаимствовать колорит, у кого – композицию, у кого – манеру писать толпу, чтобы получить в целом самостоятельный, но в деталях чрезвычайно эклектичный продукт. Впрочем, нельзя не признать, что при всей вторичности и компилятивности это очень обаятельная живопись. Возможно, дело в том искреннем удовольствии от собственного мастерства, которое художник и сейчас транслирует зрителю.

Воскресный дайджест. Самые интересные материалы, вышедшие в Артхиве на этой неделе:

1. Елена Поленова - художница, иллюстратор, декоратор. Аристократические предрассудки близких лишили Елену Дмитриевну личного счастья. Оставив надежду быть любимой, она целиком посвятит свою жизнь искусству. Артхив рассказывает и показывает, чем замечательно творчество младшей сестры Василия Поленова.

2. История любви в картинах: Микеланджело и Виттория Колонна. Стихи и прозу ей посвящали многие выдающиеся соотечественники, художники писали портреты, а правители городов наперебой старались заполучить «драгоценнейшее украшение» в свои владения. Почему? Рассказываем!

3. Крошечный шедевр периода раннего Возрождения, найденный на французской кухне во время уборки дома, принёс на аукционе более 24 миллионов евро.

4. Новости с нашумевших выставок: для выставки в Лувре создана трёхмерная «Мона Лиза», а в Третьяковке показывают экспонаты музея, которого давно уже нет.

5. О картинах в кино: почему провалилась экранизация «Щегла» и какая картина Гойи станет главным персонажем нового фильма с Хелен Миррен.

6. Рубрика «Налетай, торопись!»: в свободный доступ выложены все 435 иллюстраций знаменитой книги «Птицы Америки» Джона Джеймса Одюбона.

7. Читатели Артхива выбрали десятку самых страшных картин. Эта десятка не только напугает, но и удивит. В неё не попал Босх. Зато попали сразу две картины Верещагина. А Гойя, вопреки ожиданиям, уступил первое место. Кому же?!

Приятного чтения!

Марк Адамс. Две хурмы. Акварель. 1977

И Ленин такой молодой:)

Загадка от Артхива

Кто автор этого пейзажа с лодкой?

Варианты ответа в следующем посте, а правильный опубликуем завтра.
⬇️

Брайтон Ривьер. Цирцея со свиньями. 1896. Частная коллекция
⬇️

Богиня-чародейка Цирцея прославилась своим умением причинять вред мужчинам. Своего мужа — царя сарматов — она отравила, чтобы занять трон. Чуть больше повезло мужчинам, которые не ответили взаимностью на любовь Цирцеи (хоть она и была красавицей): морского бога Главка она с помощью зелья превратила в чудовище, а ещё одного царя, на которого положила глаз, — в дятла.

Но самое известное и масштабное злодеяние Цирцеи описано в «Одиссее» Гомера: с помощью зелья она превратила спутников Одиссея (больше 20-ти человек!) в свиней.

Нет, ничего крепостью в 40 градусов они не пили: только вино и волшебство.

Чином гостей посадивши на кресла и стулья, Цирцея
Смесь из сыра и меду с ячменной мукой и с прамнейским
Светлым вином подала им, подсыпав волшебного зелья
В чашу, чтоб память у них об отчизне пропала; когда же
Ею был подан, а ими отведан напиток, ударом
Быстрым жезла загнала чародейка в свиную закутку
Всех; очутился там каждый с щетинистой кожей, с свиною
Мордой и с хрюком свиным, не утратив, однако, рассудка.
(«Одиссея», перевод В.А. Жуковского)

К счастью, Одиссей, которому Гермес дал противоядие от зелий Цирцеи, спас своих товарищей. Ему «пришлось» разделить ложе с богиней и попировать за её столом — и она вернула его друзьям человеческие обличья (и даже сверх того — мужчины стали ещё крепче и краше, чем до того, как побывали в свиной шкуре).

Английский живописец Брайтон Ривьер специализировался на анималистике, поэтому он изображает не спасательную операцию в исполнении Одиссея, а самих свиней. Как сказано у Гомера, они сохранили человеческий разум — так что могли осознать ужас своего положения: Ривьер и сосредоточился на эмоциональных свиных физиономиях.