Ох, в ленте - как в жизни: смешное и печальное рядом. Стало известно, что сегодня умер художник Владимир Румянцев (1957 - 2019). Вы, конечно, знаете его петербургских котов...
Последняя иллюстрация - автопортрет.
Последняя иллюстрация - автопортрет.
Кто автор картины "Монахиня" из предыдущего поста?
Anonymous Poll
13%
Илья Репин
25%
Валентин Серов
17%
Борис Кустодиев
15%
Василий Суриков
5%
Василий Перов
15%
Иван Крамской
10%
Илья Глазунов
Поэт Шарль Бодлер утверждал, что самое ценное в искусстве Ватто – его капризные, своенравные, но бесконечно элегантные женщины. «Капризница» из собрания Эрмитажа – безусловно, одна из них.
В центре композиции, с небольшим смещением влево, сидит миловидная дама в струящемся черном платье. За её спиной игриво полулежит господин в красном берете с пером и, очевидно, заигрывает с девушкой. Но её напряжённо-прямая осанка и явное неудовольствие на лице свидетельствуют, что поклонник чересчур навязчив и уступать его напору героиня не расположена. Во всяком случае, сейчас.
Флирт и ухаживания, проявления галантности – это вообще центральная тема рококо. И именно Ватто положил ей начало своими «галантными празднествами». «Капризница» также принадлежит к этому жанру. Нарядно одетые герои явно принимали участие в каком-то увеселении, а вот сейчас удалились от общества, чтобы прояснить отношения наедине. Однако, в отличие от абсолютного большинства сюжетов «галантных празднеств», где ухаживания совершаются к полному взаимному удовольствия, «Капризница» демонстрирует интересный психологический разворот – женское раздражение от навязчивого внимания. Развернувшись спиной к собеседнику, героиня проявляет высшую степень неучтивости. Этим она показывает, что относится к визави без всякого уважения.
Мечтательный взгляд Капризницы устремлён вдаль. Некоторые даже предполагают – на некоего другого кавалера, которого она предпочла бы видеть рядом с собой.
Ватто любил смешивать реальность и театр, наряжать друзей в театральные костюмы, которые он коллекционировал, и в таком виде рисовать их. Ему импонировала идея игрового смешения иллюзии и реальности, нравилось извлекать из этого взаимного проникновения неожиданные психологические эффекты. Всё это есть и в «Капризнице». Трудно отделаться от мысли, что героиня ощущает себя на сцене, перед полным зрительным залом, что она чересчур озабочена тем, как выглядит со стороны. Этому впечатлению подыгрывает даже пейзаж, покорно выполняющий роль кулис.
В «Капризнице» есть то, за что Ватто ценят больше всего – некая умышленная недоговоренность. Загадочная будничность. Трактовка смысла картины вроде бы лежит на поверхности и в то же время – вызывает трудности, ускользает от окончательного понимания. Именно за это качество Ватто впоследствии выше всех прочих художников будут ценить символисты. Может быть, Капризница не отклоняет ухаживания, а наоборот – слушает оправдания и принимает извинения? Может быть, это не начало отношений, а их конец или явный кризис? Может быть, что-то вызвало ревность героини и герой (любовник?) вынужден оправдываться?
Так или иначе, Ватто предстаёт перед нами мастером тонкого и затейливого психологического рисунка. Именно во внимании к личности и нюансам переживаний героини заключена ценность картины. Известный искусствовед Михаил Алпатов писал, что для её понимания стоит сравнить «Капризницу» с работами кого-нибудь из голландцев ХVII века: Ватто «интересуют в первую очередь не красивые вещи, не блестящие ткани, как многих голландцев, а характер и мимика людей».
Но голландских мастеров Ватто в самом деле очень ценил и многому у них учился. Исследователи мягко укоряют художника за вольные или невольные заимствования: дескать, и наряды у него уж больно а-ля Франс Халс. А красный берет персонажа «Капризницы» - так и вовсе списан у Рембрандта. И все-таки нельзя не признать, что платье героини – само по себе маленький шедевр с бесконечным разнообразием переходов цвета, который лишь условно может быть назван черным.
В центре композиции, с небольшим смещением влево, сидит миловидная дама в струящемся черном платье. За её спиной игриво полулежит господин в красном берете с пером и, очевидно, заигрывает с девушкой. Но её напряжённо-прямая осанка и явное неудовольствие на лице свидетельствуют, что поклонник чересчур навязчив и уступать его напору героиня не расположена. Во всяком случае, сейчас.
Флирт и ухаживания, проявления галантности – это вообще центральная тема рококо. И именно Ватто положил ей начало своими «галантными празднествами». «Капризница» также принадлежит к этому жанру. Нарядно одетые герои явно принимали участие в каком-то увеселении, а вот сейчас удалились от общества, чтобы прояснить отношения наедине. Однако, в отличие от абсолютного большинства сюжетов «галантных празднеств», где ухаживания совершаются к полному взаимному удовольствия, «Капризница» демонстрирует интересный психологический разворот – женское раздражение от навязчивого внимания. Развернувшись спиной к собеседнику, героиня проявляет высшую степень неучтивости. Этим она показывает, что относится к визави без всякого уважения.
Мечтательный взгляд Капризницы устремлён вдаль. Некоторые даже предполагают – на некоего другого кавалера, которого она предпочла бы видеть рядом с собой.
Ватто любил смешивать реальность и театр, наряжать друзей в театральные костюмы, которые он коллекционировал, и в таком виде рисовать их. Ему импонировала идея игрового смешения иллюзии и реальности, нравилось извлекать из этого взаимного проникновения неожиданные психологические эффекты. Всё это есть и в «Капризнице». Трудно отделаться от мысли, что героиня ощущает себя на сцене, перед полным зрительным залом, что она чересчур озабочена тем, как выглядит со стороны. Этому впечатлению подыгрывает даже пейзаж, покорно выполняющий роль кулис.
В «Капризнице» есть то, за что Ватто ценят больше всего – некая умышленная недоговоренность. Загадочная будничность. Трактовка смысла картины вроде бы лежит на поверхности и в то же время – вызывает трудности, ускользает от окончательного понимания. Именно за это качество Ватто впоследствии выше всех прочих художников будут ценить символисты. Может быть, Капризница не отклоняет ухаживания, а наоборот – слушает оправдания и принимает извинения? Может быть, это не начало отношений, а их конец или явный кризис? Может быть, что-то вызвало ревность героини и герой (любовник?) вынужден оправдываться?
Так или иначе, Ватто предстаёт перед нами мастером тонкого и затейливого психологического рисунка. Именно во внимании к личности и нюансам переживаний героини заключена ценность картины. Известный искусствовед Михаил Алпатов писал, что для её понимания стоит сравнить «Капризницу» с работами кого-нибудь из голландцев ХVII века: Ватто «интересуют в первую очередь не красивые вещи, не блестящие ткани, как многих голландцев, а характер и мимика людей».
Но голландских мастеров Ватто в самом деле очень ценил и многому у них учился. Исследователи мягко укоряют художника за вольные или невольные заимствования: дескать, и наряды у него уж больно а-ля Франс Халс. А красный берет персонажа «Капризницы» - так и вовсе списан у Рембрандта. И все-таки нельзя не признать, что платье героини – само по себе маленький шедевр с бесконечным разнообразием переходов цвета, который лишь условно может быть назван черным.
Artchive
Рембрандт Харменс ван Рейн - Титус, сын художника, 1657, 57×69 см: Описание произведения
Рембрандт Харменс ван Рейн - Титус, сын художника - одно из многих произведений художника. Подробную информацию и описание работы читайте в Артхиве.
Итальянский суд запретил везти из Италии в Париж на выставку "Витрувианского человека" Ленардо да Винчи. Обещанного "Спасителя мира" там, скорее всего, тоже не будет - потому что след самой дорогой картины в мире простыл. А обещали выставку века. Хм.
Подробности: https://artchive.ru/news/4203~Vitruvianskogo_cheloveka_Leonardo_zaprescheno_vezti_v_Luvr_Tak_postanovil_sud
Подробности: https://artchive.ru/news/4203~Vitruvianskogo_cheloveka_Leonardo_zaprescheno_vezti_v_Luvr_Tak_postanovil_sud
Arthive
«Витрувианского человека» Леонардо запрещено везти в Лувр. Так постановил суд
Итальянский суд внес существенные коррективы в планы Лувра, готовящегося открыть в этом месяце выставку-блокбастер «Леонардо да Винчи» к 500-летию со дня смерти итальянского художника. Юристы запретили перевозить в Париж...
Правильный ответ на вчерашнюю загадку
Автор картины «Монахиня» (1908, Русский музей) - Борис Кустодиев.
Осень 1908 года Кустодиев проводил в районе Старой Ладоги - в Успенском, имении своего друга, коллекционера Евгения Шварца. Там и была написана эта картина. На ней изображена мать Олимпиада, игуменья монастыря.
Из письма Кустодиева жене Юлии 20 сентября 1908 года:
- Познакомился со здешними монахинями (монастырь рядом с усадьбой, даже калитка из сада есть) и хочу написать одну, очень интересную старуху, такую красивую и величественную, что жду не дождусь, когда придет холст, чтобы начать писать. ...Поэтому ты скоро меня не жди, приеду, как напишу. Сделал два interier'a со старинной биллиардной, очень интересных. Напишу, вероятно, еще несколько вещей. Особенно меня заинтересовала монахиня, маленькая келейка, масса цветов, всюду канарейки, божественные картины и просфоры. Особенно хороша она в черной мантии! Ужасно рад, что, наконец, нашел интересную модель...
Автор картины «Монахиня» (1908, Русский музей) - Борис Кустодиев.
Осень 1908 года Кустодиев проводил в районе Старой Ладоги - в Успенском, имении своего друга, коллекционера Евгения Шварца. Там и была написана эта картина. На ней изображена мать Олимпиада, игуменья монастыря.
Из письма Кустодиева жене Юлии 20 сентября 1908 года:
- Познакомился со здешними монахинями (монастырь рядом с усадьбой, даже калитка из сада есть) и хочу написать одну, очень интересную старуху, такую красивую и величественную, что жду не дождусь, когда придет холст, чтобы начать писать. ...Поэтому ты скоро меня не жди, приеду, как напишу. Сделал два interier'a со старинной биллиардной, очень интересных. Напишу, вероятно, еще несколько вещей. Особенно меня заинтересовала монахиня, маленькая келейка, масса цветов, всюду канарейки, божественные картины и просфоры. Особенно хороша она в черной мантии! Ужасно рад, что, наконец, нашел интересную модель...
👍1
Признание 19-летнего Исаака Левитана как художника началось с картины «Осенний день. Сокольники». Сразу же после ученической выставки 1880 года её приобрёл для своей галереи Павел Третьяков, но сам юный Левитан долго не мог поверить в свой успех: слишком много к тому моменту ему – еврею, сироте, почти нищему – пришлось пережить. Печалью и одиночеством проникнут и его осенний пейзаж.
В тот 1879-й год, когда написан «Осенний день. Сокольники», в Москве запретили жить евреям. Гонения связывали с покушением народовольца Соловьёва на Александра II, и царская администрация особо усердствовала с выселением «неблагонадёжных». Студент Московского училища живописи, ваяния и зодчества Исаак Левитан вместе с братом Авелем и сестрой Терезой был вынужден покинуть Москву и поселиться в подмосковной дачной местности Салтыковка, а позже перебраться в находящееся за чертой города Останкино.
С утра неприкаянный Левитан уходил бродить в Сокольнический парк. Прислушивался к шуму ветра, гнущему деревья на одну сторону, всматривался, стараясь уловить, как с похолоданием меняются краски. Еще 300-400 лет назад на месте парка был густой и дремучий лес, тянувшийся далеко на север. В шестнадцатом веке тут любил охотиться Иван Грозный, в семнадцатом – фанатичный любитель псовой и соколиной (отсюда – название Сокольники) охоты Алексей Михайлович, родитель Петра I. Левитан и сам был страстным охотником, мог пропадать в лесах по нескольку дней, питаясь одними ягодами. Однажды друзья даже обращались в полицию: Левитан исчез! А он явился спустя три с половиной дня – еще более исхудавший, с ввалившимися щеками и единственной застреленной уткой. Наедине с природой Левитан, мучительно ранимый, нежный и нервный, с трудом, но всё-таки находил душевное равновесие. Но в те осенние дни 1879 года он брал с собой не ружьё, а этюдник: близилась отчётная ученическая выставка, а Левитану всё еще нечего было показать.
Высокое небо с обрывками туч в Сокольниках не грозило ненастьем, но и не обещало солнца. Порывы ветра старались проредить жёлтые листья на клёнах вдоль аллеи. А позади них, тёмно-изумрудные и несравненно более высокие, тянулись к небу старые сосны. Они как будто внушали мелким деревцам: вы, посаженные весной человеческими руками, тут – лишь временные гости, но мы-то – древние, вечные. Еще зелёневшая трава вперемешку с пожухлой листвой производила странное впечатление, как сосуществование рядом жизни со смертью. Левитан выполнял этюды, писал уходящую вдаль охристую дорожку парка, сместив перспективную точку схода влево, и испытывал радость: похоже, к выставке у него будет картина – лирический пейзаж, вся ценность которого не в фотографической «похожести», а в силе переданных эмоций, как и учил его любимый наставник Алексей Саврасов.
⬇️
В тот 1879-й год, когда написан «Осенний день. Сокольники», в Москве запретили жить евреям. Гонения связывали с покушением народовольца Соловьёва на Александра II, и царская администрация особо усердствовала с выселением «неблагонадёжных». Студент Московского училища живописи, ваяния и зодчества Исаак Левитан вместе с братом Авелем и сестрой Терезой был вынужден покинуть Москву и поселиться в подмосковной дачной местности Салтыковка, а позже перебраться в находящееся за чертой города Останкино.
С утра неприкаянный Левитан уходил бродить в Сокольнический парк. Прислушивался к шуму ветра, гнущему деревья на одну сторону, всматривался, стараясь уловить, как с похолоданием меняются краски. Еще 300-400 лет назад на месте парка был густой и дремучий лес, тянувшийся далеко на север. В шестнадцатом веке тут любил охотиться Иван Грозный, в семнадцатом – фанатичный любитель псовой и соколиной (отсюда – название Сокольники) охоты Алексей Михайлович, родитель Петра I. Левитан и сам был страстным охотником, мог пропадать в лесах по нескольку дней, питаясь одними ягодами. Однажды друзья даже обращались в полицию: Левитан исчез! А он явился спустя три с половиной дня – еще более исхудавший, с ввалившимися щеками и единственной застреленной уткой. Наедине с природой Левитан, мучительно ранимый, нежный и нервный, с трудом, но всё-таки находил душевное равновесие. Но в те осенние дни 1879 года он брал с собой не ружьё, а этюдник: близилась отчётная ученическая выставка, а Левитану всё еще нечего было показать.
Высокое небо с обрывками туч в Сокольниках не грозило ненастьем, но и не обещало солнца. Порывы ветра старались проредить жёлтые листья на клёнах вдоль аллеи. А позади них, тёмно-изумрудные и несравненно более высокие, тянулись к небу старые сосны. Они как будто внушали мелким деревцам: вы, посаженные весной человеческими руками, тут – лишь временные гости, но мы-то – древние, вечные. Еще зелёневшая трава вперемешку с пожухлой листвой производила странное впечатление, как сосуществование рядом жизни со смертью. Левитан выполнял этюды, писал уходящую вдаль охристую дорожку парка, сместив перспективную точку схода влево, и испытывал радость: похоже, к выставке у него будет картина – лирический пейзаж, вся ценность которого не в фотографической «похожести», а в силе переданных эмоций, как и учил его любимый наставник Алексей Саврасов.
⬇️
Откуда в пейзаже Левитана "Осенний день. Сокольники"⬆️ женщина?
После десятка дней, целиком отданных захватившему его пейзажу, Левитан, как всегда, с утра пришёл в Сокольники и не узнал их: за ночь от заморозков облетели все листья, а ветки и хвойные иглы покрывал иней. Воздух и само соотношение красок совершенно переменились. Левитан испытал облегчение: хорошо, что он успел закончить свой пейзаж, последние доработки можно будет внести и в помещении, по памяти. А вечером к нему на огонёк заглянул товарищ по Училищу Николай Чехов, старший брат будущего писателя. «Мне кажется, по аллее не мешало бы пустить красивую одинокую женщину в чёрном платье!» - не удержался от совета не очень вникавщий во все эти пейзажные лирические «антимонии» Николай.
Пожалуй, мы можем даже предположить, что именно сподвигло Николая Чехова на это вмешательство. На Передвижной выставке 1879 года немалым успехом пользовались «Бабушкин сад» и «Заросший пруд» еще одного любимого учителя Левитана, Василия Поленова. И в той, и в другой работах пейзаж оживляли небольшие женские фигурки. А, может быть, вовсю подрабатывающий журнальными карикатурами, неизбежно огрубляющими вкус, Николай совсем разучился воспринимать всё, что лишено человеческого присутствия. В конце концов, романтическая «женщина в чёрном» могла быть предметом его личных лирических грёз: подобную как раз можно увидеть на одной из немногих картин самого Николая Чехова «Молодая вдова на могиле мужа».
Но, как бы то ни было, а в тот момент не до конца уверенный в собственных силах Левитан уступил. Женскую фигурку на его законченной картине дописал Николай Чехов. Он был доволен собой и уверял, что только благодаря женщине и можно понять, что тема пейзажа – неприкаянность и одиночество.
⬇️
После десятка дней, целиком отданных захватившему его пейзажу, Левитан, как всегда, с утра пришёл в Сокольники и не узнал их: за ночь от заморозков облетели все листья, а ветки и хвойные иглы покрывал иней. Воздух и само соотношение красок совершенно переменились. Левитан испытал облегчение: хорошо, что он успел закончить свой пейзаж, последние доработки можно будет внести и в помещении, по памяти. А вечером к нему на огонёк заглянул товарищ по Училищу Николай Чехов, старший брат будущего писателя. «Мне кажется, по аллее не мешало бы пустить красивую одинокую женщину в чёрном платье!» - не удержался от совета не очень вникавщий во все эти пейзажные лирические «антимонии» Николай.
Пожалуй, мы можем даже предположить, что именно сподвигло Николая Чехова на это вмешательство. На Передвижной выставке 1879 года немалым успехом пользовались «Бабушкин сад» и «Заросший пруд» еще одного любимого учителя Левитана, Василия Поленова. И в той, и в другой работах пейзаж оживляли небольшие женские фигурки. А, может быть, вовсю подрабатывающий журнальными карикатурами, неизбежно огрубляющими вкус, Николай совсем разучился воспринимать всё, что лишено человеческого присутствия. В конце концов, романтическая «женщина в чёрном» могла быть предметом его личных лирических грёз: подобную как раз можно увидеть на одной из немногих картин самого Николая Чехова «Молодая вдова на могиле мужа».
Но, как бы то ни было, а в тот момент не до конца уверенный в собственных силах Левитан уступил. Женскую фигурку на его законченной картине дописал Николай Чехов. Он был доволен собой и уверял, что только благодаря женщине и можно понять, что тема пейзажа – неприкаянность и одиночество.
⬇️
Artchive
Николай Павлович Чехов - Молодая вдова на могиле мужа, 57×71 см: Описание произведения
Николай Павлович Чехов - Молодая вдова на могиле мужа - одно из многих произведений художника. Подробную информацию и описание работы читайте в Артхиве.
«Осенний день. Сокольники» Левитана⬆️ на судьбоносной выставке
В Училище «Осенний день» понравился. Его живописная поверхность, испещрённая дробными разноразмерными мазками, сама по себе, и без женской фигурки, вызывала эмоции, будила тревогу. Под выставку, на которую ждали «всю Москву», картине выделили в старом здании на Мясницкой отдельную стену. И свет, что немаловажно, тоже оказался выгодным для пейзажа. У Левитана от волнения совсем расходились нервы и дрожали руки. К тому же ему, несколько лет проходившему в единственном клетчатом пиджаке и коротких брюках, не в чем было идти на встречу с потенциальными заказчиками. Тогда он придумал взять сюртук напрокат в маскарадной лавке цирюльника Мокея Петухова, и долго рылся среди боярских кафтанов и камзолов опереточных вельмож, силясь найти хоть что-то отдалённо подходящее. И это тоже в горячечной от волнения голове Левитана добавляло ирреальности происходящему.
На выставку явились оба Чеховых: Николай – разделить возможный успех, а Антон, начавший учиться в Москве медицине, – поддержать вконец расклеившегося Левитана. Третьяков потребовал от автора назначить за его картину цену и «не дорожиться». Левитан, совершенно не представлявший тогда расценок на художественном рынке и не очень-то верящий, что на его картину нашёлся покупатель – и какой! – наотрез отказался. И чуть не удрал с выставки, не в силах справиться с эмоциями. Третьяков настаивал: он, дескать, никогда не назначает цену за картины сам, да и Левитану пора бы учиться себя продавать. В хорошем, коммерческом, смысле. Но, видя растерянность художника, смягчился: ладно-де, попросим назначить цену ваших профессоров, они-то цены на картины выставлять умеют (в итоге картина была куплена за 100 рублей).
Едва не последним, сильно опоздав, на выставку явился Алексей Кондратьевич Саврасов. Любимый учитель Левитана, тончайший пейзажист и уже тогда безнадёжно пьющий человек, он был, как обычно, прямолинеен и полупьян. Раздав развешенным по стенам пейзажам определения вроде «Дрянь!» и «Этой мазнёй только кадушку с огурцами накрывать», Саврасов добрался до картины «Осенний день. Сокольники». «Где Исаак? – зычно взревел Саврасов. – На кой черт ненужную женщину влепил в пейзаж?!» Чутью и вкусу Саврасова Левитан доверял безоговорочно. Больше чем себе – да ведь и сам он не собирался включать фигуру в пейзаж, в своём видении пейзажа учитель и ученик совпадали. В дальнейшем, за редчайшими исключениями, людей на пейзажах Левитана не будет. А картина «Осенний день. Сокольники» позволит начинающему художнику поверить в себя и (хоть и на короткое время) поправит его плачевное материальное положение.
В Училище «Осенний день» понравился. Его живописная поверхность, испещрённая дробными разноразмерными мазками, сама по себе, и без женской фигурки, вызывала эмоции, будила тревогу. Под выставку, на которую ждали «всю Москву», картине выделили в старом здании на Мясницкой отдельную стену. И свет, что немаловажно, тоже оказался выгодным для пейзажа. У Левитана от волнения совсем расходились нервы и дрожали руки. К тому же ему, несколько лет проходившему в единственном клетчатом пиджаке и коротких брюках, не в чем было идти на встречу с потенциальными заказчиками. Тогда он придумал взять сюртук напрокат в маскарадной лавке цирюльника Мокея Петухова, и долго рылся среди боярских кафтанов и камзолов опереточных вельмож, силясь найти хоть что-то отдалённо подходящее. И это тоже в горячечной от волнения голове Левитана добавляло ирреальности происходящему.
На выставку явились оба Чеховых: Николай – разделить возможный успех, а Антон, начавший учиться в Москве медицине, – поддержать вконец расклеившегося Левитана. Третьяков потребовал от автора назначить за его картину цену и «не дорожиться». Левитан, совершенно не представлявший тогда расценок на художественном рынке и не очень-то верящий, что на его картину нашёлся покупатель – и какой! – наотрез отказался. И чуть не удрал с выставки, не в силах справиться с эмоциями. Третьяков настаивал: он, дескать, никогда не назначает цену за картины сам, да и Левитану пора бы учиться себя продавать. В хорошем, коммерческом, смысле. Но, видя растерянность художника, смягчился: ладно-де, попросим назначить цену ваших профессоров, они-то цены на картины выставлять умеют (в итоге картина была куплена за 100 рублей).
Едва не последним, сильно опоздав, на выставку явился Алексей Кондратьевич Саврасов. Любимый учитель Левитана, тончайший пейзажист и уже тогда безнадёжно пьющий человек, он был, как обычно, прямолинеен и полупьян. Раздав развешенным по стенам пейзажам определения вроде «Дрянь!» и «Этой мазнёй только кадушку с огурцами накрывать», Саврасов добрался до картины «Осенний день. Сокольники». «Где Исаак? – зычно взревел Саврасов. – На кой черт ненужную женщину влепил в пейзаж?!» Чутью и вкусу Саврасова Левитан доверял безоговорочно. Больше чем себе – да ведь и сам он не собирался включать фигуру в пейзаж, в своём видении пейзажа учитель и ученик совпадали. В дальнейшем, за редчайшими исключениями, людей на пейзажах Левитана не будет. А картина «Осенний день. Сокольники» позволит начинающему художнику поверить в себя и (хоть и на короткое время) поправит его плачевное материальное положение.
Кадр из второй серии свежего телесериала телеканала HBO «Екатерина Великая»: Екатерина II (её сыграла Хелен Миррен) и её сын Павел с женой перед портретом Петра III – покойного мужа Екатерины и отца Павла. «Безвольный подбородок», - комментирует портрет Екатерина, которую не назовёшь безутешной вдовой. Вот эта картина⬇️
Парадный портрет императора Петра III⬆️ стал редкой удачей в творчестве Алексея Антропова. И дело здесь не только в успехе карьерном: рокотовский портрет пришедший к власти император по каким-то причинам забраковал, а антроповский принял. Речь идёт об удаче творческой, когда в жёстких, стандартизированных рамках парадного изображения удаётся сохранить человеческую индивидуальность портретируемого.
Сын старшей дочери Петра I Анны, он был наречен при рождении Карлом Петером Ульрихом, появился на свет и провёл детство в Гольштейн-Готторпе, и, являясь внучатым племянником короля Швеции Карла XII, должен был претендовать на шведский престол, именно к этому в процессе воспитания и готовился. Судьба распорядилась иначе: родная тетка, императрица Елизавета Петровна выписала племянника в Россию и определила ему в супруги немку Софью-Фредерику Августу (будущую Екатерину II), происходящую из обожаемой Петром III Пруссии. Брак этот, вопреки прогнозам, оказался, как известно, крайне несчастлив. Петр III был инфантилен, в супружеской спальне предпочитал играть в солдатики, искренне увлекался лишь военной муштрой, обожествлял Пруссию и был предельно непопулярен в народе, который ему предстояло возглавить. Екатерина изумлённо писала о нём: «Как можно 20 лет прожить в России и ненавидеть всё русское?»
Когда Петр III взошёл на престол, он немедленно переехал в едва законченный Зимний дворец – его строила для себя государыня Елизавета Петровна, но пожить там так и не успела. Дворец срочно требовалось украсить портретами нового самодержца. На удивление быстро подсуетился Рокотов, но его портрет император отверг. Тогда Синод порекомендовал для этой работы Антропова. Сам факт может показаться курьёзным: русское православие Петр III не жаловал, стоя в церкви, напоказ громко разговаривал, мог даже засмеяться во время службы или просто развернуться посреди литургии и уйти. Антропов был «надзирателем за живописцами» в Священном Синоде и, очевидно, его работа могла стать чем-то вроде наведения дипломатических мостов между новым императором и Синодом.
Художник был наслышан о странностях августейшего. Кроме того, это должен был быть его первый парадный портрет. Но Антропов справился. Позднее многие считали, что он изобразил карикатуру на императора. Говорили, что это какой-то человек-кузнечик, который стоит, будто приплясывает. Что у него большой живот, маленькая голова и лягушачий рот. Что на его лице написано не величие, а глупое тщеславие. Однако, как ни парадоксально, сам Петр III остался этим своим изображением очень доволен, находил его замечательным и похожим.
Придворная карьера Антропова закончилась так же внезапно, как началась: всего через полгода благоволивший ему Пётр III будет свергнут в результате дворцового переворота своей супругой Екатериной. А она доверит свой коронационный портрет Федору Рокотову – мастеру, несомненно, более значительному, чем Антропов.
Позднее по заказу Троице-Сергиевого монастыря Антропов еще раз напишет портрет Петра III – на сей раз поколенный и парный к портрету императрицы Екатерины II. Однако повторно писать с натуры художнику не довелось: когда он начнёт работу над лаврскими портретами, Пётр III будет уже в могиле: «случайно» ли он был убит братьями Орловым с молчаливого одобрения Екатерины, либо умер от инфаркта вследствие особой дисфунцкции, «маленького сердца» – об этом мы вряд ли узнаем.
Сын старшей дочери Петра I Анны, он был наречен при рождении Карлом Петером Ульрихом, появился на свет и провёл детство в Гольштейн-Готторпе, и, являясь внучатым племянником короля Швеции Карла XII, должен был претендовать на шведский престол, именно к этому в процессе воспитания и готовился. Судьба распорядилась иначе: родная тетка, императрица Елизавета Петровна выписала племянника в Россию и определила ему в супруги немку Софью-Фредерику Августу (будущую Екатерину II), происходящую из обожаемой Петром III Пруссии. Брак этот, вопреки прогнозам, оказался, как известно, крайне несчастлив. Петр III был инфантилен, в супружеской спальне предпочитал играть в солдатики, искренне увлекался лишь военной муштрой, обожествлял Пруссию и был предельно непопулярен в народе, который ему предстояло возглавить. Екатерина изумлённо писала о нём: «Как можно 20 лет прожить в России и ненавидеть всё русское?»
Когда Петр III взошёл на престол, он немедленно переехал в едва законченный Зимний дворец – его строила для себя государыня Елизавета Петровна, но пожить там так и не успела. Дворец срочно требовалось украсить портретами нового самодержца. На удивление быстро подсуетился Рокотов, но его портрет император отверг. Тогда Синод порекомендовал для этой работы Антропова. Сам факт может показаться курьёзным: русское православие Петр III не жаловал, стоя в церкви, напоказ громко разговаривал, мог даже засмеяться во время службы или просто развернуться посреди литургии и уйти. Антропов был «надзирателем за живописцами» в Священном Синоде и, очевидно, его работа могла стать чем-то вроде наведения дипломатических мостов между новым императором и Синодом.
Художник был наслышан о странностях августейшего. Кроме того, это должен был быть его первый парадный портрет. Но Антропов справился. Позднее многие считали, что он изобразил карикатуру на императора. Говорили, что это какой-то человек-кузнечик, который стоит, будто приплясывает. Что у него большой живот, маленькая голова и лягушачий рот. Что на его лице написано не величие, а глупое тщеславие. Однако, как ни парадоксально, сам Петр III остался этим своим изображением очень доволен, находил его замечательным и похожим.
Придворная карьера Антропова закончилась так же внезапно, как началась: всего через полгода благоволивший ему Пётр III будет свергнут в результате дворцового переворота своей супругой Екатериной. А она доверит свой коронационный портрет Федору Рокотову – мастеру, несомненно, более значительному, чем Антропов.
Позднее по заказу Троице-Сергиевого монастыря Антропов еще раз напишет портрет Петра III – на сей раз поколенный и парный к портрету императрицы Екатерины II. Однако повторно писать с натуры художнику не довелось: когда он начнёт работу над лаврскими портретами, Пётр III будет уже в могиле: «случайно» ли он был убит братьями Орловым с молчаливого одобрения Екатерины, либо умер от инфаркта вследствие особой дисфунцкции, «маленького сердца» – об этом мы вряд ли узнаем.
Artchive
Федор Степанович Рокотов - Портрет Петра III: Описание произведения
Федор Степанович Рокотов - Портрет Петра III - одно из многих произведений художника. Подробную информацию и описание работы читайте в Артхиве.